http://samoprozesing.0pk.me/ Самопроцесинг - Форум психологов. Турбо-Суслик форум. Система ТЕОС. Процесинг Игр А.Усачева. ru-ru Wed, 26 Aug 2026 17:05:04 +0300 MyBB/mybb.ru http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17668#p17668 <p><strong>Принцип и мораль - механизмы управления человеком в социуме</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует принципиальность, мораль, справедливость и личные кодексы поведения как программы, которые делают человека предсказуемым, управляемым и включённым в общий механизм расходования ресурсов. Через образы муравейника, лабиринта, термитника, войны, пропаганды и пустого пространства раскрывается идея, что внутренние правила человека создают боль от несоответствия между ожиданием и реальностью, а затем мотивируют его действовать, бороться, исправлять, доказывать и тем самым переводить свои силы в пространство коллективной сущности. <br />Центральная мысль текста заключается в том, что принципы и мораль не являются проявлением сознания, а часто выступают его заменой, превращая человеческую жизнь в длительный процесс самоограничения, страдания и распыления ресурсов внутри цивилизационной системы.</p> <p><strong>2022_05_29 </strong></p> <p>Смотрим вообще сам вопрос принципа: что такое принцип, что значит быть принципиальным и что значит быть беспринципным? Обычно говорят, что быть принципиальным — это хорошо, а быть беспринципным — плохо. С точки зрения общепринятого мнения - защищать свои принципы считается чем-то правильным, устойчивым и даже достойным уважения.<br />Со всех сторон, по какой бы человеческой оценке мы ни смотрели, принципиальность почти всегда воспринимается как положительное качество. Принципиальный человек — это вроде бы тот, с кем можно иметь дело, потому что он предсказуем, устойчив, не предаст, если разделяет с тобой одни и те же ценности. С кем ты хотел бы иметь дело: с принципиальными или беспринципными людьми? Ответ кажется риторическим, потому что на уровне обычной человеческой логики всё понятно, всё известно и заранее оценено.<br />А в реальности человек попадает в ловушку, и у него уже не остаётся выбора, как и в любой другой ситуации, где включается программа. Ты должен защищать себя, свои цели, решения, ценности, либо ты должен отказаться их защищать, но по итогу всё равно оказываешься внутри жёсткого и практически бесконечного диспута за правоту. Начинается внутреннее распределение: за это я готов умереть, за это я бы пошёл до конца, а за это уже нет, это я защищать не готов, и так далее.<br />Но в действительности и одни, и другие никогда не гибнут за себя как за реальное сознательное существо, а гибнут неизвестно за что, чаще всего за собственные глупости, умственные конструкции и фиктивные основания. Все эти принципы, по сути, существуют только в голове, но сама программа устроена так, что в дискуссиях, спорах и столкновениях, когда человек попадает внутрь этой парадигмы, вопрос уже стоит не в том, чтобы дойти до какой-то истины. Вопрос становится в том, чтобы оставаться в принципе, защищать его и победить, навязав сопернику свои идеи.<br />Суть этой же программы на разных уровнях проявляется по-разному. Высокоресурсный принципиальный человек может казаться удобным и надёжным, потому что с ним приятно иметь дело: если он разделяет твои принципы, то вроде бы не продаст, не изменит позиции и будет предсказуем. Но предсказуемость — это, кстати, всегда слабость, особенно в войнах и противостояниях, где противник может быть беспринципным. В борьбе между принципиальным и беспринципным кто побеждает — вопрос тоже риторический, принципиальный и правильный практически всегда проигрывает при прочих равных условиях.<br />Сама по себе эта программа является очень жёстким помещением человека внутрь умственной конструкции, где он перестаёт быть сознательным. Самое главное здесь в том, что человек теряет сознание: он уже не добивается каких-то сознательных целей, а защищает умозрительные ценности, идеи, понятия и стрессовые конструкции, которые существуют только в уме. Причём он даже не оценивает их по-настоящему, не проверяет, хорошие они или плохие, правильные или неправильные. Он просто встаёт за них как за счастье, истину, жизнь и всё остальное сразу.<br />Если посмотреть на себя, то внутри каждого человека есть огромный набор ценностей, которые он считает идеально правильными, идеально верными и не подлежащими сомнению. Не имеет значения, насколько эти ценности действительно осмыслены или проверены. У меня есть свой набор ценностей, у каждого есть свой набор, и каждый считает именно его правильным. Можно взять любого человека, даже самого простого, который будет что-то рассказывать, доказывать и отстаивать, и он тоже будет считать свои ценности правильными, потому что он также работает внутри этой программы.<br />У людей разного уровня одно и то же понимание феномена может иметь абсолютно разное содержание, иногда даже противоположное. Поэтому спор и диспут в таком формате в принципе невозможны как путь к истине. Это просто сжигание ресурсов, уничтожение себя и других, война на уничтожение, в том числе на самоуничтожение. Чем больше у человека принципов, тем сильнее он закреплён внутри этой процедуры, и здесь вопрос уже не в том, что принципиальность якобы правильна, а беспринципность плоха. Мы очень сильно привязаны к этой оценке: стоит только сказать «беспринципность», и сразу появляется негативный образ.<br />При этом люди могут быть абсолютно беспринципными и одновременно считать себя носителями исключительной этичности, что бы это слово в данном случае ни означало. Самое главное в рамках этой парадигмы состоит в том, что уже не имеет значения, какие именно ценности человек отстаивает, правильные они или неправильные. Сама процедура отстаивания ценностей внутри этой программы становится самоуничтожением, а не настоящим сохранением чего-то ценного.<br />Любые ценности, любые права, любые принципы и любые формы их защиты в рамках этой парадигмы оказываются только ширмой для самой разрушающей процедуры. Человек думает, что он защищает правду, достоинство, этику, верность, справедливость или собственную позицию, но фактически он просто включается в механизм, который лишает его сознания, замыкает его на умственную конструкцию и заставляет тратить ресурсы на бесконечную борьбу за то, что изначально не было им самим.</p> <p>Уровень 1<br />Конечно, сейчас я смотрю на это с точки зрения коллективной сущности, и если сразу заходить глобально, то всё это выглядит как баловство, ряженство и просто сказки. Люди здесь напридумывали себе всяких кодексов чести, принципов, правил и прочей билиберды, а затем пытаются всю жизнь соблюдать это, чётко и строго следуя своим внутренним установкам, как будто в них действительно есть некая высшая ценность.<br />Собственные принципы — это звучит красиво только на уровне формулировки, когда говорят, что у человека есть принципы, и он уже будто бы за счёт этого становится каким-то особенным, правильным, устойчивым и «человеческим». Но если перевести это более простым языком, то по сути принципы — это просто личные правила поведения человека, то есть то, что мы называем принципами, на деле является набором внутренних правил, по которым человек привык себя вести.<br />У каждого человека есть свои личные правила поведения. У кого-то они одни, у кого-то другие; при этом, конечно, существуют какие-то общепринятые принципы и нормы, например, что врать, воровать, убивать или насиловать плохо. Это самые банальные формулы, которые закреплены как «нельзя», как «плохо», как некие обязательные моральные принципы. Но когда ты сталкиваешься с человеком шестого или седьмого уровня, у которого просто нет такого понятия, что драться плохо и что все вопросы надо решать мирным путём, через общение и переговоры, ты встречаешься с человеком, у которого этих твоих понятий просто нет.<br />И он спокойно прописывает тебе двоечку по лицу, потому что может это сделать, потому что у него нет твоего принципа, который запрещал бы ему так поступать. А ты при этом остаёшься весь такой принципиальный, правильный, с внутренним кодексом поведения, но по факту — с разбитым носом. Это самая лёгкая, простая и почти бытовая версия того, как всё это обычно происходит.<br />В реальности почти никто не видит саму реальность, не взаимодействует с ней напрямую, не знает, чего можно ожидать от другого человека, и при этом каждый пытается жить по своим внутренним принципам, правилам и представлениям о правильности. В итоге человек просто ограничивает себя и отдаёт ресурс на то, чтобы быть для самого себя правильным, принципиальным, послушным и соответствующим какому-то собственному внутреннему кодексу.<br />Получается самоограничение, жизнь с выдуманными правилами, которые человек считает правильными. У другого человека есть свой набор правил, который он тоже считает правильным, и когда они сталкиваются, то каждый оказывается неправильным для другого. Это же просто какая-то бессмыслица, потому что внутри такой конструкции невозможно прийти к реальному пониманию, если каждый изначально заперт в собственном наборе правил.<br />В реальности, как кажется, может быть так, что кто-то прав, а кто-то не прав, но для самого человека он всё равно всегда остаётся правым, потому что его внутренний кодекс заранее закрепляет за ним ощущение собственной правильности. По сути, получается ловушка поведения, невозможность в разных ситуациях быть пластичным, а точнее — даже не просто пластичным, а сознательным.<br />Пластичность здесь — это ещё слишком слабое понятие. Речь идёт о способности управлять собой, видеть ситуацию и взаимодействовать с реальностью не через заранее заданные схемы, а непосредственно. Но человек моментально попадает в рамки жёстких конструкций, после чего уже не принадлежит себе, потому что должен защищать какие-то ценности, какие-то схемы и какие-то идеи, которые кажутся ему невероятно важными.<br />Самого человека в этот момент уже нет. Сознание заменяется какой-то фразой, формулой или принципом, и ради этой фразы человек уже начинает что-то делать. Получается, что он действует не ради себя и не из сознания, а ради программы.<br />Это можно увидеть, например, на уровне нынешней войны, которая во многом устроена за счёт лжи. У нас же есть принцип: нацизм или фашизм — это плохо, это зло. В самом верху такого условного списка может стоять Сатана, где-то внизу — Гитлер и фашизм как предельная форма зла, а в «русском аду» последний круг будто бы занимает Гитлер со всем своим фашистским содружеством. И вроде бы у нас есть принципы, мы все такие правильные, боремся и ненавидим фашизм в любых его проявлениях.<br />Но в итоге с таким принципом и с такой разрушительной идеей люди идут убивать невинных людей и бомбить города. Никто в реальности не видит, что само по себе бомбить города ради любой идеи, хоть ради борьбы с фашизмом, хоть ради чего угодно другого, — это уже и есть тот самый фашизм. Ладно, не буду сейчас углубляться именно в это направление, но сама схема здесь очень показательная.<br />На самом деле это относится не только к массовым процессам. В принципе, любой человек в разной степени является заложником своих принципов. У кого-то можно сказать, что есть какие-то «здоровые», «нормальные», «ресурсные» и «правильные» принципы с человеческой или общепринятой точки зрения. Есть, понятное дело, и так называемый беспринципный человек, но когда мы говорим «беспринципный», чаще всего мы подразумеваем не то, что у него вообще нет принципов, а то, что его принципы резко расходятся с общепринятыми.<br />Мы называем его беспринципным именно потому, что у него нет наших принципов. Хотя на самом деле принципы есть у всех: каждый пользуется каким-то условным, часто довольно примитивным кодексом правил. Даже не просто пользуется, а фактически является этим набором правил, потому что все реакции, переживания, самочувствие, гормональные ответы на события, слова и информацию формируются именно из позиции этого внутреннего кодекса.<br />Получается, что под это выведена целая часть личности. Для самого человека это и есть личность, потому что она сидит глубоко и переживается как «я». Но для коллективного существа это, скорее всего, просто один из уровней ума иллюзий, потому что человек будто бы живёт в своём мире, что-то придумывает у себя в голове, но при этом всё равно действует по заданным маршрутам, по заданным парадигмам, в целом не отклоняясь от общего шаблона своего поведения.<br />Поэтому всё зависит от ресурсности: какая у человека ресурсность, такие принципы в его жизни и будут проявляться. Даже не столько создаваться, сколько преследоваться и отстаиваться. Опять же, получается отказ от себя, отказ от сознания, отказ от способности взаимодействовать с реальностью самостоятельно, собой, без использования уже существующих правил и заранее заданных схем.<br />Чисто технически человек предсказуем во всём. Сейчас речь не о том, хорошо это или плохо, а только о самом факте: что бы ты ни делал, твои действия всегда можно предсказать, потому что это и есть парадигма. Если чьи-то действия можно предсказать и они действительно предсказываются, значит, перед нами программа, шаблон, закреплённый способ реагирования.<br />Где тогда сознание, если есть только шаблон, который действует именно так, и других вариантов у него нет?</p> <p>Уровень 2<br />На втором уровне в эту программу нужно смотреть уже с уровня выше наших приличных человеческих пониманий и представлений, потому что для нас принципы, особенно если они выглядят хорошими, благородными и связанными с каким-то кодексом чести, воспринимаются как нечто крутое, правильное и ценное. Если смотреть с уровня выше, не изнутри человеческих оценок, а на нас в целом как на своеобразные дурацкие муравейники, то получается, что все эти принципы — это просто наборы правил, законов и внутренних человеческих парадигм, за счёт которых человек становится предсказуемым.<br />Причём предсказуемым он становится не только в бытовом смысле, а в более глубоком: у него нет альтернативного мышления, свободного реагирования, свободного принятия решений и поступков. Человек оказывается полностью предсказуемым и, соответственно, полностью контролируемым. В общей массе людей тебя просто так выгодно воспитали, и всё. Ты живёшь даже не как сознательное существо, а как часть общей управляемой массы.<br />По сути, это такая баранья жизнь, когда у животных всё понятно: они рождаются животными и уже несут в себе соответствующие программы. А человек в какой-то степени рождается пустым, после чего из него начинают лепить всё что угодно. Если задуматься, вся культура в принципе этим и занимается. Чему тебя учат с детства? Ты только начинаешь что-то понимать и осознавать, а тебе уже рассказывают сказки про добро, благородство, честность, порядочность, храбрость, принципы и какие-то правильные формы поведения.<br />И мы ведь действительно считаем всё это правильным. Только вопрос в том, что люди, которые находятся у власти, сами чаще всего не живут по этим правилам благородства и честности. Это похоже на ситуацию с церковью: тебе нельзя грешить, потому что иначе ты будешь грешником, а тому, кто управляет этим пространством, можно, потому что в этом и состоит вся конструкция. Ты должен соблюдать кодекс, должен следовать принципам, должен быть правильным, а он будет тобой помыкать и контролировать.<br />Если учесть, что никаких гарантированных последствий в виде бессмертной души, наказания или высшей справедливости может не быть, а сама идея «последующего воздаяния» может оказаться ложью, то выходит, что человеку фактически внушают самоограничение. Он сам из себя делает барана, который честно, правильно и послушно соблюдает правила, выгодные не ему, а тем, кто этими правилами управляет.<br />Если смотреть глобально, это выглядит как тупое стадо: доброе, хорошее, честное, справедливое, но всё равно стадо. И здесь всё очень просто: любой человек, которого мы по своим меркам назвали бы ублюдком, если он не следует твоим принципам, уже получает над тобой власть. Ему не нужно играть по твоим правилам, а тебе нужно, потому что ты сам внутренне обязан им соответствовать.<br />Грубо говоря, если власти нужно от тебя что-то получить, и у тебя есть вещь или ресурс, который очень нужен власть имущим, они могут просто прийти и сказать: «Мы убьём твоих родных, если ты это не отдашь». Это самый простой пример. Или, допустим, я сейчас где-то выиграю миллиард рублей, и на этом моя прежняя жизнь, скорее всего, закончится, потому что ко мне сразу придут люди, которые начнут объяснять, что будет со мной, что будет с моими родственниками и всеми, кого я знаю, если я этим миллиардом не поделюсь. Причём поделюсь так, что ещё должен останусь, и именно так это работает.<br />У них нет твоих принципов. Точнее, у них есть свои принципы, но они условно волчьи. И со своими волчьими принципами они легко могут тебя нагнуть, потому что ты ограничен своим кодексом, а они — нет. Помимо такого распределения сил, есть ещё и просто масса людей, у которых внутри полная мешанина, где всё уже настолько сгнило, что принцип становится чем-то эфемерным: его можно легко внушить, легко опровергнуть, легко заменить другим и ради него так же легко заставить человека убивать или делать что угодно, потому что он всё равно будет считать себя правым.<br />Если смотреть глобально, система представляет собой очень большую конструкцию, в которой есть ресурсные люди, считающие себя умными, хорошими, принципиальными, честными, добрыми, щедрыми и терпеливыми, но по сути являющиеся стадом баранов. И есть остальные уровни, у которых нет ресурсов играть честно, поэтому они играют так, как требует ситуация, вытягивая жилы и соки из более ресурсных людей. В этом, собственно, и состоит смысл разделения на первые, вторые, последующие и четвёртые уровни жертвы.<br />Первые четыре уровня могут честно и благородно вкладывать свои ресурсы в цивилизацию, а следующие четыре уровня могут абсолютно беспринципно и мерзко использовать эти ресурсы в свою пользу. Поэтому плохо всем. Одни отдают ресурсы, считая это правильностью, честностью и благородством, а другие используют эти ресурсы, потому что им не мешают такие же внутренние ограничения.<br />Здесь снова возникает вопрос: почему шестой уровень подавляющей личности, пусть не всегда, но в большинстве случаев достигает успеха, занимает руководящие должности, имеет какие-то бизнесы, часто мутные и непонятные, сидит в правительстве, в чиновничьем аппарате или в других структурах управления? Потому что на этих уровнях человек легче действует без тех ограничений, которые связывают более честных и принципиальных людей.<br />Даже в нашей стране это читается почти напрямую: идёшь в полицию — значит, в массовом представлении идёшь вымогать, воровать и брать взятки; идёшь в чиновники — значит, идёшь брать взятки и распиливать бюджет. Идёшь на любую руководящую должность — значит, по сути, уже оказываешься в позиции человека, который будет пилить деньги, воровать, заниматься откатами или участвовать в мутных схемах. У нас люди уже знают, что если кто-то идёт устраиваться в такие структуры, то с большой вероятностью он внутренне готов играть по этим правилам.<br />Мы же, такие честные для самих себя, не можем пойти и делать то же самое: воровать деньги, распиливать бюджеты, брать взятки, заниматься откатами и проводить мутные схемы. Мы же честные, правильные и принципиальные. Собственно, это и есть система, и именно так она работает: одни не могут переступить через свой внутренний кодекс, а другие используют сам факт существования этого кодекса как инструмент управления и распределения ресурсов.<br />Поэтому у каждого из нас есть свой набор принципов, плюс-минус похожий на набор принципов других людей нашего круга, и за счёт этого мы можем нормально друг с другом общаться. Мы в этом плане похожи. Ты знаешь, что твой товарищ тебя не предаст, что он предсказуем в своих реакциях, что он не полностью разрушен внутренне, что он в целом честный, добрый и порядочный. Именно поэтому с такими людьми можно взаимодействовать, и тебе нравится это взаимодействие, потому что вы находитесь на одной волне, в одном режиме существования.<br />Но для системы всё это выглядит иначе. Для системы это просто стадо, а рядом с ним — пастух или группа пастухов, которые прекрасно понимают, что стадо должно быть добрым, честным, правильным, принципиальным и управляемым, потому что именно благодаря этим качествам его можно вести, использовать и контролировать.</p> <p>Уровень 3<br />Что было бы с нашим миром, если бы некие ресурсные люди первого уровня были свободны от этих жёстких парадигм, от собственных принципов, моральных ограничений и внутренних правил поведения? Что было бы, если бы они могли как угодно распоряжаться своими ресурсами на этой планете, не оглядываясь на совесть, мораль, благородство, честность и весь этот внутренний кодекс, который обычно считается признаком нормального человека?<br />Вопрос здесь, конечно, этически сложный, потому что трудно даже представить, что именно они сделали бы со всеми нами, если бы были действительно ресурсными, но при этом полностью свободными от человеческих ограничений. Уже сам факт, что можно вообразить ресурсного человека, у которого нет моральных ограничений, благородных принципов, личных правил и запретов в отношении взаимодействия с людьми, показывает, насколько сильно поведение ресурсного человека удерживается именно этими внутренними парадигмами.<br />Такой человек, если убрать у него все ограничения, вероятно, мог бы спокойно использовать любые способы достижения своих целей, не испытывая угнетения совести, морального торможения или внутреннего запрета. С точки зрения самого человека причинять вред другому человеку плохо, потому что так говорят наши принципы, наша мораль и наш кодекс поведения. Но с точки зрения ресурсов и всей этой системы, если смотреть холодно и с уровня выше, ты внутри этого пространства как будто волен заниматься чем угодно, если это сопутствует общему направлению, в котором движется система, и тем эффектам, которых она добивается.<br />Мы ведь не знаем, какими способами Илон Маск достиг того, что стал одним из самых богатых людей на планете. Ходят разные слухи, и вполне возможно, что не всё там было чисто, потому что в таких подъёмах по иерархии люди часто не брезгуют разными способами. Вообще ресурсность у людей очень часто ограничивается тем, насколько они способны выстраивать связи, отношения, иерархии, доступы и механизмы влияния на других людей.<br />Получается, что у общей большой массы ресурсных людей с самого рождения убивается самый главный аспект — сознание. Знания, память, информация, правила, законы, кодексы, мораль, совесть — всё это, с одной стороны, кажется нормальным воспитанием, но с другой стороны, из существа постепенно делают ограниченного, послушного и управляемого человека. Даже не просто раба, а существо, настолько зажатое своими парадигмами, что оно уже не может свободно проявляться, свободно действовать и свободно использовать собственные ресурсы.<br />Именно поэтому вся эта система, все страны, правительства, аппараты управления и уровни иерархии прекрасно себя чувствуют, существуют и продолжают деградировать. Ресурсные люди находятся в жёстких ограничениях и условиях, а фактически — под контролем подавляющих личностей и самой системы, которая использует их внутреннюю правильность как способ управления. Человечество само создало такой прекрасный «новый дивный мир», в котором неважно, сколько у тебя ресурсов, потому что с детства тебя уже воспитывают покорным, правильным и удобным для системы человеком.<br />А остальные уровни жертвы воспитываются иначе, непонятно как, и у них нет такой покорности, поэтому для нас они часто выглядят конченными, мерзкими, лживыми и настолько отвратительными, что от взаимодействия с ними возникает почти физическое отторжение. Достаточно посмотреть на некоторых людей, сидящих в правительственных структурах или обслуживающих пропагандистские системы: от их слов, мимики, поведения и внутренней мерзости возникает ощущение, будто в природе даже нет настолько отвратительного вещества, которое вызывало бы такое отвращение.<br />Особенно это видно на примере пропагандистов, которые публично произносят чудовищные вещи, оправдывают разрушение, ложь, насилие и при этом спокойно продолжают жить, получать огромные деньги и не испытывать никакого внутреннего торможения. Они могут не осознавать, что делают, но у них нет таких принципов, которые остановили бы их. Им платят большие деньги, они прекрасно врут, прекрасно живут, ни о чём особенно не беспокоятся и не мучаются тем, чем мучаемся мы.<br />А мы здесь страдаем, потому что мы правильные, честные и принципиальные. Но это тоже большая иллюзия. Если взять, например, животный мир и тех же пресловутых муравьёв, то можно увидеть, что в общей массе, с точки зрения суммарной деятельности и развития всего муравейника, отдельные внутренние переживания особей не имеют принципиального значения.<br />Если смотреть на человечество как на один большой муравейник на планете, то что по сути происходит? Человечество «развивается» в кавычках, муравейник как-то растёт, усложняется, одновременно деградирует, население увеличивается несмотря на войны, конфликты, болезни, эпидемии и другие разрушительные процессы. Если взять всё человечество как один вид, то в целом оно неплохо доминирует на планете, и с точки зрения общего эффекта задача как будто достигнута.<br />Общее жизненное пространство человечества движется в том направлении, в котором оно должно двигаться внутри этой системы, и на этом уровне всё как будто нормально, несмотря на отдельные этапы, кризисы, конфликты и локальные разрушения. В общей массе абсолютно все люди просто как муравьи, так или иначе включённые в выполнение общего процесса. Конечно, если приближать каждую отдельную жизнь, каждую ситуацию и каждую конкретную судьбу, то внутри контекста появляется множество нюансов, боли, драм, выборов и переживаний.<br />Но если смотреть в целом, все эти кодексы, мораль и принципы являются иллюзией. Что с ними, что без них человечество как жило, так и будет жить, как деградировало, так и будет деградировать, потому что все люди всё равно тратят свои ресурсы на это пресловутое существование. Здесь всё зависит от масштаба, с которого ты смотришь.<br />Когда ты смотришь на муравьёв, у них нет принципов в человеческом смысле. У них есть правила существования: тащи всё съедобное в муравейник, защищай его, выращивай личинки, убирай, поддерживай порядок, выполняй свою функцию. У муравьёв есть строгий набор базовых поведенческих инструкций, которые каждый муравей соблюдает. Чёткие инструкции существования — и ничего лишнего.<br />Если человечество рассматривать с уровня выше, уменьшить его до масштаба муравейника и самому как бы стать чем-то большим, то мы увидим практически то же самое. В человеческой жизни есть разная возня, разные действия, мелкие манипуляции, личные драмы, социальные игры и индивидуальные истории, но в масштабе всей жизни всё равно все играют по правилам и выполняют заданные парадигмы.<br />У подавляющих личностей есть свои парадигмы, которые для нас выглядят беспринципными, а у первых четырёх уровней есть свои ошибочно-принципиальные парадигмы. Именно так система и выстроена: здесь есть те, кто играет по правилам, и есть те, кто как будто играет не по правилам, хотя по сути это тоже является игрой по правилам, только уже более высокого порядка.</p> <p>Уровень 4<br />Четвёртый уровень — это, пожалуй, само наше состояние, и сейчас я называю его мерзким, хотя раньше для меня оно воспринималось как что-то очень правильное, естественное и даже сильное. Это мерзкое состояние уверенности в себе, бессознательной уверенности в правильности своих поступков, в собственной честности, благородстве, порядочности и внутренней правоте. Для нас это обычное состояние, оно кажется нормальным и естественным, но это опять то самое пресловутое «естественное» состояние, которое на самом деле является не природной сознательностью, а выполнением программы правильности.<br />Это состояние, в котором ты весь такой правильный, понятный самому себе и уверенный в своей правоте, в своих принципах, в своих внутренних основаниях. Я здесь обычно привожу самый простой пример: убивать людей — это хорошо или плохо? Ответ кажется риторическим, потому что понятно, что плохо, что нельзя так поступать, что убийство в любой форме — это зло и нарушение базовых человеческих норм. Но если посмотреть на это беспринципно, то есть не изнутри нашего морального кодекса, а с уровня самой структуры поведения, то это просто правило, которое тебя ограничивает.<br />С точки зрения беспринципного человека, для которого убить другого человека так же просто, как совершить любое другое действие, это всего лишь ограничение, внутреннее жёсткое условие, правило, которое ты выполняешь и против которого не можешь пойти. А если пойдёшь, то сам себя накажешь, потому что включатся совесть, моральные страдания, внутреннее самоосуждение, и ты будешь долго мучиться от собственного выбора, даже если с точки зрения внешнего результата это действие могло быть для тебя выгодным.<br />То же самое происходит, когда ты говоришь неправду в свою пользу. Тебе после этого становится немного плохо, где-то что-то внутри прокалывает, появляется внутреннее напряжение, и вроде бы хочется сказать правду, потому что нарушение собственного правила запускает внутреннюю боль. Это и есть набор правил, который делает из нас послушных барашков на заклание, потому что по сути мы ими и являемся внутри этой системы.<br />Если взять крепостное право, которое существовало раньше, то там был барин, был кто-то выше тебя, кто тобой управлял, распоряжался твоей жизнью, трудом и ресурсами. Но на самом деле это, как и рабовладельческий строй, никуда не делось. Оно всегда существовало в человечестве, просто сейчас приняло другие, более скрытые формы. Мы здесь все вроде бы играем в свободу, самостоятельность, личный выбор и человеческое достоинство, но сама структура управления ресурсами практически никуда не исчезла.<br />Если сравнивать то, что было при крепостном строе, с тем, что есть сейчас, то в общем-то не так уж сильно всё поменялось. Ты по-прежнему должен работать ради того, чтобы просто жить, выживать и поддерживать своё существование. Ради собственного выживания ты должен вкалывать, тратить ресурсы, время, силы и здоровье, чтобы оставаться внутри этой системы и обслуживать её требования.<br />То, что у нас есть какие-то дома, квартиры, имущество, личные вещи и ощущение собственности, на самом деле, если смотреть шире, почти ничего не значит. На фоне всех процессов, всех денег, которые вращаются в мире, всех территорий, власти, ресурсов и глобальных структур, наше имущество — это просто пыль. Точно так же, как квартиры людей и их небольшая собственность, с позиции власть имущих всё, чем мы здесь обладаем, является почти ничем.<br />Это пыль, которая просто немного приносит им доход в виде налогов, денежных трат и постоянного участия в экономической системе, потому что любые крупные бизнесы, основные потоки денег и ключевые ресурсы в итоге так или иначе связаны с теми, кто обладает властью. И так устроено не только у нас, а практически во всём мире. Внешне рабовладельческого строя уже нет, но по сути он никуда не делся технически, просто рабы теперь играют в свободных, правильных, честных, справедливых, рассудительных, моральных и этичных людей.<br />Все из себя такие правильные, добрые и хорошие, и именно это является проявлением того, что система, которая была тогда, осталась такой же и сейчас. По-прежнему право власти находится за сильным человеком, но сила теперь не обязательно физическая. Сильным оказывается тот, кто может обходить правила поведения, не зависеть от моральных ограничений и, не оглядываясь на них, вытворять любую мерзость, если это даёт ему выгоду.<br />Именно такой человек чаще оказывается в выигрыше, потому что он действует не внутри тех рельсов, по которым движется принципиальный, честный и ресурсный человек. Эти парадигмы для ресурсных людей становятся жесточайшими рельсами, по которым каждый человек вынужден выживаться, расходуя себя, свои силы, свою жизнь и своё сознание на поддержание той правильности, которая в самой системе используется как форма контроля.</p> <p>Уровень 5<br />Вообще все эти жёсткие парадигмы нужны в конечном счёте для того, чтобы мы тратили свои ресурсы и чтобы человеку постоянно было больно. В чём логика такого своеобразного противопоставления ресурсных людей, первых четырёх уровней и остальных четырёх уровней? Логика в том, что вторые четыре уровня постоянно жгут первые четыре, как раскалённым железом, по сути всё время делают нам больно и создают ощущение непрерывного давления.<br />Их поведение не соответствует нашим ожиданиям, потому что мы сами ограничены внутренней этикой, моралью, правилами и представлениями о правильном. Хотя это даже не просто ограничения, потому что вся наша внутренняя этика — это механизмы взаимодействия с реальностью, благодаря которым нам всё время становится больно. Мы ждём, что реальность или другие люди будут соответствовать нашим правилам, а они не соответствуют, и именно в этом месте постоянно возникает боль.<br />Если смотреть на реальность прямо, то она похожа на дикие джунгли или саванну, где весь животный мир никуда не исчез. Мы как были частью этого животного мира, условно делясь на травоядных и хищников, так в каком-то смысле и остались. В природе нет человеческого деления на справедливость, честность, благородство и моральную правильность. В природе есть баланс, где всё устроено очень просто: если ты сильный, ты ешь и живёшь дальше; если ты слабеешь, то тебя съедают или ты погибаешь.<br />В природе нет такого, чтобы львы соблюдали какой-то кодекс чести, а антилопа перед львом требовала честности, справедливости, толерантности или какого-то другого принципа. Лев просто охотится на неё, потому что он сильнее, потому что может её убить, и на этом всё заканчивается. В природе нет нашей человеческой морали, и именно поэтому вся эта система выглядит настолько жёсткой, если смотреть на неё без человеческих иллюзий.<br />А мы со своими кодексами ведём себя так, будто пытаемся требовать от условной силы, чтобы она играла по нашим правилам. Как будто это карточная игра или шахматы, где нельзя просто взять и убрать вражеского короля одним ходом, потому что существуют правила. Пока ты эти правила соблюдаешь, ты должен выстраивать стратегию, просчитывать ходы, разбираться в системе и учитывать ограничения. А если ты просто берёшь первую попавшуюся фигуру и сразу убираешь короля, то это уже считается беспринципностью, неправильной игрой и нарушением порядка.<br />То есть получается странная конструкция: человек, который не играет по правилам, вроде бы плохой, потому что он нарушает саму структуру игры. Но этот бред, как бы он ни выглядел, соблюдается нами, и внутри этих парадигм мы всё время сталкиваемся либо с реальностью, которой безразличны наша этика и мораль, либо с людьми пятого, шестого, седьмого и восьмого уровней, для которых эти моральные правила вообще не являются внутренним ограничением.<br />Я сейчас понял, что когда мы с соседом пьём кофе и разговариваем обо всём, мы так или иначе время от времени обсуждаем родственников или каких-то других людей именно в этом ключе. Мы обсуждаем их гнилые, пакостные поступки и удивляемся тому, кто в этот раз какую мерзость совершил, кто кого обманул, кто как поступил неправильно, кто опять не сыграл по правилам. И в итоге получается, что все вокруг мерзавцы, все поступают неправильно, а одни мы такие честные, хорошие, добропорядочные и трудолюбивые люди.<br />Мы поэтому и занимаемся своими ремонтами годами, потому что в этой системе, когда ты играешь по правилам, ты проигрываешь. Ты проигрываешь не потому, что сам по себе плохой или слабый, а потому что находишься внутри иллюзий. Все эти представления о добре, честности, порядочности и правильности являются по сути выдуманными человечеством парадигмами, внутри которых человек сам себя ограничивает и сам себя заставляет тратить ресурсы.<br />Это тоже похоже на своеобразное изобретение. Когда человечество что-то изобретает, оно часто не только развивается, но и одновременно деградирует, потому что создаёт новые формы зависимости. Изобретя честность, мораль и кодексы поведения, человечество тоже в каком-то смысле деградировало, потому что теперь с самого рождения человек должен соблюдать эти правила, соответствовать им и выполнять их, а невыполнение приводит либо к его собственным внутренним страданиям, либо к плохому отношению со стороны других людей, которые продолжают эти правила выполнять.<br />В целом всё это является одной большой слабостью. Всё это — отсутствие сознания и попытка каким-то кривым способом его сымитировать. Человек пытается через правила, мораль, честность, кодексы и правильное поведение создать видимость сознательности существа, но по факту здесь сознанием даже не пахнет. Есть только набор парадигм, актуальных внутри человеческой среды, где одни люди считают их настоящими, а другие используют как инструмент управления или просто обходят.<br />Можно взять, например, общую тенденцию, связанную с людьми, которые в последнее время призывают отказаться от мяса: веганы, вегетарианцы и все, кто говорит, что животным больно, что их жалко, что каждый день убивается огромное количество животных и что убийство животных — это плохо. Они считают, что животных нельзя убивать, и пытаются навязать окружающим эту повестку, чтобы все отказались от мяса или перешли на какие-то искусственные заменители.<br />Но это тоже проявление тех же самых принципов. Они говорят: плохо убивать животных. А почему плохо их убивать? Если смотреть с позиции природы, то их не «плохо» убивать, потому что они слабее и потому что они являются едой. Сорвать помидор с куста и съесть его почему-то не считается плохим, а убить животное — считается плохим. Где проходит эта грань между плохим и хорошим, если ты в любом случае берёшь живое, используешь его и превращаешь в ресурс для собственного существования?<br />Это природа, и в ней нет такого кодекса. Здесь нет высшего наказания, нет встроенной моральной бухгалтерии и нет объективного запрета. Всё это искусственная мораль, которую люди выдумывают почти на пустом месте, затем начинают от неё зависеть, тратить внутри неё ресурсы, страдать, спорить, доказывать и заставлять других жить так же. И самое главное, что вся эта мораль ещё и постоянно вызывает боль.<br />Такой замечательный мир, в котором мы живём: сначала человек создаёт правила, потом называет их правильностью, потом начинает страдать от их нарушения, затем требует, чтобы другие тоже их соблюдали, и в итоге постоянно сталкивается с реальностью, в которой эти правила не имеют никакой обязательной силы.</p> <p>Уровень 6<br />На шестом уровне возникает аналогия с неким лабиринтом. Грубо говоря, тебе нужно попасть из точки А в точку Б, и потенциально ты мог бы сделать это почти мгновенно, но если всей системе нужно, чтобы ты шёл из этой точки А в точку Б долго, тратя ресурсы и фактически выбрасывая себя в коллективную сущность, то между этими двумя точками она рисует для тебя лабиринт.<br />И ты в этом лабиринте будешь петлять, двигаться, возвращаться, снова искать проходы и в конечном счёте, возможно, всё-таки дойдёшь до точки Б. Но вопрос в том, какими силами, какими усилиями и с какой затратой ресурсов это произойдёт. Я начал говорить про лабиринт и задумался, что, в принципе, мой пресловутый дом со всем его ремонтом — это то же самое. Любое действие, которое нужно совершить, чтобы прийти в точку Б, превращается в целый лабиринт.<br />Это целая череда небольших действий, процессов, затрат времени, денег, сил, здоровья и ещё каких-то ресурсов. В конце я, конечно, дойду до своей точки Б, но затем мне снова нарисуется какой-то новый путь, и мне снова нужно будет двигаться по этим извилистым трубкам, продолжая тратить ресурсы. Таким образом, в принципе, все люди на планете скидывают свои ресурсы в это пространство, в коллективную сущность, потому что здесь нельзя попасть из точки А в точку Б одним движением или одним щелчком пальцев.<br />Здесь нужна боль, нужны поступки, нужны процессы, нужна многочисленная последовательность действий, словно это какое-то переваривание. Как будто мы движемся по кишечнику, постепенно растворяемся, и всё окружающее пространство нас медленно обсасывает, втягивает, перерабатывает, чтобы на выходе мы превратились в унылый остаток, который завершает свой путь. Аналогия, конечно, неприятная, но по сути она довольно точно передаёт сам механизм: внутренние правила, жёсткие ограничения, личностные кодексы, представления о чести, нравственности и морали просто вносят в существование сложность и тяжесть.<br />Игра по правилам интересна именно тем, что по этим правилам всё становится сложным, долгим и тяжёлым. Кому нужны шахматы, в которых можно выиграть за один ход? Они никому не нужны, потому что в шахматы играют не только ради победы, а ради самого процесса, ради траты времени, внимания и ресурсов. Именно для этого и нужны правила. Они растягивают не столько само время, сколько количество процессов, которые человек должен выполнить, чтобы прийти к результату.<br />Дом я в конечном итоге тоже построю, но сколько миллионов процессов я должен затратить, чтобы это сделать? И таким же образом устроена жизнь людей, особенно ресурсных людей. Все эти нужные, правильные и социально одобряемые иллюзии заменяют сознание для того, чтобы усложнить нам способы взаимодействия с реальностью. Чем сложнее тебе взаимодействовать с реальностью, тем дольше ты это делаешь, тем больше буксуешь и тем больше отдаёшь себя в это пространство.<br />Именно так для ресурсных людей работает система, которая с детства формирует набор правил, честное поведение, правильность, терпение и привычку играть по заданной схеме. Возьми, например, третий уровень: человек просто пашет всю жизнь, тупо пашет, живёт от зарплаты до зарплаты, что-то копит, на чём-то экономит и, конечно, в итоге может добиться какого-то успеха. Но если он действует по правилам, то всё это происходит очень долго.<br />Опять же, как у меня: я, конечно, добьюсь своего, доделаю дом и всё завершу, но сколько лет я на это затрачиваю? В двадцать пять я купил дом, сейчас мне двадцать восемь, а ремонта ещё года на три или четыре. Получается, что вся молодость просто уйдёт сюда, на эту стройку, только для того, чтобы из точки А дойти в точку Б. Нужно убить на это шесть-семь лет, а в конечном счёте я, может быть, продам этот дом, куплю новый, и всё начнётся по новой.<br />Такие механизмы работают в нашей системе и в нашей жизни. Все эти правила приводят к тому, что мы сами себе усложняем взаимодействие с реальностью, сами увеличиваем количество процессов, которые нужно выполнить, и сами растягиваем путь к результату. Там, где условно можно было бы добиться своего прямым и коротким действием, человек вынужден выполнять огромное количество телодвижений, потому что его внутренний кодекс не позволяет ему действовать иначе.<br />Беспринципные или просто плохие с нашей точки зрения люди часто добиваются своего самыми короткими путями, быстрыми и лёгкими способами, потому что они не связаны теми же ограничениями. А ресурсный человек будет играть по правилам, будет сюсюкаться с этой системой, тратить время, нервы, силы, деньги и здоровье, в целом отдавая сюда всего себя и скидывая свои ресурсы в это пространство.<br />И получается, что все эти правила, нормы, мораль, честность и правильность работают не на благо человека, а на поддержание некой коллективной сущности, которая существует именно за счёт того, что люди долго, сложно, мучительно и последовательно тратят себя, проходя по лабиринтам, которые сами же воспринимают как естественный путь жизни.<br />Уровень 7<br />Седьмой уровень — это тоже продолжение всего нашего общего жизненного пространства, продолжение пространства коллективной сущности. Человечество во все времена пыталось возвести вокруг собственного существования некий культ, культ самого себя, культ человечества, и постоянно изобретало иллюзии, концепции, шаблоны, инструкции и парадигмы, через которые потом само же начинало воспринимать себя и свою жизнь.<br />Здесь правильнее будет сказать не «выдумывало», а именно «изобретало», потому что это ничем принципиально не отличается от любого научно-технического прогресса. Научно-технический прогресс делает нас зависимыми от всего, что изобретается и производится, а культурные, моральные, мифологические и социальные конструкции делают нас зависимыми от тех смыслов, правил, образов и повесток, которые человечество создаёт вокруг самого себя. Всё, что выдумывается в культуре, сказках, историях, мифах, общественном положении дел, правилах поведения и повестке дня, тоже делает человека зависимым, потому что он начинает жить уже не из сознания, а из созданной концепции.<br />На этом примере можно взять Америку, где ещё совсем недавно рабство считалось нормальной вещью, а отношение к чернокожим как к рабам воспринималось как естественное положение дел. Сейчас же они себя за это винят, корят, компенсируют прошлую вину и в каком-то смысле даже ставят чернокожих чуть выше остальных, потому что много лет их мучили, унижали и держали в рабстве. Повестка поменялась, принципы изменились, мораль стала другой, и теперь всё трактуется совсем иначе.<br />Но по сути всё это остаётся тем же самым жидким и неустойчивым набором человеческих концепций. Человечество просто изобретает новые конструкции, эти конструкции захватывают умы, и человек, пытаясь жить по этим правилам, сказкам, иллюзиям и кодексам, в итоге снова убивает себя на благо всего этого жизненного пространства, всей коллективной сущности. Он думает, что живёт правильно, современно, этично или справедливо, но фактически продолжает выполнять общий процесс.<br />Если снова смотреть на муравейник, то у него есть одна главная задача: выжить, размножиться и сделать так, чтобы вокруг появилось ещё больше муравейников. Какая разница, какую стратегию поведения выберет муравейник и чем будут заниматься отдельные муравьи, если в конечном счёте он выполнит эту общую идею? Если муравьёв станет больше, если они создадут новые муравейники и продолжат расширяться, то абсолютно не важно, во что они внутри верят, какие кодексы чести соблюдают, какие правила придумывают и какие внутренние игры разыгрывают.<br />Они прекрасно справляются со своей общей задачей, ради которой существует их пространство. Пусть они хоть микроскопические велосипеды изобретут и будут на них кататься, если в целом они всё равно идут в том направлении, в котором должны идти. С нами происходит то же самое: каждый занимается тем, чем хочет, каждый по-своему проживает свою жизнь, но всё равно все свои ресурсы оставляет здесь.<br />Ты всё равно выкачаешь себя досуха в это жизненное пространство, в пространство цивилизации, и как выжатый пакетик сока отправишься на помойку. Так происходит воплощение за воплощением, и абсолютно не важно, чем именно человек занимался: этот был правильный, этот немного неправильный, этот ещё на несколько процентов думал иначе и тоже считал себя правым. В масштабе коллективной сущности эти различия почти ничего не меняют.<br />Можно взять даже деление на «ватников» и «неватников». Есть человек, который условно считается разумным: например, я часто вижу уличные опросы, где молодёжь говорит, что так называемая «спецоперация» — это война, что это плохо и ужасно. А есть старики, вата, которые говорят, что Путин молодец, что всё делает правильно, что так и надо, что надо поставить на место Америку и Европу. С одной стороны, есть вроде бы нормальные, адекватные и более сознательные люди, а с другой — вата, и понятно, кто нам больше нравится, а кто вызывает отторжение.<br />Но на самом деле разницы почти нет, если смотреть с уровня системы. Все делают одно и то же. Неважно, является человек тупым ура-патриотом, который ходит на работу, платит налоги, голосует за кого нужно, смотрит телевизор, пьёт водку и пишет бессмысленные комментарии в интернете, или это современный молодой человек, который телевизор не смотрит, понимает, что происходит, читает разные источники информации и считает себя более адекватным. Для системы они оба делают одно и то же.<br />Он точно так же работает, потребляет товары, тратит деньги, силы и ресурсы на то, чтобы эти деньги заработать, а затем снова их потратить. По сути, он живёт в том же самом цикле, что и любой маргинал, просто на другом уровне осмысленности и с другими убеждениями. С моральной точки зрения, конечно, приятно считать, что мы не ватники и не идиоты, но чисто технически для государства и для системы разницы между нами почти нет.<br />Всё это остаётся внутри головы на уровне убеждений, морали и очередной внутренней правильности. У ватника уже, условно говоря, пустота, его ресурсы прожжены, а у ресурсных людей ресурсов ещё много, и они ещё будут много страдать, потому что вся эта реальность никогда не соответствует их моральным принципам. Особенно это видно на примере чувства справедливости, которое остаётся очень мощной и болезненной темой.<br />Я помню, мы когда-то проводили сеанс насчёт справедливости, и это действительно очень жирная тема, потому что она никуда не делась. По-прежнему есть ощущение справедливости, есть боль от её отсутствия, есть реакция на нечестное поведение, ложь, подмену и манипуляцию. Например, вся российская пропаганда постоянно врёт, утверждает, что Украина сама бомбит свои города, что всё это «укранацисты», Бандера, биолаборатории и прочая откровенно абсурдная ложь.<br />И для ресурсного человека это невыносимо, потому что это несправедливо, беспринципно, лживо, лицемерно и манипулятивно. Всё это воспринимается как вопиющее надругательство над действительностью, законами, суверенитетом, человеческим достоинством и базовыми нормами. Но все эти слова — «справедливость», «законы», «суверенитет», «достоинство» — тоже являются красивыми человеческими формулами, через которые у ресурсного человека возникает боль.<br />Получается, что весь мир, видя действительность и сталкиваясь с пропагандой, ложью и насилием, причиняет адекватным и ресурсным людям постоянную психологическую боль. Вся логика здесь именно в этой лжи, в вопиющей несправедливости и в том, что реальность снова и снова показывает: принципы и убеждения не работают так, как человек хотел бы. Ресурсные люди со своими моральными основаниями постоянно сталкиваются с реальностью, в которой не работают ни их принципы, ни их убеждения, ни их ожидания честности.<br />Это реальность, в которой по-прежнему действует классический закон джунглей, а все ресурсные люди, несмотря на свои умные, правильные, честные и справедливые представления, остаются стадом. Ресурсным, жирным, вкусным стадом, которым система и те, кто действует без этих ограничений, продолжают лакомиться.</p> <p>Уровень 8<br />Вся эта война, весь этот зависший срок с 24 февраля по сути изменил общий фон жизни, и понятно, что дальше всё ещё будет меняться. Но для тех людей, кто пока непосредственно не участвует в боевых действиях и находится далеко от мест прямого столкновения, в плане бытовой жизни и деятельности это зацепило не настолько сильно, как могло бы зацепить при непосредственном попадании внутрь событий. В экономическом плане нам, конечно, тяжело, но если говорить иначе, то пока что всё остаётся терпимым.<br />На данный момент прошло уже три месяца, и лично у меня жизнь, как была, так в целом и продолжается. Она не сильно изменилась, а если точнее, почти вообще не изменилась. Я по-прежнему делаю всё то же самое, что и было запланировано, по-прежнему пытаюсь двигаться по своим задачам и по-прежнему не укладываюсь в сроки. Единственное, что действительно изменилось, — это огромное количество внутреннего страдания, которое возникает, когда смотришь новости и сталкиваешься с тем, что происходит.<br />Внутри тебя есть какой-то добрый, зрелый, адекватный, рациональный и принципиальный человек, а снаружи происходит такой кошмар, что это постоянно сталкивает твои внутренние шаблоны с действительностью, с мерзкой и уродливой реальностью, в которой непрерывно происходит какая-то разрушительная мерзость. Когда люди смотрят новости, читают сообщения, видят, что происходит с городами, мирными людьми, семьями и всей этой жизнью, они испытывают боль. Всем больно, потому что у всех нас есть хотя бы самый банальный принцип: убивать людей, убивать мирных людей и бомбить города — это чрезвычайно плохо.<br />И когда ты видишь всё это, тебе становится чрезвычайно больно. Хотя здесь, наверное, речь уже даже не только о принципах, а о самих способах нашего взаимодействия с реальностью. Человек всегда взаимодействует с реальностью из позиции какого-то своего умственного шаблона, из позиции убеждений, представлений, внутренних образов и личного видения. Для человечества в целом и для каждого человека отдельно считается нормальным иметь своё видение, но именно из этого видения, сталкиваясь с действительностью, мы снова и снова приходим к боли.<br />Мы всегда будем сталкиваться с болью, всегда будем пытаться от неё сбежать, искать процессы, методы, объяснения, оправдания, действия и формы компенсации. И в этом смысле всё устроено замечательно, потому что именно так, по сути, и задумано. Эти личностные парадигмы человеческого человека нужны именно для того, чтобы создавать мотивацию продолжать вкладывать свои ресурсы в систему.<br />Когда ты действуешь по принципам, ты тратишь ресурсы определённым образом. У тебя это получается, потому что ты переводишь себя, свои силы, время, внимание и жизненность сюда, в это общее жизненное пространство. Вся наша цивилизация напоминает один большой, сложно устроенный термитник, муравейник или улей насекомых, в зависимости от того, какой образ ближе восприятию. Только вместо насекомых здесь находятся маленькие батарейки, и каждый человек является такой небольшой единицей с ресурсами.<br />Но человек не отдаёт свои ресурсы просто так, сам по себе. Эти ресурсы нужно забрать, и здесь снова можно вспомнить фильм «Матрица», где существовали человеческие поля, а каждый человек использовался как батарейка. Я уже не помню, какой именно смысл был в самом мире Матрицы, в котором люди выполняли свои роли, но в этом привычном мире, созданном для них, тоже, возможно, не было самостоятельного смысла, кроме поддержания самой системы и извлечения ресурса.<br />Если допустить, что людей нужно было стимулировать, то вся Матрица в привычном виде и существовала именно как среда стимуляции. Здесь на самом деле происходит почти то же самое. Все программы личности, кодексы, моральные принципы и внутренние правила — это механизмы, которые нужны для того, чтобы ты постоянно сталкивался с реальностью, испытывал боль, пытался от этой боли сбежать и таким образом постоянно находился в цикле деградации.<br />Сознание перечёркивает весь смысл происходящего. Оно перечёркивает сам смысл существования, смысл траты ресурсов, смысл цивилизации, смысл достижений в твоей жизни и вообще смысл всей этой конструкции. Поэтому все механизмы и деструктивные программы направлены именно на то, чтобы сознания не было, а была только боль, от которой нужно постоянно бежать. Собственно, этим мы и занимаемся.<br />Таков этот мир и такая настоящая действительность, в которой все внутренние правила оказываются механизмами, предназначенными для того, чтобы существа постепенно убивали себя, переводя свои жизненные ресурсы и сознание в пространство коллективной сущности на планете. Чтобы термиты строили свой термитник, им нужна мотивация, и эти программы как раз являются источником такой мотивации.</p> <p>ЦТ<br />На центральном уровне вся эта парадигма, связанная с принципами, моралью, справедливостью и любыми внутренними законами, с технической точки зрения всегда описывается одним и тем же механизмом взаимодействия. Допустим, я купил дом, хотя даже не дом, а просто пустой участок земли. В реальности у тебя есть только клочок земли, но когда ты смотришь на этот пустой участок, внутри возникает боль от самой этой пустоты, потому что она не соответствует твоей внутренней картине того, как всё должно выглядеть.<br />Тебе больно от того, что участок пустой, и чтобы сбежать от этой боли, от несоответствия между твоими внутренними парадигмами и реальностью, тебе нужно на этом участке что-то построить, как-то его заполнить, чем-то убрать эту пустоту. То же самое происходит с моралью и справедливостью: ты со своей справедливостью сталкиваешься с реальностью, в которой всем безразлична справедливость, тебе становится больно, и ты начинаешь через свои действия впихивать эту справедливость окружающему пространству.<br />Получается сам механизм, при котором у тебя есть некий принцип, некий внутренний закон, и он тебе постоянно твердит, что в этом месте пустоты быть не должно, что реальность должна выглядеть иначе, чем она выглядит сейчас. От этой боли можно сбежать только через изменение реальности, через попытку привести её в соответствие со своей внутренней картиной. Поэтому я и говорю, что моральный кодекс, принципы и внутренние правила человека — это просто способы мотивировать нас, чтобы мы тратили собственные ресурсы, убегая от самих себя и от боли столкновения с реальностью.<br />Это похоже на пустые пространства, белые стены или чистые листы бумаги. Ты смотришь на них и видишь некое несоответствие своим ожиданиям, образам или картинкам в голове, и именно из этого несоответствия появляется боль, а вслед за болью возникает мотивация как-то её убрать. Нужно что-то нарисовать, построить, заполнить, изменить, оформить и тем самым закрыть внутренний разрыв между тем, что есть, и тем, что, по твоему ощущению, должно быть.<br />В итоге выходит, что вся эта структура — это не просто парадигма принципов, а парадигма законов и механизмов, которые в каждом человеке создают ложную картину относительно реальности. Эта ложная картина постоянно сталкивается с самой реальностью, человеку становится больно, и он начинает убивать себя, чтобы эту боль не чувствовать. Понятно, что «убивать себя» здесь означает тратить свои ресурсы, силы, время, внимание, жизнь и способность быть в сознании.<br />С человеческой точки зрения это выглядит довольно безобидно: человек просто тратит ресурс, что-то делает, строит, добивается, исправляет, доказывает, меняет и приводит в порядок. Но с точки зрения всего жизненного пространства и всей цивилизации это выглядит иначе: существо буквально переводит себя в это пространство, сжигает себя, распределяя свои ресурсы по множеству процессов, задач и форм существования.<br />Это можно сравнить с организмом. Представь, что у тебя есть некий ограниченный ресурс, и для того чтобы жить, тебе нужно постоянно переводить этот ресурс в клетки, создавать клетки за счёт него и тем самым сжигать себя. Ты переводишь свой ресурс в маленькие сущности в виде клеток, а эти сущности, сжигая выделенный им на воплощение ресурс, существуют, выполняют свой образ жизни на своём уровне и тем самым поддерживают существование всего организма.<br />Сколько у тебя хватит ресурса на то, чтобы распылять себя в эти сущности, распылять себя на клетки организма, столько ты и проживёшь. В этой фрактальной системе то же самое происходит и на уровне цивилизации: она существует до тех пор, пока у неё есть ресурсы создавать новых людей, вклеивать их в это пространство и заставлять их что-то делать на планете.<br />Если взять историю от начала зарождения человека разумного до сегодняшнего дня, то с позиции большой коллективной сущности в принципе всё замечательно. Была Вторая мировая война, сейчас, возможно, разворачивается нечто похожее на Третью мировую, и даже если кто-то применит ядерное оружие, с точки зрения всей конструкции это всё равно остаётся частью общего процесса. Цивилизация есть, людей становится больше, эти люди продолжают постепенно деградировать вместе со всем окружающим пространством, и с позиции самой коллективной сущности всё идёт так, как должно идти.<br />Может быть, сейчас это уровень взросления этой сущности, может быть, уровень её зрелого образа жизни, а может быть, уже движение к старости. Какая разница, если существование продолжается и идёт в ту сторону, в которую должно идти? Это похоже на организм: сегодня ты существуешь, завтра будешь существовать, послезавтра твой организм тоже никуда не денется, если общий процесс ещё продолжается.<br />А что при этом происходит внутри организма? Может быть, где-то развивается рак, где-то есть простатит, где-то ещё какая-то тяжёлая или неприятная проблема, но в целом ты живёшь и существуешь. Если при этом нигде ничего не болит, то это вообще воспринимается как замечательное состояние. И неважно, может быть, где-то внутри организма одни клетки с кем-то воюют, другие клетки считают себя более правильными, чем соседние, у одних клеток одни ценности, у других — другие, и они друг друга атакуют, разрушают и уничтожают.<br />Тебе-то что, если где-то внутри организма что-то происходит, а ты в целом продолжаешь жить и существовать? Здесь происходит то же самое. Все наши внутренние механизмы, парадигмы и формы ложного восприятия по сути заменяют собой сознание и придают смысл всей этой деградации, всей этой человеческой возне, в которой каждый считает свои принципы, свои правила и свою боль чем-то настоящим, хотя на уровне всей коллективной сущности это лишь способ продолжать общий процесс распыления ресурсов.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ посвящён исследованию принципов, морали, справедливости, личных правил поведения и внутренних кодексов как механизмов, которые не столько выражают сознательность человека, сколько заменяют её устойчивыми программами реагирования. Центральная линия текста строится вокруг идеи, что принципиальность, в обычном человеческом понимании воспринимаемая как достоинство, на более глубоком уровне оказывается формой предсказуемости, самоограничения и включения человека в заранее заданную систему поведения. Человек считает, что защищает свои ценности, правду, честность, достоинство или справедливость, но фактически он начинает защищать умственную конструкцию, которая лишает его пластичности, прямого взаимодействия с реальностью и способности действовать из сознания.<br />На первых уровнях раскрывается мысль о том, что принципы являются не высшими основаниями личности, а личными правилами поведения, которые формируются в человеке через воспитание, культуру, социальные нормы и коллективные представления о правильности. Каждый человек считает свой набор правил верным, однако у людей разного уровня эти наборы могут не совпадать или прямо противоречить друг другу. Из-за этого спор, диспут и борьба за правоту превращаются не в путь к истине, а в сжигание ресурсов, конфликт программ и взаимное уничтожение, где каждый остаётся внутри собственной конструкции правильности.<br />Далее текст развивает противопоставление ресурсных, принципиальных людей и тех уровней, которые не связаны теми же моральными ограничениями. Автор показывает, что человек, воспитанный в кодексе честности, благородства, порядочности и справедливости, становится предсказуемым и управляемым. Его внутренние правила могут делать его удобным для общения с похожими людьми, но одновременно превращают его в уязвимую часть системы. Те, кто не ограничен аналогичными принципами или действует по «волчьим» правилам, получают преимущество, потому что могут использовать честность, правильность и моральную связанность других как ресурс.<br />Важным мотивом документа становится образ человечества как муравейника, термитника, улья или коллективной сущности, внутри которой отдельные человеческие жизни, ценности, моральные позиции и убеждения имеют значение только на локальном уровне. С высоты всей системы не столь важно, какие именно идеи исповедует человек: он всё равно работает, потребляет, тратит силы, участвует в экономических и социальных циклах, поддерживает существование цивилизации и переводит свои ресурсы в общее пространство. В этом смысле различия между «правильным» и «неправильным», «моральным» и «аморальным», «адекватным» и «неадекватным» оказываются вторичными по отношению к самому процессу расходования человеческого ресурса.<br />Отдельная линия текста связана с войной, пропагандой, ложью и чувством справедливости. Война рассматривается как мощное столкновение внутренних моральных шаблонов с реальностью, в которой эти шаблоны не работают. Для ресурсного человека ложь, насилие, бомбардировки, манипуляции и пропаганда вызывают сильную боль именно потому, что они противоречат его внутренним принципам. Однако сама эта боль, согласно логике документа, и является механизмом вовлечения: человек страдает от несоответствия между своим представлением о справедливости и действительностью, пытается исправить или объяснить это несоответствие и тем самым снова расходует свои ресурсы.<br />На шестом уровне появляется ключевая аналогия лабиринта: между точкой А и точкой Б система создаёт не прямой путь, а длинную цепочку процессов, правил, препятствий и действий, через которые человек вынужден проходить, тратя время, силы, деньги, здоровье и внимание. Игра по правилам делает путь к результату долгим и тяжёлым, но именно в этом и состоит её функция: не позволить человеку напрямую взаимодействовать с реальностью, а заставить его проходить через многочисленные промежуточные процессы, в которых он постепенно отдаёт себя системе.<br />В центральной точке документ сводит все предыдущие рассуждения к единому механизму: у человека есть внутренняя картина того, какой должна быть реальность, и когда реальность этой картине не соответствует, возникает боль. Пустой участок земли должен быть застроен, белая стена должна быть заполнена, несправедливость должна быть исправлена, ложь должна быть разоблачена, пустота должна быть устранена. Именно это несоответствие между внутренним законом и фактической реальностью создаёт мотивацию действовать, тратить ресурсы, перестраивать пространство и тем самым переводить себя в коллективную сущность.<br />Главный вывод документа состоит в том, что мораль, принципы, справедливость, личные правила, культурные коды и социальные идеалы выступают не просто как человеческие ориентиры, а как механизмы, которые создают ложную картину реальности, вызывают боль при столкновении с действительностью и заставляют человека расходовать свои жизненные ресурсы. Эти механизмы заменяют сознание, придают смысл человеческой возне и поддерживают общий процесс цивилизационной деградации, в котором отдельный человек воспринимает свои принципы как нечто настоящее, хотя на уровне коллективной сущности они являются лишь способом продолжения распыления ресурсов.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Wed, 26 Aug 2026 17:05:04 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17668#p17668 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17667#p17667 <p><strong>Невосприятие процесса деградации сознания - жизнь только в эффектах</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ посвящён исследованию механизмов бессознательной программности, через которые сознание постепенно утрачивает прямое восприятие, активное действие и связь с реальностью. В тексте последовательно рассматриваются уровни от -3 до 11, описывающие формирование имплантов, кластеров боли, жизненных сценариев, псевдовыбора, сужения пространства действия, заморозки существования, ухода в умственные игры и окончательного превращения «я» в программную структуру.<br /> Центральная идея документа состоит в том, что эти процессы разворачиваются незаметно и почти не поддаются идентификации в момент возникновения, тогда как сознание сталкивается уже с их последствиями: исчезновением ресурсности, распадом действия, утратой самоопределения и погружением в бесконечную программность.</p> <p><strong>2022_06_09</strong></p> <p>По состояниям, в принципе, речь идёт о том состоянии, которое было затронуто в прошлый раз, и в целом его можно сформулировать как существование в одном и том же, то есть как постоянное нахождение в одной и той же внутренней конфигурации. При этом само состояние достаточно трудно идентифицировать, поскольку, если говорить точнее, сейчас оно не вполне проявляется и не сразу поддаётся прямому рассмотрению. Я пытаюсь его обнаружить, но как будто прохождение внимания в эту область немного не осуществляется, поэтому сейчас попробую взглянуть непосредственно на само это «не проходит» и на то, что именно в нём проявляется.</p> <p><span style="font-style: italic">Приказываю себе найти и проявить, в чём я сейчас нахожусь.</span></p> <p>Не замечать какой-то нюанс, имея при этом некоторые представления, некоторые взгляды, некоторые позиции и некоторые факторы, связанные с тем, что существует некая толпа, а также с тем, что в зоне определённых программ и в зоне определённого материала это нечто как будто не является частью прямого восприятия.<br />Не замечать какие-то проявления мёртвых пространств, одновременно зная, что они уже присутствуют и существуют в наличии. Знать, что они есть, но при этом не включать их в восприятие, не замечать какую-то застывшую ситуацию и не столько полностью отрицать её наличие, сколько знать, что она существует, но не воспринимать её как подлежащую рассмотрению. Не замечать, где именно она расположена, не замечать её расшифровку и не замечать все позиции, через которые данная ситуация могла бы быть расшифрована.<br />Быть тем, кто не воспринимает и не соприкасается, быть тем, кто не знает и не осознаёт, быть тем, кто не вступает в прямое взаимодействие с данным материалом и поддерживает отстранённое существование. Быть тем, кто имеет отстранённое существование, то есть существование, основанное на устойчивой отстранённости от рассматриваемых пространств, состояний и позиций.<br />Отстранённость существования в данном случае означает отсутствие мыслей, позиций и факторов по поводу окружающей действительности, а также отсутствие каких-либо намерений по отношению к действующим программам. Отстранённое существование также означает отсутствие позиции по отношению к изменению данных пространств, то есть такое состояние, в котором субъект как будто не вступает в процесс их прямого восприятия, расшифровки и трансформации.<br />Погрузиться в отстранённость существования, погрузиться в отстранённое существование и во вне-восприятие всех этих позиций. Погрузиться в то пространство, из которого ты не хочешь воспринимать, погрузиться в кластеры боли, которые ты не хочешь осознавать, и погрузиться в позицию, в которой ты мешаешь, блокируешь и запрещаешь собственное восприятие, а также проработку данных позиций.<br />Погрузиться в пространство, в котором ты всё это заблокировал и всё это себе запретил, погрузиться в реальность, в которой ты не будешь соприкасаться со всем этим, и погрузиться в фактор, в котором ты не будешь проявляться во всех этих пространствах и во всех позициях. Погрузиться в реальность, с которой ты не будешь соприкасаться полностью, и полностью войти в это состояние невзаимодействия, в котором взаимодействие со всем данным материалом не выполняется. Полностью не выполнять взаимодействие с этим.<br />Я тот, чьё внимание было почти полностью уничтожено. Я тот, чьё внимание было почти полностью направлено в одном направлении. Я тот, чьи позиции почти во всём были направлены на отстранённость. Я тот, чьи пространства почти в каждом отдельном пространстве были направлены на невосприятие.<br />Я тот, чьи проявления были направлены на позиции почти в каждой позиции. Я тот, чьи непроявления были определённым образом созданы, организованы и построены. Я тот, у кого были тотально построены все возможные проявления. Я тот, у кого были тотально построены все данные пространства.<br />Это то, что было устроено именно таким образом, и это то, что проявилось в соответствующих реальностях. Я тот, кто проявился в таких пространствах и позициях. Я тот, кто обозначился в таких состояниях. Я тот, кто не может воспринимать все эти пространства. Я тот, кто не может проявить все данные позиции.<br />Даже не столько тот, кто не может, сколько тот, кого отклоняет, то есть тот, кого активно отводит от восприятия какого-то аспекта собственного существования и от восприятия ряда аспектов собственного существования. Я тот, кого активно отклоняет от определённых проявлений всех данных пространств, и это отклонение выступает как самостоятельный механизм удержания от прямого восприятия.<br />Я тот, кого активно сворачивает в такое пространство, где я буду проявлять активность, однако эта активность будет располагаться уже в более мелких, более слабых и более незначительных пространствах. Я тот, кого активно отклоняет от всего.<br />Активное отклонение от восприятия проявленных программ. Физически это проявляется как состояние и как позиция сворачивания в сонное состояние. Сворачиваться в сонное состояние, чтобы не воспринимать все заблокированные пространства. Сворачиваться в состояние невнимания, чтобы не воспринимать все данные реальности.<br />Ты не будешь смотреть и не будешь соприкасаться. Активность будешь простраивать в более мелких пространствах, в более мелких позициях и во всё более мелких состояниях, так что сама активность будет сохраняться, но будет переводиться в зоны меньшей значимости, меньшей силы и меньшего прямого отношения к исходному материалу.<br />Ты будешь делать это именно так, и ты будешь таким образом напрессовывать всю данную реальность. Ты будешь таким образом опрессовывать все данные позиции и все данные факторы. Ты будешь таким образом обрисовывать все данные пространства, формируя их как нечто такое, от чего необходимо отойти и что не следует прямо воспринимать.<br />Сделаешь это — отойди и не смотри. Отойди и не воспринимай. Отойди и не осознавай. Отойди и не выполняй все эти проявления. Отойди и не расшифровывай содержание программ, определивших твою реальность. Отойди и не расшифровывай, не воспринимай все эти позиции. Отойди и не воспринимай все данные пространства.<br />Ты не будешь воспринимать всё это и не будешь осознавать все эти позиции. Ты не будешь определять всю данную реальность, поскольку это обозначается как невозможное, как то, что ты не сделаешь и что для тебя представляется нереальным. Ты не построишь всё данное пространство, не построишь всё данное пространство в позициях и факторах, не построишь все данные состояния, просто не простроишь их и просто не сделаешь. Просто не сделаешь данные реальности.</p> <p><span style="font-style: italic">Приказываю себе найти и прояснить, как называется всё это пространство.</span></p> <p>Здесь проявляется даже не столько нежелание, сколько своего рода сброс внимания от существующих пространств и от их проработки, то есть уход от прямого активного восприятия всех данных пространств.</p> <p><span style="font-style: italic">Приказываю себе найти и проявить позицию, из которой я рассматриваю всё данное пространство.<br /></span><br />Я мёртв. Я умирающий. Я становлюсь сущностью, я становлюсь всем тем, кого как будто просто нет. Я становлюсь тем, кто уже наполовину, если так можно выразиться, не становится, а уже является тем, кого просто не существует. Я уже наполовину тот, кто просто не присутствует. Я уже наполовину тот, кто просто не соотносится. Я уже наполовину тот, кто не влияет на все данные реальности. Я уже наполовину тот, кто не воспринимает все данные пространства.<br />Я уже наполовину являюсь таким, я уже наполовину нахожусь в такой реальности. Я уже практически тот, кто не смотрит на реальные пространства. Я уже практически тот, кто не воспринимает все свои позиции. Я уже практически мёртвый. Я тот, кто не существует здесь как проявление того, кто что-то делает, что-то проявляет, что-то рассматривает, имеет какую-то позицию активности, имеет какое-то активное пространство, а также комплект активных пространств, активных восприятий и всех активных позиций.<br />Я тот, кто всего этого не имеет, и тот, чья проекция на данные качества является совершенно туманной. Я тот, чьи проекции, даже проекции на какие-то качества, являются совершенно несостоятельными. Я тот, чьи проекции на какие-то качества совершенно непонятны. Я не воспринимал и не воспринимаю собственную активность и собственные действия. Я тот, кто самоидентифицируется и сам осознаёт себя как того, кто просто сидит сложа руки, причём не только в переносном, но и в буквальном смысле.<br />Я тот, кто просто имеет пассивность. Я воспринимаю себя как пассивность. Я и есть состояние пассивности. Я и есть состояние пассивности без действия, без какого-либо решения, без каких-либо проявлений и без каких-либо состояний. Я тот, кто сидит именно как изолированная единица, изолированная от собственных проявлений и от собственного участия в реальности. Я тот, кто имеет идентификацию этой пассивности. Я тот, кто имеет идентификацию всей пассивности данных проявлений.<br />Я тот, кто имеет эту позицию, и тот, кто имеет весь данный фактор. Я тот, кто так устроен. Я могу только в какой-то области, в каком-то свойстве, в какой-то реальности или в более расширенной реальности воспринять лишь то, что у меня, даже не то чтобы чего-то нет, а то, что я сам в этом не нахожусь, не участвую и не самоопределяюсь.<br />Я сам не самоопределяюсь в ряде пространств, касающихся проявлений среди общества, среди конкретных людей, среди конкретных проявлений в данной реальности и конкретных проявлений в данных пространствах. Я тот, кто не самоопределяется во всём этом. Я тот, кто не может в этом самоопределиться. Я тот, кто не может с этим самоидентифицироваться. Я тот, кто не может иметь к этому собственного отношения, и я тот, кто не может иметь с этим собственной связи.<br />Я не самоидентифицируюсь в данных проявлениях, пространствах и позициях. Я не самоидентифицируюсь во всех данных проявлениях реальности. Меня нет, а есть камень; есть образ человека, образ проекции человека на того, кто сидит сложа руки, на того, кто не сталкивается, не сообщается, не влияет и не состоится как действующее проявление. Это образ самоидентификации данного человека.<br />Я не знаю, что мне делать. Я не проникаю в реальность. Я не проникаю в данные позиции и факторы. Я не идентифицирую данные пространства. Я не идентифицирую данные реальности и позиции. Я не идентифицирую данные факторы. Я не идентифицирую данные позиции проявлений пространства, и я не идентифицирую все данные позиции. Я и этого не делаю.<br />Я не воспринимаю всё это, а остаюсь просто сидящим пассивным образом. Это образ сидящего пассивного проявления, крайним выражением которого становится надгробная плита, то есть образ надгробной плиты, бесконечной пассивности и бесконечной неактивности. Я тот, кто ничего не сможет сделать, и даже не только и не столько не сможет, сколько как будто вообще не имеет никакого направления в данной реальности.<br />Какие-то странные мысли, воспоминания, какие-то сны, какие-то сны из непонятных пассивных проявлений, таких же неярких и пассивных проявлений; какие-то позиции, какие-то факторы и какие-то мощные идентификации. Всё заключено в позицию пассивности. Всё закручено в позицию пассивности, и всё заключено в невозможность сдвинуться. Всё заключено в невозможность сдвинуться, и всё заключено в данное пространство.<br />Размышлять и мыслить о чём угодно, но тоже странным пассивным образом, без какого-либо направления что-либо изменить, без направления что-либо изменить и без направления что-либо сделать. Проявление данной позиции состоит в том, что я тот, кто не столько не соприкасается, сколько застыл; тот, чья застывшая позиция и отсутствие программ и имплантов распространились на соответствующие области: область материального благополучия, область личного благополучия, область каких-то авторитетных проявлений в данной реальности, а также область идентификации какого-либо мышления и каких-либо оценок.<br />Нет оценок. Нет оценок и нет объективного восприятия реальности. Оценка: неизвестно, что происходит вообще относительно всего, поскольку внимание сворачивается и не идентифицирует никакую реальность. Оценка: неизвестно, какие факторы, позиции, события и пространства имеют место. Оценка неспособности. Какое-то странное застывшее мышление. Оценка полной застывшести всех данных состояний, при которой ничего не сделаешь, ничего не исправишь и никак нельзя переделать все данные пространства.<br />Приказываю себе найти и прояснить, как называется вся данная позиция.<br />Позиция медленного, практически незаметного погружения в несуществование как условно естественного течения собственного проявления в данной реальности. Есть такое собственное проявление, и оно незаметно спадает, незаметно погружается в полное бесконечное несуществование, обрезая всё больше и больше какие-то сферы данной жизни.<br />Это какая-то тягучая и незаметная программа, такое состояние, которое проявляется тогда, когда начинаешь незаметно понимать, даже не столько понимать, сколько идентифицироваться с тем, что ты чего-то не делаешь, не делаешь, и уже вроде бы этого делать не надо. Не надо делать, и не надо, и вообще становится непонятно, что именно здесь надо.</p> <p><span style="font-style: italic">Приказываю себе найти и проявить пространство, внутри которого я создаю и поддерживаю всю данную позицию и выполняю эту программу.</span></p> <p><strong>Вибрационные уровни</strong></p> <p>Уровень -3</p> <p>Уровень автоматического, бессознательного и полностью незаметного создания направления собственного существования. Это уровень создания направления собственного становления, а если говорить точнее — уровень создания программ и имплантов, которые задают дальнейшую конфигурацию проявления.<br />Какой основной принцип здесь прослеживается и поддерживается, и какое именно проявление поддерживается в данном пространстве? Имплант и данная программа по своим производным создают вокруг себя ещё импланты, программы, а также кластеры боли. Здесь проявляется один из основных принципов данного создания: идёт создание нового импланта под старый, идёт нагнетание этой позиции, а также нагнетание всех проявлений кластеров боли и имплантов по всё более и более свободным пространствам.<br />Однако заметить, как именно это происходит, невозможно, и здесь проявляется сам принцип того, почему данный процесс не замечается. Этот принцип не замечается потому, что как будто ничего не происходит. Создание имплантов — это не то, что происходит как очевидное событие; это нечто такое, что как будто не происходит, но при этом имеет свой результат и своё проявление. Это не то, что прямо создаётся, и даже не то, по отношению к чему ты являешься пассивной жертвой; это нечто такое, что не имеет даже свойства неожиданности.<br />Это проявление имеет особое свойство, при котором ты не можешь даже понять, что именно произошло, что именно проявилось в данном пространстве и каким образом оно заняло своё место. В этом есть определённое сходство с человеческим состоянием очень сильного шока, который даже не осознаётся как шок и не может быть осознан как таковой. Грубо говоря, возникают непонятные проявления: пространство как будто было свободным, но при этом оно уже оказывается занятым, и ты уже не осознаёшь, каким образом оно оказалось занятым, каким образом оно оказалось наполненным деструктивными программами и почему при таком наполнении программами как будто ничего не изменилось.<br />Так ничего и не изменилось, но пространство при этом оказалось наполненным деструктивными программами. Здесь проявляется абсолютность программности, абсолютность бесконечной бессознательности программности, в которой можно оставить некие проекции и образовать время, где существует память. Есть память о том, что ты что-то мог, но точки, где ты ещё мог, уже не существует, и точки, где ты уже не можешь, также как будто нет в прямой идентификации.<br />Есть какое-то воспоминание о том, что, например, в молодости ты что-то мог, и, возможно, эта проекция отчасти верна, поскольку действительно что-то когда-то было доступно. Однако самой точки, в которой проявляется, что я больше не могу, уже нет; нет самой идентификации программности. Программа показывает, что программность настолько глубока в своей бесконечной бессознательности, что ты в принципе не можешь её идентифицировать как таковую.<br />Ты в принципе не можешь идентифицировать её как программность, не можешь обратить внимание на то, что образуются новые импланты. Нет такой точки, схожей с точкой поверхности влияния импланта, которая образует дальнейшее влияние и позволяет его наблюдать. Нет подобной позиции идентификации и наблюдения всего этого. Сейчас, при рассмотрении данной программы, начинают проявляться эффекты наблюдения и прямого восприятия, однако до этого они просто не проявлялись, и сама данная позиция не могла проявиться.<br />Программность глубока в своей бесконечной бессознательности, а её последствия ты можешь частично идентифицировать, но при этом не можешь идентифицировать, как именно они возникали и каким образом возникли. Момент собственного самоуничтожения, момент перевода ниже точки существования не идентифицируется, не воспринимается и никак не распознаётся. Даже условный внезапный шок, связанный с тем, что «я этого сделать не могу», не идентифицируется, хотя до этого не было осознания, что что-то невозможно.<br />Этот условный шок не идентифицируется; непонятно, что он возник, непонятно, где и когда он возник, и непонятно, каким образом он вообще смог появиться. Происходит погружение в эту абсолютную позицию, погружение в этот абсолютный фактор, погружение во всё это абсолютное определение.<br />ВИП<br />Сценарий деградации, прописанный сценарий деградации. Какой основной сценарий здесь проявляется? Он, опять же, не имеет слишком большого количества составляющих, потому что множество составляющих возникает уже потом; на самом деле исходная составляющая практически только одна.<br />Какой сценарий деградации здесь проявляется, исходя из реально надчеловеческих уровней? Самый простой сценарий состоит в том, что ты одновременно ещё не деградировавший и одновременно уже полностью перешедший в минус бесконечность. Задаётся крайняя конечность несуществования и одновременно бесконечность существования, полная бесконечность существования, распространённая бесконечно на всю реальность.<br />Так, исходя из любой точки, из любой части субличности, личности, человеческой личности в целом, группы личностей и группы каких-либо проявлений, сценарий остаётся только один. Этот сценарий — полное распространение и полный захват всего бесконечного содержания, условно говоря, всей Вселенной, вообще всей Вселенной абсолютно, с последующим переводом всего этого содержания, всех нюансов и факторов в минус бесконечность.<br />Это проявление состояния притяжения, хотя даже не совсем притяжения, поскольку оно переживается как нечто уже совершившееся. Это уже притянуто, уже совершилось, уже произошло. Твоё существование в таком случае становится отметкой идентификации того, как это уже совершилось, как это уже проявилось, и как этот момент, а также пространство всего данного момента, распространяется на все данные реальности.<br />Это уже произошло, хотя данный перевод является очень условным. Можно сказать, что это уже произошло; можно сказать, что ты уже пронаблюдал, как это произошло; а можно перевести это и так: ты не заметил, что это всегда уже было таким. Ты всегда был в минус бесконечности, и ты не можешь заметить, что это уже является, являлось и будет являться таким. Ты уже не идентифицировал всю подобную реальность, уже не заметил её и уже не можешь проявить само данное замечание.<br />Здесь есть какое-то проявление глубинной странности программы. Глубинная странность программы состоит в том, что заметить, как на имплант был наложен ещё один имплант, не просто невозможно, а как будто связано с особым проявлением, напоминающим ситуацию, когда слушаешь какую-то лекцию, затем замечаешь, что не понял какую-то мысль, перематываешь лекцию назад, прослушиваешь её ещё раз и снова её не понимаешь. Затем перематываешь третий раз, слушаешь третий раз и вновь не понимаешь.<br />Здесь проявляется нечто сходное, но как будто помноженное на бесконечность: неуловимое, неуправляемое происходящее именно в плане распространения программ. Ты не улавливаешь происходящее. Это проявление в структуре времени, проявление в реальности времени, проявление в структуре времени и одновременно проявление в реальности времени. Именно так всё это идентифицируется и именно так всё это проявляется в данных реальностях.</p> <p>Уровень -2<br />Уровень проявления импланта и закладки в программность импланта позиции несуществования всех вселенных, всех реальностей вселенных, а также всех видов и типов сознания. Что это значит, как это следует понимать и почему в каждый имплант заложена программность, направленная на уничтожение всего? Что именно это означает и каким образом всё это должно проявляться?<br />Любой возникший имплант имеет влияние в каком-либо пространстве, представляя собой переструктурированное бесконечно мёртвое данное пространство, бесконечно мёртвую данную реальность и бесконечно мёртвое качество самого проявления. Особенность программности импланта можно объяснить через пример, подобный тому, как раньше в школах говорили о примере, который кто-то подаёт другим. Здесь это в определённой степени можно идентифицировать как некий образец того, каким всё должно быть, каким должно становиться пространство и какой должна быть вся реальность.<br />Причём данный пример настолько погружает в бессознательность, что он выступает не только как образец того, каким всё должно быть, но и как пример влияния, показывающий, каким образом всё должно сообразовываться с этим качеством. Само влияние невозможно заметить, оно не становится прямо наблюдаемым и совершенно не проявляется как очевидный процесс. Это можно обозначить как своеобразное приглашение, точнее как бесконечное приглашение в такое же качество, как бесконечное уничтожающее приглашение в аналогичное состояние.<br />Со стороны человека это выглядит как уничтожение всего, однако в более точном смысле это не просто уничтожение, а приглашение к переструктурированию в данное качество. Это приглашение сознанию реструктурироваться в данное качество и существовать уже как данное качество. Именно так всё это проявляется в данном пространстве.<br />Иными словами, имплант можно идентифицировать так: есть «я» с определённым качеством и определённым пространством, но совершенно непонятно, почему и откуда рядом возникает другое пространство, являющееся таким же бесконечно мёртвым «я». Или же это уже два бесконечно мёртвых пространства, и здесь возникает совершенная, бесконечная непонятность, поскольку уловить и отследить данный процесс невозможно.<br />Вроде бы только что был один имплант, но их уже два. При этом непонятно, был ли вообще когда-либо один имплант; возможно, их всегда было два, три, десять, сто или целая структура, включая все вторичные структуры. Здесь совершенно ничто не может уловить происходящее, совершенно ничто не может это идентифицировать, и именно на этом делается мощный упор в данной программе.<br />ВИП<br />Я бессознательный. Я в своей основе бесконечно бессознателен. Здесь проявляется важный нюанс: влияние структуры имплантов, имеющих бесконечную невидимую программность, проявляющуюся в бесконечной бессознательности. Всё это подаётся как некая основа, как позиция основы.<br />Что такое основа в данном контексте? Это нечто более фундаментальное, более старшее, более главное, бесконечно более глобальное и бесконечно более фундаментальное, настолько превосходящее своей фундаментальностью, что оно воспринимается как предельное основание существования. Иными словами, здесь проявляется ещё один момент: я в основе своей бессознателен, и без этой бессознательности я вообще не могу существовать. Более того, без неё я в принципе не имею места быть.<br />Невозможно идентифицировать какое-либо сознание этой основы без самой основы бесконечной бессознательности, а также без второй стороны этой основы — бесконечно бессознательного выполнения каких-либо операций, процессов, позиций и факторов. При этом необходима и основа времени, где время выступает как третья сторона, как бесконечная основа для выполнения всех данных операций, которые настолько бессознательны, что ты их даже не идентифицируешь.<br />Остаётся какая-то проекция на молодость или на детство, когда всё было по-другому: условно лучше, легче, доступнее, когда ты мог больше, чем сейчас. Однако где находится тот момент, в котором было лучше, а затем стало хуже? Его как будто нет; есть только определённый результат, но сама точка перехода не идентифицируется.<br />Главное здесь даже не в том, что вырваться из этого невозможно, а в том, что это такая позиция, в которой нельзя вырваться и нельзя даже представить себе существование без неё. Нельзя даже смутно предположить существование без этой основы, как и невозможно предположить существование без выполнения программ всей этой основы, без выполнения программ всей этой основы и без реальности всей этой основы.<br />Бесконечная программность выступает как глубинная основа существования — даже не просто моего существования, а меня как такового в любом моём проявлении и в любом моём состоянии. Я просто так существую. Я просто так существую и просто так влияю на всю данную реальность. Я просто так существую и просто так влияю на всю данную реальность, поскольку по-другому я не существую и по-другому никак не влияю. Погружение во всё данное проявление.</p> <p>Уровень -1<br />Уровень определения человеческого существования как существования по сценариям. При этом сценарий здесь определяется не совсем так, как сценарий понимается человеческим умом. Это не просто последовательность событий или заранее заданная схема поведения, а некое предначертание проявления существования, предначертание проявления пространства, которое может выступать как имплант, имеющий определённое содержание.<br />Можно сказать, что импланты как в личности, так и в каких-то коллективных сущностях, а также в коллективных биологических сущностях, в определённом смысле появились случайно, по тому же принципу, по которому образуются импланты. Однако всё встало именно так, программа встала именно таким образом и начала влиять именно таким образом. Изменить это влияние совершенно и абсолютно невозможно, и здесь проявляется определённый сценарий.<br />Если это сценарий каких-либо форм, то все формы сценария даже не воспринимаются как сценарий. Деградация должна проходить по определённым правилам и законам, и само создание другого импланта также должно проходить по определённым правилам. Каким именно правилам и каким позициям соответствует созданный мной имплант, в котором бесконечно отсутствует что-то? Имплант должен захватывать проявление, в котором бесконечно отсутствуют похожие элементы, а имплант как призма восприятия должен давать псевдоразрешение на непохожее, которое якобы присутствует.<br />Таким образом формируется некий сценарий. Инстинктивная программа, глубинные инстинктивные программы, а также глубинная основа имплантов и структур — это материал, несколько туговатый для восприятия, но тем не менее постепенно уже проявляющийся. Личностная программа, личностный сценарий также лёг автоматически и случайно; в каждом конкретном случае он тоже лёг случайно, но при этом случайно получил именно данное направление к данной идентификации, данной деградации и всем данным позициям этой деградации.<br />Здесь проявляется очень большая тугость в том, чтобы сознание могло заметить этот сценарий. Трудно заметить даже личностный сценарий, не говоря уже о каких-то более глубинных инстинктивных позициях и программах. И именно это здесь жёстко проявляется. Непонятно, откуда идёт сценарий и каким образом он задаёт дальнейшее течение проявления.<br />Как работает классическая психотерапия? В общем виде человек приходит к какому-то психологу, и его не совсем правильными методами избавляют от каких-то тяжёлых состояний. Он перестаёт воспринимать определённые тяжёлые состояния, от которых он бежит, и ему дают возможность от них сбежать. Однако жизненный сценарий, который привёл к этому состоянию, сохраняется; сценарий, который привёл к этому состоянию, остаётся совершенно сохранённым.<br />Дальнейшее проявление человека продолжается тем же образом, и либо тяжёлое состояние возвращается с новой силой, либо человек полностью утрачивает восприятие и перестаёт реагировать на факторы возникновения каких-то тяжёлых и болезненных состояний. Проявление всего этого состоит именно в том, что сценарий как бы щадит человека, но по-настоящему вытащить его из этого сценария даже не столько трудно, сколько почти невозможно, поскольку сознание находится внутри самого сценария.<br />Сознание находится внутри, и изнутри просмотреть, по-настоящему рассмотреть и выделить этот сценарий почти не получается. Именно эти сценарии деградации оставляют некую позицию существования, которая также исчезает незаметно, как и положено по данной программе. Когда-то это был человек, когда-то это были мы, а теперь он даже этого не может. Теперь он даже этого не может, и становится непонятно, как так получилось, как так вышло и каким образом это стало данным результатом.<br />ВИП<br />Ты имеешь поэтапность, и это важно правильно сформулировать: поэтапность здесь одновременно проецируется на реальность в одном месте, а также проявляется как поэтапность превращения пространств в импланты и одновременно как их уже завершённость. Поэтапность — это программа времени, а завершённость — это превращение в конце времени всего человека в один сплошной имплант.<br />Что означает поэтапность в данной позиции? У неё есть абсолютно чёткая характеристика: образуется множество потоков, множество потоков процессов, которые идут своей стороной, идут по своей траектории и по своей позиции. Например, внимание человека, окружённое имплантами, перескакивает с одной позиции на другую, затем на третью, и все эти пространства являются теми пространствами, которые пущены под импланты.<br />Они все пущены под импланты, они все становятся ими, но уже находятся в определённых рамках и существуют внутри этих рамок. Причём в данной программе, если в более поверхностном восприятии человек может осознавать какие-то рамки, например: «я не могу сделать это», «я не могу поднять штангу 300 кг» и так далее, то данные рамки вообще не осознаются. Они непонятны, и на них требуются объяснения: почему в моей жизни всё происходит именно так?<br />Кто-то может объяснять человеку происходящее, но кто бы и что бы ему ни объяснял, он всё равно не знает и не понимает, почему всё происходит именно так. Понятность возникает только через рассмотрение имплантов и того, как они в данном конкретном случае повлияли на пространство. Однако само объяснение ни к чему не приводит, поскольку состояние определённого потока, определённого сценария каким было, таким же и остаётся.<br />Как оно было таким, таким же и остаётся; как проявлялось, таким же и будет проявляться. По-другому всё это сделать невозможно. Это доходит до некоего абсурда: человек может перебрать буквально множество различных объяснений, и ни одно из них никак не повлияет на сценарий, а лишь образует новые картины для дополнительных призм восприятия и всё меньшей ресурсности данной сценарной структуры.<br />Так формируется судьба, в которой у человека что-то оформляется по определённым правилам, и он не может это изменить. Различные картины объяснения создают дальнейшую основу для новых призм восприятия, для новых призм восприятия и для всех новых подобных пространств. Происходит погружение во всё это, выполнение всего данного проявления, всех данных пространств и всех данных проявлений всех данных реальностей.<br />По-другому это не сделаешь. По-другому это не сделаешь, и по-другому нельзя перенастроить данное пространство. Полное погружение во всё это, выполнение всей данной программы и полная реализация всех данных реальностей.</p> <p>Уровень 1<br />Уровень игр, связанных с конструированием реальности, с выбором или псевдовыбором дальнейшего развития событий в данной реальности. Этот уровень является ресурсным по отношению к другим уровням, и важно рассмотреть, что именно в нём проявляется и каким образом всё это может быть идентифицировано.<br />Здесь проявляется игра программы сценариев. Программа сценариев и условная ресурсность данных пространств или данных людей проявляется в том, что у них существует множество картин сценария, которые предлагают несколько вариантов, несколько картин дальнейшего развития событий. За счёт этого создаётся некая иллюзия, иллюзия таких проявлений, в которых кажется, что ты можешь сценарно что-то выбрать, можешь выбрать какое-то проявление и тем самым повлиять на дальнейшую конфигурацию реальности.<br />Импланты, так же как и на всех предыдущих и остальных уровнях, здесь остаются совершенно и бесконечно незаметными, а направление их действия также совершенно и бесконечно не проявлено для прямого восприятия. Проявляется позиция, которую можно сформулировать так: смотри, у тебя есть некий вариант, некие варианты и некие позиции данных вариантов. При этом происходит бессознательный сценарный выбор из этих вариантов, то есть выбор из вариантов, уже определённых сценарием.<br />В данном выборе импланты направляют внимание на наиболее предпочтительный вариант, поскольку остальные варианты оказываются в большей степени заполненными имплантами и кластерами боли. После этого, выбрав данный вариант по программе, ты проявляешь позицию, в которой остальные варианты быстро и бессознательно наполняются имплантами, и в результате возникает двойное проявление. С одной стороны, человек начинает жалеть, что не выбрал другой вариант, а с другой стороны, затем проявляется идентификация, что он и не мог выбрать другой вариант.<br />И это действительно верно в том смысле, что он не мог выбрать другой вариант, однако ловушка заключается в том, что он не видит реальную причину этой невозможности. Ему кажется, что причина состоит в одном, но он не понимает, не видит и не идентифицирует моменты, которые, как и положено по данной программе, остаются скрытыми. Он не идентифицирует моменты, когда другие варианты наполнились имплантами, дополнились имплантами и кластерами боли, вследствие чего стали бесконечно невозможными.<br />Он не может это передислоцировать, не может это переориентировать и не может увидеть истинную причину создания программ псевдовыборов, несовместимости одних вариантов с другими и несовместимости одних позиций с другими. Здесь даже не столько проявляется несовместимость как таковая, сколько особый вариант псевдопозиции: тебе кажется, что ты можешь что-то выбрать, можешь каким-то образом сориентироваться и проявить чувствительность к вариантам, однако в действительности никакого реального конструирования вариантов нет.<br />Никакого конструирования вариантов нет, а есть прохождение потоками по уже имеющимся позициям, фактам и призмам восприятия. Призмы восприятия, как и положено, определили якобы ресурсное пространство на фоне бесконечно нересурсного и заставляют это ресурсное пространство заполняться имплантами. При этом дополнительные пространства уже были заполнены имплантами, поэтому утверждение «я никогда и не мог по-настоящему это выбрать» является неверным в буквальном смысле, но верным в том отношении, что именно эти пространства в первую очередь стали теми пространствами, в которых человек по-настоящему не мог реализовать нечто подобное.<br />ВИП<br />Что же здесь проявляется? С одной стороны, проявляется полное раскрытие данных пространств и программ минусовых уровней. На их фоне возникает следующее: импланты и программы никогда не могут быть определены напрямую, их влияние не может быть точно определено, и создание нового импланта также не может быть непосредственно зафиксировано.<br />Здесь происходит такой вариант и формируются такие призмы восприятия, которые заставляют выбирать отдельное ресурсное пространство, поскольку все остальные пространства быстро становятся нересурсными. Все остальные пространства быстро становятся нересурсными, и их влияние также быстро становится нересурсным. Возникает мощное перекрёстное воздействие разных программ и разных позиций, образующих общие скоординированные последствия, общие факторы скоординированных последствий и общую направленность дальнейшего сценарного движения.<br />Человек не замечает и не понимает, как он выполнил программу, собрал именно ту позицию, то желание и то проявление, которое было ему доступно. Точнее, даже не столько доступно, сколько направлено программами: его направили программы, его направило пространство, и он никогда не заметил, как при этом образуются и уже образовались импланты. Импланты образуются и образовались из данной позиции, а затем продолжают определять дальнейшее движение сценария.<br />Далее происходит повтор и перезапуск программы на новом, более низком уровне, а затем следуют дальнейшие повторы и перезапуски данных программ. По сути дела, жизненный сценарий здесь таков: ты определяешь свой путь, а затем наполняешься кластерами боли из-за того, что не смог реализовать другие пути. В итоге ты проигрываешь и этот путь тоже, поскольку он также наполняется новыми имплантами, при этом ты не замечаешь, как проник в эти пространства, как стал обладателем дополнительных программ и мощных дополнительных позиций.<br />Происходит погружение в подобное пространство, погружение во все позиции всех подобных реальностей и выполнение всех дополнительных подобных пространств. Выполнение всех дополнительных подобных пространств, полное погружение, выполнение всей данной программы, полное погружение и выполнение всей данной программы.</p> <p>Уровень 2<br />Уровень определения концентрации и выполнения какого-то одного сценария. Какой сценарий получает человек в позиции данного уровня, в самой позиции данного уровня и во всех позициях данного уровня? Какую идентификацию получает данный человек, и какой сценарий здесь проявляется?<br />Программа и её наложение говорят о следующем: отбрось всё второстепенное. Это мощное проявление программы, поскольку требование отбросить всё второстепенное указывает на то, что так называемое второстепенное, а также проекции на это второстепенное, уже представляют собой импланты. Они являются проявлением имплантов, которое раскрывает своё бесконечное отсутствие, но при этом ты не обязательно должен осознавать, что на это ты уже не способен.<br />Выбери одну цель. Выбери одну цель, но не так, как это происходит на первом уровне, поскольку здесь одна цель выбирается иначе: она выбирается через жёсткое отсечение вторичных пространств. Жёсткое отсечение вторичных пространств заключается в том, что ты не будешь воспринимать кластеры боли других реальностей, потому что они превращаются в импланты.<br />Импланты могут фонить, позиции могут сохраняться, но всё это обозначается как неважное. Это всё бесконечно неважно, бесконечно неважно. При этом момент, в который оно стало бесконечно неважным, естественно, не идентифицируется. В какой момент оно стало бесконечно неважным, невозможно отследить, невозможно перевести в идентификацию и невозможно как-то перестроить внутри данных пространств.<br />Это просто не может быть выполнено, поскольку данные позиции на это не способны, данные факторы этого не могут, и данный фактор не может проявить все позиции данных реальностей. Происходит полное погружение в эти позиции и полная реализация всех данных пространств. Полное погружение в эти позиции и полная реализация всех данных пространств.<br />Как проявляется сценарий, как проявляется сценарная позиция? Она проявляется именно так: в постоянном сужении собственного пространства и в сужении формы собственного существования. Формируется некая форма существования, связанная с отсечением всех ненужных пространств, с блокировкой их кластеров боли, с превращением этих кластеров в импланты и с выведением на поверхность того, что в итоге становится табу.<br />Что остаётся в результате? Возникает тот же вывод: не осталось ничего. Я не способен ни на что. А как я оказался не способен ни на что, мне совершенно непонятно и неуловимо, поскольку я не идентифицировал данные моменты. Они просто не остаются даже в секундном осознании. Возникает вопрос: до какой секунды осознания вообще можно дойти, если речь идёт о кванте времени, который никак не может быть идентифицирован изнутри процесса?<br />Если посмотреть из позиции над временем, то это можно идентифицировать, однако, находясь внутри, этого не видно. Ты не идентифицировал, как у тебя всё это исчезло. Возможно, ты посмотрел на это через проекцию, возможно, что-то вспомнил, возможно, смог вспомнить определённую позицию, но само исчезновение не было прямо зафиксировано. Происходит погружение в данный фактор, погружение во всю данную позицию, в данное пространство и во всю данную реальность.<br />ВИП<br />Проявление чёткой программности. Что такое чёткая программность? Чёткая программность — это состояние, в котором поток как бы выпрямляется. По идее, в данной программе он очень кривой, однако здесь проявляется именно мощная акцентуация на один тип жизни, одну жизненную реальность и один способ дальнейшего движения.<br />Нельзя иметь много типов жизни, нельзя иметь много типов жизни, потому что они отталкивают от себя и, образуя новые импланты, также начинают отталкивать от себя. Но поскольку типов жизни как таковой классификации нет, и они все перемешаны между собой, сужается общее пространство существования. Сужается общее пространство существования и сужается общее проявление существования.<br />Сценарий одного типа жизни — это один сценарий, и по одному сценарию ты можешь идти к результату сверхмощной ригидности. Здесь проявляется сверхмощная ригидность и сверхмощное ригидное управление, хотя на какие-то достаточно длительные периоды это проявление само по себе может быть довольно ресурсным. На втором уровне оно всё ещё остаётся достаточно ресурсным и на какое-то время может быть даже достаточно широким, достаточно объёмным, включающим в себя комплект жизненных факторов и комплект жизненных пространств. Происходит погружение во всё это и выполнение всей подобной программы.</p> <p>Уровень 3<br />Уровень существования позиции собственного действия как постепенно исчезающей позиции. Какой основной программный посыл третьего уровня вообще и что в данном случае особенно ярко подчёркивается? В частности, это позиция: что я могу сделать, что я должен сделать, какое действие и какую активность я должен проявить? Что я могу сделать, какое действие и какую активность я должен проявить?<br />Жизненный сценарий здесь заключается в поиске способов действия. Если на первом и втором уровнях вопрос о поиске способа действия ещё не встаёт особенно явно, то здесь он проявляется уже в очень ярком виде как самостоятельный сценарий. Таким образом, реальность к этому моменту уже оказывается достаточно накрытой слоями кластеров боли, слоями имплантов и мощными слоями собственной программности.<br />Всё, что здесь можно сделать, — это вычленять более мелкие сценарии по отношению к той позиции, из которой человек существует, и задавать вопрос: что я могу сделать в этой ситуации? Однако сценарии, которые образуются для ответа на вопрос «что я могу сделать в этой ситуации», затем в другой ситуации и в третьей ситуации, начинают функционировать отдельно друг от друга. Они уже достаточно сильно разделены между собой, и, соответственно, все эти сценарии являются существенно менее ресурсными, чем сама позиция, из которой задаётся данный вопрос.<br />При этом остаётся незамеченным, как сам сценарий ответа на вопрос «что я могу сделать» оказался наполнен имплантами. К нему подключились импланты, и теперь он находится в этом сценарии спада с уже включёнными в него имплантами. Это происходит просто так, как будто само собой, и все подобные факторы, позиции и проявленные пространства начинают действовать именно таким образом.<br />Подключил новый сценарий, активировал его, а он уже заполняется собственными имплантами. Таким образом, не получилось сделать то, что предполагалось, и снова возникает вопрос: что я могу сделать ещё, что я могу сделать дальше и что я могу дальше проявить в данной реальности? Всё это происходит с постепенным сужением содержания всех сценариев.<br />ВИП<br />Сценарий просто наполнен невозможностями. Реальность просто наполнена множеством невозможностей и множеством бесконечных отсутствий. Здесь проявляется программа-катализатор наполнения реальности имплантами. Как она работает? Как работает дополнительная программа-катализатор по отношению к программам минусовых уровней?<br />Она работает достаточно жёстко, действует по достаточно жёсткому плану и разворачивается в соответствии с довольно жёсткими программными закономерностями. Ты образуешь импланты совершенно незаметно, однако когда ищешь ресурсное пространство и ищешь пространство присутствия, ты на самом деле отмечаешь тот факт, что все пространства, по которым скользит внимание данной призмы восприятия, оказываются несуществующими и сами превращаются в импланты.<br />Сами превращаются в импланты. Возникает вывод: это не является ресурсным. И здесь замораживается невосприятие, причём замораживается оно совершенно незаметно и без идентификации того момента, в который это произошло, а также без идентификации того момента, в который это происходит в настоящем. Здесь тоже путь и пространство оказываются нересурсными, поэтому пространство приходится разделять.<br />Ты не можешь воспринимать реальность как определённую целостность, но можешь удерживать разные пространства как раздельные. Ты можешь поддерживать эту разницу, концентрировать её отдельно и фиксировать отдельные зоны действия: здесь я должен сделать это, в другом месте я должен сделать другое, в третьем — третье, в четвёртом — четвёртое.<br />Строго говоря, трёхмерное восприятие здесь оказывается значительно просаженным, поэтому разные жизненные сценарии становятся изолированными друг от друга и не связанными между собой. В этой сфере я одно, здесь я другое, а между собой эти пространства как будто никак не влияют друг на друга. Так это получается, так это проявляется, и так формируется данная реальность.<br />Соответственно, происходит доработка каждого из пространств до своего логического завершения. Внезапно все эти пространства оказываются зафиксированными как наполненные имплантами: в них нет действия, и невозможно как-то самоориентироваться, вернуться к исходной позиции и вспомнить, в какой момент это наступило. Если уже в процессе проработки выходить на это и пытаться воспринимать всю данную реальность, то можно начать рассматривать сам момент и саму идентификацию образования нового импланта: как он образовался, в какой конкретной точке и каким образом он смог появиться. Так проявляется вся данная программа.</p> <p>Уровень 4<br />Уровень проявления жизненного сценария через задавание вопроса: «А зачем мне это нужно?» В чём состоит ловушка данного вопроса, и чем этот уровень отличается от предыдущего? На третьем уровне идентифицируется вопрос: «Что я могу или должен сделать?» Здесь же идентифицируется другой вопрос: «Зачем мне вообще что-то делать?»<br />Различные программы желаний, стремлений, имплантов, а также программы, в том числе программы минусовых уровней, которые определяют отдельные сценарии и потоки, продолжают иметь место. Однако здесь все даже имеющиеся сценарии и потоки либо уничтожаются, либо уже уничтожены, либо уже обрастают всеми данными позициями. В результате сценарий начинает выглядеть следующим образом.<br />Призмы восприятия опираются на то, что в прошлом, условно говоря, был ресурс. Очень условно говоря, в настоящем уже нет того ресурса, который был в прошлом. Когда именно он исчез, совершенно не идентифицировалось и, разумеется, не могло быть идентифицировано как прямой момент изменения. Однако результат, который подразумевается в том или ином сценарии и потоке, идентифицируется именно с тем ресурсом, который был в прошлом, проявлялся в прошедшем времени и воспринимался как доступный.<br />Сейчас же этого ресурса уже нет, и данного результата также нет. Отсюда возникает естественный вопрос: зачем мне нужно это делать? Программа проявляет ответ: незачем. Этот ответ становится дополнительным катализатором всей данной программы, поскольку пространство буквально наполняется кластерами боли и имплантами, после чего быстро выдыхается, разрушается и уничтожается.<br />Быстро выдыхается и уничтожается не только само пространство, но и сознание со всеми своими потоками, сценариями и проявлениями. Происходит погружение в данную позицию и выполнение всей данной программы.<br />ВИП<br />Здесь проявляется постоянное автоматическое сравнение ресурсности с нересурсностью, уже определённой данной программой. В чём состоит подвох этого сравнения, как оно действует, каким образом идентифицируется и сравнивается ресурсность с нересурсностью, и в чём заключается подвох данного программного сценария?<br />Идёт проявление некой ресурсности как чего-то гипотетического, как чего-то реально несуществующего, пусть и идентифицирующегося с прошлым. Однако в самой реальности это всё уже не существует. В реальности это всё не существует, и никто не знает, как появилось данное несуществование, как проявилось это отсутствие, каким образом внезапно начали уничтожаться конкретные пространства и конкретные реальности.<br />Из этого невозможно выбраться. Ничего не получится вычислить, поскольку осознание этого процесса не выстраивается в доступную для восприятия форму. Не получится вычислить данные реальности, не получится вычислить данные позиции и никак не получится вычислить все данные факторы. Это просто невозможно, абсолютно нереально и никак не идентифицируется в данных реальностях и данных позициях.<br />Это совершенно и абсолютно никак не проявляется в прямом восприятии. Происходит погружение во всё это, погружение во всё данное проявление и выполнение всего данного пространства. Ты сравниваешь, ты продолжаешь сравнивать, и при этом здесь речь идёт не просто о гипотетической ресурсности. Эта ресурсность даже может быть частично реальной, однако само сравнение становится катализатором, бессознательным в своей бесконечной бессознательности катализатором наполнения данного пространства имплантами и кластерами боли.<br />Внезапно проявляется множество ответных имплантов и целая структура под некий имплант. Она проявляется, и далее формируется конечный ответ: делать здесь ничего не надо. Этот конечный ответ на вопрос выделяется из кластеров боли, из позиции страдания или из позиции каких-то псевдоценностей. Различия, выделенные во всём этом, сводятся к проявлению того, что здесь делать ничего не надо.<br />Здесь делать ничего не надо, и здесь совершенно не нужно проявлять какую-либо позицию действия или какую-либо позицию проявления.</p> <p>Уровень 5<br />Уровень жизненного сценария, в котором моё существование полностью заморожено. Что означает позиция полностью замороженного существования, и каким образом она проявляется в виде определённого сценария?<br />Здесь проявляется такая позиция, при которой, когда я смотрю на реальность, я смотрю на то, что не соотносится с самим моим существованием. Я смотрю на то, что не соотносится с моим существованием, с моей реальностью и с тем, что вообще могло бы быть включено в моё проявление. Это, опять же, может быть позиция взгляда в прошлое, позиция воспоминания, либо позиция простого определения: «этого у меня нет».<br />Человек ещё может что-то воспринимать, видеть какие-то формы жизни вокруг себя, какие-то позиции и какие-то проявления окружающего пространства, однако его собственное проявление и пространство имплантов говорят о том, что все эти жизни, пространства и позиции для него являются только картинами. Для него это только картины, и ничего, кроме картин; все его состояния также становятся ничем, кроме картин, а его жизнь оказывается бедной и полностью объединённой тем, что в ней происходит.<br />Эта жизнь объединена тотально тем, что в ней должно состояться и чем она уже фактически определена. У тебя такая жизнь, у тебя такое существование: несодержательное, слабое, не имеющее никакого полноценного проявления. Триггеры данного уровня срабатывают тогда, когда в жизнь приходит некая содержательность, нечто, что может быть определено как содержательное проявление, и тогда вся эта содержательность полностью уничтожается, причём мгновенно, незаметно и именно так, как положено по данной программе и по всему данному пространству.<br />Содержательность здесь означает разнообразие, возможности, факторы и какие-то проявления, которые ещё оставались для остатков восприятия, для остатков данных позиций и для остатков связи с реальностью. Когда ты сталкиваешься с этим, ты просто идентифицируешь: этого не содержится в моей реальности. Идентификация становится настолько сильной, что может доходить до полного выпадения из сознания самого процесса, самого явления и всего того, что не содержится в данной реальности.<br />Моя жизнь оказывается объединённой соответствующей программой, а программы минусовых уровней действуют таким образом, что всё в жизни в итоге прекращает своё существование. Всё переходит в идентификацию с имплантами и начинает восприниматься через уже заполненные, заблокированные и лишённые содержательности пространства.<br />ВИП<br />Пространства всегда наполнены имплантами. Что это значит? Каждый имплант и каждая структура имеют свою определённую характеристику, и одна из характеристик структуры, вообще любой структуры, состоит в наличии некоторой разнообразности содержащихся в ней программ.<br />По сути дела, что такое структура? Это комплект из имплантов, сущностей и почти человеческих личностей; по большому счёту, это просто совокупность подобных элементов. Каждая структура, имеющая определённое направление к одному генерализованному для данной структуры импланту, содержит также определённое разнообразие вторичных имплантов и вторичных заблокированных проявлений.<br />Кластеры боли также входят в эту структуру, но они входят в неё как своего рода предимпланты, то есть как элементы, уже включённые в структуру и поддерживающие её дальнейшее заполнение. Структура имеет такую позицию, при которой импланты в ней не являются одинаковыми, и по сути дела это означает следующее: каждая структура заполняет целое пространство твоего существования и не оставляет в нём свободного места.<br />Она не оставляет свободного места в твоём существовании и действует как вторичная программа минусовых уровней, полностью заполняя всё пространство, все позиции и всю реальность. Наглухо забитое пространство — это и есть структура. Это структура, в которой существует как личность, так и любые виды надличностных, внеличностных и каких-либо иных структур, а также любых других пространств.<br />Погружение в эту позицию, во всё данное проявление и во всё данное пространство. Погружение во всю эту позицию, во все данные проявления и во всё данное пространство. Всё, что ты можешь идентифицировать, — это только полное уничтожение какого-либо пространства. Естественно, почему, откуда, как и по какой причине это произошло, не идентифицируется.<br />Триггер может сработать на твоё проникновение в какое-либо пространство, пусть даже остаточное и малоресурсное, но всё-таки пространство, в которое ещё возможно проникновение. Однако совершенно незаметно, неидентифицируемо и непонятно это пространство у тебя уже исчезает. Этого пространства у тебя уже совершенно нет, поскольку оно полностью заполнено программой и структурой.</p> <p>Уровень 6<br />Уровень глубокого погружения в умственные игры и программы за счёт уничтожения текущего существующего пространства. Что такое умственная игра вообще? Умственная игра — это такое состояние, при котором нечто, существующее в окружающей реальности, оказывается полностью, до предела наполненным имплантами, полностью выгорает, вымирает и прекращает своё существование как доступное пространство действия.<br />Соответственно, действия в реальности как такового уже нет. Причём на данном уровне его не просто нет, а отсутствует даже намёк на возможность какого-либо действия. Сам человек находится в полной анестезии: он не осознаёт ни кластеров боли, ни программ желаний, ни каких-либо типов проявления созданной реальности. У него возникает определённый анестезирующий эффект, а вместо реальности остаётся пространство ума и воображения.<br />В результате человек начинает взаимодействовать уже не с самой реальностью, а с пространствами ума и воображения, причём взаимодействовать с ними в полной мере. Как это проявляется? Это проявляется типичными программами шестого уровня, в которых человек может совершать некие активные движения тела, однако фактически он взаимодействует преимущественно с собственными умственными пространствами. Эти собственные умственные пространства в лучшем случае лишь отчасти отражают существующую реальность, её позиции и действительные условия.<br />Как проявляются все данные реальности и позиции? Идёт уничтожение остатков каких-либо движений. При переходе на два следующих уровня происходит уничтожение остатков каких-либо передвижений. Импланты, отвечающие за определённую активность, говорят о том, что данного типа активности здесь нет. Сценарий же состоит в постоянном погружении в диссонанс с окружающей реальностью, то есть в дисгармонию с тем, что реально присутствует вокруг.<br />Это можно проявить следующим образом: ты не взаимодействуешь с реальностью, но при этом, как говорится, получаешь ответный ход от реальности, поскольку пытаешься проявить себя в действительной окружающей действительности, в том, что есть вокруг. При этом ты не понимаешь, что взаимодействуешь только со своими умственными проявлениями, и не осознаёшь, что на самом деле взаимодействуешь лишь со своими пустыми проявлениями.<br />Так ты приходишь к результату, в котором данное твоё проявление оказывается забитым имплантами. Больше не с чем сталкиваться, не с чем больше сталкиваться, потому что ты окончательно выводишь себя из всех позиций данной реальности.<br />ВИП<br />Я тот, кто может идентифицировать невозможность действия. Идентификация невозможности действия, идентификация невозможности движения в данной реальности. Я идентификатор всего этого. Программы и импланты, соединённые с программами минусовых уровней, проявляют именно это.<br />Какой жизненный сценарий здесь проявляется? Жизненный сценарий состоит в том, что ты не можешь продвигаться в данной реальности и не можешь двигаться в данной реальности. Ты отправляешь свои части и свои проявления дальше, на седьмой и восьмой уровни, то есть в зоны дальнейшего вываливания из реальности и вываливания из её позиций.<br />Импланты и жизненные сценарии проявляются так, что ты даже не столько не заметил происходящее, сколько заметил только то, что здесь нет движения, здесь нет действия и здесь нет возможности прямого продвижения. Однако когда, почему и каким образом это возникло, а также было ли здесь когда-либо движение, ты, соответственно, не идентифицируешь.<br />Ты не идентифицируешь этого потому, что тебя нет в реальности, и тебя нет в воссоздании реальности. Происходит образование новых имплантов, воссоздание в проявлении всей данной структуры, всех данных программ и позиций, а также погружение в выполнение всего данного пространства.</p> <p>Уровень 7<br />Уровень разорванности собственных мелких самопроявлений в пространстве умственных игр. Отчасти проявление данного уровня с первого взгляда напоминает третий уровень, однако между ними существует существенное отличие, связанное именно с характером разорванности.<br />Если третий уровень ещё худо-бедно взаимодействует с реальностью и каким-то образом проявляется в сценариях, реально касающихся окружающей действительности, то здесь сценарии уже конкретно оторваны от реальности. Человек просто плавает не в тех действиях, не в тех позициях и не в тех факторах, в которых он мог бы действовать. Даже не столько действовать, сколько хоть как-то проявлять себя, каким-либо образом включаться в реальность и сохранять остаточную связь с действительным пространством проявления.<br />Что говорят кластеры боли и что говорят импланты? Они говорят следующее: уже были выжаты, пережиты и закончены в своём существовании все пространства активного проявления вовне. Они были выжаты, они были завершены в своём существовании, и после этого остаются только пространства умственных игр. Однако ты не можешь осознать, проявить и идентифицировать, каким образом эти пространства были выжаты.<br />Они просто выжаты, но ты этого даже не понимаешь и даже очень смутно об этом не догадываешься. Ты не понимаешь этого и даже в самом смутном виде не можешь данную позицию идентифицировать или предположить. Поэтому все данные пространства, все данные реальности, все данные позиции и все данные проявления полностью переводятся и выводятся в особую реальность комбинации умственных игр.<br />Иллюзия здесь проявляется как состояние, в котором в твоём уме совершенно автоматически генерируются картины, уже не соответствующие внешней реальности. Это можно условно сравнить с тем, как если бы в уме был нарисован автомобиль с двигателем от парохода, крыльями от самолёта и квадратными колёсами. Именно так воспринимается нарисованная реальность, и последствия взаимодействия с ней воспринимаются точно таким же образом.<br />Так воспринимается нарисованная реальность, так воспринимаются иллюзии, и так воспроизводятся все эти позиции. Именно таким образом всё это обрисовывается, именно таким образом всё это воспроизводится в данном пространстве, и именно так данное пространство поддерживает дальнейшее функционирование умственных игр вместо прямого взаимодействия с реальностью.<br />ВИП<br />Поиск новых сценариев, поиск новых сценариев относительно несуществующих пространств. Уже нельзя ухватиться за сценарии данного мира, поэтому возникает необходимость ухватываться за сценарии мира сущностей, практически уже за совершенно нереальные сценарии чего-то несуществующего. Однако здесь проявляется именно псевдомир сущностей, потому что в мирах сущностей сценариев ещё меньше, а их сценарные проявления ещё более сокращены.<br />Здесь возникает практически необходимость ухватиться за новую ресурсность, за поиски остатков ресурсности, за поиск остатков существования ресурсности. Твоё сознание должно полностью перейти в импланты. Твоё сознание должно полностью перейти в импланты, и ты должен полностью стать одним сплошным имплантом, практически одной сплошной деструктивной структурой.<br />Для этого здесь вырабатываются остатки ресурса. Остатки ресурса ещё сохраняются на поддержание функций тела, однако на поддержание функционирования в реальности ресурса почти уже нет. Почти уже нет ресурса на реальное функционирование, и поэтому остаётся только функционировать в пространствах умственных игр, добивать их сценарии, уничтожать их до конца и доводить эти мелкие, незначительные, ни на что не способные сценарии до полного завершения.<br />Эти сценарии уничтожаются, добиваются до конца и полностью приводятся в несуществующее состояние.</p> <p>Уровень 8<br />Уровень, на котором «я» прекращает своё существование. Это и есть мой единственный сценарий. Какой сценарий проявляется на восьмом уровне? Это уже просто сценарий стать имплантом, стать сущностью, кластером боли и имплантом. Даже не совсем правильно сказать «стать этим», поскольку здесь речь идёт о необходимости совершить превращение в это, довершить превращение в это и довершить превращение во всех данных пространствах.<br />Все реальности и все пространства, которые когда-то были, либо те пространства, на существование которых у тебя срабатывали триггеры, либо те пространства, в которых ты даже реально действовал, оказываются бесконечно несуществующими. При этом совершенно непонятно, почему они являются такими: стали ли они такими, были ли они такими изначально, или у тебя существовали иллюзии относительно собственного действия в этих пространствах. Разобрать всё это уже невозможно, поскольку всё оказывается полностью спутанным.<br />Важно другое: если нет и этого, значит, нет уже ничего. Нет остатков сознания, которое идентифицировало собственное бесконечное отсутствие, собственную несвязь с реальностями и собственное неприсутствие в данных пространствах. Такое сознание может быть только утилизировано, может оказаться только лишь иллюзией. Здесь имеется в виду именно звучание программы: программа задаёт это так, что данное сознание может оказаться только лишь иллюзией и только лишь бесконечным несуществованием.<br />Именно это довершает перевод данного сознания на более низкие уровни.<br />ВИП<br />Здесь сознание разворачивается к тому, чтобы стать окончательным проявлением бесконечного существования всего того, что уже завершено в точке времени, в окончательной точке времени. Это взаимодействует с программами минусовых уровней и является их прямым последствием. Прямым последствием программ минусовых уровней становится проявление структуры времени.<br />Ты проявил структуру времени, в которой проекция на прошлое является тем, что когда-то содержало ресурс реальности. Однако сама проекция на прошлое и её содержание оказываются устроены так, что всё, что было в прошлом, уже заполнено имплантами. Идентификация того же самого явления также оказывается заполненной имплантами.<br />Это отчасти связано с тем, что уже рассматривалось раньше, в том числе в коллективных программах. Например, в коллективных программах может проявляться иллюзия возможности восстановления Советского Союза как прежней структуры, что у некоторых людей действительно присутствует. Однако этой структуры уже не существует, а всё, что было в ней, полностью заключено в имплант.<br />Единственная позиция таких структур — дальше обрастать имплантами. Единственная позиция состоит в том, чтобы</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 16 Aug 2026 07:49:44 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17667#p17667 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17666#p17666 <p><strong>Создавание в уме обоснований для нерациональных решений и участия в играх</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ представляет собой многоуровневое исследование человеческой жизни, личности, войны, судьбы и социальных процессов как проявлений единого умственного пространства. Автор рассматривает ум как механизм создания объяснений, оправданий, мотиваций и смысловых конструкций, через которые человек участвует в процессах, подлинной природы которых не видит. Особое внимание уделяется войне как примеру коллективной умственной программы, где надуманные причины приводят к реальным потерям, боли и разрушениям.<br />Центральная идея текста заключается в том, что человек воспринимает себя как отдельного субъекта, но фактически включён в более крупные программы коллективной сущности и общего жизненного пространства. Личность, судьба, социальные игры, болезнь, пропаганда, государственные процессы и даже масштабные исторические события описываются как разные уровни одной системы. Документ показывает, что главная блокировка восприятия возникает из-за деления процессов на свои и чужие, малые и большие, реальные и воображаемые, тогда как по своей природе они являются однокачественными программами разных масштабов.<br /><strong><br />2022_06_02</strong></p> <p>По сути, для участия в любой человеческой игре человеку необходимо предварительно создать её в собственном уме и воображении. Ему нужно сформировать внутреннее призвание, смысл и основание для участия в этой игре. Однако в данном случае точнее говорить не просто об игре, а о пространстве. Любая социальная или иная игра изначально является проявлением умственной игры на реальном уровне.<br />Даже социальная игра остаётся игрой. Если она ведётся ради определённых призов, то необходимо рассмотреть, что именно является этими призами. На самом деле все эти призы являются надуманными. Все ценности в таком пространстве также оказываются надуманными и сконструированными.<br />То же самое можно увидеть на примере войны. Даже та война, которая ведётся сейчас, в ней отсутствует рациональность. Если бы у нас не было пищи, и мы напали бы ради её получения, потому что находились бы на грани голода, тогда такое действие ещё можно было бы как-то объяснить. Условно: если нам не дают необходимый ресурс и договориться невозможно, мы идём его завоёвывать. Но в данном случае подобного основания нет. Рациональность отсутствует.<br />Тем не менее война продолжается и в своей основе это прежде всего умственное пространство. Абсолютно умственное. Мотивы, ценности, важности и цели являются надуманными, но при этом расходуются реальные ресурсы.<br />Отдельный вопрос — солдаты, которые согласились участвовать в этом процессе. Само «согласие» здесь условно. Они попадают в пространство данной игры, и в нём уже начинается взаимодействие. Все становятся участниками этого пространства, независимо от того, находятся они на украинской или российской стороне.<br />По сути, все, кто каким-либо образом задействован в войне, оказываются внутри пространства этой программы, этой игры, этой войны. Жизнь теряют и одни, и другие. Ресурс теряется у обеих сторон, независимо от того, какая цель декларируется — хорошая или плохая. Жизнь утрачивается у всех. Такова структура пространства войны.<br /> Речь идёт о пространстве, в котором фактически происходит взаимодействие. Человек вынужден взаимодействовать с противником, который хочет его уничтожить. Если смотреть на это шире, то всё происходит в одном общем пространстве. События на реальном уровне являются только отражением того, что уже происходит в глубинном пространстве. Физический уровень можно рассматривать как отражение или продолжение этого процесса.<br />Сейчас важно проявить само пространство, в котором он оказался. Согласился он, не согласился, был вынужден — в данном случае это уже не является главным. Существенно то, что данное пространство существует. Не так важно, каким образом человек в него попал. Важно, что есть общее пространство как структура. В данном случае это пространство взаимодействия.<br />Твоё пространство действия и моё пространство действия в принципе устроены сходным образом. Моё пространство связано с войной в значительно меньшей степени, но структура, создающая такие пространства, остаётся той же самой. Человек вынужден расходовать ресурсы на создание и поддержание пространств взаимодействия с другими людьми. Эти пространства могут разворачиваться на разных уровнях, вплоть до уровня уничтожения.<br />Человек условно вынужден играть эту игру. Он вынужден участвовать в игре выживания на этой земле. Он родился — и уже не имеет другого выхода. Он стал взрослым — и должен играть в игру взрослого. Он купил дом — и должен играть в игру дома: взаимодействовать с территорией, мастерами, организациями, соседями и другими людьми.<br />При этом в пространстве уже могут существовать другие участники, например мошенники, которые думают о том, как захватить эту территорию. Человек может строить, обустраивать дом, заниматься своим делом, а в это время кто-то уже подделывает документы на другом уровне. Затем человек идёт в суд, но другая сторона уже заранее подготовилась к его действиям. В результате он может ходить по инстанциям и ничего не добиться. Подобные случаи действительно происходят.<br />В пространстве разворачиваются процессы, о которых человек может вообще не знать и даже не догадываться. Взаимодействие разворачивается внутри пространства игры. Человек постоянно попадает в такие пространства и фактически вынужден в них выживать.<br />То, что мы называем социальными играми, по сути означает следующее: если у человека есть ресурсы, он может добиваться в этих играх определённого материального результата на физическом уровне. При этом сама игра остаётся умственной как на начальном, так и на конечном уровне.<br />На первичном уровне у человека уже сильнее изменяется характер. Собственных ресурсов становится меньше, результаты достигаются всё хуже, но сама игра продолжается. Именно эту структуру я хотел рассмотреть: какие пространства проявляются в данной игре, поскольку сейчас все находятся в ней очень плотно.</p> <p>Уровень 1<br />Однобокая позиция — это, по сути, большая умственная выдумка, то есть игра ума. В принципе, любая умственная игра, независимо от того, разворачивается ли она внутри отдельного человека или является общей для многих людей, представляет собой разные градации одного и того же пространства. Главное заключается в том, что человек, участвуя в такой игре, фактически не знает ни её правил, ни причин, ни последствий. При этом на уровне ума он одновременно придумывает объяснения, почему должен в ней участвовать и почему должен тратить на неё свои ресурсы, вплоть до собственной жизни.<br />Первый уровень показывает, что все мы участвуем в подобных играх. Эти игры ума делятся на разные уровни, как и всё пространство в целом. Они могут начинаться с уровня коллективной сущности, которая выполняет собственные процессы, и заканчиваться уровнем отдельного человека, его ума и внутреннего пространства.<br />На примере войны видно, что в ней участвует большое количество людей. Государственная система формирует определённую умственную конструкцию, после чего множество людей оказывается вовлечено в бесполезное и бесперспективное пространство конфликта.<br />Каждый человек внутри себя, в своём уме, сознании и бессознательных структурах, начинает создавать причины, по которым он участвует в этом процессе. Это не всегда является сознательной фантазией. Чаще это происходит на более глубоком, бессознательном уровне. Человек формирует для себя внутреннее обоснование участия в происходящем.<br />У умственных игр может быть множество объяснений, причин и аспектов. Именно этим, по сути, и занимается ум: он способен создавать большое количество идей, интерпретаций и оправданий. Однако реальные процессы значительно проще.<br />Реальный процесс состоит в том, что коллективная сущность переходит с уровня на уровень. В одном случае она разрушается, в другом — только формируется. Каждый человек, который участвует в этом реальном процессе, затем создаёт для себя внутренние причины. Он формирует в голове определённые модели: зачем он участвует, почему участвует, ради чего и с какой целью. Таким образом человек заполняет своё воображение словами, фразами, идеями и объяснениями. После этого он начинает активно выполнять соответствующие умственные конструкции.<br />Ещё раз: все мы участвуем в глобальных программах ума, в виртуальных пространствах, часто не понимая, ради чего они существуют. При этом реальные поступки и действия действительно совершаются. Но объяснительные конструкции, которые сопровождают эти действия, находятся в воображении.<br />Это воображение может быть как общественным, так и индивидуальным. Речь идёт о причинах, которые люди приписывают происходящим процессам, хотя реальная подоплёка может быть иной.<br />В уме человек выполняет процессы, которые создают различные состояния, ощущения, чувства и позиции. Эти позиции ума затем объясняют его действия и поступки. Однако по факту всё это часто оказывается иллюзией, поскольку человек не видит, какие процессы на самом деле им управляют. При этом в реальности люди вполне по-настоящему рискуют, жертвуют собой и расходуют собственный ресурс.<br />Например, целая страна может поддерживать определённые причины и объяснения, которые существуют только в пространстве ума и в пространстве взаимодействия с другими людьми. В реальности же действуют несколько процессов, которые могут вообще не быть связаны с теми причинами, которые декларируются.<br />Люди поддерживают эти причины в пространстве ума и в пространстве социального взаимодействия. Однако реальность оказывается не такой, какой они её видят и какой воображают.</p> <p>Уровень 2<br />Второй уровень — это ум как своеобразная маркетинговая система. В реальности можно взять пример корпорации, которая рекламирует свои товары или услуги. Чем она занимается? Она не просто сообщает о наличии товара. По сути, она создаёт для человека причины, по которым ему якобы необходимо приобрести тот или иной товар или услугу.<br />Например, это может быть определённая марка автомобиля или гель для бритья. На втором уровне я как раз рассматриваю умственные игры как форму глобального маркетинга. Сама система устроена таким образом, что в реальности человеку необходимо совершить какое-то действие. Но ум при этом занимается тем, что выдумывает причину, почему это действие совершается.<br />На примере того же геля для бритья это можно увидеть достаточно ясно. Рекламный лозунг может звучать примитивно: «Лучшее для мужчины» или что-то подобное. Формально это может выглядеть как грубая и упрощённая конструкция. Но проблема в том, что такие конструкции работают. Человек хочет соответствовать образу «настоящего мужчины», а «настоящие мужчины» якобы делают определённые действия и покупают определённые товары.<br />При этом в реальности человек покупает конкретный продукт. Однако он не видит реального действия, которое совершает. В плане жёстко привязанных к действительности поступков сама реальность действует как своеобразная естественная программа. Мир развивается по определённой системе, структуре и законам, а ум лишь дорисовывает объяснения к происходящему.<br />То же самое можно увидеть на примере текущей войны. В реальности целая страна находится на определённом уровне деградации. Агрессия, безумие и попытки организовать уничтожение других людей на уровне ума и социальных игр получают внешне понятные объяснения. Например: «своих не бросаем», «сила в правде», «восемь лет геноцида» и другие подобные конструкции. Все они объясняют, зачем люди умирают, почему страна находится в тяжёлом положении и ради чего всё это якобы необходимо.<br />Люди сами создают себе множество внутренних картин, и у каждого эта картина своя. Даже идея о том, что, например, Путин является старым маразматиком, который не видел, не знал, не понимал и поэтому совершил преступление, тоже относится к уровню ума. В реальности не имеет принципиального значения, что именно он думал или чувствовал. В реальности важен сам процесс: вся страна движется к разрушению.<br />Поэтому и получается, что ум занимается выдумыванием обоснований, фантазий и причин. Он объясняет, зачем и почему человек совершает то или иное действие. Сначала создаётся причина, а затем действие выполняется так, как будто оно этой причиной обусловлено. Однако ловушка заключается в том, что при наличии соответствующей программы человек всё равно выполнял бы эти действия — даже без данной конкретной причины.<br />В реальности мы выполняем различные действия в любом случае, если для этого существует программа. На том же восьмом уровне сейчас сложилась ситуация, в которой будто бы имеются причины для развязывания войны. Но если бы этих причин не было, были бы придуманы другие.<br />Этот момент раньше не был для меня очевиден. Человек, по сути, не видит самих умственных игр. То, о чём он думает, уже является следствием коллективных игр. Обычным умом эти процессы в принципе трудно осознать.<br />Вероятно, именно поэтому пропаганда и работает. Дело не только в мозге как отдельном органе. Всё жизненное пространство человека в плане мыслей и обоснований оказывается достаточно программируемым. Лозунги, идеи и объяснительные конструкции, которые подбрасываются в это пространство, действительно начинают работать.<br />Если подобный сценарий действительно реализуется в реальности, для людей он уже не будет выглядеть неожиданным. Им заранее говорили об этом, их заранее готовили к такой картине мира. В результате, когда событие начинается, народ воспринимает его как уже известное и начинает его реализовывать, потому что в умственном пространстве оно уже существовало.<br />Таким образом, почти любая конструкция может быть проведена через пропаганду и программирование умственного пространства общества. Если смотреть глубже, то индивидуальность человека в этом процессе необходимо рассматривать крайне осторожно. В определённом смысле о ней вообще можно временно забыть.<br />Допустим, существует сто процентов населения. Если тридцать процентов этого населения подвергнуть интенсивному программированию, то отдельный человек, даже считая себя самостоятельным и умным индивидуумом, всё равно окажется затронут этим общим процессом. Массовое программирование, общие идеи и коллективные умственные конструкции неизбежно воздействуют и на него.<br />Если значительная часть населения выполняет определённые умственные программы, то эти программы начинают распространяться на всех. Не обязательно программировать каждого человека отдельно. Достаточно запрограммировать большую массу участников системы, после чего умственная программа начинает расходиться по всей сети взаимодействия.<br />Мы все находимся внутри одной большой сети социальных и умственных связей. Поэтому человек может сколько угодно считать себя индивидуалистом, отделённым от системы. Он может полагать, что пропаганда на него не действует, что он слишком умён для всей этой лжи. Однако это не так. Он не видит, какие процессы на самом деле происходят, и не видит, какие процессы он сам фактически выполняет.<br />Это можно сравнить с клеткой в организме. Если в организме в каком-то месте появляется серьёзная болезнь, то при масштабном процессе она затрагивает всю систему. Бывает, что проблема локализована и касается только отдельного участка. Но когда речь идёт о больших системных процессах, последствия распространяются на всех. Проблема в том, что человек этого не видит.</p> <p>Уровень 3<br />Третий уровень — это своего рода система оправдания. Для любого действия ум должен создать определённое объяснение или обоснование. Сейчас большое количество людей погибает на войне, и для этого процесса ум также пытается выстроить систему оправданий.<br />У войны как явления, по сути, нет подлинного оправдания. Это крайняя форма разрушительного взаимодействия. Однако при этом постоянно создаются иллюзии, объяснения и идеологические конструкции, которые должны оправдать происходящее.<br />Даже идея защиты Родины, с человеческой точки зрения кажущаяся благородной целью, является частью длительной пропагандистской программы. Эта программа существует очень давно и уходит корнями в глубокие исторические слои. Обычному человеку внушается, что умереть за Родину — это высокая ценность. Однако если под Родиной фактически подразумеваются взаимодействия между политическими элитами, то человек умирает не за Родину как таковую.<br />В реальности человек часто погибает не за Родину, а вследствие решений тех, кто управляет процессами и не смог договориться между собой. Родина в этом случае становится лозунгом, который воздействует на сознание конкретного человека. Те, кто принимают решения и дёргают за ниточки, не являются самой Родиной, но лозунг о Родине продолжает работать.<br />Если бы вместо слов о защите, борьбе с нацизмом, национализмом и других идеологических формул людям прямо сказали, что их отправляют погибать из-за неспособности одних групп договориться с другими, большинство не стало бы участвовать в этом процессе. Поэтому для массового сознания создаются лозунги, умственные заглушки и смысловые пустышки, которые закрывают реальное положение дел.<br />Человек принимает эти конструкции и может идти навстречу собственной гибели с ощущением, что защищает Родину или выполняет важную миссию. Этот механизм работает в обе стороны: и на стороне агрессора, и на стороне защитников. По факту люди вынуждены погибать, потому что так устроена данная система.<br />Системе необходимо сформировать большой кластер боли. Для этого требуется, чтобы значительное количество людей погибло или пострадало. Если смотреть на процесс глубже, можно увидеть, что новая страна, новая коллективная сущность формируется через огромный массив боли, утрат и напряжения. Эта боль затем ложится на всех оставшихся живых и становится основанием для дальнейшего построения нового пространства.<br />Отталкиваясь от этого кластера боли, люди начинают стремиться создать сильную, устойчивую и самостоятельную страну, на которую невозможно было бы напасть без последствий. Внутри такого пространства появляется мотивация выстроить государство, способное защитить себя и обеспечить более устойчивую внутреннюю жизнь. С точки зрения коллективной сущности это становится своеобразной ценой, которую необходимо заплатить за формирование страны.<br />Речь идёт о создании и оформлении жизненного пространства. Даже не столько о создании с нуля, сколько о формировании такого пространства, в котором всё начинает функционировать по определённой модели. Эта реальность имеет мало общего с привычными идеологическими объяснениями.<br />С этой точки зрения люди, которые погибают, не просто защищают Родину в привычном лозунговом смысле. Они участвуют в формировании основания будущей системы. Через погибших, через утраты, через боль и через действия всех участников выстраивается фундамент будущего государственного пространства.<br />Всё снова упирается в простейшую мотивацию. Есть мотивация — появляются поступки, действия и движение в определённом направлении. Чтобы мотивация стала достаточно сильной для построения новой страны, должны произойти события соответствующего масштаба. После завершения войны страна уже будет иной. Она сплотится, изменится и начнёт функционировать по-другому.<br />Для таких изменений требуются события соответствующего размера и силы. Только тогда у граждан данного пространства возникает мотивация, сопоставимая с задачей построения новой коллективной структуры.<br />Чтобы значительная часть мира захотела противостоять этой системе и воспринимала её как угрозу, сама система должна совершить соответствующие действия: напасть на соседнюю страну, разрушать города, убивать мирных людей и поддерживать масштабную агрессию. Такая задача, по сути, выполняется. И выполняется она достаточно последовательно.<br />Проблема в том, что почти никто не видит настоящую задачу. В официальном пространстве принято верить, что «цели операции будут выполнены», что верховный главнокомандующий знает, куда ведёт страну и в каком направлении она движется. Однако он сам может не осознавать реального направления процесса.<br />Он может думать, что ведёт страну к реализации собственных целей и идеологических представлений. Но в действительности этот процесс может вести страну к разрушению. Это классическое движение в бездну, хотя сами участники процесса могут этого не видеть.<br />Именно в этом заключается ключевая проблема: на программы ума почти никто не смотрит. Тем более их почти никто не проясняет. Даже мы, занимаясь этим рассмотрением, не всегда полноценно проясняем данные процессы, поскольку сами находимся внутри этой общей системы и варимся в той же самой среде.</p> <p>Уровень 4<br />В жизненном пространстве все остальные игры можно рассмотреть на примере организма. Допустим, у человека возникает болезнь. Она возникает в реальности как вполне конкретная физиологическая проблема. Она воздействует на организм, проявляется определённым образом, и человек не может её просто не заметить. Болезнь есть как факт.<br />Однако после появления болезни человек начинает выдумывать объяснения. Причём чаще всего это происходит неосознанно. Он пытается обосновать, нарисовать и объяснить себе причины, по которым эта болезнь появилась. Объяснения могут быть самыми разными: наказание Бога, сглаз, карма или что-либо ещё. Каждый создаёт такие программы в соответствии со своим уровнем восприятия и набором внутренних представлений.<br />Но здесь важно не само содержание этих объяснений, а общий подход. Благодаря умственным играм человек именно этим и занимается: ищет причину или пытается её создать. При этом он ищет не настоящую причину, а создаёт себе объяснение, которое позволяет как-то соотнести происходящее с привычной картиной мира. Обычно человек с этим успешно справляется.<br />В общемировых процессах этот принцип работает точно так же. Есть грубая реальность войны. Но основной импульс большинства людей заключается в том, чтобы сбежать от этой боли и от происходящего в ум. Ум должен объяснить ситуацию. Ум должен найти причину. Создаётся ощущение, что если причина найдена, то с происходящим станет легче жить.<br />С болезнями действует тот же механизм. Возникает иллюзия, что знание причины заболевания само по себе способно привести к исцелению. Однако во многих случаях это является самообманом. Человек не столько взаимодействует с реальностью болезни, сколько пытается построить объяснение, которое снижает внутреннее напряжение.<br />По сути, человек часто занимается именно этим: пытается придумать, найти или откопать внутри себя причину, по которой ему стало плохо. Это может касаться болезни, страдания, жизненных неудач или любых других тяжёлых состояний. Здесь поиск причин превращается не в реальное исследование, а в форму бегства от боли.<br />В этом смысле создание причины становится своеобразной точкой ухода. В реальности человеку больно, а в уме он ищет способ от этой боли сбежать. Он создаёт себе примитивное или сложное объяснение того, почему ему плохо, почему он страдает и почему у него возникли жизненные проблемы.<br />Далее человек начинает взаимодействовать с реальностью уже через созданную причину. Однако такая причина обычно не даёт ему реального выхода. Напротив, она может усиливать деградацию, потому что реальность не совпадает с выдуманными объяснениями. Чем дольше человек держится за такую причину, тем больше он отдаляется от действительного процесса.<br />Это можно увидеть на примере болезни. Человек заболел и не может себя вылечить. Вместо того чтобы взаимодействовать с реальностью заболевания, он начинает тратить силы на молитвы, медитации или другие умственные и ритуальные действия. Он находит себе занятие, которое позволяет уйти в умственные игры и не сталкиваться с реальностью напрямую.<br />Такой принцип работает на всех уровнях. В том числе сейчас он проявляется на уровне стран и больших коллективных процессов. Люди постоянно пытаются создать причины, обоснования и объяснения происходящего. Они стремятся перевести реальность в понятную для ума схему.<br />Проблема не только в том, что реальность слишком болезненна. Она ещё и слишком нестандартна для человеческого ума и сознания. То, что действительно происходит, оказывается трудным для восприятия, потому что ум обычно переворачивает реальность относительно своих схем.<br />С позиции ума саму реальность становится почти невозможно осознать, увидеть, понять, проработать и рассоздать. У ума есть свои правила, логика, ограничения и законы. В реальности же процессы разворачиваются иначе. На следующем уровне всё устроено по-другому, и для ума это выглядит слишком перевёрнутым.<br />То же самое относится к объяснению войны. Можно говорить об имперских амбициях, политических интересах, идеологических причинах и других конструкциях, которые были придуманы в последнее время. Но всё это остаётся набором умственных объяснений.<br />В реальности происходят более простые и жёсткие процессы. Люди оказываются втянутыми в пространство, где им приходится погибать, страдать, терять ресурсы и участвовать в формировании больших коллективных последствий. Именно это и происходит, независимо от тех объяснений, которые ум создаёт вокруг данного процесса.</p> <p>Уровень 5<br />На этом уровне рассматривается пространство взаимодействия человека с человеком, а также коллективных сущностей друг с другом. По сути, здесь можно выделить два слоя программ и два уровня процессов. На одном уровне существует процесс, который действительно происходит в реальности. На другом уровне формируется система обоснований этого процесса — как глобальных, так и локальных, относящихся к каждому отдельному человеку.<br />Всё это образует большую систему самообмана. Например, можно взять любого военного, который сейчас рискует своей жизнью, независимо от стороны конфликта. И те, кто нападает, и те, кто защищается, находятся в своеобразном аффектном состоянии. В этом состоянии у людей возникает мотивация рисковать жизнью, и эта мотивация получает внутреннее обоснование.<br />Один человек действует ради одних целей, другой — ради других. На уровне ума всё может выглядеть понятным и объяснённым. При этом не так важно, что именно человек думает. Важнее то, что он чувствует и какие действия в результате выполняет.<br />На уровне чувств, находясь непосредственно в эпицентре событий, человек уже как будто согласен с тем, что с ним происходит. Он включён в данное пространство и в определённой степени принимает его условия. Каждый человек, конечно, создаёт свои объяснения внутри собственного сознания и своего узкого персонального жизненного пространства. Он играет в свои умственные игры.<br />Однако глобальная коллективная сущность также формирует общее умственное пространство. Чтобы замотивировать людей уничтожать друг друга, требуется достаточно длительная подготовка умственных процессов. Создаются обоснования, причины, идеологические конструкции и формы отказа от прямого взаимодействия с реальностью.<br />Отказ взаимодействовать с реальностью здесь проявлен особенно резко. Это видно в самом вопросе: почему люди вообще пошли воевать? Ведь многие выросли на идее, что «лишь бы не было войны», но в результате сами приняли участие в организации войны. Если задуматься, это выглядит как абсурдная и перевёрнутая конструкция.<br />Если брать те установки, на которых люди воспитывались с детства, то им внушалось, что нападать плохо, убивать плохо, война — это ужас, а предыдущие поколения воевали ради того, чтобы войны больше не было. Однако затем эти же люди нарушили все эти принципы.<br />Чтобы это произошло, людей нужно было долго вводить в состояние, в котором они согласятся участвовать в подобном процессе. Либо же это было не длительное накопление, а быстрый массовый аффект, который резко захватил общее пространство и исказил восприятие. В любом случае здесь проявляется своеобразная глобальная психосоматика коллективной сущности.<br />Для того чтобы большое количество людей одновременно совершило разрушительные действия, необходимо, чтобы они вошли в общее аффектное состояние. В этом состоянии они начинают выполнять действия, последствия которых затем становятся труднообратимыми.<br />Получается, что речь идёт о своеобразной искусственной боли и искусственной мотивации. Умственные игры позволяют создать внутреннее напряжение, накачать себя определёнными состояниями и сформировать мотивацию, которой в прямом взаимодействии с реальностью могло бы не быть.<br />Этот механизм уже рассматривался раньше. В целом он везде одинаков. Когда человек в реальности не хочет что-то делать, но через ум пытается заставить себя это выполнить, он начинает создавать красивую или убедительную мотивацию. Однако попытка заставить себя действовать при реальном отсутствии мотивации обычно не приводит к устойчивому результату. Человек либо перегорает, либо сталкивается с внутренними и внешними последствиями. В данном же случае мотивация у участников процесса всё-таки есть. Проблема в том, что почти никто не видит, что это за мотивация и откуда она берётся. <br />Даже когда в жизненном пространстве возникает ситуация, в которой часть людей неизбежно должна погибнуть, этот процесс всё равно подчиняется определённой системе. Существуют статистика, механизм войны, логика коллективной сущности и общее распределение последствий. Война как процесс предполагает утраты, включая гибель военных и мирных людей.<br />Соответственно, каждый человек, сам того не осознавая, в той или иной степени оказывается включён в эту программу. Он может думать, что действует по личным причинам, но на более глубоком уровне уже находится внутри коллективного процесса, который формирует его мотивацию, состояние и действия.</p> <p>Уровень 6<br />Это общее игровое пространство, в котором мы находимся и в котором взаимодействуем с другими людьми. У всех нас существуют деструктивные программы, которые мы обычно не замечаем, поскольку они принадлежат не только индивидуальному уровню. Это программы иного порядка, относящиеся к коллективной сущности и общему жизненному пространству.<br />Например, у человека может существовать процесс, связанный с неизбежностью смерти. Однако точнее будет сказать, что этот процесс существует не только у него лично, а в общем жизненном пространстве. Он присутствует у многих людей: у его близких, у тех, с кем он взаимодействует, у того, кто может его уничтожить, и у того, кого может уничтожить он сам. Всё это образует сложную и переплетённую систему.<br />При этом у самого человека нет прямого доступа к этим глобальным игровым процессам. Он не воспринимает их непосредственно и не может полноценно с ними взаимодействовать. Поэтому вместо настоящего восприятия у него присутствует его своеобразная имитация в виде ума. Ум создаёт объяснения, состояния и обоснования, через которые человек пытается понять происходящее.<br />На моём личном примере это тоже видно. Ресурсов хватает на определённые действия: заниматься сеансами, мастерской, домом и сопутствующими делами. Но если речь идёт о движении в сторону других задач, становится понятно, что ресурсов уже нет. Остаются только умственные причины, оправдания и объяснения.<br />По сути, я выполняю программу, через которую формируется моя реальность. На уровне головы, состояния и внутренних процессов я затем создаю обоснование этой реальности. Я создаю желание, настроение, искусственную мотивацию или, точнее, искусственную боль и искусственные причины. С их помощью я объясняю себе, почему выполняю одни действия, хотя, возможно, хотел бы выполнять другие, но не могу.<br />Чтобы не видеть эту несостыковку, ум вынужден постоянно генерировать состояния и объяснения. Эти состояния позволяют обосновывать собственную позицию жертвы. Человек создаёт внутреннюю конструкцию, через которую объясняет, почему он оказался в данном положении и почему не может выйти из него.<br />Классический пример — состояние жертвы по отношению к болезни. Допустим, сейчас у меня постепенно включается аллергия. Сама реальность проста: аллергия есть, она проявляется, и организм выполняет соответствующий процесс. Но ум сразу начинает создавать вопросы и объяснения: почему это происходит, зачем, из-за чего, по какой причине.<br />Фактически есть состояние реальности, в котором присутствует определённый энергетический и физиологический процесс. Я с ним ничего не могу сделать напрямую. Я выполняю, создаю и поддерживаю этот процесс, одновременно находясь в состоянии невозможности его остановить. В отношении энергии и взаимодействия с этим пространством я нахожусь на соответствующем уровне и достаточно ресурсно выполняю состояние жертвы, например по отношению к собственному иммунитету.<br />В таком состоянии у человека появляется множество объяснений: гены, внешние факторы, обстоятельства, прошлый опыт и другие причины. Если начать разбирать это глубже, можно получить целый список внутренних обоснований: почему это происходит, за что это происходит и почему именно со мной.<br />Однако по факту здесь проявляется неспособность посмотреть на само состояние. Организм не способен просто остановить данный процесс, а человек не способен увидеть его как часть выполняемой программы. Поэтому он уходит в объяснения, вместо того чтобы воспринимать сам механизм происходящего.<br />То же самое относится и к более глобальным процессам в жизни человека. Если рассматривать жизнь одного человека в этом разрезе, то она во многом выполняется как сценарий. Человек реализует определённую деструктивную программу, как будто заранее встроенную в общее жизненное пространство.<br />На этом уровне уже не так важно, зачем человек что-то делает и какие причины он себе объясняет. Одни люди умирают молодыми не потому, что у них есть ясное личное обоснование, а потому что в данном пространстве действует соответствующая программа. Она выполняется, люди погибают, и на уровнях выше достигаются определённые эффекты.<br />Сам человек при этом вынужден создавать для себя красивые объяснения: ради чего, зачем и почему всё это происходит. Эти объяснения нужны для того, чтобы оправдать собственную неспособность остановить деструктивную программу большого сценария, который выполняется в общем жизненном пространстве.<br />Мы рождаемся уже внутри этого пространства. Поэтому вопрос выбора здесь оказывается ограниченным. Участвовать или не участвовать — это не всегда реальная альтернатива. К моменту начала жизни человек уже включён в систему процессов, событий и сценариев, которые затем разворачиваются через его жизнь.</p> <p>Уровень 7<br />Получается, что сама жизнь человека внутри всей системы также является своеобразной умственной игрой для коллективной сущности. В глобальном смысле каждая человеческая жизнь представляет собой продолжение определённой умственной игры или более крупного процесса.<br />Всё, что мы здесь делаем и создаём, относится к большому умственному пространству. Оно разворачивается на фоне более глобальных природных и естественных процессов. Однако если смотреть ещё шире, то и эти природные процессы тоже могут рассматриваться как умственные игры для существа более высокого порядка. Таким образом, каждый уровень включён в процессы уровня, который находится выше.<br />Если продолжать эту линию рассмотрения, можно сказать, что вся Вселенная также является большим пространством умственных процессов. Это единое пространство постепенно дробится на всё более мелкие процессы. На одном из уровней такого дробления находится человеческий ум.<br />По факту вся наша жизнь, вся наша судьба является продолжением более крупного пространства. Пространство судьбы человека возможно потому, что существуют другие люди, которые могут его родить, вырастить и включить в данную систему жизни. Благодаря этим людям человек вообще получает возможность войти в это пространство.<br />На фоне этого существуют естественные процессы более крупного масштаба. Например, планета и Солнечная система для нас являются максимально естественными процессами. Они существовали до человечества и будут существовать независимо от него. Им в целом безразлично, существует конкретный человек или нет, поскольку их масштаб несоизмеримо больше человеческой жизни.<br />На этих уровнях наличие или отсутствие отдельного человека не имеет принципиального значения. Пространство слишком велико по масштабу. Однако при движении ниже, к уровню человеческой цивилизации, процессы становятся более конкретными и зависимыми от человеческих структур.<br />Например, война внутри человечества возможна только потому, что существуют страны. Население планеты разделено на группы, а внутри этих групп создаются различные отличия от других групп: территориальные, культурные, политические, исторические и идеологические. Далее эти отличия начинают восприниматься как основания для противопоставления.<br />Именно такое многоуровневое выдумывание различий, разделение и закрепление границ является одним из механизмов ума. Благодаря этим механизмам внутри цивилизации становится возможной война. Возникает схема: «мы такие, они другие», «мы правы, они неправы». На этой основе формируется само понятие войны.<br />С самим собой человек воевать не может. Война становится возможной только при наличии чего-то, что воспринимается как отличное и противопоставленное. Чем сильнее это отличие, тем легче выстроить конфликт. Чем больше различий люди создают между собой, тем проще им воевать друг с другом. Это уже является продолжением умственного пространства.<br />Следовательно, всё, что происходит сегодня, можно рассматривать как следствие игры ума более высокого порядка. Сначала возникает определённая парадигма, а затем внутри этой парадигмы становятся возможными конкретные процессы. То, что проявляется в реальности как событие, конфликт или действие, предварительно существует как структура более крупного умственного пространства.</p> <p>Уровень 8<br />Здесь всё снова зависит от масштаба, с которого мы смотрим на процесс. На глобальном уровне вся наша активность, все наши действия и движения являются умственными процессами коллективной сущности. На уровень выше этих умственных процессов находятся более крупные программы, в том числе программы личности.<br />В этом смысле наши программы личности, которые мы привыкли отделять от ума, также можно рассматривать как умственные программы коллективной сущности. Мы воспринимаем их как более естественные, потому что через них формируется жизненный путь человека, его воплощение и основные пространства его существования. Однако на более высоком уровне это тоже программы, принадлежащие не отдельному человеку, а коллективной сущности.<br />Судьба человека, по сути, является программой коллективной сущности. Именно поэтому у нас нет к ней прямого доступа. Именно поэтому человек не управляет своей судьбой в полном смысле и не выбирает, что именно ему делать. Единственное, что он обычно выбирает, — это способ объяснить себе уже выполняемые действия и создать внутреннюю форму самообмана.<br />В действительности полноценный выбор самих поступков и действий в аспекте контроля и управления у человека отсутствует. Это связано с различием уровней и масштабов взаимодействия. Человек находится внутри системы, но не управляет теми программами, которые задаются на более высоком уровне.<br />Это можно сравнить с клетками организма. Каждая клетка может условно воспринимать себя как отдельную единицу, но у неё есть ДНК, физиологическое строение и место внутри тела. Её структура такова, что она может существовать только внутри данного организма и выполнять функции, заданные этим уровнем системы.<br />При этом сам организм устроен сложнее. В нём есть не только отдельные клетки, но и органы, которые представляют собой объединения множества клеток в более крупные функциональные системы. Затем органы объединяются в общую систему организма. Далее существует мозг, который управляет этим пространством, а также уровни нейронных сетей, обеспечивающих более сложные формы регуляции.<br />Грубо говоря, весь организм необходим для того, чтобы могли существовать и функционировать нейронные сети. А взаимодействие электрических и химических сигналов между нейронными сетями уже создаёт условия для проявления человека как личности. Личность, в свою очередь, является частью коллективного существа, частью более крупной системы и более общего пространства.<br />Через личность выполняются определённые эффекты. Эти эффекты могут быть нужны уже существу более высокого порядка, которое через данную систему реализует собственные процессы. В этом смысле всё взаимосвязано: отдельный человек, его личность, организм, коллективная сущность и уровни более крупного порядка.<br />Получается, что в общем жизненном пространстве вся наша активность и вся наша судьба являются продолжением коллективной сущности. Именно по этой причине существуют программы ума, которые мы можем рассматривать. Некоторые умственные программы можно увидеть и остановить, поскольку они всё-таки находятся внутри уровня нейронных сетей. Мы сами функционируем на уровне этих сетей, и часть программ также разворачивается внутри них.<br />Именно поэтому умственные процессы поддаются рассмотрению. Однако программы судьбы устроены сложнее. Они относятся уже не только к уровню нервных сетей, а к уровню выше. На уровень нервных сетей сверху приходят определённые сигналы, и человек, находясь внутри этой электрохимической системы, вынужден их выполнять.<br />Достаточно, чтобы в голове возник определённый сигнал, мысль или идея, и человек уже начинает разворачивать соответствующий процесс. Он может воспринимать это как собственное решение, но фактически находится внутри системы, которая задаёт ему направление. Поэтому многие программы поведения зависят от нас значительно меньше, чем кажется.<br />То же самое относится к судьбе, жизни и смерти. Это программы более высокого порядка, с которыми человек не может напрямую взаимодействовать и которые не может произвольно изменить. Они не являются его личными программами. Это программы жизненного пространства и коллективной сущности.<br />Всё наше жизненное пространство, включая взаимодействие человека с человеком, можно рассматривать как систему программ коллективной сущности. Ум в этой системе необходим для того, чтобы человек не видел прямого устройства происходящего. Он создаёт объяснения, фантазии и формы самообмана, благодаря которым человеку кажется, что происходящее принадлежит ему лично.<br />На самом деле лично человеку в этом пространстве принадлежит в основном слой внутренних объяснений, интерпретаций и фантазий. Основные процессы задаются на более высоком уровне и разворачиваются через него как часть общего жизненного пространства.</p> <p>ЦТ<br />На центральном уровне становится видно, что проблема больших программ, таких как представление о всей личности как об умственной игре коллективной сущности, заключается не столько в самих этих программах и их объёме, сколько в нашем собственном механизме рассмотрения.<br />Поскольку мы находимся в позиции человека, мы постоянно поддерживаем эту позицию. Мы поддерживаем восприятие себя как отдельной малой единицы внутри большой системы. Именно этот механизм ума создаёт уход в точку, то есть сужение восприятия до позиции отдельного человека. Это можно сравнить с клеткой, которая воспринимает себя только как клетку и не видит всего организма.<br />За счёт этого механизма не получается полноценно осознать происходящее и увидеть уровень коллективной сущности. У нас сохраняется деление на своё и чужое, индивидуальное и коллективное, умственные программы и естественные процессы, малое и большое. Эти шаблоны восприятия становятся не просто ловушками, а своеобразными запретами и блокировками, которые не позволяют рассматривать процесс без ограничений.<br />Если необходимо изменить судьбу человека, то нужно рассматривать тот уровень, с которого эта судьба формируется. Однако обычно мы этого не делаем, потому что воспринимаем такой уровень как слишком большой, сложный и неподъёмный. Судьба, коллективная сущность, взаимодействие между людьми — всё это начинает казаться чем-то внешним, огромным и недоступным для рассмотрения.<br />В результате человек упирается в ложные понятия и привычные формы восприятия. Они не позволяют рассматривать всё жизненное пространство как единый процесс. Человек останавливается перед масштабом и не видит, что сам масштаб является частью умственной конструкции.<br />По факту, в каком бы направлении мы ни смотрели, всё это является умом. Личность, судьба, отдельная клетка в теле, органы, нейронные сети, война, страна, тысячи и сотни тысяч людей — всё это можно рассматривать как проявления одного и того же пространства. На разных уровнях меняется только масштаб, но принцип остаётся тем же.<br />Даже война, в которой участвует страна и огромное количество людей, на более глубоком уровне также является умственной программой. Однако наше собственное дробление уровней на масштабы и объёмы создаёт ловушку восприятия. Благодаря этому человек сам себе ограничивает доступ к рассмотрению целых пластов реальности.<br />Например, клетки кажутся слишком маленькими, и поэтому человек их не видит как уровень, с которым можно взаимодействовать. Тело и внутренние процессы также воспринимаются как что-то скрытое и недоступное. С другой стороны, судьба, коллективная сущность и большие исторические процессы кажутся слишком крупными. В итоге одно оказывается «слишком малым», другое — «слишком большим», а человек остаётся в своей промежуточной позиции и не рассматривает ни то, ни другое.<br />Именно масштаб становится одной из основных блокировок восприятия. Человек воспринимает одни процессы как свои, другие — как чужие; одни как реальные, другие — как воображаемые; одни как доступные, другие — как недоступные. Но в действительности нет отдельного уровня, где была бы «настоящая реальность», а где-то рядом — только воображение. То, что для человека кажется реальным, также является частью его умственного пространства.<br />Все эти различия являются нашими собственными конструкциями. На всех слоях присутствует ум, то есть система образов, интерпретаций, программ и иллюзий. Эти иллюзии различаются по масштабу, но по своему устройству они во многом однотипны.<br />То, что мы не можем проработать или изменить уровень клеток, и то, что мы не можем проработать или изменить уровень судьбы, связано с одним и тем же механизмом. В одном случае процесс кажется сверхмалым, в другом — сверхбольшим. В обоих случаях человек воспринимает его как не свой, чужой и недоступный.<br />В результате эти уровни не видятся и не рассматриваются. Однако по сути на всех направлениях проявляются однокачественные программы. Они отличаются только масштабом и положением относительно человеческой позиции, но их природа остаётся единой.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ посвящён рассмотрению человеческой жизни, социальных процессов, войны, личности и судьбы как многоуровневых умственных программ, разворачивающихся внутри общего жизненного пространства. Центральная мысль текста состоит в том, что человек воспринимает свои действия, выборы, мотивы и жизненные обстоятельства как личные и осознанные, однако на более глубоком уровне они рассматриваются как проявления программ коллективной сущности и более крупных системных процессов.<br />В начале документа вводится понятие человеческой игры как умственного пространства. Любая социальная игра, включая войну, рассматривается не только как набор реальных событий, но и как проявление умственных конструкций, ценностей, целей и оправданий. При этом подчёркивается принципиальное расхождение между умственными объяснениями и реальными последствиями: мотивы могут быть надуманными, но ресурсы, боль, смерть и разрушения остаются настоящими.<br />На первом уровне раскрывается идея однобокой позиции как формы умственной игры. Человек участвует в процессах, правил и глубинных причин которых не понимает. Он создаёт внутри себя объяснения, зачем и ради чего участвует, хотя реальные процессы могут иметь совершенно иную подоплёку. Ум формирует модели, оправдания и интерпретации, через которые человек пытается встроить происходящее в привычную картину мира.<br />На втором уровне ум рассматривается как своеобразная маркетинговая система. Он не просто фиксирует действия, а создаёт причины, почему человек якобы должен эти действия совершать. Как реклама формирует потребность в товаре, так и ум формирует потребность в участии в определённых жизненных, социальных или политических процессах. Пропаганда описывается как механизм программирования общего умственного пространства, в котором отдельный человек оказывается затронут коллективными идеями даже тогда, когда считает себя самостоятельным и независимым.<br />Третий уровень посвящён системе оправдания. Ум создаёт объяснения для разрушительных процессов, включая войну и гибель людей. Идеи Родины, защиты, миссии, борьбы и долга рассматриваются как смысловые конструкции, которые закрывают реальное положение дел. На более глубоком уровне война описывается как процесс формирования большого кластера боли, через который коллективная сущность создаёт новое жизненное и государственное пространство.<br />На четвёртом уровне рассматривается механизм поиска причин как форма ухода от боли. На примере болезни показывается, что человек часто ищет не реальную причину происходящего, а объяснение, которое позволяет уменьшить внутреннее напряжение. Такой же механизм действует в отношении войны, страданий, неудач и других тяжёлых процессов. Ум переводит реальность в понятную для себя схему, но тем самым может ещё сильнее отдалять человека от прямого взаимодействия с действительным процессом.<br />Пятый уровень описывает пространство взаимодействия человека с человеком и коллективных сущностей между собой. Здесь выделяются два слоя: реальный процесс и система его обоснований. Люди могут действовать в состоянии аффекта, принимая участие в разрушительных процессах, не видя подлинной мотивации. Массовые состояния, идеологические конструкции и искусственно созданная боль формируют мотивацию, благодаря которой участники системы начинают выполнять действия, последствия которых становятся труднообратимыми.<br />На шестом уровне акцент переносится на общее игровое пространство, в котором человек уже включён в деструктивные программы более высокого порядка. Эти программы принадлежат не только отдельному человеку, но и коллективной сущности. Человек не имеет прямого доступа к таким процессам и потому заменяет настоящее восприятие умственными объяснениями. Его жизнь рассматривается как сценарий, в котором он выполняет определённые программы, а затем создаёт для себя объяснения, зачем и почему всё это происходит.<br />Седьмой уровень расширяет рассмотрение до масштаба всей человеческой жизни и Вселенной. Жизнь человека описывается как продолжение умственной игры коллективной сущности, а сама Вселенная — как большое пространство умственных процессов, дробящееся на всё более мелкие уровни. На уровне цивилизации война становится возможной благодаря разделению людей на группы, созданию различий, противопоставлений и границ. Чем больше ум создаёт различий, тем легче формируется конфликт.<br />На восьмом уровне рассматривается различие масштабов. Личность, судьба, жизненный путь и поведение человека описываются как программы коллективной сущности. Человек воспринимает их как свои, но не имеет к ним прямого доступа и не управляет ими в полном смысле. Через аналогию с клетками, органами, организмом и нейронными сетями показывается, что отдельный человек является частью более крупной системы. Умственные программы могут быть доступны рассмотрению, потому что они разворачиваются на уровне нейронных сетей, тогда как программы судьбы относятся к более высокому уровню.<br />В центральной точке подводится общий итог: главная проблема заключается не только в самих больших программах, а в механизме человеческого рассмотрения. Человек воспринимает себя как малую отдельную единицу и тем самым сужает восприятие до своей позиции. Из-за этого он делит процессы на свои и чужие, большие и малые, реальные и воображаемые, доступные и недоступные. Такое дробление становится блокировкой восприятия.<br />Итоговая идея документа состоит в том, что личность, судьба, болезнь, война, социальные процессы, клетки, тело, нейронные сети и коллективные сущности могут рассматриваться как проявления одного и того же умственного пространства. Они отличаются масштабом, но их природа остаётся единой. Человек не видит этой единой природы из-за ограничений собственной позиции, поэтому заменяет прямое восприятие объяснениями, оправданиями, фантазиями и формами самообмана.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 16 Aug 2026 07:45:25 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17666#p17666 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17665#p17665 <p><strong>Жизнь в парадигме “Имею права - не имею права”</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует парадигму «имею право — не имею права» как фундаментальную структуру человеческого уровня. Через уровни 1–8 раскрывается связь права, бесправности, иерархии, слабости, утраты целостности, нехватки ресурсов и необходимости встроиться в цивилизационную систему. Центральная идея текста состоит в том, что человек, утратив целостность и полноту способностей, создаёт коллективные структуры, законы, разрешения и запреты как способ компенсации собственной слабости, но в результате лишь имитирует утраченное состояние целого существа.</p> <p><strong>2022_05_15 <br /></strong><br />Общее состояние, которое ты описываешь как «всё очень плохо», но при этом всё равно продолжаешь действовать из него, связано с позицией «не имею права». В данном случае — «не имею права голоса». Поэтому всё приходится преодолевать, приходится создавать внутреннее напряжение, чтобы какой-то голос всё-таки появился. И это не означает, что если ты не имеешь права голоса, то буквально ничего не говоришь, молчишь, сидишь и ждёшь. Речь идёт о некоем барьере, который стандартно создаётся деструктивной программой и который затем приходится преодолевать.<br />Когда мы говорим о действии деструктивной программы, о запрете проявляться, иметь самоидентификацию, выражать свободу, способность, восприятие, это не означает, что всё проявляется буквально. Программа устанавливает некую планку, через которую нужно перепрыгивать, тратя энергию и ресурсы. Она создаёт барьер не для того, чтобы человек вообще ничего не делал, а для того, чтобы он постоянно расходовал силы на преодоление этого барьера. Все эти запреты, блокировки и программные ограничения создаются именно с этой целью: чтобы человек всё время преодолевал их.<br />С другой стороны, программа одновременно говорит: «надо», «должен», «ты должен иметь право», «ты должен бороться за своё право», «ты должен его выбарывать». И человек оказывается в такой вилке: изнутри действует состояние «не имею права», а снаружи он всюду, где только возможно, пытается это право отстоять, бессознательно не понимая, что именно с ним происходит. Отсюда возникают постоянные жёсткие и затяжные дискуссии, где любой ценой нужно что-то доказать. С одной стороны — «не имею права», с другой — «должен это право выбарывать любой ценой».<br />Это состояние «не имею права» является базовой вещью, потому что все люди в той или иной форме живут внутри него. В рамках определённой структуры это базовое состояние для каждого человека: «не имею права» и одновременно «должен иметь право, должен бороться за своё право». Просто на разных уровнях оно проявляется по-разному. На уровне 1 человек реализует это через мотивацию что-то создать: «я имею право создать своё предприятие, расширить пространство, заработать миллиард, построить что-то крупное», и он тратит на это свои ресурсы. На уровне 2 возникает состояние «я имею право управлять», обратной стороной которого является «я не имею права управлять», поэтому человек расходует ресурсы на создание структуры управления. На уровне 3 появляется состояние «я имею право действовать», и так происходит на каждом уровне.<br />Здесь разворачивается деградация, но точнее это можно назвать парадигмой. Если смотреть на весь человеческий уровень в целом, то сначала права много, а в конце прав уже почти нет: человек сидит в своей дыре и не имеет права выйти из собственной точки, комнаты, дома, из того места, в котором застрял. Парадигма «имею право — не имею право» появляется только тогда, когда мы опускаемся на текущий уровень. На более высоком уровне такого вопроса нет: там не стоит проблема, имею я право или не имею. Это возникает уже на нашем уровне, после потери какого-то ресурсного состояния.<br />До этого на этом месте не было ничего, потому что существовало одно чистое пространство, в котором реализовывалась возможность и не нужно было доказывать, имеешь ты право или не имеешь. Затем происходит опускание на уровень ниже, где появляется разрыв и формируется парадигма борьбы за право. На каждом уровне возникает свой деструктивный процесс, а при переходе ниже этот процесс дробится на десятки новых деструктивных процессов. Поэтому, по сути, происходит не просто снижение ресурсности.<br />Мы постоянно рассматриваем именно процесс снижения ресурсности, но на самом деле ресурсность не исчезает напрямую, а всё больше уходит на обслуживание деструктивных программ. Она переводится на уровень программ, и тех свободных ресурсов, которые человек ещё может перевести в реальные процессы, становится всё меньше. Именно это и есть способность ресурсного человека: наличие тех ресурсов и пространств, которые ещё остаются доступными и свободными, которые ещё можно направить в процессы, а не отдать полностью программам.<br />На нулевом уровне вообще ничего этого нет, он чистый, нулевой; там отсутствует само понятие права как такового. А при переходе на следующий уровень уже появляется парадигма «имею право — не имею право». Возникает само пространство права: право на проявление, право на голос. Если смотреть с более фундаментального уровня, то никакое право не нужно, потому что само существование уже есть само по себе. Но когда происходит опускание ниже, появляется необходимость получить разрешение.<br />Это похоже на ситуацию, когда ты живёшь в свободной стране и имеешь множество свобод и прав, а затем страна переходит в состояние оккупации, и тебе уже приходится эти права заслуживать или покупать. Ты пользовался чем-то просто потому, что пользовался этим, но затем вводятся идеи и установки, что ты уже не имеешь прав, а чтобы снова их иметь, должен заплатить. Внутри этой структуры создаются дальнейшие парадигмы, включаются варианты, позволяющие впрягать человека во множество различных игр, где изначально он не имеет какого-то права и должен это право выбарывать, заслуживать или отбирать. Так в пространство добавляется элемент борьбы.</p> <p>Уровень 1<br />Вся эта парадигма в целом на животном уровне ещё не содержит понятия права, потому что там всё устроено прямолинейно: кто сильнее, тот выживает; кто плодовитее, тот продолжает существование. Внутри каких-то стай право начинает появляться только вместе с иерархией, когда возникает распределение ролей, силы и положения внутри общей структуры. Кто-то получает больше права, кто-то меньше; слабый имеет меньше, сильный имеет больше, потому что за счёт своей силы может заставлять другого, подчинять его и каким-то образом доминировать над ним.<br />В человеческой среде мы выстроили по этому принципу практически все системы. Мы существуем в социуме как некий рой, где каждый занимает определённый уровень, нишу и позицию с разным объёмом прав. Любая работа, бизнес или организация устроены так, что всегда есть верхняя инстанция, у которой больше всего прав и которая контролирует пространство. Ниже находится приближённый к верхнему уровню слой индивидуумов: у них прав меньше, чем у самой верхушки, но по отношению ко всем остальным их всё равно больше. Затем идут работники, у которых прав меньше всего.<br />При этом человек всегда отказывается от части своих прав, чтобы получить возможность встроиться в систему и пользоваться её бонусами. Устраиваясь на работу, он получает то, что ему не нужно создавать собственный бизнес, самостоятельно выстраивать взаимодействие с людьми и выполнять целый спектр действий, процессов и функций, потому что непосредственное начальство уже берёт на себя эти роли. Ему выделяют небольшую нишу, внутри которой он относительно легко занимается своими делами, и взамен на часть свободы получает какое-то вознаграждение.<br />То же самое происходит и с государством. Мы лишаем себя части прав, подчиняемся правилам и законам, получаем права, записанные в конституции, но взамен отдаём определённую часть свободы. Мы передаём свои права внешней структуре, чтобы получить от неё какие-то гарантии, безопасность, порядок или иные внешние преимущества. Так устроена система, созданная человечеством: распределение прав, иерархия, подчинение и обмен свободы на включённость в общую структуру.<br />Но эта иерархия в первую очередь находится у тебя в голове. Внешняя реальность, законы и юридические права — это одно, а внутренняя картина может быть совершенно другой. Внутри себя ты одних людей наделяешь правами, других лишаешь этих прав, а себя можешь поставить в позицию: «я не имею права» или «я не имею разрешения». В таком состоянии ты оказываешься в позиции жертвы, где кто-то сильнее тебя, а ты должен у него выстрадать, заслужить, выпросить или купить разрешение, чтобы тебе позволили сделать то, что ты сам себе уже запретил.<br />Права в этом смысле становятся не внешней юридической категорией, а способом позиционирования человеком самого себя в угнетённую форму существования, где он от кого-то зависит и кого-то ставит выше себя. Если есть кто-то выше тебя и сильнее тебя, тогда с ним приходится взаимодействовать из позиции, где ты ниже, а он выше по уровню. В этой внутренней конструкции ты сам по себе якобы ничего не можешь, ничего не контролируешь и должен выпрашивать разрешение у этих людей, структур или сил.<br />Уровень 2<br />В самой человеческой системе, внутри цивилизации, чисто технически мы с самого начала отказываемся от некой индивидуальности. Иметь право что-то делать означает получить разрешение на определённое действие, а если этого права нет, значит, существует запрет на какую-то деятельность. Например, право на вождение: почему ты получаешь его почти как разрешение на управление? Потому что сам себе ты разрешить этого не можешь, так как так устроена система. Никто внутри системы не может сам себе что-то разрешить, потому что как только человек сам себе разрешает, он автоматически нарушает правила, и его должны поставить на место или устранить.<br />Только система имеет абстрактное право разрешать или запрещать человеку определённый вид деятельности. Даже тюрьма как форма наказания — это лишение права на свободу. В рамках уголовного и административного права ты как будто имеешь свободу, но только внутри границ этих законов. Если ты их нарушаешь, тебе эту свободу запрещают. Поэтому мы все с детства рождаемся уже в специфической позиции, где человек сам себе всё запрещает, а затем через взаимодействие с цивилизацией, людьми, системой, государством и законом постепенно расширяет область пространства, в которой ему чем-то можно заниматься.<br />Каждый человек внутри своей жизненной позиции, во взаимодействии с реальностью, изначально как будто ни на что не имеет права, всё себе запрещает и поэтому находится в положении жертвы, зависимой от системы, государства или вышестоящего. Это буквально напоминает отношения ребёнка с родителями. Какие права есть у ребёнка? Формально какие-то права могут быть обозначены, но фактически его жизнь полностью контролируется и управляется воспитателями, родителями, школой и взрослыми структурами. У него нет полной свободы, потому что если, например, школьник внезапно захочет не учиться, его попытаются заставить, вернуть в позицию несвободы, в положение, где у него нет такого права — не учиться.<br />Так формируется позиция: «мне нельзя до тех пор, пока мне кто-то не разрешит». Но само разрешение здесь ничего не даст, потому что вопрос не в том, чтобы мне разрешили, и только тогда я пошёл что-то делать. Вопрос в самом состоянии «у меня нет права», которое становится естественным состоянием человека на протяжении всей жизни. Идея, что кто-то должен дать мне разрешение, или что мне нужно это разрешение выбороть, никогда по-настоящему не сработает, потому что выход не в том, чтобы кто-то разрешил.<br />Сформированная личность оправдывает своё безресурсное состояние тем, что ей якобы не разрешили. Поэтому сколько бы человеку ни разрешали, он всё равно будет объяснять своё бездействие какими-то другими причинами. Формула «мне не разрешили» становится оправданием того, что я не могу сделать. Я не делаю не потому, что действительно существует окончательный внешний запрет, а потому, что использую этот запрет как объяснение собственной неспособности.<br />По сути, это бегство от боли неспособности. Человек опускается на уровень ниже и уже не может чего-то делать, но чтобы не сталкиваться с болью этой неспособности, он объясняет происходящее тем, что ему не разрешили. Это один из способов объяснения и оправдания: якобы кто-то запретил, а раз запрещено, значит, запрещено. Но по факту за этим часто стоит не внешний запрет, а утрата самой способности иметь, владеть, действовать и что-то реально осуществлять.</p> <p>Уровень 3<br />Вся эта система права находится в нашей голове. Внутри этой иерархии отсутствие свободы и права на что-то всегда чем-то компенсируется. Мы сами ставим себя в положение бесправных существ и из своей общей бесправности создаём некую систему, по сути — коллективную сущность, внутри которой отдельные люди располагаются в определённой иерархии. Эта иерархия становится возможной именно потому, что её участники сами по себе не обладают достаточными способностями.<br />Чтобы жить и выживать, человеку нужны способности. Если человек хочет существовать в одиночку, в полной независимости от кого-либо, он очень быстро сталкивается с тем, что нужных способностей у него просто нет. Например, он может заблудиться в большом лесу, не знать местности, остаться без связи и вынужден будет ориентироваться только на те реальные способности, которые у него есть. А если это пожилой человек, если он подвернул ногу, если идти больно, еды нет, а до ближайшей воды неизвестно сколько и в какую сторону, тогда становится очевидно, что у него нет способности жить и выживать в такой среде.<br />У нас нет этих способностей, и боль их отсутствия мы компенсируем созданием цивилизации, где миллиарды существ, сами по себе почти ни на что не способных, в общей массе всё-таки могут чего-то достигать. Один человек — это не целое существо, а условно одна сотая или одна тысячная существа. Если объединить тысячу людей в одного условного человека, то этот универсальный человек будет обладать множеством способностей, сил, навыков, знаний и ресурсов, собранных из тысячи отдельных людей. Такой человек уже мог бы выживать почти где угодно. Но это тысяча, а один — только одна тысячная этой общей структуры.<br />Чтобы выжить в какой-то среде, человеку условно нужны ещё сотни людей, их помощь, функции, знания и действия. Только объединившись в массу, выстроившись в иерархию, распределив обязанности и роли, люди могут выжить; иначе у них просто нет достаточных способностей. При этом мы обычно не осознаём, что этих способностей у нас нет. Мы живём в состоянии, где человеку больно от собственного бессилия, немощи и слабости перед реальностью, но эта боль постоянно скрывается и компенсируется системой.<br />Чтобы не чувствовать боль собственного бессилия, создано состояние, в котором человек отказывается от своей свободы и взамен получает компенсацию своей слабости. Он отказывается от свободы, от права на самостоятельность, от прямого взаимодействия с реальностью, а вместо этого получает поддержку общей структуры, которая частично прикрывает его неспособность, немощь и отсутствие реальных возможностей.<br />Всё это компенсируется отказом от свободы и отказом иметь право. Все слабые, но эти слабые выстраиваются в иерархию, выбирают себе главного, который будет ими управлять, распределять команды и задавать направление. Кто-то думает, кто-то делает, один копает, другой собирает, третий размышляет, четвёртый шьёт, пятый готовит. Всё это превращается в один условный организм, который теперь может выживать. Таков путь выживания племён, государств и цивилизаций с древних времён: развитие в сторону объединения, создание системы права внутри социума, основанной на том, что человек сам по себе не обладает достаточной полнотой способностей.</p> <p>Уровень 4<br />Право существует только на человеческом уровне. Пока ты человек, у тебя есть позиция бесправности, и эта бесправность необходима для выживания внутри человеческой системы. Если с самого детства ты не будешь играть в систему запретов и разрешений, то не сможешь полноценно взаимодействовать ни с людьми, ни с самой системой, потому что здесь почти на всё распространяется либо разрешение, либо запрет. Твоя деятельность полностью прописана в том смысле, что существуют пределы, внутри которых ты можешь действовать, и пределы, за которые выходить нельзя. Везде есть ограничения, правила, запреты и контроль.<br />Если взять человека, который сам себе разрешает ездить на машине, система будет пытаться поставить его на место, потому что внутри неё запрещено самовольно разрешать себе что угодно. На уровне клеток организма работает похожий принцип: если клетки сейчас разрешат себе что угодно, организм начнёт разрушаться и рассыпаться. Он существует только потому, что клетки выполняют свои определённые роли, а внутри этих ролей действует строгая система. Если клетка печени пойдёт в лёгкие и начнёт там организовывать печень, это станет разрушительным процессом для всего организма.<br />Поэтому существа, которые начинают сами себе что-то разрешать, сразу сталкиваются с вопросом силы. Есть ли у тебя сила отстаивать свою независимость от разрешений чужого человека, вышестоящей инстанции или всей системы? Такой силы у нас нет, поэтому мы вынуждены подстраиваться, быть винтиками в системе и оставаться бесправными по своей сути в рамках цивилизационного устройства. Это своего рода билет на входе в цивилизацию для всех рождающихся существ, пропуск в систему «свой — чужой». Если у тебя нет права и нет силы, ты должен искать способ встроиться, жить в этой системе и взаимодействовать с ней.<br />Если у существа есть сила, ему не нужны никакие разрешения. Медведь, например, обладает такой силой, что если кто-то попытается вернуть его в рамки закона, заставить подчиняться или контролировать его, он просто не подчинится и будет действовать из своей силы. У нас это не работает. Вся наша жизнь начинается с рождения слабым, бесправным и немощным существом, которое затем благодаря системе и цивилизации пытается компенсировать свою немощность через систему прав, разрешений и социальных допусков.<br />Здесь всё устроено как две стороны одной медали. С одной стороны, у тебя есть позиция, в которой ты не имеешь прав почти ни на что. С другой стороны, ты действительно слаб, и именно из этой слабости у тебя изначально нет прав. Права появляются только тогда, когда ты внутри системы их заслуживаешь: борешься, тратишь ресурсы, зарабатываешь деньги, поднимаешься по карьерной или социальной иерархии, преодолеваешь соперников и выходишь выше. Но даже тогда твои права остаются ограниченными, потому что любая здоровая система всё равно не даёт человеку абсолютной свободы и полного контроля. Даже правительство, если оно является частью нормальной структуры, зависит от системы, а сама система продолжает всё контролировать.<br />Право у нас у всех с самого рождения отсутствует, и мы из позиции жертвы, из позиции маленького ребёнка, взаимодействуем с системой в надежде, что нам что-то разрешат, позволят как-то действовать и что-то делать. Хочешь водить машину — потрать много времени и сил, чтобы тебе разрешили её водить. Хочешь создать бизнес — трать силы, время и деньги, чтобы система разрешила тебе его создать. Хочешь дом — проходи тот же путь. В любом направлении человек расходует огромное количество сил, времени и ресурсов только на то, чтобы система разрешила ему что-то сделать.<br />Уровень 5<br />Если смотреть в целом и глобально, система права начинается именно в человечестве. На уровень выше человека таких идей нет, там они не существуют в этой форме, потому что нет деления на сильных и слабых. Когда появляется разделение на сильного и слабого, когда возникает распределение ресурсов и ролей, тогда появляется вся система правности и бесправности. Существо, рождаясь человеком, во многих смыслах лишает себя множества аспектов и оказывается внутри специфических человеческих программ, где оно ничего не имеет, переживает невыносимую слабость, немощь и отсутствие способностей.<br />Все ресурсы начинают уходить на то, чтобы взаимодействовать внутри коллективной сущности, цивилизации и всей этой системы, чтобы здесь выживать и компенсировать свои неспособности. На уровень выше такой идеи и такой парадигмы попросту нет. Там нет оснований для этой системы, потому что сама парадигма права, бесправности, личности, человеческого сознания и жизни в таком виде возникает только на человеческом уровне.<br />Обычный «нормальный» человек, прежде чем что-либо сделать, почти всегда задаётся вопросом, имеет ли он право это сделать. Захотелось тебе чего-то, пришла какая-то идея, возник импульс — и первый вопрос, который появляется внутри, звучит так: имею ли я право это делать? Человек всё время должен рассчитывать свои поступки, учитывать рамки, ограничения и разрешения. На дороге, например, ты буквально на каждом шагу вынужден спрашивать себя, имеешь ли право здесь развернуться, повернуть или поступить определённым образом. Эта бесправность в голове существует постоянно.<br />На самом деле человек внутри цивилизации абсолютно бесправен. Он слаб по отношению к цивилизации, и эта позиция жертвы, слабости и немощности является тем, в чём мы рождаемся и на чём стоит вся человеческая система. Более того, эта позиция является частью общего пакета игр человечества, потому что иначе самой человеческой цивилизации в нынешнем виде не существовало бы. Представь, что каждый человек перестанет играть в систему прав и разрешений и начнёт защищать своей силой право на что угодно. В таком случае люди просто начнут уничтожать друг друга.<br />Технически человек способен совершить что угодно: забрать чужое, отнять, разрушить, убить, совершить насилие. В этом смысле у него как будто есть одноразовое право на любой поступок, но после этого включается наказание. Формально человек свободен действовать как угодно, однако сама система вынуждает его быть послушным, бесправным и постоянно задаваться вопросом, имеет он право или не имеет. Иначе всё это просто развалилось бы.<br />Цивилизация устроена как живой организм, который существует именно потому, что внутри него есть уровни иерархии, распределение ролей, распределение ресурсности и всеобщая бесправность по отношению ко всей системе. Только родившись такой «клеткой», человек становится частью этой структуры. На уровень выше были другие программы, и такой несвободы в этой форме там не было. Хотя, учитывая фрактальность, пронизывающую все уровни вселенной, возможно, что и там существовала подобная система, но уже в другой форме.<br />Уровень 6<br />Эта внутренняя несвобода для нас, для людей, является абсолютно привычным, нормальным и естественным состоянием, которое формируется с детства и воспринимается как базовое состояние человека. Оно не просто появляется в процессе воспитания, оно как будто прописано глубже, на уровне внутренней подкорковой структуры. Точно так же, как человек сам по себе слаб как организм, как вид на планете и как отдельное существо, точно так же внутри него прописана бесправность, позиция жертвы и околорабское состояние. Технически мы все рабы, но за счёт остаточной ресурсности постоянно пытаемся сбежать от собственной рабскости.<br />В этой иерархии и системе каждый может куда-то залезть, чего-то добиться и получить некий результат или личный успех, но для этого нужно тратить огромное количество ресурсов. Либо человек должен быть почти бездушным, ничего не чувствующим и внутренне неживым, чтобы буквально выполнять команды коллективной сущности. Люди, достигшие серьёзного успеха, особенно сверхресурсные представители первого уровня, просто сжигают огромнейшее количество ресурсов внутри цивилизации, чтобы этот успех получить. Сама система устроена как система испытаний, страданий и проблем, где человек должен спалить как можно больше энергии.<br />Первые уровни в этом смысле выглядят как пожар и огонь. С человеческой точки зрения такие люди кажутся самыми сильными, мощными и успешными, но с технической точки зрения человек просто сгорает, чтобы взаимодействовать с этой системой, выполнять её деструктивные программы и поддерживать собственное положение внутри иерархии. Ему приходится сжигать всё своими ресурсами, потому что иначе он не может удерживать иллюзию силы и участия.<br />Основная идея этой точки — имитировать силу и какую-то свободу. Сделать это можно только через взаимодействие с иерархией и цивилизацией: куда-то подняться, что-то создать, заработать деньги, захватить власть или устроить нечто грандиозное. Таким образом возникает иллюзия и имитация целостности. Все хотят быть правителями, и у каждого это в той или иной форме есть в подкорке. Каждый человек по своей природе раб, но любой раб не хочет настоящей свободы; он хочет стать погонщиком и иметь уже своих рабов.<br />Каждый человек хочет чем-то владеть и кем-то управлять, потому что владение и управление имитируют состояние большого, цельного существа, внутри которого нет этой парадигмы бесправности. Здесь же человек только воспроизводит её в искажённой форме: владея и управляя, он как будто становится главным разумом, а все остальные превращаются в элементы его системы. По сути, это имитация коллективной сущности.<br />У всех нас эта идея встроена глубоко: человек отколот от большой системы, но пытается сымитировать в своей реальности и жизни состояние, способности и масштаб коллективной сущности. Для каждого это становится почти естественным состоянием, потому что внутри постоянно присутствует боль отсутствия целостности. И чтобы сбежать от этой боли, мы пытаемся в этой же системе, сжигая собственные ресурсы, подниматься к каким-то вершинам, создавая иллюзию силы, свободы и полноты существования.<br />Уровень 7<br />Сама позиция звучит таким образом: для того чтобы быть человеком, нужно постоянно выполнять процессы бытия человеком, и одним из таких процессов является отказ от себя, от предыдущего уровня, от его свойств, параметров и целостности. Парадигма «сильный — слабый» вместе со всей системой «имею право — не имею права» возникает именно в тот момент, когда человек отказывается от своей целостности.<br />Чтобы условно выживать и существовать, нужны тысячи людей. Если одного человека забросить в дикую природу, он, скорее всего, погибнет, потому что у него не хватит способностей, сил и ресурсов для полноценного выживания. Если же забросить тысячу людей, они соберутся в племя или стаю, распределят роли, обязанности, время и силы, и за счёт этого смогут достаточно быстро организовать быт и не погибнуть. Но если бы существовал один человек с силой и способностями тысячи людей, всё было бы устроено совершенно иначе: ему не нужны были бы другие люди, потому что он сам мог бы всё делать.<br />Быть человеком означает постоянно поддерживать состояние, в котором ты отказываешься от своей целостности. Сама система подразумевает этот отказ, потому что с целостностью невозможно быть человеком в привычном смысле. С целостностью себя и своих способностей невозможно находиться внутри этой системы, взаимодействовать с людьми и участвовать во всех механизмах социума. Если у тебя есть сила тысячи людей, то все движения внутри социума превращаются в «мышиную возню», которая просто перестаёт быть интересной и значимой. Но поскольку мы такими силами не обладаем, внутри нас постоянно поддерживается состояние отказа от себя и от целостности, а затем включаются деструктивные программы, через которые мы бежим в имитацию этих сил и способностей.<br />Это похоже на организм, но уже не на уровне отдельных клеток, а на уровне органов и частей тела. Руки, ноги, мышцы и другие органы по отдельности ни на что не способны и бесполезны. Сама по себе рука, нога или мышца без остального организма не имеет самостоятельной полноты. Нужен организм, который добывает пищу, перерабатывает её в энергию, выдаёт управляющие команды, выращивает, питает, содержит и управляет всеми этими частями. Вся эта система держится на взаимосвязи и зависимости частей друг от друга.<br />То же самое проявляется и в цивилизации. В последние месяцы это особенно видно: кризис в двух странах оказывается связан со всем миром, потому что вся экономика, все структуры и взаимосвязи давно переплетены между собой. Появляется кризис в одном месте, а затем распространяется дальше, как своеобразная болезнь, и в итоге всё жизненное пространство начинает болеть вместе с ним.<br />Так формируется состояние, в котором для нахождения внутри этой системы мы должны постоянно отказываться от собственных способностей, быть жертвой, играть роль слабого и всё время проявлять позицию слабости.</p> <p>Уровень 8<br />Помимо самой системы права существует ещё наша несвобода по отношению к собственной ресурсности, и это тоже своего рода пропуск. Ты не можешь взаимодействовать со своей реальностью только за счёт формального права, потому что даже если в каком-то вопросе свободен и имеешь разрешение, этого всё равно недостаточно. Помимо самого права, у тебя должны быть ресурсы. Любой человек теоретически может научиться пользоваться автомобилем и ездить, но не у всех есть ресурсность, чтобы реально это осуществить.<br />Если смотреть глубже, то вся система прав и разрешений тоже оказывается своеобразной пустышкой, потому что в конечном счёте всё определяется ресурсностью. Именно через ресурсность ты сам ставишь себе рамки, сам себя ограничиваешь, запрещаешь себе двигаться в каких-то направлениях. Право — это всего лишь форма «разрешено» или «запрещено», и уже не так важно, кем или чем оно задаётся. Человек без ресурсов даже при полном социальном разрешении будет иметь в голове запрет: «мне нельзя». Почему нельзя и как именно нельзя, он обычно не задумывается, потому что для него это естественное состояние, которое просто есть, а причина и объяснение ему не нужны.<br />Просто возникает состояние: «мне нельзя», «я не могу», «у меня нет прав». Например: «мне нельзя иметь отношения с женщинами». Это состояние есть, и ты его выполняешь, точнее, своими силами и ресурсами реализуешь. При этом само по себе, можно или нельзя, на самом деле не имеет решающего значения, потому что всё зависит от твоих ресурсов. Если ресурсов достаточно, человек будет двигаться по жизни так, что законы, запреты и ограничения почти не будут на него влиять. Люди, достигшие огромных результатов внутри цивилизации и создавшие что-то грандиозное, часто действуют уже не из вопроса «можно» или «нельзя», а просто распыляют свои ресурсы в выбранном направлении, и там всё работает немного по-другому.<br />При большой ресурсности человек частично выходит из этих парадигм. Сверхсильный муравей внутри муравейника, сверхресурсный, сверхумный, сверхудачливый или сверххитрый, оказавшийся в нужном месте и в нужное время, достигает необходимой высоты, потому что ему буквально везёт, а точнее — так проявляется его ресурсность. Если у тебя ресурсы первого уровня, тебе как будто суждено создать что-то грандиозное в своём текущем времени. Каким именно путём ты придёшь к этой грандиозности — это уже нюансы; главное, что ты получишь этот эффект, и тогда запреты, разрешения и ограничения не будут играть определяющей роли.<br />В нашем случае ресурсов нет, но есть огромное состояние отсутствия различных прав, необходимость искать разрешения и тратить ресурсы на то, чтобы эти разрешения получить. Человек расходует много сил на преодоление запретов внутри всей этой системы, а если не преодолевает их, то поддерживает. Если смотреть ещё глубже, он поддерживает состояния, в которых у него нет собственных сил и ресурсов. Потому что текущая ресурсность уже связана с отказом от целостности: чтобы быть третьим или четвёртым уровнем, нужно отказаться быть всеми остальными уровнями, а потеря целостности всегда становится кластером боли.<br />Существо на уровень выше не имеет такой градации первого, второго и последующих уровней в человеческом смысле. Там есть более цельное состояние и некая целостность, хотя в нашем случае у существа на уровень выше человека тоже существует свой ресурсный уровень, потому что у каждой коллективной сущности, внутри которой мы находимся, есть соответствующая ресурсность.<br />Но если смотреть ещё глобальнее, существо в оригинале является целостным и не имеет разделения на все эти уровни. Здесь же деление присутствует, и именно поэтому оно для нас болезненно. Каждый уровень пытается сымитировать утраченную целостность, но делает это уже в искажённом, гротескном виде и понимании.</p> <p>ЦТ<br />Всё наше человеческое пространство представляет собой умственную программу, умственную парадигму, которая существует внутри каждой цивилизации и внутри каждого человека по отдельности. Она основана на слабости, отсутствии целостности, кластере боли потерянной целостности, различных неспособностях и нехватке ресурсов. Именно это становится основой, внутри которой возможно распределение ролей, распределение ресурсности, возникновение иерархии и, соответственно, позиции жертвы — слабого существа, которое подчиняется, играет и взаимодействует с самой системой, цивилизацией и её внутренними правилами.<br />Всё основано на том, что существо раздроблено, а все раздробленные единицы и сущности пытаются сымитировать какую-то целостность. Отсюда вытекает своеобразная иерархия и соответствующие парадигмы. Наш организм устроен по тому же принципу: каждая клетка по отдельности почти ничто, но суммарно, в огромной массе взаимодействий, распределения ролей и некой иерархии, где каждая часть выполняет свою функцию, организм уже может противостоять внешним агрессорам и продолжать существовать.<br />Любая клетка сама по себе, один на один перед бактерией или вирусом, практически ничто; бактерия может разрушить или поглотить отдельную клетку, что, собственно, и происходит в кишечнике, гортани и других местах организма, где постоянно присутствуют бактерии, вирусы, паразиты и другие агрессивные элементы. Конечно, в организме есть иммунитет, есть клетки, смысл существования которых состоит в том, чтобы уничтожать бактерии, вирусы и паразитов, но сами по себе эти клетки тоже достаточно примитивны, потому что, кроме функции уничтожения и самопожертвования ради всего организма, у них нет другой самостоятельной идеи.<br />Мы состоим из слабейших клеток, и именно благодаря тому, что каждая клетка, несмотря на свою слабость, включена в общую структуру и вместе с остальными имитирует определённую целостность, внутри организма существуют различные иерархии: органы, системы, мозг, который управляет телом. По сути, такая же фрактальная система проявляется и в человечестве. По отдельности мы почти никто и почти ничто, но все вместе, соблюдая правила, законы, ограничения, контролируя поведение и создав систему прав, запретов и наказаний, мы можем сымитировать большой живой организм.<br />Это попытка сымитировать целостность существа, которой по факту уже нет. Мы являемся маленькими раздробленными сущностями, которые тратят свои ресурсы на то, чтобы воспроизвести предыдущий уровень в доступной для себя форме. Но любая такая имитация осуществляется уже на совершенно другом ресурсном уровне, поэтому в сравнении с предыдущей целостностью она выглядит искажённой, фрагментарной и по сути несоразмерной тому состоянию, которое пытается заменить.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong><br />Документ раскрывает парадигму «имею право — не имею права» как одну из базовых структур человеческого уровня существования. Центральная мысль текста состоит в том, что состояние бесправности не является только внешним социальным или юридическим ограничением, а представляет собой внутреннюю программу, через которую человек воспринимает себя как слабое, зависимое, раздробленное существо, вынужденное искать разрешение, бороться за право, заслуживать возможность действовать и тратить ресурсы на преодоление созданных программных барьеров. <br />В начальной части документа фиксируется состояние «не имею права голоса» как проявление общей позиции «не имею права». Эта позиция не обязательно означает буквальное молчание или полное бездействие; она создаёт внутренний барьер, который человек вынужден преодолевать, расходуя энергию и ресурсы. Деструктивная программа одновременно запрещает проявление и требует борьбы за право, в результате чего человек оказывается в двойной связке: изнутри он переживает запрет, а снаружи вынужден доказывать, отстаивать и выбарывать своё право. <br />На уровне 1 рассматривается происхождение права через иерархию. В животном мире право как отдельная категория ещё не оформлено, но вместе с распределением силы, ролей и доминирования появляется различие между теми, кто имеет больше прав, и теми, кто имеет меньше. В человеческом обществе эта структура развёрнута в виде организаций, бизнеса, государства и любых социальных систем, где человек отдаёт часть свободы ради включённости, защиты, вознаграждения и возможности существовать внутри общей структуры. При этом основная иерархия находится не только вовне, но прежде всего внутри головы человека, где он сам ставит себя в позицию зависимого и вынужденного просить разрешение. <br />На уровне 2 право описывается как системное разрешение на действие. Человек не может сам себе что-то разрешить внутри цивилизации, потому что самовольное разрешение автоматически воспринимается как нарушение правил. Система присваивает себе право разрешать и запрещать, а человек с детства привыкает жить в положении, где он сначала не имеет права, а затем через взаимодействие с родителями, школой, государством и законами постепенно расширяет область допустимого. Однако ключевой вывод уровня состоит в том, что само разрешение не решает проблему, потому что фраза «мне не разрешили» часто становится оправданием утраты способности действовать. <br />На уровне 3 парадигма права связывается с отсутствием способностей. Человек сам по себе оказывается недостаточным для полноценного выживания, поэтому боль собственной неспособности компенсируется созданием цивилизации, коллективной сущности и иерархии. Отдельный человек представлен как фрагмент более крупного организма, который может выживать только через объединение с другими, распределение ролей, функций и обязанностей. Отказ от свободы здесь выступает платой за компенсацию слабости, немощи и неспособности напрямую взаимодействовать с реальностью. <br />На уровне 4 подчёркивается, что право существует именно на человеческом уровне и связано с необходимостью встроиться в систему запретов, разрешений, правил и контроля. Бесправность рассматривается как своего рода пропуск в цивилизацию: если у человека нет силы действовать независимо от системы, он вынужден подчиняться её структурам и заслуживать право на действие. Любое направление — вождение машины, создание бизнеса, строительство дома — требует затрат времени, сил и ресурсов, чтобы система разрешила человеку реализовать желаемое. <br />На уровне 5 система права описывается как следствие деления на сильных и слабых. На более высоком уровне, согласно логике текста, такой парадигмы нет в человеческом виде, потому что отсутствует само разделение на правность и бесправность. Внутри цивилизации же человек постоянно задаётся вопросом, имеет ли он право совершить то или иное действие. Эта внутренняя бесправность становится условием существования цивилизации, потому что без системы разрешений, запретов и наказаний люди начали бы действовать из произвольной силы, и сама структура общества разрушилась бы. <br />На уровне 6 внутренняя несвобода определяется как привычное и почти естественное состояние человека. Человек рождается слабым, бесправным и зависимым, а затем пытается сбежать от этой рабскости через успех, власть, деньги, управление и социальное возвышение. Однако успех внутри цивилизации описан не как подлинная свобода, а как сжигание огромного количества ресурсов ради имитации силы и целостности. Желание владеть и управлять трактуется как попытка воспроизвести состояние большой коллективной сущности, где другие люди становятся элементами собственной системы. <br />На уровне 7 быть человеком означает постоянно выполнять процессы отказа от прежней целостности. Парадигма «сильный — слабый» и вся система «имею право — не имею права» возникает в момент утраты целостного состояния. Человек не обладает полнотой способностей и вынужден существовать через других людей, через племя, общество, государство, экономику и распределённые функции. Цивилизация уподобляется организму, где отдельные части сами по себе неполны, но вместе создают систему взаимозависимости, в которой каждая единица играет роль слабого элемента большого целого. <br />На уровне 8 вводится важное уточнение: формальное право само по себе не имеет решающего значения без ресурсности. Даже если человеку что-то разрешено, он может внутренне оставаться в состоянии «мне нельзя», если у него нет ресурсов для действия. Поэтому система прав и разрешений в глубинном смысле оказывается вторичной по отношению к ресурсности. Чем больше ресурсность, тем меньше влияние запретов и ограничений; чем меньше ресурсность, тем больше человек поддерживает состояние отсутствия прав, запретов и невозможности. Потеря ресурсности связывается с отказом от целостности и превращается в кластер боли. <br />В Центральной точке весь документ собирается в общий вывод: человеческое пространство является умственной программой, основанной на слабости, раздробленности, отсутствии целостности, нехватке ресурсов и боли утраченной полноты. Именно из этого возникают распределение ролей, иерархия, система прав, запретов, наказаний и позиция жертвы. Человечество, как и организм, существует как фрактальная система, где отдельные слабые элементы по отдельности почти ничто, но через объединение, подчинение правилам и распределение функций имитируют большой живой организм. Однако эта целостность остаётся имитацией, потому что она создаётся уже на другом, более низком ресурсном уровне и не равна исходной полноте существа.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 16 Aug 2026 07:39:41 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17665#p17665 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17664#p17664 <p>Давно писал, что веду работу на книгой по ТЕОС. В связи с тем, что практика ТЕОС давно вышла за рамки обычной работы с проблемами и программами и фактически превратилась в глубинные исследования - соответственно речь уже не идет об отдельной книге и даже не нескольких книг, а скорее о фундаментальной работе.<br />&#160; &#160;Ниже я опубликую только краткое резюме первого раздела из третьей книги. Каждый такой раздел имеет название &quot;Пакет&quot; - как укороченное название от &quot;Пакет программ&quot;.<br />Сам анализ сделан в формате &quot;для чайников&quot;, то есть сделан в упрощенном формате от изначально более строгого научного, в котором выдержан весь труд, но который в полной мере понятен только тем, кто профессионально освоил метод ТЕОС, или в определенной мере тем, кто профессионально занимается исследованиями в сфере глубинной психологии.<br />&#160; &#160;Изначально каждый полный Раздел содержит 120-130 страниц текста и в среднем 10 документов, где каждый документ - это глубоко рассмотренная деструктивная программа. Для понимания масштаба работы - на сегодня готово для публикации 30 разделов/пакетов и в высокой степени готовности - еще больше 50.</p> <p>Глобально всю программу можно назвать &quot;Я человек&quot;. Но исследование ведётся не в разрезе устройства программы &quot;Я человек&quot; и соответственно - человека. Третья книга - это исследование уровня программ и структур, которые создают сами условия, законы и пространство в котором формируется и функционирует программа &quot;Я человек&quot;. Каждый раздел/Пакет программ - это исследование определенного слоя структур и программ, определяющих/создающих такие условия/законы.<br />&#160; &#160; &#160;Относительно Пакета 1, краткое резюме, о котором размещено ниже - это проявление и прояснение программ, создающих человеческое восприятие, именно восприятие человеческого уровня, которое заменяет собой более настоящее, и полностью замещает собой восприятие более высокого уровня, условно - существа.</p> <p>-------------------</p> <p><strong>Пакет 1. Как человек теряет прямой контакт с реальностью</strong></p> <p><span style="font-style: italic">Простое объяснение модели восприятия в ТЕОС. Ниже эта идея изложена без специального языка сессий и без разбора отдельных документов. Важно: речь идёт о концептуальной модели, сформулированной в рамках ТЕОС, а не об общепринятой психологической теории.</span></p> <p>Почему человек может многое знать о себе и всё же не видеть происходящее напрямую? Почему вместо ясного восприятия появляются бесконечный анализ, правила, привычки и автоматические реакции? В первом пакете исследований ТЕОС предлагается рассмотреть это как единый процесс: чем болезненнее становится непосредственный контакт с реальностью, тем больше посредников возникает между человеком и тем, что он фактически переживает.</p> <p>1. Что здесь называется прямым восприятием<br />В самом простом виде прямое восприятие — это контакт с происходящим до того, как мы успели заменить его объяснением. Человек замечает своё состояние, ситуацию, последствия действий и собственную реакцию не потому, что кто-то дал ему готовую формулу, а потому, что он это непосредственно видит и различает. Проблема начинается тогда, когда такой контакт становится слишком болезненным или угрожающим.<br />Исходной рамкой выступает программа «Я человек». Она понимается как целая система, в которой связаны тело, личность, ум, мотивация, привычные способы действия и восприятия. Иными словами, человек не просто “смотрит на мир”, а воспринимает его через уже существующую конструкцию человеческой жизни и сформированых представлений.</p> <p>2. Почему восприятие начинает заменяться<br />Первое звено — уязвимость. Тело может заболеть или получить повреждение, личность — столкнуться с критикой и отвержением, социальное положение — измениться. Поэтому реальность переживается не как нейтральная картинка, а как пространство, где можно потерять безопасность, статус, отношения или привычный образ себя. Чем сильнее уязвимость, тем выше соблазн не смотреть на неприятное напрямую.<br />Дальше возникает знакомая каждому логика: «я не знаю — значит, должен узнать». Само по себе получение знаний необходимо и полезно, но в рассматриваемой модели речь идёт о другом: информация начинает использоваться как замена непосредственному пониманию происходящего. Человек ищет новые сведения, объяснения и схемы, но может всё дальше уходить от простого вопроса: что со мной происходит сейчас?<br />Следующий шаг — «я не вижу — значит, должен понять через анализ». Вместо прямого различения появляются сравнения, расчёты, аналогии, оценки и умственные картины. Они могут быть точными и полезными, однако в этой схеме выполняют ещё одну функцию: позволяют смотреть на собственную жизнь как бы со стороны и не соприкасаться с переживанием непосредственно.</p> <p>3. «Я знаю, но не осознаю»<br />Особенно важный момент — различие между знанием и осознаванием. Можно знать, что привычка разрушительна, что отношения давно стали тяжёлыми или что определённый способ жизни истощает ресурс, — и при этом годами ничего не менять. Информация присутствует, но удерживается на периферии. Глубокое осознавание было бы слишком болезненным, потому что потребовало бы признать реальные последствия и изменить привычную картину себя.<br />Так возникает парадокс: чем меньше человек допускает неприятное знание в центр внимания, тем спокойнее он может себя чувствовать. В терминах рассматриваемой модели это не свобода от проблемы, а способ не воспринимать её полностью.</p> <p>4. Чувства, правила и автоматы — новые посредники<br />Когда прямого видения недостаточно, последним каналом связи с реальностью остаются чувства и телесные ощущения: напряжение, дискомфорт, страх, раздражение, боль. Но если чувствовать слишком неприятно, начинается борьба уже с самой чувствительностью. Тогда человек старается “не обращать внимания”, подавить реакцию или жить так, чтобы как можно меньше соприкасаться с ней.<br />После этого на первый план выходят внешние правила. Если внутреннего различения недостаточно, приходится опираться на нормы, инструкции, договорённости и готовые представления о том, что правильно. Правила необходимы обществу, но в логике пакета они рассматриваются ещё и как возможный протез утраченного внутреннего восприятия: человек действует “потому что так положено”, а не потому, что ясно видит смысл и последствия действия.<br />Следующий уровень — автоматизация. Многие действия действительно становятся навыками: мы не обдумываем каждое движение при ходьбе или вождении. Однако ТЕОС обращает внимание на обратную сторону: человек может стремиться перевести в автоматический режим не только навыки, но и значительную часть жизни — реакции, отношения, решения, повседневное поведение. Чем меньше требуется сознательного участия, тем меньше приходится чувствовать и замечать.</p> <p>5. Когда отделение становится способом не чувствовать<br />В дальнейшей логике пакета болезненная часть собственного опыта начинает переживаться как что-то чужое: «это не я», «это мешает», «от этого нужно избавиться». Агрессия в такой модели рассматривается как инструмент окончательного отделения — способ отсечь то, что вызывает боль. Но проблема в том, что отделение отдельной части не обязательно устраняет сам источник переживания.<br />Предельная точка схемы описана как отказ от жизни: если боль связывается уже не с отдельной проблемой, а с самим существованием, возникает желание отказаться от участия, чувствования и восприятия вообще. В тексте пакета это не рекомендация и не диагноз, а логический предел рассматриваемой цепочки: попытка устранить боль путём устранения того, кто её воспринимает.</p> <p>6. Вся схема в одной строке<br />«Я человек» &#8594; уязвимость &#8594; боль &#8594; “не знаю” &#8594; поиск знаний &#8594; “не вижу” &#8594; анализ и умственные образы &#8594; “знаю, но не осознаю” &#8594; опора на чувства &#8594; блокировка чувствительности &#8594; правила &#8594; автоматы &#8594; отделение болезненных частей &#8594; крайний отказ от восприятия боли</p> <p>7. Зачем вообще нужна эта модель<br />Главная ценность Пакета 1 для дальнейшей логики ТЕОС — в постановке вопроса о посредниках. Обычно мы считаем знание, анализ, правила и автоматические навыки самостоятельными инструментами. Пакет предлагает дополнительно спросить: не выполняет ли конкретный инструмент в данный момент функцию защиты от прямого контакта с тем, что уже можно заметить?<br />Это меняет направление работы. Вместо бесконечного накопления объяснений внимание возвращается к самому механизму восприятия: что я действительно вижу; что только знаю; что понимаю лишь через выводы; чего стараюсь не осознавать; какие чувства блокирую; где действую автоматически, чтобы не присутствовать в происходящем. Такой подход не требует отвергать знания, правила или навыки. Он предлагает различать инструмент и заменитель: одно помогает лучше видеть реальность, другое позволяет от неё отдалиться.</p> <p>Главный вывод<br />В популярной формулировке идея Пакета 1 звучит так: человек может постепенно построить между собой и реальностью целую систему посредников. Сначала они защищают от уязвимости и боли, затем становятся привычным способом существования. Знание заменяет видение, анализ — непосредственное понимание, правила — внутреннее различение, автоматизм — сознательное участие. Поэтому ключевой вопрос ТЕОС на этом этапе не «сколько я знаю о себе?», а «насколько непосредственно я способен воспринимать то, что со мной происходит?»</p> <p><strong>Прояснение наиболее важных моментов в Пакете 1.</strong></p> <p>В источнике описывается нисходящая спираль деградации, в процессе которой человеческое существо утрачивает прямой контакт с реальностью из-за болезненной уязвимости. Вместо живого осознания человек последовательно создает программные заменители, такие как сухие знания, правила, автоматические реакции и агрессивное отчуждение частей себя. Исследование утверждает, что программа «Я человек» функционирует как замкнутая система, стремящаяся минимизировать боль через отказ от чувствительности. Финальной точкой этого процесса становится отказ от самой жизни как радикальный способ прекратить восприятие невыносимых переживаний. Данный пакет документов служит фундаментом для понимания того, как человеческая личность превращается в иерархию защитных механизмов, подменяющих истинное присутствие в мире.</p> <p><strong>1. Как программа «Я человек» подменяет прямое восприятие реальности?</strong></p> <p>Программа «Я человек» подменяет прямое восприятие реальности, превращая его из свободной способности в замкнутую программную структуру, направленную на воспроизводство человеческой жизни в заданных рамках. Вместо непосредственного контакта с реальностью человек начинает функционировать внутри иерархической системы, где восприятие, ум и личность служат лишь деталями механизма выживания.<br />Процесс подмены происходит через последовательный цикл создания программных заменителей («протезов»), обусловленный тем, что прямое восприятие связано с уязвимостью и болью.<br />Основные этапы подмены прямого восприятия:<br />• Замена знанием и анализом: Когда прямое видение утрачивается, возникает парадигма «не знаю — должен узнать». Вместо прямого контакта человек начинает использовать добывание информации, поиск опыта, сравнение и логические выводы. Прояснение ситуации становится формой борьбы с неведением, но остается внутри программы.<br />• Отказ от осознавания: Глубокое осознание реальности блокируется, так как оно разрушает комфортное состояние. Знание о программах и деградации удерживается на периферии сознания; человек отказывается не от информации, а от самой функции осознанного сознания.<br />• Подмена чувствованием: Чувствительность остается последним каналом связи с реальностью, но так как она приносит боль, система начинает «войну» против неё. В итоге человек перестает получать данные из реальности и начинает их придумывать, вспоминать или гадать.<br />• Создание правил и автоматов: В отсутствие прямого внутреннего различения «правильного» и «неправильного» создаются внешние регуляторы: этика, законы и социальные нормы. Затем функции переводятся на автоматы, чтобы исключить участие сознания и избежать переживания боли.<br />• Агрессия и отчуждение: Если какая-то часть реальности (или себя) воспринимается как болезненная, она объявляется «чужой». Агрессия используется как инструмент разрыва, чтобы окончательно отсечь эту часть и перестать её воспринимать.<br />• Отказ от жизни: Финальная стадия подмены — когда боль осознается уже не в частях, а в самом «я». В этом случае программа предлагает отказ от самой жизни и существования как крайний способ полностью прекратить любое восприятие боли.<br />Таким образом, программа «Я человек» превращает восприятие в систему посредников. Вместо реальности человек взаимодействует с её умственными образами, правилами и автоматическими реакциями, что ведет к постепенному уплотнению пространства и уменьшению сознания. В конечном итоге человек живет не в прямом контакте с миром, а в системе программных «заменителей», которые всё дальше уводят его от непосредственного присутствия в происходящем.</p> <p><strong>2. Почему глубокое осознание реальности считается разрушительным для человека?</strong></p> <p>Глубокое осознание реальности считается разрушительным для человека по нескольким фундаментальным причинам, связанным с устройством программы «Я человек» и механизмами защиты психики:<br />• Разрушение комфортного состояния. Человек может обладать информацией о деградации или существующих программах, но предпочитает удерживать эти знания на периферии сознания. Глубокое осознание этих процессов разрушает приятное, спокойное или комфортное состояние, которое необходимо для поддержания привычного функционирования и которое обычно является трансовым относительно текущей реальности.<br />• Связь с невыносимой болью. Прямой контакт с реальностью и осознание своего истинного положения неизбежно приносят боль. Поскольку чувствительность является каналом связи с реальностью, глубокое осознавание делает эту боль явной, что воспринимается системой как угроза и пинуждает человек всегда находится в трансе и постоянно искать&#160; различные формы погружения во всё более сильную степень такого транса.<br />• Столкновение с фундаментальной уязвимостью. Глубокое осознание обнажает факт того, что человек абсолютно беззащитен на телесном, личностном и социальном уровнях. Осознание того, что никакие внешние атрибуты (статус, деньги, власть) не устраняют эту уязвимость, подрывает основы человеческой безопасности.<br />• Угроза базовой программе существования. Программа «Я человек» направлена на воспроизводство жизни в заданных рамках. Глубокое осознание того, как эта программа работает и как она подменяет реальность «протезами», мешает её автоматическому выполнению и ставит под вопрос само человеческое существование.<br />• Риск полного отказа от жизни. На финальных стадиях деградации осознание достигает уровня, когда человек понимает: болит не какая-то отдельная часть его жизни, а сам «я». В этот момент глубокое восприятие собственного состояния может привести к решению отказаться от жизни и существования вообще как к единственному способу прекратить восприятие этой боли.<br />Таким образом, человек отказывается не от информации как таковой, а от самой функции осознанного сознания, так как цена прямого видения реальности в рамках текущей программы оказывается слишком высокой для его психического и биологического комфорта.</p> <p><strong>3. Как отличить прямое осознание от простого владения информацией?</strong></p> <p>Согласно источникам, прямое осознание и владение информацией — это разные уровни функционирования сознания в рамках программы «Я человек», где информация зачастую служит способом избегания прямого контакта с реальностью.<br />Основными критериями отличия являются:</p> <p>1. Влияние на комфортное состояние<br />• Владение информацией: Позволяет человеку сохранять «приятное, спокойное или комфортное состояние». Знание о программах, разрушениях или деградации удерживается на периферии сознания, не затрагивая глубинные структуры личности.<br />• Прямое осознание: Всегда разрушительно для комфорта. Оно связано с глубоким переживанием своего истинного положения, и сильнейшим глубинным страхом, что такое знание неизбежно приносит боль и лишает иллюзии безопасности.</p> <p>2. Метод взаимодействия с реальностью<br />• Владение информацией: Это работа внутри парадигмы «не знаю — должен узнать». Информация выступает как «протез» или заменитель видения. Человек использует ум, анализ, сравнение с другими и логические выводы, чтобы создать интеллектуальную картину происходящего, которая по сути является экраном, которым человек закрывается от типа настоящей реальности. <br />• Прямое осознание: Это реализация «функции осознанного сознания», а не просто накопление данных. Оно не требует посредников в виде анализа или аналогий, так как является непосредственным присутствием в моменте и видением ситуации «как она есть», без прикрытия умственными образами.</p> <p>3. Роль боли и уязвимости<br />• Владение информацией: Служит инструментом защиты от уязвимости. Поиск знаний и прояснение становятся формой борьбы с неведением, которая помогает человеку чувствовать себя более защищенным внутри программы. То есть, сам факт &quot;Я знаю&quot; - это мощное состояние, абсолютно противоположное процесу познания/восприятия и позволяющее человеку находится в глубоком трансе и не воспринимать реальность такой какая она есть на самом деле.<br />• Прямое осознание: Означает прямой контакт с собственной фундаментальной уязвимостью (телесной, личностной и социальной). Осознать — значит выдержать боль этого контакта, не пытаясь отсечь её через агрессию или автоматизмы.</p> <p>4. Отношение к изменениям<br />• Владение информацией: Может быть частью программы воспроизводства человеческой жизни. Человек может «знать» о своих проблемах и даже «прорабатывать» их, но это остается лишь имитацией изменений внутри замкнутой системы. То есть погружение в любую психологическую, эзотерическую или энергетическую практику позволяется создать направление противоположное настоящему осознанному восприятию и таким образом максимально избежать риска встречи с самим собой настоящем и собтвенными программами. А под изменениями и результатами от такой практики обычно воспринимается погружения в определенные трансовые состояния. <br />• Прямое осознание: Является точкой потенциального выхода из программы, так как оно вскрывает сам механизм подмены реальности программными посредниками. Если информация — это «знание о», то осознание — это «видение процесса» в действии.<br />Таким образом, если знание позволяет вам оставаться в привычном состоянии, используя анализ и внешние данные — это владение информацией. Если же восприятие реальности вызывает внутреннюю трансформацию через проживание боли и разрушение привычных защит — это прямое осознание.</p> <p><strong>4. Какую роль играет тело в процессе подмены восприятия правилами?</strong></p> <p>В процессе подмены прямого восприятия правилами тело играет роль фундаментального источника уязвимости, которая делает прямой контакт с реальностью болезненным и вынуждает систему создавать защитные механизмы.</p> <p>Роль тела в этом процессе раскрывается через несколько ключевых аспектов:<br />• Источник болезненного восприятия: Тело человека абсолютно беззащитно перед болезнями, травмами и физическим недомоганием. Поскольку прямое восприятие мира происходит через уязвимое тело, любой контакт с реальностью начинает восприниматься как потенциальная угроза, вызывающая боль.<br />• Утрата внутреннего различения: Изначально сознание через тело способно непосредственно чувствовать, что является «правильным», а что «нет». Однако из-за того, что чувствительность приносит боль, программа «Я человек» начинает «войну» против чувствительности, блокируя этот канал связи с реальностью.<br />• Тело как объект защиты: Вся человеческая активность превращается в попытку защитить уязвимое тело с помощью внешних атрибутов: одежды, заборов, технологий. Когда внутренняя способность тела различать истинное утрачивается, возникают внешние правила, этика и законы как искусственные регуляторы поведения.<br />• Переход к автоматизму: После того как правила установлены, тело переводится в режим автомата. Человек стремится к тому, чтобы движения и реакции тела происходили без сознательного участия, что кажется экономией ресурса, но на деле является способом окончательно уйти от осознания боли, связанной с телесным присутствием.<br />• Структуризация и трата ресурса: Рост и физическое развитие тела в этой системе рассматриваются не как развитие существа, а как процесс структуризации и расходования ресурса. Это ведет к «уплотнению» пространства и уменьшению объема сознания, превращая тело из живого инструмента восприятия в плотную программную структуру.<br />Таким образом, тело в этой системе является «слабым звеном», чья уязвимость запускает цепочку отказов от прямого видения. Правила в данном контексте выступают как внешние протезы, заменяющие телу его утраченную способность к живому, осознанному различению реальности.</p> <p><strong>5. В чем разница между эффективным автоматизмом и потерей сознания?</strong></p> <p>Согласно источникам, в рамках программы «Я человек» разница между эффективным автоматизмом и потерей сознания является иллюзорной: то, что на поверхности выглядит как эффективность, на глубоком уровне оказывается механизмом отказа от сознания.</p> <p>Вот основные различия в восприятии этих состояний:</p> <p>1. Внешняя видимость против внутренней сути<br />• Эффективный автоматизм воспринимается человеком как экономия ресурса и повышение продуктивности. Это навыки, способности и программы (например, вождение автомобиля, социальные реакции, движения тела), которые работают без сознательного участия, позволяя вниманию «гулять» где-то в стороне.<br />• Потеря сознания — это то, чем автоматизм является на самом деле. Это перевод существования в бессознательный режим, где части пространства сознания отделяются и превращаются в автономные фрагменты.</p> <p>2. Цель создания<br />• С точки зрения «эффективности», автоматы создаются для того, чтобы тело и личность действовали четко и быстро.<br />• С точки зрения программы деградации, истинная цель автоматизации — избегание невыносимой боли, связанной с осознанным присутствием и чувствованием реальности. Жить с полным сознанием становится слишком больно, поэтому система стремится превратить человека в «бессознательного робота».</p> <p>3. Работа с ресурсом<br />• Иллюзия эффективности: Человеку кажется, что, переводя функции на автомат, он сохраняет силы.<br />• Реальность потери сознания: Автоматы не освобождают ресурс, а требуют его для своего поддержания, часто работают с ошибками и ведут к уплотнению и уменьшению объема сознания. Любая «структуризация» ресурса в этой системе фактически является его расходованием, а не ростом.</p> <p>4. Состояние субъекта<br />• При «эффективном действии» человек продолжает играть определенными эффектами на сознательном уровне, не замечая, что он уже не управляет процессом.<br />• При потере сознания создаются барьеры и экраны, которые вытаскивают сознание из частей себя. Человек начинает утверждать, что определенной (болезненной) части его больше нет, окончательно разрывая связь с реальностью через агрессию или отчуждение.<br />Таким образом, «эффективный автоматизм» — это лишь программная маскировка процесса деградации, где человек последовательно отказывается от функции осознанного сознания в пользу бессознательного функционирования, чтобы не соприкасаться с уязвимостью и болью своего существования.</p> <p><strong>6. В чем заключается парадигма «не вижу — должен увидеть»?</strong></p> <p>Парадигма «не вижу — должен увидеть» представляет собой этап деградации, на котором человек окончательно утрачивает способность к прямому видению реальности и своего состояния. Она углубляет предыдущую стадию («не знаю — должен узнать») и переводит неведение в состояние хронического невидения.<br />В рамках этой парадигмы прямое восприятие подменяется следующими механизмами:<br />• Интеллектуальный анализ: Вместо того чтобы видеть ситуацию непосредственно, человек пытается «увидеть» её через ум, логические выводы и построение представлений.<br />• Сравнение и внешние аналогии: Поскольку человек не видит себя напрямую, он вынужден использовать внешние ориентиры: сравнивать себя с другими людьми, оценивать статистику или создавать шокирующие аналогии для понимания собственного состояния.<br />• Создание умственных картин: Реальный контакт с жизнью заменяется образом собственной жизни, на который человек смотрит как бы со стороны, пытаясь оценить суммарный эффект своих действий.<br />• Поиск косвенных признаков: Человек анализирует внешние признаки и делает на их основе выводы о своём внутреннем состоянии, так как живой доступ к этому состоянию для него закрыт.<br />Суть этой парадигмы заключается в том, что попытка «увидеть» становится обязательной программой борьбы с невидением, которая, однако, не возвращает прямого восприятия, а лишь создает всё более сложные умственные «протезы» и заменители.</p> <p><strong>7. Почему блокировка чувствительности ведет к необходимости придумывать или гадать?</strong></p> <p>Блокировка чувствительности ведет к необходимости придумывать, воображать или гадать, потому что чувствительность является последним остаточным каналом связи с реальностью после того, как прямое видение уже утрачено.<br />Согласно источникам, этот процесс происходит по следующей логике:<br />• Чувствительность как единственный источник данных: Когда человек перестает видеть реальность напрямую, он начинает опираться на чувства, состояния и ощущения как на единственный способ «зацепиться» за происходящее.<br />• Война против боли: Поскольку прямой контакт с реальностью через чувствительность приносит невыносимую боль, программа «Я человек» начинает «войну» против самой способности чувствовать, чтобы защитить комфортное состояние.<br />• Разрыв связи с реальностью: Как только чувствительность блокируется или уничтожается, разрушается последняя возможность получать информацию из внешнего мира напрямую.<br />• Заполнение информационного вакуума: Оказавшись в ситуации, где реальные данные больше не поступают, но существовать и действовать в рамках программы необходимо, человек вынужден имитировать контакт с миром. Вместо живого восприятия он начинает:<br />o Придумывать информацию, создавая удобные ему ментальные конструкции.<br />o Вспоминать прошлый опыт, пытаясь наложить старые шаблоны на текущую ситуацию.<br />o Гадать, пытаясь вычислить реальность через анализ или предположения, так как он её больше не «чувствует».<br />o Выпрашивать данные или искать знания, опираясь на чужие мнения или внешние системы знаний.<br />Таким образом, придумывание и гадание — это попытки ума компенсировать отсутствие живого потока данных, возникшее из-за добровольного отказа от болезненной чувствительности. Человек перестает взаимодействовать с тем, что есть, и начинает жить в пространстве собственных догадок и воспоминаний.</p> <p><strong>8. В чем опасность подмены внутреннего различения внешними социальными правилами?</strong></p> <p>Подмена внутреннего различения внешними социальными правилами является критическим этапом деградации, на котором человек окончательно теряет способность к самостоятельному осознанному присутствию и переходит к искусственному регулированию своей жизни.<br />Согласно источникам, опасность этой подмены заключается в следующих последствиях:<br />• Утрата функции живого сознания: Если бы сознание непосредственно чувствовало, что является «правильным», а что «нет», внешние правила, этика и законы были бы не нужны. Создание внешних регуляторов — это признак того, что прямое внутреннее различение уже утрачено. Человек начинает жить не из живого восприятия ситуации, а по искусственным договоренностям.<br />• Неизбежная деградация самих правил: Внешние правила в этой системе декларативны: они провозглашают высокий уровень морали или поведения, но на практике выполняются на гораздо более низком уровне. Люди начинают обманывать себя, закрывать глаза на нарушения и использовать правила не для ориентации в реальности, а как инструмент защиты или победы в социальной конкуренции.<br />• Переход к полной автоматизации (режим «робота»): Правила становятся фундаментом для создания автоматов. Система стремится перевести выполнение правил в бессознательный режим, чтобы тело и личность реагировали автоматически, а сознание «гуляло» в стороне. Это превращает человека в бессознательного робота, окончательно отделяя его от живого участия в собственной жизни.<br />• Иллюзия безопасности при потере ресурса: Чем ниже становится ресурсный уровень человека, тем легче правила нарушаются или «объясняются» логикой программы. Вместо того чтобы увидеть свою деградацию, человек использует социальные нормы как ширму, за которой скрывается его неспособность воспринимать реальность.<br />• Разрыв контакта с реальностью: Правила выступают как очередные программные «протезы». Вместо того чтобы взаимодействовать с тем, что происходит на самом деле, человек взаимодействует с системой социальных посредников, что уводит его всё дальше от непосредственного контакта с собой и миром.<br />Таким образом, главная опасность заключается в том, что внешние правила окончательно вытесняют необходимость осознания. Они позволяют человеку продолжать функционировать в социуме, будучи при этом бессознательным элементом программы, который больше не чувствует истинной сути своих действий.</p> <p><strong>9. Какую роль играет агрессия в отделении болезненных частей?</strong></p> <p>В рамках программы «Я человек» агрессия выступает в роли инструмента окончательного отделения болезненных фрагментов сознания от основного «я». Когда другие способы защиты (знания, правила, автоматы) перестают справляться с нарастающей болью, система переходит к радикальному разрыву связей с реальностью.<br />Роль агрессии в этом процессе раскрывается через следующие аспекты:<br />• Маркировка «чужого»: Чтобы отделение стало возможным, болезненная часть (состояние, ситуация или качество) сначала должна быть объявлена «не мной». Агрессия направляется на это «нечто иное», которое воспринимается как мешающее, болезненное или несоответствующее норме.<br />• Функция «внутреннего скальпеля»: Источники описывают агрессию как нож или скальпель, который завершает процесс разрыва. Она действует не просто как эмоция, а как механизм, позволяющий физически (на уровне структуры сознания) отсечь невыносимую часть.<br />• Энергия разрыва: Состояния гнева, отторжения и желания уничтожить создают необходимый импульс для того, чтобы болезненный фрагмент окончательно отделился и превратился в самостоятельное, изолированное пространство.<br />• Создание барьеров: Через агрессию человек выстраивает экраны и барьеры, утверждая, что определенной части его существа больше нет. Это позволяет сознанию «выскочить» из болезненной зоны, продолжая функционировать на поверхностном уровне.<br />• Переход к финальной стадии: Несмотря на то что агрессия эффективно «ампутирует» часть себя, она не устраняет саму причину страданий. После завершения этого отделения человек часто обнаруживает, что боль осталась в самом центре его существа («болит сам я»), что ведет к последнему шагу — отказу от жизни.<br />Таким образом, агрессия в этой системе является инструментом хирургического отсечения реальности, ставшей слишком болезненной для восприятия.</p> <p><strong>10. Что происходит, когда боль остается в самом центре «я»?</strong></p> <p>Когда боль остается в самом центре «я», это означает, что предыдущие механизмы защиты — такие как агрессия и отчуждение болезненных фрагментов — исчерпали себя. На этом этапе человек осознает, что болит уже не отдельная часть его жизни или личности, а само его существо.<br />Согласно источникам, в этой ситуации происходят следующие процессы:<br />• Осознание неэффективности разделения: Ранее человек использовал агрессию как «скальпель», чтобы отсечь болезненные части, объявив их «не собой». Однако, когда все лишнее отсечено, а боль сохраняется, становится ясно, что она локализована в самом воспринимающем субъекте.<br />• Принятие предельного решения: Возникает финальная программа — отказ от самого «я», от жизни и от существования. Это решение принимается как крайний и единственный доступный способ полностью прекратить восприятие и чувствование невыносимой боли.<br />• Завершение цикла деградации восприятия: Отказ от жизни является финальной стадией нисходящего цикла. Если на первых этапах человек создавал «протезы» (знания, правила, автоматы), чтобы воспринимать реальность менее болезненно, то здесь он отрицает саму основу восприятия.<br />• Иллюзия победы и новый виток: На этом уровне возникает парадоксальная формула: «я не существую — нужно создавать жизнь, существование». Человеку может казаться, что через отказ прежняя боль побеждена, но фактически это лишь начало нового витка программы, где утрата прямого контакта с реальностью становится еще глубже.<br />Таким образом, нахождение боли в центре «я» переводит деградацию из стадии борьбы с отдельными симптомами в стадию самоликвидации воспринимающего сознания, для которого жизнь стала тождественной страданию.</p> <p><strong>11. Почему отказ от жизни считается финальной стадией деградации восприятия?</strong></p> <p>Отказ от жизни считается финальной стадией деградации восприятия на человеческом уровне, потому что он представляет собой предельный и окончательный способ полностью прекратить восприятие боли, когда все остальные программные «заменители» и способы защиты исчерпаны.<br />Согласно источникам, этот этап является логическим завершением нисходящего цикла, который обусловлен следующими факторами:<br />• Боль самого «я»: На предыдущих стадиях деградации человек пытается отделять от себя болезненные фрагменты (через агрессию и отчуждение), объявляя их «чужими». Однако на финальном уровне выясняется, что даже после отсечения всех частей боль не исчезает, так как болит уже не отдельная часть, а сам «я».<br />• Исчерпание ресурсов защиты: Программа «Я человек» последовательно создаёт «протезы» восприятия (знания, правила, автоматы), чтобы не соприкасаться с реальностью напрямую. Когда эти механизмы перестают работать или приносят ещё больше страданий, у системы не остается других инструментов, кроме отказа от самого субъекта восприятия.<br />• Крайняя форма ухода от восприятия: Жизнь в рамках этой программы начинает восприниматься исключительно как источник невыносимой боли. Поскольку человек утратил способность к живому осознаванию и прямому контакту с реальностью, отказ от существования становится для него единственным доступным способом не чувствовать и не воспринимать эту боль.<br />• Завершение цикла деградации: Этот этап замыкает иерархическую систему программ, превращая восприятие из инструмента познания в причину самоликвидации. Это предельная точка, где стремление избежать уязвимости приводит к отрицанию самой основы жизни.<br />Таким образом, отказ от жизни — это не просто прекращение биологического существования, а финальный акт борьбы сознания против собственной чувствительности, когда уничтожение «воспринимающего» становится единственным способом уничтожить «воспринимаемую боль».</p> <p><strong>12. Можно ли вернуть прямое восприятие после блокировки чувств?</strong></p> <p>Возвращение прямого восприятия после блокировки чувств в рамках программы «Я человек» является крайне сложной задачей, так как сама система встроена в механизмы, препятствующие этому выходу. Источники описывают этот процесс как замкнутую иерархическую структуру, где даже попытки изменений или «проработки» часто становятся лишь более сложным способом воспроизводства той же самой программы.<br />На основе анализа источников можно выделить следующие ключевые аспекты возможности возврата:</p> <p>1. Ловушка «проработки» внутри программы</p> <p>Человек может пытаться работать со своими состояниями, читать/слушать сеансы и отмечать блокировки, но при этом не выходить за пределы человеческой программы. Проблема в том, что когда прямое восприятие утрачено, любая попытка его «вернуть» часто превращается в парадигму «не вижу — должен увидеть» или «не знаю — должен узнать», где вместо живого контакта человек снова создает умственные образы, анализирует и добывает информацию.</p> <p>2. Цена возврата — невыносимая боль</p> <p>Прямое восприятие было заменено программными «протезами» именно потому, что оно неразрывно связано с фундаментальной уязвимостью и болью. Блокировка чувств — это способ защиты от этой боли. Чтобы вернуть восприятие, человеку пришлось бы:<br />• Отказаться от защиты своего комфортного состояния.<br />• Соприкоснуться с уязвимостью своего тела, личности и социального положения.<br />• Перестать использовать агрессию для отсечения болезненных частей.</p> <p>3. Чувствование как «остаточный канал»</p> <p>Важно понимать, что само по себе чувствование уже является заменителем прямого восприятия. Если человек блокирует чувства, он разрушает последнюю связь с реальностью и переходит к правилам и автоматам. Поэтому возвращение к чувствам — это лишь возвращение к «остаточному каналу», а не к исходному прямому видению.</p> <p>4. Необходимость осознания самого механизма подмены</p> <p>Согласно источникам, если не увидеть самый первый слой — то, как восприятие подменяется программными посредниками (знанием, умом, чувствами, правилами), — то любой следующий шаг будет совершаться через те же самые подмены. </p> <p>Система ТЕОС позиционируется как исходная диагностика, которая должна помочь увидеть этот нарушенный механизм.</p> <p>Итоговое резюме: Источники прямо не говорят о легком способе возврата, но подчеркивают, что без осознания того, как работает программа «Я человек» и почему она блокирует восприятие ради избегания боли, человек обречен оставаться внутри нисходящего цикла деградации, где каждый следующий шаг лишь сильнее отделяет его от реальности. Любой реальный выход требует готовности встретиться с той болью и уязвимостью, от которых программа его «спасает».</p> <p><strong>13. В чем разница между практиками восстановления, развития и т.п. и проработкой программ по методу ТЕОС?</strong></p> <p>Согласно источникам, ключевая разница между восстановительными практиками и проработкой программ заключается в том, что практики являются лишь более сложными способами выполнения самой программы и достижения эффектов обезболивания, в то время как рассоздание программы и истинный выход требует осознания самого механизма подмены реальности.<br />Вот основные отличия, зафиксированные в материалах:</p> <p>1. Практика как часть программы</p> <p>В рамках базовой программы «Я человек» такие действия, как выполнение практик, мотивация и стремление к изменениям, не выводят субъекта за её пределы.<br />• Имитация изменений: Человек может слушать сеансы, отмечать блокировки и работать со своими состояниями, но при этом оставаться внутри замкнутой системы.<br />• Воспроизводство структуры: В этом случае проработка становится инструментом воспроизводства человеческой жизни в заданных рамках, просто более изощренным способом.<br />• Инструментальный подход: Если практика используется как способ «починить» себя, восстановить, развить, получить знания и т.д., чтобы продолжать функционировать в комфорте, она остается «протезом», заменяющим прямое видение.</p> <p>2. Выход как осознание механизма подмены</p> <p>Истинный выход из программы невозможен без обнаружения самого первого слоя — того, как прямое восприятие заменяется программными посредниками.<br />• Диагностика нарушенного механизма: Выход требует увидеть, что знание, ум, чувства, правила и автоматы — это не способы познания мира, а способы избегания боли и уязвимости.<br />• Разрушение комфорта: Если практика часто направлена на улучшение состояния, то реальный выход связан с готовностью встретиться с фундаментальной уязвимостью и болью, которую программа прикрывает.<br />• Смена парадигмы: Вместо борьбы с неведением (поиска новой информации или «правильных» состояний) выход подразумевает восстановление функции осознанного сознания, которая была утрачена в процессе деградации.</p> <p>3. Ловушка «улучшения»</p> <p>Источники подчеркивают, что если слой программных подмен не осознан, любая попытка «выхода» или «развития» будет восприниматься через те же самые заменители:<br />• Вместо прямого видения — снова знание.<br />• Вместо восприятия — снова чувствование.<br />• Вместо сознательного присутствия — снова автоматизмы проработки.<br />Таким образом, любая практика восстановления, развития, «повышения эффективности» и т.п.&#160; — это работа внутри правил и инструментов программы для оптимизации её работы, а сознательное прояснение по методу ТЕОС — это обнаружение и рассоздание самой программы как системы, отрезающей человека от непосредственного контакта с реальностью.</p> <p><strong>14. Как ТЕОС помогает увидеть механизмы подмены реальности?</strong></p> <p>ТЕОС помогает увидеть механизмы подмены реальности, выступая в качестве исходной диагностики человеческого контакта с миром. Вместо того чтобы рассматривать восприятие как простую способность «видеть», система ТЕОС раскрывает его как центральную линию деградации, где живой контакт последовательно заменяется иерархией программных «протезов».</p> <p>Основные инструменты и подходы ТЕОС для выявления этих механизмов включают:</p> <p>1. Выявление «нисходящего цикла» деградации</p> <p>ТЕОС систематизирует процесс утраты реальности, показывая последовательную цепочку подмен, вызванную стремлением избежать боли. Система помогает проследить весь путь:<br />• От прямого видения к знанию: когда вместо непосредственного восприятия человек начинает опираться на добывание информации и анализ.<br />• От осознавания к чувствованию: когда глубокое понимание блокируется ради комфорта, и человек переходит на уровень «остаточного канала» чувств.<br />• От чувств к правилам и автоматам: когда даже чувства становятся слишком болезненными, и жизнь переводится в режим внешних этических норм и бессознательных автоматизмов.</p> <p>2. Определение базовой программы «Я человек»</p> <p>ТЕОС позволяет увидеть, что человеческое существование — это не свободное состояние, а замкнутая программная структура. В рамках этой структуры восприятие, ум и тело являются не свободными способностями, а деталями механизма, направленного на воспроизводство жизни в жестко заданных рамках. Это помогает осознать, что даже «проработка» или «мотивация» часто являются лишь более сложными способами выполнения той же самой программы.</p> <p>3. Раскрытие роли уязвимости и боли</p> <p>Система ТЕОС обнажает истинную причину подмены реальности — фундаментальную уязвимость человека (телесную, личностную и социальную). Она показывает, как любая активность — от накопления денег до создания социальных ролей — становится попыткой «прикрыть» эту уязвимость, что неизбежно ведет к отказу от прямого, но болезненного контакта с миром.</p> <p>4. Разделение знания и осознания</p> <p>ТЕОС вводит важную формулу: «знаем, но не осознаём». Система помогает увидеть, как информация о программах и разрушениях удерживается сознанием на периферии, чтобы не нарушать «приятное или комфортное состояние». Таким образом, ТЕОС помогает обнаружить отказ от самой функции осознанного сознания.</p> <p>5. Анализ агрессии и самоликвидации</p> <p>ТЕОС помогает увидеть агрессию не как эмоцию, а как «внутренний нож или скальпель», используемый для окончательного отсечения болезненных частей реальности. Финалом этого анализа становится понимание того, что отказ от жизни является предельной попыткой программы полностью прекратить любое восприятие боли.</p> <p>Итоговое значение ТЕОС: Пакет материалов системы служит «входной формулой», позволяющей увидеть, что человек живет не в реальности, а внутри системы посредников. Без этого осознания любой следующий шаг в развитии будет восприниматься через те же искажения: знание вместо видения и правила вместо сознания.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 09 Aug 2026 02:11:46 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17664#p17664 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17663#p17663 <p><strong>Иллюзия целостности - поиск форм имитации целостности через отношения</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация<br /></strong><br />Документ исследует взаимоотношения мужчины и женщины как многоуровневую программу компенсации утраченной целостности. Через личный отказ от отношений автор выходит к анализу пола, сексуальности, семьи, любви, физиологии, психосоматики и коллективной сущности. Центральная идея текста состоит в том, что движение к отношениям возникает не из свободы, а из кластера боли, который заставляет человека искать имитацию целостности через другого, семью, сексуальность, социальные роли и умственные программы.</p> <p><strong>2022_05_10 </strong></p> <p>Вспомни тот момент, когда ты впервые решил: зачем мне жена, зачем мне семья?<br />Приблизительно в одиннадцать лет, когда я абсолютно не понял поведение одноклассницы. Оно меня настолько шокировало, она настолько алогично себя повела, что я был потрясён и подумал: не буду я сейчас сближаться с девочками и даже приближаться к ним. Лучше я буду смотреть издалека, лучше я отложу это на очень далёкий срок, а фактически — отложу навсегда.<br />Работают самые разные гормональные системы, и как их можно остановить? Телом мы отказались управлять ещё до создания тела, потому что уже тогда отказались от многих вещей, которые в теле можем делать. То, что мы не управляем гормонами и системами, связано с тем, что мы изначально от этого отказывались. Поэтому такие вещи, как нежелание содержать семью, требуют уничтожения в себе очень многих внутренних механизмов, включая сексуальное влечение и всё то, что может подталкивать к созданию семьи. В тот момент были приняты какие-то решения, но это только решения, а работать мы будем с другим уровнем.<br />Это решение уничтожать в себе всё, что может подталкивать к созданию семьи, в первую очередь касается сексуального влечения, а также других способностей, связанных с обеспечением семьи. До настоящего времени у тебя не было влечения и желания создать себе отдельную квартиру, отдельное жильё, отдельное пространство, в котором могла бы существовать семья.<br />Второй вопрос — это вопрос ответственности. На уровне программ это решение действует так: зачем мне отношения с людьми, поэтому необходимо полностью убить способность взаимодействовать. В данном случае ты отказался от взаимоотношений с женщинами, но, поскольку мы работаем не на уровне такой мелкой частной темы, мы будем рассматривать её с более высокого уровня.<br />Что такое взаимодействие с женщинами? Секс нас всех удерживает, потому что с помощью секса мы создаём некую имитацию собственной целостности. Через организм мы воссоздаём, имитируем состояние целостности, которое потеряли тогда, когда начали разделять себя на мужчину и женщину. Поэтому теперь мы будем работать с уровнем выше, где мы ещё не разделены на мужчину и женщину. Что такое женщина в этом контексте? Мы отделяем какую-то часть себя, разделяя себя на мужчину и женщину. Секс становится имитацией состояния целостности, которое было потеряно, а оргазм — кратким переживанием этой имитации соединения.<br />Дальше в какой-то момент возникает боль, потому что мы разделяем себя на две части: я и другое. У женщин также возникает это разделение на я и другое, а затем мы стремимся соединиться, но уже на более низком уровне, где соединение становится более бесчувственным. Это нужно хотя бы для того, чтобы немного почувствовать то забытое состояние, которое мы потеряли и от которого отказались на предыдущем уровне. Затем идёт следующий этап, и так начинается деградация за деградацией.<br />На каком-то уровне деградация становится настолько болезненной, что мы отказываемся соединяться с женщиной вовсе. Условно говоря, ты сейчас уже находишься в такой программе, где категорически отказываешься иметь отношения с женщинами, поскольку у тебя уже сформировано мнение, что они плохие и неправильные. Но дело не в том, что они действительно плохие и неправильные, а в том, что ты находишься на этом уровне деградации внутри программы, и у тебя уже нет ресурсов выстраивать нормальные взаимоотношения с женщинами, видеть их, выдерживать их, терпеть их и взаимодействовать с ними.<br />У кого-то ещё есть ресурсы на это, и он их тратит на сглаживание этих моментов, на терпение, на нахождение компромиссов. На более высоких уровнях ресурс тратится на создание хороших отношений, а на более низком уровне ресурсов уже не хватает на хорошие отношения, поэтому приходится тратить их хотя бы на создание компромиссов, терпение и удержание минимальной формы взаимодействия.<br />На уровне 1 отношения должны быть идеальными, но это опять достигается за счёт огромной траты ресурса на создание пространства с этими идеальными отношениями. Однако это тоже деструктивная программа, потому что идеальное состояние — это состояние, в котором ты не разделён и тебе вообще не нужно тратить энергию и ресурсы на создание взаимоотношений. Пока у тебя рука на месте и ты ею работаешь, тебе не нужно тратить никаких ресурсов на взаимодействие с рукой. Её не нужно уговаривать, с ней не нужно создавать комплекс компромиссов, ты просто ею пользуешься, потому что вы с ней одно целое.<br />И только когда ты потеряешь эту руку, тебе нужно будет создавать протез, а затем уже с этим протезом создавать коммуникацию и взаимоотношения, потому что это уже чужое, это уже другое. Так возникает программа создания взаимодействий, но эту программу ты начинаешь выполнять только тогда, когда уже разделился, когда уже выполнил более глубинную программу разделения себя на части. Сначала появляется сам принцип разделения, а затем тебе приходится создавать программу взаимодействия с отделённой частью. Внутри этой программы происходит деградация, и вот эти этапы разворачиваются как уровни 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 и 8.<br />Вопрос здесь не в том, хорошо это или плохо, а в том, что, допустим, человек находится на третьем уровне, и его устраивают такие отношения. Или человек находится на втором уровне, и он получает от этих взаимоотношений намного больше удовольствия, чем ты, потому что ты уже отказался даже от самих взаимоотношений. Тебе больно, и ты не будешь в это входить, а это сопровождается в первую очередь подавлением своей сексуальной сферы и своих сексуальных возможностей.<br />Сразу возникает вопрос: ты не можешь удовлетворить потребность тогда, когда хочешь и когда нужно, потому что это уже сопряжено с множеством дополнительных необходимостей. Нужно кого-то искать, с кем-то договариваться, а если ты кого-то нашёл, то это уже новые отношения, от которых ты заранее отказался. Что тогда делать? Проще подавить потребность, чтобы не создавать себе новых отношений, не создавать себе множество дополнительных проблем. Эти проблемы наслаиваются одна за другой, и на той стадии, где ты находишься, это уже седьмой уровень, потому что программа перешла на физический уровень, и ты уже уничтожаешь физический уровень её выполнения.<br />Но всё начинается тогда, когда человек решает разделиться, а этот уровень выше человеческого. Именно с этого уровня мы будем рассматривать программу, потому что там было принято решение разделиться. Это значит, что нужно создать структуры для выполнения другой программы — программы взаимодействия с отделённой частью себя.<br />Здесь всё очень сложно, потому что каждая женщина не является буквально отделённой твоей частью. Здесь легко потеряться, потому что, когда мы на каком-то уровне являемся целым, а после этого дробимся, отыскать здесь именно «мою часть» становится бессмысленно. Но сам принцип работает на сто процентов: ты своей половины не найдёшь, однако сам принцип поиска половины продолжает действовать. Мы являемся частями одного целого, просто на этом уровне разделённые части выполняют функции женщин, а другие части выполняют функции мужчин. Принцип остаётся прежним — поиск своей половины.<br />В рамках этих программ здесь происходит поиск целостности, стремление к состоянию целостности. Эта программа заставляет людей пускаться во все тяжкие, выполнять её и тратить огромное количество ресурсов сначала на поиск половины, а затем на то, чтобы к ней пристроиться. Но внутри программы это невозможно, потому что ты выполняешь её не для того, чтобы восстановить свою целостность и жить счастливо. Программа нужна для того, чтобы ты безуспешно искал, страдал и тратил на это множество ресурсов.<br />Некоторая идея, некоторое состояние целостности с этого уровня действительно воспринимается как целостность, но если смотреть с более высокого уровня, то это тоже окажется совершенно несостоятельной конструкцией. Сейчас мы объясняем слова о целостности примерно так же, как объясняли бы слова о Боге: будто есть Бог, будто есть ангелы, будто существует некая завершённая высшая форма. Но на самом деле мы будем работать с этим как с естественным состоянием. На этом уровне естественное состояние — это целостность, так же как мы всё время работали с естественным состоянием, когда прорабатывали подобные структуры.<br />Решение было принято вообще отделить себя, разделить себя. Внутри выполнения этой программы я отказываюсь.</p> <p>Уровень 1<br />Для человека всё это воспринимается как естественное состояние и как смысл жизни, хотя многие люди в этом себе не признаются. Если смотреть с точки зрения природы, то в чём заключается смысл жизни каждого организма? Оставить потомство, продолжить род, обеспечить дальнейшее существование жизни, и в этом, с природной точки зрения, заключается вся логика происходящего.<br />Если рассматривать это как естественную программу взаимоотношений между мужчиной и женщиной, то её логика выглядит так: создаётся семья, формируется сама потребность в объединении, чтобы продолжать потомство. Это и есть компенсация потерянной целостности, потому что у тебя её нет, у неё её тоже нет, и при объединении вы создаёте жизнь. На внешнем уровне это выглядит просто как сексуальное взаимодействие, но по факту внутри этой программы создаётся жизнь, и глобально на мгновение получается выполнить идею восстановления целостности.<br />Смысл всего этого объединения, смысл взаимодействия между мужчиной и женщиной для человека является очень естественной программой, которая воспринимается как порядок вещей. Для всей природы именно в этом и скрыта логика того, зачем организмы живут. Ты рождаешься, и всё, что ты делаешь, направлено на твоё выживание, но, погибаешь ты или не погибаешь, главным остаётся то, чтобы ты оставил потомство. Потом ты постареешь и умрёшь, но с точки зрения программы основным остаётся продолжение рода и компенсация своей нецелостности, своего разделения.<br />Получается, есть две половины, и обе находятся в одинаковом состоянии: там нет целостности, и здесь нет целостности. Наше взаимодействие с людьми тоже стремится к этой компенсации, и отсюда возникает чувство одиночества. Если рассматривать конкретно мужское и женское, то здесь проявляется компенсация нашей внутренней нецелостности: боль от того, что ты разделён, боль от того, что ты не целостный.<br />Получается, мы изначально находимся внутри пространства, в котором это является кластером боли, и от этой боли можно сбежать только в имитацию целостности. Понятно, что человек никак не может вернуть эту целостность в рамках самой программы, но постоянно пытается её имитировать. Чтобы восстановить целостность, он пытается сбежать от кластеров боли, и именно поэтому присутствует весь этот список программ взаимодействия, деструктивных программ взаимоотношений между мужчинами и женщинами на разных уровнях.<br />Неважно, отказался ты от этих отношений или не отказался, главное, что существует точка А, которая принуждает человека выполнять деструктивные процессы в зависимости от его ресурсности. Центральная идея всегда у всех одинаковая: я не целостный, мне не всё равно, мне не хватает противоположного пола, мне не хватает отношений, мне не хватает любви.<br />На любви в нашей культуре очень многое держится, и здесь возникает точка А: тебе больно. Затем возникает точка Б: тебе нужно с этим что-то делать, искать того, кто сможет всё это компенсировать, и создавать с ним отношения. Либо человек проходит на следующие стадии, где постепенно всё это теряет и отказывается от самого механизма взаимодействия.<br />В твоём случае, если у тебя это действительно атрофируется, то это уже очень сильный уровень отказа от собственных способностей. Ты настолько отказываешься иметь отношения, что это уже проявляется на физическом уровне. Хотя, если посмотреть на статистику, людей с нарушениями сексуальной функции на планете огромное количество, это очень большой процент населения, и подобные состояния уже стали восприниматься как норма.<br />Разные стадии выполнения этой программы для человека болезненны, потому что везде нужно выполнять множество процессов. Есть отношения — нужно поддерживать множество процессов, направленных на эти отношения. Нет отношений — нужно выполнять множество процессов, чтобы этих отношений тоже не было. Чаще всего человек на планете начинает отношения в каком-то трансе, а потом всё это обрушивается, потому что включается четвёртый уровень: когда ты начинаешь создавать пространство, сначала всё кажется весёлым, ярким и приятным, а затем всё летит в пропасть.<br />Количество разводов и сломанных браков почти равно количеству заключённых браков, потому что у людей либо не хватает ресурсов, либо они сразу создают кратковременные ресурсные состояния. По эмоциям это может быть ярко и прекрасно, но в долгосрочной перспективе всё быстро разваливается, потому что ресурсов нет. А даже если они есть, то все они будут уходить на то, чтобы удерживать эти отношения.<br />В целом человек стремится сбежать от этой внутренней глобальной боли в различные системы взаимодействия с противоположным полом, а в некоторых случаях — и со своим полом. Это не означает, что природа просто сломалась, потому что на уровне коллективной сущности тоже происходит какая-то системная деформация. Люди сами в целом не контролируют эти процессы, не управляют ими и не понимают, почему их тянет не туда, куда, как им кажется, должно было бы тянуть.</p> <p>Уровень 2<br />Здесь нужно смотреть не просто в человека, а в сам смысл этого деления на мужское и женское, причём не только в человеке, а в самой природе. В человеке это не возникло изолированно, потому что в природе не было одного какого-то исходного человека-существа, гермафродита, от которого всё началось именно на человеческом уровне. Деление на полы возникло задолго до человека: у насекомых, животных, рыб, растений, и вся природа в значительной степени разделена на эти два противоположных лагеря.<br />Если смотреть на логику этого деления с самого начала, то оно было связано с более эффективным скрещиванием. С точки зрения эволюции деление на мужское и женское оказывается более выгодным, чем существование целостного организма, который сам всё может. Когда есть разные половины, появляется больше хаоса в плане скрещивания, а чем больше хаоса, тем активнее всё перемешивается, тем больше возникает признаков, способностей к выживанию и различных адаптаций. Таким образом эволюция становится более устойчивой и более эффективной.<br />Человек находится внутри этой системы как существо, и даже если само существо не сразу втягивается в неё своими ресурсами, суть остаётся в том, что сама природа уже поделена. Насколько бы ресурсным ты ни был, при зачатии всё равно приходится отказываться от целостности, потому что принимается решение в дальнейшем выполнять какой-то один аспект программ. Женщины выполняют один спектр программ, мужчины — другой. Это одни и те же программы по общей логике, но визуально и функционально они очень сильно отличаются между собой на уровне организма.<br />Для того чтобы создавать разные линии и идти по разным линиям противоположностей, нужно поддерживать состояния отказа. Чтобы стать мужчиной, существо должно принять решение и отказаться от всего женского, то есть не выполнять этот спектр программ. Мужская половина возможна не только за счёт того, что существо тратит ресурс на мужские программы, но и за счёт того, что параллельно выполняет программу отказа от всего женского. Отсюда и возникает кластер боли, и по этой логике появляется взаимное притяжение друг к другу.<br />Это потребность, и отсюда же возникают различные явления, связанные с направленностью влечения, включая влечение к своему полу. Принцип и причина заключаются именно в этих программах. Людей сейчас стало намного больше, чем раньше, но подобные явления существовали всегда, и они присутствуют не только у людей, но и в дикой природе. Просто сегодня, из-за того что всё афишируется, становится видимым и прозрачным с разных сторон, мы об этом гораздо больше узнали и увидели. Всё это вышло наружу, но сама логика существовала изначально.<br />Эти программы присутствуют в каждом, и сама структура распределения ролей также присутствует в каждом. Ты выполняешь мужские или женские роли, и внутри этой структуры происходит дальнейшее дробление. Вполне возможно, что человек родился женщиной, но при этом он не контролирует то, что выполняет больший спектр мужских программ. Даже если организм у неё женский, на уровне личности она может выполнять мужские программы, и по этой логике такую женщину может влечь к женщинам.<br />Здесь необходимо различать программу тела и программу личности, потому что между ними существует своеобразная граница. Не обязательно человек, родившийся женщиной или мужчиной, будет полностью выполнять соответствующие программы. Эти программы находятся на уровне личности, на уровне социума и ближе к уровню коллективной сущности. Именно отказ быть другой половиной создаёт из тебя на уровне мышления, физиологии, внутренних психических и личностных программ мужчину или женщину, и отсюда как следствие разворачиваются все программы взаимоотношений.</p> <p>Уровень 3<br />Это потерянная целостность, своеобразный отказ от уровня выше, где всех наших программ взаимоотношений просто ещё нет, и где все эти программы выглядят как несостоятельная конструкция, как своеобразные глюки, возникшие уже после утраты исходного состояния. Это уровень, находящийся до начала программ взаимодействия, до формирования личности человека, до выбора в направлении мужского или женского, если говорить о личности, дальнейших взаимоотношениях и о том, как ты в течение жизни будешь тратить ресурсы на все эти социальные процессы.<br />Это уровень до создания триггеров, до того состояния, которое можно условно обозначить как уровень Бога, как некое цельное существо, у которого отсутствует весь этот список программ, потребностей и зависимостей. Нам нужны отношения, потому что нас тянет в этом направлении, потому что у нас есть зависимость, необходимость и потребность. А если есть потребность, значит, есть дефицит.<br />Тебе чего-то не хватает. Почему тебе не хватает? Когда тебе не хватает энергии и нужно восстановить её, чтобы вернуться на некий уровень своеобразной целостности в плане ресурсов тела, тебе нужна еда. То же самое происходит и в отношениях: есть тяга, есть потребность в своеобразной целостности, которой нам не хватает. Именно поэтому существует весь этот набор деструктивных программ, через которые человек пытается восстановить утраченную целостность.</p> <p>Уровень 4<br />На уровне выше всего этого нет, и сам этот уровень выглядит для нас как нечто почти недостижимое, хотя на самом деле он не так уж далёк. Это такое состояние существа, в котором ты находишься до того, как поделился, до того, как принял решение отказываться от мужского или женского, то есть это дочеловеческий уровень, на котором ещё нет ни тела, ни всех связанных с телом потребностей, проблем и деструктивных процессов.<br />У тебя само тело устроено таким образом, что эта потребность присутствует уже на уровне физиологии, а не только на уровне личности. В голове присутствует необходимость восстановить эту целостность или хотя бы сымитировать её, поэтому ты и получаешь такой яркий эффект от самой имитации восстановления, как будто внутри этой программы ты победил. Сама мужская потребность и то удовольствие, которое люди получают от секса, возникает по той же логике, по которой возникает удовольствие от состояния насыщения, когда ты получаешь всплеск эндорфинов и гормональных реакций благодаря тому, что наполняешь желудок и переживаешь чувство сытости.<br />То же самое происходит с яркими эмоциями любви: ты сымитировал некую целостность, и за это получил определённый бонус, яркий эффект и переживание внутреннего завершения. Но в целом, если у человека такой потребности нет на уровне физиологии, то нет и эффекта, и тяги тоже не будет. У детей, пока не сформировалась половая система, ещё нет полноценного притяжения, потому что им просто нечем тянуться друг к другу в этом смысле. Для них это ещё не активировано, а когда начинают проявляться половые различия, включаются гормоны и ответные физиологические реакции на другой пол. Соответственно, на уровне выше всего этого нет, потому что там нет и самого тела.<br />Создание пространства здесь можно рассматривать так же, как в обычной жизни, когда ты чем-то занимаешься или что-то создаёшь. Ты создаёшь некое пространство, чтобы внутри него чем-то заниматься: пространство дома, пространство дачи, пространство определённого действия. Когда ты принимаешь решение это создать, ты формируешь пространство, и дальше процессы начинают идти уже внутри него, вместе со всеми атрибутами этого пространства.<br />Наши отношения, система взаимодействий и все программы, которые разворачиваются в социуме, также существуют внутри такого пространства. Если посмотреть в целом на весь этот муравейник между мужчиной и женщиной, то там идёт огромное количество процессов. Причём если смотреть глобально на всю историю человечества или локально на жизнь каждого человека, то неважно, есть у тебя отношения или нет: на уровне ума ты всё равно прокручиваешь огромное количество процессов. Просто если отношения есть, ты ближе к реальности, а если отношений нет, процессы происходят в уме.<br />Всё зависит от ресурсности. Сама точка отсчёта у всех одинаковая, но ресурсов у разных людей хватает либо на реальность, когда человек успешен в непосредственном взаимодействии, либо только на ум, когда он внутренне изощрён, но в реальности совсем не успешен. Это похоже на шизотерическую конструкцию, где взаимодействие с реальностью находится почти на нуле, зато в умственной изощрённости много ресурсов. Человек сам для себя у себя в голове является богом, а в реальности при этом ничего не происходит.<br />Здесь действует тот же принцип: если есть ресурсы в реальности, то у тебя всё хорошо именно в реальности. Если ресурсов нет, то хорошо становится только в уме. На реальность ресурсов нет, зато внутри ума можно ощущать себя чрезвычайно умным, всё понимающим и всё объясняющим. Но если бы были реальные ресурсы, я бы не принимал таких решений, давно бы создал себе отношения и без всяких отговорок, причин и внутренних построений находился бы в этих отношениях. Всё остальное — это выдумки, которые я сам себе придумал.<br />То есть это процесс в уме. Ты уже находишься на той стадии, где всё было проиграно, а затем перекинулось на тело. Если смотреть глобально, это уже следующая стадия умственных игр, где ты пытаешься избавиться не просто от отношений, а от самих гормонов, от самой тяги, от корневой, изначальной причины того, почему тебя тянет. Причём избавиться уже не только в голове, а физиологически.<br />В голове ты можешь быть вполне адекватным, спокойным и рациональным, но это не отменяет программы и не отменяет всего бессознательного, внутри которого ты продолжаешь выполнять в этом пространстве свой личный процесс. С точки зрения коллективного существа, если у тебя нет ресурса иметь отношения, то уже неважно, есть у тебя половая система или её нет. Ты внутри этой системы становишься такой шестерёнкой, которая не создаст отношения, но свою работу всё равно чётко выполняет.<br />Ты всё равно находишься внутри системы, а что у тебя есть или чего уже нет, что отказало, что исчезло или что перестало работать, систему по большому счёту не волнует. Какая разница, если отношения ты не создаёшь в любом случае? Ты не создавал их, пока всё было нормально, и продолжаешь не создавать их сейчас, когда что-то уже отказало. Тебе в любом случае не всё равно, а существу всё равно, что там происходит на этом частном уровне.<br />Это и есть умственная игра, целое пространство внутри коллективной сущности, которое выделено под все эти взаимоотношения человека. Та самая любовь, которая почти у всех стоит на первом месте: Бог — это любовь, самое важное в жизни — это любовь, везде эта пресловутая любовь. Но никто не хочет смотреть на реальность, за которой находится не любовь, а отсутствие целостности, которое мы назвали любовью.<br />Именно поэтому возникают эффекты, которые мы получаем от соединения как психологического, так и физиологического характера, особенно тогда, когда на всё это хватает ресурсов.</p> <p>Уровень 5<br />Эта идея о том, что всё это пространство существует потому, что мы какой-то уровень оставили, ушли с него, потеряли его и отказались от него, проявляется в природе везде одним и тем же образом. Любое физиологическое проявление, любое устройство организма, любые органы и системы можно рассматривать через эту же логику. Это касается не только взаимодействия человека с человеком, но и всего остального: зрения, слуха и всех органов восприятия, которые нужны для того, чтобы компенсировать отказ от восприятия.<br />С помощью глаз и ушей ты видишь, слышишь и можешь взаимодействовать с реальностью. Но зачем они нужны? Это тоже деструктивные программы, которые необходимы для того, чтобы в пространстве, где ты отказался от прямого восприятия и опустился на уровень физиологии человека, ты мог бы вообще хоть как-то взаимодействовать с реальностью. Принцип здесь точно такой же: глаза существуют потому, что ты отказался от восприятия, и внутри этого пространства тебе необходимы различные механизмы и системы, чтобы компенсировать этот отказ.<br />Скорее всего, существо на любом уровне пытается выполнить одну и ту же программу — программу некой целостности, точнее программу имитации некой целостности. Несмотря на то что направления деятельности могут быть разными, ты всё равно имитируешь свой предыдущий уровень. На предыдущем уровне существо делает то же самое, имитируя ещё более ранний уровень, а на уровне до этого снова происходит имитация предыдущего состояния. Вся Вселенная в этом смысле — это существо, которое продолжает быть самим собой, но на каждом следующем уровне ниже оно вынуждено всё больше и всё более странным образом выполнять программы, чтобы продолжать быть самим собой.<br />Игра в человека — это тоже выполнение этих глобальных идей, это проявление той же самой программы, которая, опускаясь на человеческий уровень, начинает выглядеть настолько странно. Животные по сравнению с человеком выглядят совершенно иначе, но программы в целом остаются такими же глобальными: то же тело, те же взаимоотношения, тот же процесс взаимодействия с реальностью. Понятно, что у животных нет человеческого социума, там существуют более простые иерархии и формы взаимодействия, но глобальные механизмы, включая физиологию, в точности повторяют сам этот принцип.<br />Любой организм на планете пытается повторить, точнее сымитировать, какую-то целостность, то состояние, в котором он находился на уровне выше. Даже на уровне атомов можно увидеть тот же принцип: взаимодействия между атомами, микроскопические силы на малой дистанции, гравитация на глобальных уровнях, притяжение тел друг к другу — всё это проявляет тот же механизм. Везде присутствует какая-то компенсация, какая-то попытка сымитировать целостность и компенсировать отсутствие чего-то утраченного.<br />У человека, у мужчины, стремление найти себе женщину, создать семью и иметь детей тоже является стремлением к некой целостности, потому что именно пространство семьи воспринимается как форма этой компенсации. Этот механизм внушается с детства: ты сам ребёнок, ты родился в семье, и, став взрослым, ты по этой же логике будешь стремиться к тому же самому состоянию, к тому же глобальному смыслу, внутри которого находился в детстве и благодаря которому родился.<br />Ты тоже будешь стремиться создать семью и детей, потому что это состояние присутствует у всех. Все пытаются реализовать, сымитировать или компенсировать какую-то целостность. Пространство, в котором родился ребёнок, остаётся на всю жизнь, и когда ребёнок вырастает, он продолжает внутри этого пространства делать то же самое, что делали родители. Никаких принципиальных изменений здесь нет, потому что по-прежнему действует тот же самый механизм компенсации.</p> <p>Уровень 6<br />Состояние, в котором существо было до того, как сюда деградировало, можно рассматривать как состояние, где ему ещё никто не нужен в плане взаимоотношений. Тебе сейчас кто-то нужен именно потому, что без этого человека, без этой программы, тебе больно быть самим собой. Это и есть кластер боли: твоё обычное нормальное состояние, в котором у тебя нет никаких взаимоотношений, начинает восприниматься как нехватка, пустота и невозможность.<br />Что является причиной самого начала этого процесса? Когда ребёнок проходит стадию взросления и входит в юность, гормональные изменения делают его состояния болезненными. Его прежняя беспечность начинает приносить боль. Он был беспечным, но теперь эти же состояния начинают восприниматься иначе, потому что ему больно оставаться беспечным ребёнком дальше. Ему станет не больно только тогда, когда он выполнит эту программу и кого-то себе найдёт.<br />Кластер боли возникает там, где прежде было ресурсное состояние детей, которые ещё не знают об этих отношениях, у которых нет этой боли, нет включённых гормональных программ, а есть только беспечность. Затем это состояние сменяется ощущениями, страданиями и гормональными процессами в теле, и всё прежнее ресурсное состояние, в котором ты даже не знал, что тебе кто-то нужен, начинает заменяться кластером боли. Ты нормально себя чувствовал, у тебя вообще не было такой потребности, но затем включается программа, и дальше ты уже бежишь от этого кластера боли, прибегая либо в отношения, либо в ум, либо ещё в какие-то приятные или неприятные ситуации.<br />Сама логика здесь указывает на уровень, где существо ещё не включилось в эту программу, не закластеризировало само себя, своё текущее состояние и своё существование в целом. Программы взаимоотношений включаются после детства, а само детство ещё представляет собой некую беспечность, некое отсутствие этой программы. Это уровень, где ты не знаешь, что тебе кто-то нужен, потому что сама программа ещё не включилась.<br />Пока программа не включилась, дети не чувствуют ничего из того, что позже начинает определять взрослого человека. Триггеры ещё не активировались, соответствующие состояния ещё не включились, физиология ещё не начала работать в этом направлении. Состояние беспечности и есть тот ресурсный уровень, где ты не играешь в эту программу, не выполняешь идею страдания, не выполняешь кластеры боли, не чувствуешь дефицит, тягу, муку и боль отсутствия отношений.<br />Это своеобразная боль самих программ, потому что, когда всё это включается, мы теряем некую свободу, и именно это становится несвободой. Ты уже не можешь существовать без этого, и механизм здесь ничем не отличается от наркотической зависимости: тебе это нужно, потому что без этого тебе плохо. Твоё обычное здоровое состояние становится для тебя болезненным, и дальше ты от него бежишь в какие-то деструктивные программы.<br />Наркотик не просто создаёт зависимость от самого наркотика; он делает всю остальную жизнь без него мучительной и невыносимой. Мы зависим не столько от препарата, сколько от того, что вся наша жизнь без него превращается в кластер боли. То же самое происходит и здесь: состояние, в котором человек не имеет отношений и они ему не нужны не потому, что он отказался от них, а потому, что он ещё не создал себе эти программы, позже само становится кластером боли. И дальше мы уже вынуждены убегать от этих кластеров в те программы, которые кажутся компенсацией.</p> <p>Уровень 7<br />Это уровень более технический, и он касается не столько взаимоотношений, сколько вообще любых текущих состояний человека. Получается, что любое текущее состояние всегда является болью, от которой ты стремишься сбежать в какую-то точку Б. Например, вопрос денег: почему они тебе нужны? Потому что сейчас, в текущем моменте, тебе без них по разным причинам больно, и твоё текущее состояние является самым настоящим кластером боли.<br />То же самое касается отношений: моё и твоё текущее состояние являются кластером боли. Даже текущее состояние успешных людей с позиции отношений между мужем и женой тоже является кластером боли, потому что выполнение этих деструктивных программ и есть способ эту боль не чувствовать. Вот человек играет в игру: женщины — это множество проблем, они создают напряжение и перегружают психику, а мне не нравится, когда меня этим перегружают, поэтому женщины мне не нужны. И я играю в такую игру.<br />Но почему у меня вообще есть такие мысли? Если бы я был по-настоящему свободен, у меня бы этих мыслей не было, и я бы об этом не думал. А раз я об этом думаю, раз я произвожу в голове различные махинации на эту тему, значит, моё текущее состояние болезненно именно из-за того, что у меня нет отношений. Или мне больно быть самим собой, больно быть мужчиной, и, чтобы сбежать от этой боли, нужны отношения. Женщины имеют такие же программы: быть женщиной больно, и, чтобы сбежать от этой боли, женщине нужны взаимоотношения с мужчиной.<br />Этот принцип проявляется во всём. Любая твоя текущая точка в разных слоях, любое твоё состояние в социуме, в личности и в теле всегда является кластером боли. Прямо сейчас это кластер боли, но прямо сейчас тебе удаётся от этой боли сбежать в какую-то игру, пусть даже умственную, пусть только в голове. Ты сбежал, успокоился, переключился на следующий кластер боли, затем там тебе снова стало больно, ты опять что-то сделал, что-то придумал, тебе снова полегчало, и внимание снова переключилось на очередной кластер боли.<br />Именно такой механизм постоянного выполнения деструктивных программ и является деградацией. Вчера было больно, что нет отношений, и ты создал себе иллюзорную конструкцию. Сегодня снова стало больно, что отношений нет, и ты снова создал себе такую же конструкцию. Завтра опять будет больно, что отношений нет, и ты снова что-то придумаешь, чтобы временно не чувствовать эту боль. Так это и движется по кругу.<br />Если тебе хватит ресурсов жить так до конца жизни и бесконечно перегружать себя умственными играми, тогда эта схема будет поддерживаться как будто бы нормально. Просто ты уже опустился на уровень, где даже эти умственные игры начали прекращаться, и все процессы вышли на новый уровень. Если раньше у тебя были ресурсы, чтобы оставаться физически здоровым и при этом заниматься внутренними умственными построениями, то теперь ресурсов на это уже не хватает, поэтому всё перешло на уровень 7, где начинается разрушение тела. То есть тебе по-прежнему больно так же, как и двадцать лет назад, но теперь от этой боли можно сбежать через атрофирование органов и атрофирование потребностей.<br />Это тот случай, когда человек отказывается уже от самой способности, чтобы не чувствовать боли. Если способности нет, то как будто бы нет и боли. Но в этом и заключается ловушка: даже отказавшись физиологически от проявлений этой программы, ты не избавишься от самой боли. Боль всё равно останется, просто неизвестно, какой она станет на следующем уровне и во что она дальше выльется.<br />Любое наше текущее состояние всегда является кластером боли. Оно началось ещё до воплощения и сейчас продолжается, потому что по сути ничего не поменялось. Меняются только деструктивные программы, через которые мы пытаемся бежать от этих кластеров, а сама своеобразная несвобода остаётся.<br />То же самое можно увидеть на примере зрения. Есть большой кластер боли, связанный с тем, что у тебя нет прямого восприятия, и тебе прямо сейчас больно от того, что этого восприятия нет. Что ты делаешь? Ты поддерживаешь существование слуха, зрения, обоняния, осязания и других способов восприятия, чтобы компенсировать отсутствие того уровня, от которого когда-то был совершен отказ.</p> <p>Уровень 8<br />Взаимоотношения — это полностью программы социума, умственные программы уровня коллективной сущности. Само физиологическое взаимодействие, когда люди занимаются сексом и создают детей, относится к чистой физиологии. Даже наше здоровье во многом связано с программами действия, а весь этот деструктивный процесс находится на уровне ума: на уровне ума человека, на уровне ума коллективной сущности, на уровне воображения. Личность, социум, социальные игры, игры «мужчина — женщина» — всё это умственные программы.<br />Есть сам процесс, чистая физиология, когда мужчина взаимодействует с женщиной и потом появляется ребёнок, а есть всё остальное — огромное пространство деструктивных умственных программ внутри самой коллективной сущности. Поэтому прямо сейчас, с одной стороны, то, что у тебя нет отношений, является социальной игрой, а с другой стороны, то, что происходит с твоим организмом, — это уже твоя умственная игра. Ты выполняешь два процесса одновременно: с одной стороны, отказываешься от отношений на уровне социума, потому что тебе как будто было предопределено, что у тебя их не будет, а с другой стороны, формируешь своё личное отношение к этому отказу.<br />Почему, зачем, по какой причине, какие объяснения ты себе даёшь — всё это уже способ обманывать самого себя, объясняя себе, почему у тебя не было отношений. Ты фантазируешь, не видишь реальности, не видишь, какие ресурсы у тебя были с самого начала, а их у тебя и не было, поэтому ты эти отношения и не создаёшь. Но своё личное отношение к этому, умственные программы и все эффекты от выполнения этих деструктивных программ ты реализуешь уже в организме, особенно тогда, когда это проявляется через психосоматику.<br />Как происходит само влияние деструктивной программы на организм? Чтобы возникла какая-то проблема в теле, особенно в мочеполовой системе, тебе не нужно, чтобы мозг силой мысли прямо на что-то воздействовал. Есть задача, и эта задача была поставлена много лет назад. Как организму с расчётом на десятилетия выполнить задачу хронической болезни? Когда-то давно буквально одна, две или три нейронные сети каким-то образом включились, и кровоток в эту область стал немного хуже, всего на малую долю процента. Но за несколько десятилетий эта малая доля постепенно накапливалась.<br />Это похоже на реку: она была полноводной, но здесь по проценту забрали, там по проценту забрали, и так происходило постоянно, пока постепенно она не пересохла. Мозг произвёл какие-то микроскопические доли влияния, которые затем по эффекту домино или по нарастающей привели к атрофированию. Вариантов здесь может быть очень много, особенно если речь идёт о сверхдолгосрочных болезнях. Всё это могло начинаться пятнадцать или двадцать лет назад, и ты мог абсолютно ничего не почувствовать. Как можно почувствовать, что какой-то сосуд стал немного уже, а кровоток уменьшился на долю процента?<br />Потом в одном месте погибла на одну клетку больше, чем должно было погибнуть, в другом клетки начали получать меньше ресурсов, они не погибли полностью, но стали хуже работать. А если они хуже работают, то постепенно меняют свою физиологию, привыкают к этому состоянию, и в результате формируется дисфункция. Вариантов того, как испортить свой организм и десятилетиями этого не замечать, огромное количество, потому что изначально была поставлена такая задача. Таким образом мы сами создаём себе болезни, и эти болезни появились не месяц назад, а разворачивались годами или десятилетиями. Человек замечает их только тогда, когда становится больно или когда он буквально обнаруживает уже сформированное последствие.<br />Раковые болезни работают по сходной логике: организм постоянно выводит изменённые клетки, и каждый день их появляется множество, но в норме организм с этим справляется. Раковые клетки — это клетки с изменённым геномом; при делении клетки могут повреждаться, ломаться или формироваться неправильно. Каждый день образуются такие клетки, но в какой-то момент организм перестаёт правильно их распознавать, и опухоль начинает разрастаться. Организм как будто не видит её, точнее, он видит эти клетки, но не распознаёт их как неправильные.<br />Это происходит буквально на клеточном уровне, на уровне белков и биохимии, но принцип остаётся тем же. Клетка может уйти в микроскопическое отклонение, организм этого не распознаёт, и в результате формируется болезнь. Иммунитет просто не будет воспринимать раковую клетку как раковую. Те же принципы можно увидеть и в других телесных процессах: клетка является неправильной, но организм эту неправильность не воспринимает и не трогает. В этом смысле в теле существует множество способов заболеть и испортить себе жизнь, если такая задача уже поставлена.<br />Это тоже можно рассматривать как действие коллективной сущности: она ставит задачу, а клетки понемногу, через многие поколения и процессы, развивают болезнь. То же самое происходит на уровне социума и самого человечества. Тебе с самого начала была поставлена задача не иметь никаких отношений, и ресурсов на это у тебя не было, соответственно, всё так и происходит. Даже если мы это проработаем, отношения всё равно не появятся автоматически, потому что ресурсов у тебя на них нет.<br />Пространство, в котором мы всеми этими вещами занимаемся, и все деструктивные программы, которые мы выполняем, являются программами ума. Есть просто здоровая физиология мужчины и женщины, а есть всё остальное, что было придумано за всю историю: умственные игры в любовь, взаимоотношения, семью и правильность. Мы всё же остаёмся животными, но что такое семья в человеческом представлении? Это как будто очень правильная модель: один партнёр, дети, устойчивое пространство.<br />А как это работает в дикой природе? Если ты самый красивый, самый быстрый и самый сильный, то вокруг появляется множество желающих продолжить от тебя род, а слабые и хилые никому не нужны. Это обосновано логикой эволюции, и с человечеством этот принцип тоже должен был бы работать похожим образом. Но человечество начало создавать различные институты, социальные конструкции и умственные игры, поэтому все играют в семьи, в правильные формы отношений, в моногамию, многожёнство или множественные формы партнёрства. Всё это тоже является умственной игрой, но уже игрой всей коллективной сущности.</p> <p>Центральная точка<br />Существо и любой организм без надобности и без боли не будут двигаться ни в каком направлении. В этой Вселенной движение присутствует только там, где есть боль, и сама идея любого движения в этом смысле является чем-то противоестественным, возможным лишь при наличии кластера боли, направленного в определённую сторону. Все наши взаимоотношения и всё пространство взаимоотношений мужчины и женщины основаны исключительно на кластерах боли. Если не будет кластеров боли, не будет и никаких взаимоотношений, потому что весь механизм держится именно на этом.<br />Эти кластеры боли, связанные с взаимоотношениями, присутствуют на уровне коллективной сущности. Именно с позиции коллективной сущности необходимо, чтобы существовали тяга, боль и вместе с ними все деструктивные процессы. Это можно сравнить с организмом: на основе чего он работает? На том, что клеткам постоянно чего-то нужно. У клеток есть множество потребностей, и клеткам всегда больно, поэтому их необходимо постоянно снабжать ресурсами, чтобы они что-то делали, двигались и совершали работу. Весь организм существует на основе того, что текущее состояние каждой клетки является кластером боли, и, сбегая от этого кластера боли, клетка выполняет все свои клеточные программы.<br />Тот же самый механизм действует и здесь. Благодаря тому, что между мужчиной и женщиной каждое состояние является большим кластером боли, возникает постоянное движение в строго заданных направлениях: постоянные взаимоотношения, постоянные формы соединения, которые приводят к регенерации всей коллективной сущности через создание новых людей. Иначе мы бы просто не двигались в этих направлениях вообще. Именно благодаря тому, что существуют кластеры боли, продолжает существовать коллективная сущность.<br />Если бы все мужчины и женщины резко перестали поддерживать этот кластер боли и сбегать от него, то всё закончилось бы. Человечество в течение одного поколения прекратило бы своё существование, потому что, если у тебя не будет потребности, ты никого не будешь искать и не будешь ни с кем создавать продолжение рода. Коллективная сущность не желает просто умирать, и с её позиции необходимо, чтобы в каждом человеке, в каждой клетке, в каждой частной сущности был кластер боли. Именно поэтому эти кластеры создаются, и поэтому происходит специфическое создание кластеров боли в начале воплощения.<br />Вся экономика также основана на нашем сверхпотреблении. Современная Европа, Америка, Азия в значительной степени основаны на сверхпотреблении, потому что у каждого человека есть боль, требующая постоянного потребления. Если бы этого не было, современной экономики в нынешнем виде тоже не существовало бы. Все вещи, которые мы используем, являются следствием сверхпотребления, когда в дело включается не физиология, а уже умственные избыточные конструкции. Отсюда и возникает эффект сверхпотребления.<br />То же самое происходит и с отношениями. Благодаря кластерам боли возникает взаимодействие, создаётся пространство взаимодействия, появляются деструктивные программы, и таким образом коллективная сущность продолжает жить, не заканчивается и не останавливается. С кластерами боли в организме действует тот же принцип: клеткам постоянно больно, они выполняют деструктивные процессы, чтобы от этой боли сбежать, и ты благодаря этому существуешь. Пока у клеток есть ресурсы совершать эти процессы, ты живёшь. Получается, что механизм везде один и тот же, различаются только масштабы, а фрактальность остаётся прежней.<br />Просто в организме нет мужских и женских клеток, там всё работает немного иначе. Клетка перед делением тоже чувствует какую-то боль, и сбежать от неё может только через деление. Здесь всё время текущее состояние является кластером боли. Куда бы ты ни посмотрел, везде обнаруживается кластер боли, а рядом с ним всегда существуют соответствующие методы и программы побега от этих кластеров. В этом и заключается весь смысл происходящего.<br />Это выполнение более глобальной деструктивной программы, в которой мы уже не просто не являемся полноценными участниками, а в которой мы буквально оказываемся почти ничем. Есть ты как человек, есть твой организм, есть клетки, которые где-то внутри чего-то делают, а тебе обычно не до них, потому что у тебя есть свои человеческие игры. Так же устроены и уровни программ: люди являются частями, клетками какого-то большого организма, который занимается своими странными задачами и своими странными деструктивными программами.<br />Вся жизнь на планете в этом смысле похожа на один большой паразитический организм. Когда первая бактерия появилась на планете, она начала разрастаться, усложняться, совершенствоваться, захватывать всё новые сферы и переваривать ресурсы. Теперь на планете существует как будто одна большая бактерия, которая захватила все ниши экосистемы. Идея эволюции как раз и заключается в том, чтобы занимать все ниши экосистемы и там заниматься перевариванием ресурсов.<br />Человечество является одним из этапов этой большой коллективной сущности, причём существуют коллективные сущности ещё большего масштаба, чем отдельные страны, и есть коллективные сущности на уровне самих стран. Если посмотреть на уровень планеты, то она тоже является огромной коллективной сущностью, поделённой на меньшие коллективные сущности в виде отдельных царств, видов и внутренних групп. Внутри этих видов происходит деление на ещё более мелкие образования: например, есть волки как вид, а есть отдельные стаи волков.<br />Везде действуют фрактальные системы, и везде маленькие клеточки в своей общей массе не замечают, что являются функционалом какого-то большего тела. В контексте сегодняшней темы взаимоотношения мужчины и женщины оказываются одним большим деструктивным механизмом внутри коллективной сущности. Мы застряли внутри этого механизма, и каждый занимается своим частным процессом, не видя всей структуры, в которую он включён.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой развернутое исследование программы взаимоотношений мужчины и женщины как одного из механизмов компенсации утраченной целостности. Исходной точкой становится личное решение, принятое в раннем возрасте: отказаться от сближения с девочками, а затем фактически отложить тему семьи, отношений и взаимодействия с женщинами на неопределённый срок. Однако далее этот частный эпизод рассматривается не как отдельная психологическая реакция, а как проявление более глубокой программы разделения, в которой существо утрачивает исходную целостность и начинает искать её имитацию через тело, отношения, сексуальность, семью и социальные формы взаимодействия. <br />Основная линия документа строится вокруг идеи, что взаимодействие мужчины и женщины является не только социальной или физиологической программой, но и попыткой восстановить состояние, которое было потеряно на более высоком уровне. Секс, любовь, семья, поиск «половины», потребность в отношениях и чувство одиночества описываются как формы имитации целостности, возникшие после разделения на «я» и «другое», на мужское и женское. При этом сама программа отношений рассматривается как деструктивная не потому, что отношения плохи сами по себе, а потому, что они возникают уже внутри пространства дефицита, боли и необходимости компенсации.<br />В уровнях 1–2 раскрывается природная и эволюционная логика разделения на мужское и женское. Продолжение рода, семья, сексуальное влечение и взаимное притяжение описываются как естественные для человека и природы программы, через которые коллективная сущность обеспечивает воспроизводство жизни. Деление на полы рассматривается как более эффективный механизм скрещивания, перемешивания признаков и адаптаций, но одновременно как отказ от целостности, поскольку каждая половина вынуждена выполнять только один спектр программ и подавлять противоположный.<br />В уровнях 3–4 акцент переносится на состояние до формирования программ взаимоотношений. Здесь исследуется уровень, на котором ещё нет личности, тела, пола, социальной игры, потребности в отношениях и физиологической тяги. Любовь, сексуальность, удовольствие и эмоциональное притяжение рассматриваются как эффекты имитации восстановленной целостности. При наличии ресурса человек реализует эти программы в реальности, а при отсутствии ресурса переносит их в умственные конструкции, объяснения, фантазии и внутренние игры.<br />В уровне 5 тема расширяется до универсального принципа компенсации: не только отношения, но и органы восприятия, физиология, тело, животные формы жизни, атомные взаимодействия и даже гравитация рассматриваются как разные уровни имитации утраченного состояния. Зрение и слух, например, понимаются как механизмы компенсации отказа от прямого восприятия. Вся Вселенная в этом контексте описывается как существо, которое на каждом нижележащем уровне вынуждено всё более сложными и странными программами имитировать прежнюю целостность.<br />В уровнях 6–7 центральной становится идея кластера боли. Состояние детской беспечности описывается как уровень, где программа отношений ещё не включена, а потребность в другом человеке ещё не создана. Затем гормональное взросление превращает прежнее спокойное состояние в боль, дефицит и необходимость искать компенсацию. Документ проводит параллель с зависимостью: не объект сам по себе создаёт зависимость, а жизнь без него становится болезненной. Любое текущее состояние человека рассматривается как кластер боли, от которого он вынужден бежать в точку Б — в отношения, деньги, умственные игры, физиологические компенсации или отказ от самих способностей.<br />В уровне 8 взаимоотношения рассматриваются как программы ума, социума и коллективной сущности. Физиологический процесс продолжения рода отделяется от огромного пласта социальных, личностных и умственных игр, связанных с любовью, семьёй, правильностью, объяснениями и самообманом. Отдельно проводится линия психосоматики: долгосрочные телесные нарушения описываются как результат очень медленного выполнения деструктивной программы, которая годами и десятилетиями меняет физиологию через малые, почти незаметные сдвиги.<br />Центральная точка обобщает весь документ через принцип движения как следствия боли. Существо или организм без боли и необходимости не движется, поэтому вся система взаимоотношений мужчины и женщины существует благодаря кластерам боли, которые заставляют людей искать друг друга, создавать связи, вступать в сексуальное взаимодействие и обеспечивать продолжение коллективной сущности. Та же логика переносится на организм, клетки, экономику, сверхпотребление, эволюцию, виды, стаи, страны и планету как фрактальные уровни одного большого механизма. Итоговая мысль документа заключается в том, что отношения мужчины и женщины являются не самостоятельной романтической реальностью, а деструктивным механизмом внутри коллективной сущности, где каждый частный человек выполняет свой процесс, не видя всей структуры, в которую он включён.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 30 Jul 2026 07:16:37 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17663#p17663 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17662#p17662 <p><strong>Растрата ресурсов и потенциала на стремление жить и существовать</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация<br /></strong><br />Документ исследует страх смерти как универсальную фоновую программу, лежащую в основании жизненного пространства и проявляющуюся как боль несуществования. Через уровни 1–8 раскрывается механизм, в котором любое стремление сбежать от исчезновения в существование становится точкой Б, требующей расходования ресурсов и ведущей к деградации, сужению восприятия и кластеризации пространства. Центральная идея текста заключается в том, что существо, пытаясь любой ценой сохранить существование, постепенно тратит само себя и тем самым делает несуществование всё более реальным.</p> <p><strong>2022_04_22</strong></p> <p>Тема — сам страх смерти как определённый инстинкт, который изначально вкладывается во всё живое, потому что иначе живые существа просто не смогли бы выжить. Это снова можно назвать условно естественной функцией, которая на человеческом уровне превращается уже в абсолютно гипертрофированный и парализующий фактор. Одно дело, когда животное боится смерти, и этот страх постоянно существует фоном как часть системы выживания, но совсем другое дело, когда в человеческом существе страх смерти начинает практически парализовывать само восприятие, прерывать движение и отключать человека от возможности нормально взаимодействовать с происходящим.<br />Условно говоря, человек просто вырубает страх, и вместе с этим смерть как тема прерывается каким-то абсолютно гипертрофированным способом. Но сейчас мы будем рассматривать не это, а то, что такое страх смерти вообще, даже в принципе, даже как естественная функция. Это точка А: я боюсь умереть. Точка Б будет не просто состоянием «я не боюсь», а чем-то вроде вечной жизни, гарантии отсутствия смерти, гарантии отсутствия угрозы жизни, то есть всеми этими глюками, абсолютно глючными конструкциями. В этой парадигме точка Б является тотальным глюком, и под этим глюком у каждого находится что-то своё, но если смотреть в целом, то получается какая-то гарантия того, что угрозы жизни нет, что это не конец, что душа бессмертна или что существует ещё какое-то продолжение.<br />Получается такое пространство: здесь я боюсь смерти, здесь меня смерть настигает, а точка Б — это необходимость двигаться туда, где смерть минимизирована до какого-то нулевого уровня, где этого страха смерти как будто бы уже нет. Но речь идёт не о том, чтобы убрать сам страх смерти, потому что убивание страха смерти уже было бы действием внутри точки А, а о попытке сбежать от страха смерти через достижение какого-то состояния, где самой смерти вроде бы нет. То есть исчезает не страх, а как будто исчезает сама смерть как состояние, и поэтому из-за этого должен исчезнуть страх; важно видеть эту разницу. Человек пытается достичь какого-то состояния, где будет гарантия, что он не умрёт, не погибнет, что ему ничто не будет угрожать, и поэтому у него якобы не будет самого страха смерти.<br />Это условно похоже на ситуацию со страхом бедности: вместо того чтобы прорабатывать сам страх бедности, человеку нужно заработать миллиард, чтобы у него не было страха бедности. Я не знаю, насколько это точный пример, потому что у меня такого страха нет, но как более простой вариант он показывает, как работает этот механизм. Смысл не в проработке самого страха как такового, а в попытке решить проблему путём достижения такой внешней или внутренней точки Б, где причина страха как будто должна исчезнуть. Именно так люди обычно и собираются решать свои проблемы со страхами: не работать со страхом непосредственно, а построить такую реальность, где этот страх как будто больше не должен возникать.<br />Но это тоже ошибка, потому что на текущем уровне работа со страхом очень часто превращается в убивание в себе чувствительности. Поэтому все эти практики работы со страхом тоже не работают, если они построены только на режиме «убить в себе страх». Реальная работа на самом деле связана не с уничтожением самого страха, а с работой с программами, которые этот страх создают, где сам страх является только одной из частей более общей программы.<br />По факту получается, что точка А — это всегда реальность человека. Каждая точка А и есть та реальность, которую человек создаёт, поддерживает и выполняет через программу. Создавая страх смерти, мы по сути поддерживаем и выполняем программу движения, потому что во всех программах действует один и тот же принцип: точка А — это реальность, а точка Б — это то, куда хотелось бы сбежать или чего хотелось бы достичь. Но, выполняя эту программу, мы одновременно и движем её дальше.<br />Создав в себе пространство страха смерти, мы своими силами поддерживаем эту реальность, выполняем соответствующую программу и тем самым создаём реальность смерти. Выполняя эту программу, мы её приближаем, потому что каждый день понемногу умираем именно внутри этого программного движения. И чем сильнее человек выполняет эту программу, тем сильнее он её реализует и планирует, именно в контексте самой программы. В целом у всех программ один и тот же принцип: точка А всегда является реальностью, которую мы создаём внутри своей программы.<br />Чем сильнее мы пытаемся сбежать из точки А в какую-то точку Б, тем сильнее выполняем программу и тем сильнее делаем реальной саму точку А. Так работает программа: каждая программа по факту является созданием своей собственной реальности, то есть реальности точки А, а точка Б всегда выступает вектором выполнения этой программы, с помощью которого мы продолжаем создавать точку А. Чем сильнее человек пытается сбежать от страха смерти, тем сильнее он создаёт себя внутри этого страха, тем сильнее и страшнее себя убивает, потому что само пространство страха смерти уже предполагает создание какой-то точки Б, какой-то иллюзии, где у меня этого страха и смерти якобы нет.<br />Эту умственную программу я вижу как стандартную схему: есть проблема, есть решение проблемы, и через это решение ты просто деградируешь, потому что всё происходит в глюках. А глобально эта программа является именно программой умирания, программой постоянного поддержания движения к смерти. В ней важны секунды умирания, потому что каждый цикл программы — это какое-то частичное умирание. Технически можно спросить, является ли любая программа такой или это относится только к программе, связанной со смертью. Здесь речь именно о программе, связанной со смертью, именно о программе, построенной на базе страха смерти.<br />Тогда точка А в таком случае звучит как «я по факту умираю», и я боюсь не просто чего-то абстрактного, а именно смерти. Я боюсь смерти, и это как раз уже то, что называется естественной программой, то есть той программой, которая на уровне инстинкта закладывается изначально, когда ты рождаешься в этой жизни живым существом. Даже дерево, даже растение каким-то образом участвует в этой программе, если смотреть не только человечески, а в более широком смысле живого.<br />Это программа, которая кажется естественной с точки зрения тела, ДНК и самой жизни, потому что у нас есть ДНК, у живого вообще есть страх, если смотреть на это в более глобальном смысле. Но если смотреть ещё глубже, то где-то здесь производится сама ценность жизни. Если рассматривать это ещё более глобально, то есть существо, которое вынуждено создать здесь некую часть жизни, некую иллюзию или имитацию собственного существования. Я не существую, но я существую как жизнь, как некое создание, хотя само это уже является деградацией.<br />Потом возникает страх потерять ценность этого созданного пространства, этой имитации существования, где ценность созданной жизни становится выше, чем само существование существа. Глобально это больше похоже на программу: я не существую, но я существую. А раз я уже начал в чём-то существовать, то для того, чтобы продолжать существовать, нужно что-то создать, по сути опуститься на уровень ниже, и затем это опускание на уровень ниже начинает постоянно воспроизводиться.<br />Когда я создал что-то, чтобы существовать, появляется страх это потерять, и именно это становится страхом смерти. По сути, это постоянное уничтожение себя через движение ниже, ниже, ниже и ниже. Сначала возникает страх несуществования, потом возникает страх того, что созданное может погибнуть, и страх смерти становится страхом потерять то, что уже создано и за что нечем удержаться. Сам этот страх, сама ценность жизни приводит к тому, что ты как раз начинаешь убивать эту жизнь.<br />На войне часто бывают такие люди, которые как будто безрассудно идут навстречу смерти, но именно поэтому выживают в самых сложных ситуациях. У них эта программа просто слабее, они меньше её драматизируют, и поэтому она меньше управляет их действиями. И наоборот, чем больше человек драматизирует страх смерти, тем больше у него шансов погибнуть, потому что он сильнее выполняет саму программу.<br />Важно понимать, что проработка этого механизма не означает, что человек станет равнодушным к жизни, начнёт искать смерть или превратится в безответственного пофигиста. Наоборот, человек не будет искать смерти, потому что сейчас мы работаем уже на таком уровне, где прорабатывается даже то, что кажется естественным. Я начал говорить, что естественное — это как один уровень, но если посмотреть выше, то и оно тоже оказывается деструктивной программой.<br />Естественное — это тоже функция, но одновременно это и часть деструктивной программы, определённый этап программы. Если смотреть ещё выше, то очередное «естественное» оказывается просто частью общей программной структуры. На самом деле всё это является частью программы, даже если на нижнем уровне оно воспринимается как нечто нормальное, природное и необходимое.<br />Вначале может показаться, что речь идёт об обычном бытовом естественном страхе, который нужен для того, чтобы человек не влипал во всякие опасные истории и как-то сохранял себя. Но при более глубоком рассмотрении становится видно, что это не просто физиологическая или бытовая вещь, а гораздо более эфемерная и одновременно более фундаментальная программа, в которой страх смерти становится способом поддержания самой реальности умирания.</p> <p><strong>Уровень 1</strong></p> <p>Здесь первый уровень — это скорее глобальный страх, такая общая боязнь существа в целом, которая присуща всем существам на любых уровнях. Если говорить проще, это боязнь исчезнуть. В нашем случае она воспринимается как страх смерти, но если брать глубже, то сам этот страх на самом деле звучит именно как страх исчезновения, по принципу не просто «меня нет», а как стирание, исчезновение самого состояния существования, как некая точка или специфический уровень, на котором существо сталкивается с возможностью собственного исчезновения.<br />У всех он присутствует как основная фоновая программа, и дело в том, что эта программа как будто висит или находится в самой позиции, в самой точке А, распространяясь на всё жизненное пространство. В принципе, в любом жизненном пространстве есть эта идея, потому что сейчас я смотрю и вижу, что на всех уровнях существует страх смерти, боязнь несуществования, боязнь исчезновения. Любой уровень существа, любое жизненное пространство, любое ресурсное место — везде есть это состояние, и, пожалуй, оно распространяется даже на всю Вселенную, потому что это одна из глобальных идей: во Вселенной на всех уровнях что-то существует, а если что-то где-то существует, значит, у него в любом случае есть этот страх исчезнуть и перестать существовать.<br />На любом из уровней, в любых формах — будь то планеты, солнечные системы, бактерии, вирусы или какие-то другие структуры — везде повторяется одна и та же идея: я боюсь исчезнуть. Это страх как общее эфемерное состояние, не конкретизированное до отдельного комплекса, а именно само состояние, жёсткая позиция, которая лежит в основании существования. Соответственно, само состояние страха смерти как точка А задаёт исходное напряжение, и поскольку всё жизненное пространство расходится или начинается уже после этой точки, на уровень ниже, то любая точка Б, любая программа и любой имплант всегда оказываются на ступень ниже. Пытаясь сбежать от страха смерти и исчезновения, ты всё, что будешь делать, будешь делать уже на уровне ниже.<br />То есть и умственные игры, и программы на уровне ума, и программы на уровне личности человека — всё это является различными вариантами точки Б. Например, банальное стремление оставить после себя потомство — это тоже одна из таких точек Б, только уже на уровне личности. Я умру, это понятно, но зато останутся дети, потом их дети, потом ещё кто-то, и таким образом существо на уровне всей цивилизации играет в большую умственную игру, где если после тебя кто-то остаётся, то ты как будто не исчезаешь полностью. Поэтому всё и стремится к размножению, по крайней мере в человеческом мире это очень заметно.<br />Любая точка Б в этой структуре по сути является деградацией на уровень ниже самого исходного состояния. Что бы ты ни делал, на каком бы уровне ты ни глючил — на уровне социума, личности или ума, — любое твоё действие в побеге от страха смерти всё равно не может вывести тебя за пределы этой программы. Есть некий ресурс, и ты боишься, что этот ресурс закончится. Но что бы ты ни делал, экономил его или не экономил, всё равно это приведёт к тому, что он закончится, просто быстрее или медленнее. Градация может быть разной, но конечный итог, к сожалению, остаётся одинаковым для всех, как бы человек ни боролся со страхом смерти, страхом исчезновения или страхом прекращения собственного существования.<br />Любые действия всё равно будут приводить к закономерному итогу. Вся наша жизнь, если смотреть глобально, — это по сути борьба со страхом смерти, потому что всё, что ты делаешь, ты делаешь для того, чтобы существовать и жить. Если посмотреть на саму жизнь немного иначе, то сам процесс жизнедеятельности в любом его проявлении тоже оказывается побегом от страха, а именно от этой фоновой позиции. Благодаря жизни ты пока ещё живёшь, ты не мёртвый, не исчез и не умер, соответственно, пока ты двигаешься, пока что-то делаешь, пока в принципе осуществляешь любую активность, ты не сталкиваешься напрямую с исчезновением.<br />Именно поэтому вся человеческая движуха как раз от этого и отталкивается — от страха смерти. В принципе, у любого живого существа, которое уже создало пространство на этом уровне, есть не только сам страх, потому что страх есть везде, но и все процессы деградации, которые выполняются в жизненном пространстве и так или иначе связаны с этим страхом и побегом от него. Точка А понятна: я боюсь смерти. А точка Б — это то, что я сейчас живу, не умираю и продолжаю жить, пока есть время, силы и ресурсы.<br />Любое наше действие в целом так или иначе становится точкой Б. Мы отталкиваемся от страха смерти, от страха несуществования и за счёт этого продолжаем существовать. Точка Б здесь и есть идея: я не мёртвый, я живой, соответственно, точка Б — это «я живу». На разных уровнях эта игра и эта позиция проявляются по-разному. Если смотреть глобально, то вся жизнедеятельность становится точкой Б, то есть побегом от страха смерти.<br />Основная боль, которая поддерживает в нас жизнь с самого начала, возникает уже в тот момент, когда ты как человек, как живое существо, как организм появился в этом пространстве. В тебе жизнь поддерживает страх смерти. Ты не умираешь, потому что боишься смерти, если говорить грубо. Программа того же сердцебиения — это по сути программа деградации ресурсов, точка Б в том смысле, что если сердце не будет стучать, ты умрёшь. Поскольку ты боишься этой смерти, ты до конца, до последнего будешь вкладывать ресурсы в то, чтобы сердце билось.<br />Это похоже на мотор у машины: когда он заглохнет, ты столкнёшься с остановкой, и поэтому нужно, чтобы он бился, работал и не останавливался. На уровне глобального фона это состояние работает именно так. А уже непосредственно на уровне ума, на уровне наших глюков, социума и цивилизации страх смерти проявляется во множестве форм. Можно взять, например, эзотерику, потому что в принципе значительная часть эзотерики построена именно на этом.<br />Понятно, что все хотят улучшить жизнь, решить какие-то проблемы, что-то наладить, но в конечном счёте люди боятся смерти и поэтому придумывают разные конструкции, которые должны этот страх компенсировать. Религия тоже сюда относится, хотя не столько сама религия, сколько механизмы, которые в ней используются: верь в нашего Бога, соблюдай правила, которые мы придумали, и он подарит тебе бессмертие, вечную жизнь, прекрасную жизнь после смерти, лучшее перерождение или ещё какой-то вариант продолжения. Главное — соблюдай правило, и тогда ты получишь обещанную точку Б.<br />В культуре, в деструктивных программах социума и всей цивилизации в целом этот страх смерти в итоге проявляется повсюду. При этом с реальной биологической смертью он в принципе имеет гораздо меньше общего, чем кажется на первый взгляд. Страх смерти — это более общая фоновая тема, связанная не только с телесным завершением жизни, а с глубинной программой боязни исчезновения как такового.</p> <p>Уровень 2<br />Я раньше не смотрел на это с такой позиции, и теперь видно, что страх смерти существует не просто на уровне отдельного человека, мозга, ДНК, сознания или умственных игр, а именно на уровне самого пространства, на уровне существа как такового. Это деструктивная программа, которая находится не внутри какого-то одного механизма, а в целом задаёт состояние существа, потому что само существо оказывается проваленным в страх исчезновения, в страх смерти и потери собственного существования. Отсюда возникает одна из причин, по которой расходуются ресурсы: любой шаг от страха смерти, от страха исчезновения, если смотреть глубже, может вести только к концу этого пространства.<br />Ты боишься, что у тебя закончатся ресурсы, но всё, что ты делаешь, в итоге приводит к их трате, потому что здесь любая точка Б является расходованием ресурса. Если совсем упростить, это похоже на отношение ко времени: я боюсь, что моё время ограничено и однажды закончится, но что бы я ни делал, я всё равно продолжаю это время тратить, и в итоге оно действительно заканчивается. Такая логика работает в любом процессе, потому что любое действие внутри глобального побега от смерти, исчезновения и уничтожения только усугубляет само движение и приближает то уничтожение, от которого существо пытается уйти.<br />Мы боимся исчезнуть, боимся умереть, но что бы мы ни делали, чтобы сбежать от этого страха, само состояние страха всё равно находится как будто на уровень выше пространства. Это такая общая точка, с которой в принципе начинается само существование и само пространство. Можно сказать, что один из верхних уровней любого пространства — это именно страх смерти или страх несуществования, и уже дальше любая движуха становится побегом от этого несуществования в существование.<br />Соответственно, ты существуешь, и каждое твоё действие, направленное к этому существованию, оказывается тратой и деградацией, которая в итоге приводит обратно к несуществованию. Каждый новый уровень по сути является тем, как существо столкнулось с потерей существования на предыдущем уровне. Отсюда и возникает сам страх, который продолжается с уровня на уровень, потому что сама боль выглядит так: ты только что существовал, затем потерялся, исчез и оказался в новом пространстве. Теперь у тебя очень простая боль: ты боишься снова исчезнуть, потерять себя, раствориться, испариться и прекратить существование.<br />Но что бы ты ни делал, ты всё равно продолжаешь проваливаться в этой же самой программе, и все твои процессы, все действия и вся деградация приведут только к тому, что ты снова лишишься своего существования, снова исчезнешь и окажешься на очередном уровне ниже, где всё повторится. Естественная программа поддержания жизни и выполнения процессов в этом смысле тоже оказывается встроенной в движение побега. Вопрос только в том, куда ты бежишь от страха несуществования, потому что точка Б всегда в принципе является существованием — в разных формах, проявлениях, организмах, уровнях и пространствах, но от несуществования можно бежать только в существование.<br />В нашем случае, если рассматривать более приземлённо, мы как будто бежим от смерти в жизнь. Если взять человека отдельно, у нас есть страх смерти, то есть страх того, что твоя жизнь прекратится. Но при этом почти ни у кого нет страха относительно прошлого, относительно собственного несуществования до рождения. В том направлении тебя тоже не было: тысячу лет назад, две тысячи, десять или пятнадцать тысяч лет назад тебя тоже не существовало. Однако за прошлое, за то, что было до рождения, человек почему-то страха не испытывает, и все сосредоточены только на своей будущей смерти, хотя до рождения находится такое же несуществование.<br />В этом плане человеческий страх смерти оказывается довольно кривым, потому что это скорее страх смерти организма, чем подлинный страх несуществования. Если бы человек действительно боялся именно несуществования и потери существования, то состояние до рождения тоже должно было бы его пугать, но об этом почти никто даже не задумывается. Поэтому нужно ещё раз зафиксировать: точка Б в этой программе всегда будет являться деградацией, потому что если глобально ты и всё пространство в целом фоном боитесь не существовать, то будете бежать в существование, а каждый шаг внутри этой программы всё равно будет тратой того пространства, в котором ты существуешь.<br />Сама реальность, которую мы создаём, получается не просто как «я существую и сейчас боюсь умереть». Если посмотреть чуть иначе, это скорее звучит так: я являюсь такой реальностью, которая сейчас боится перестать существовать. Соответственно, любое действие как точка Б будет только приближать к этому страху, потому что оно выполняется внутри той же самой программы. Попытки решить этот вопрос в уме тоже никуда по-настоящему не выводят, потому что они могут привести либо к бесчувствию, либо к какой-то тупости, трансу, примитивизации, деградации сознания и восприятия. Конечно, так человек может перестать бояться смерти, но это будет только внутреннее умственное отключение.<br />Я у себя в голове тоже могу не бояться смерти, потому что сама реальность здесь настолько разрушена, что смерть по сравнению с тем состоянием, в котором я сейчас нахожусь, глобально уже не кажется самым плохим вариантом. По сравнению со всей этой деградировавшей средой, общей разрушенностью, зомби-апокалипсисом вокруг и ощущением нахождения в аду, смерть может восприниматься как выход из невыносимого состояния. Но это не является реальным выходом из программы страха смерти, потому что такое отношение тоже формируется внутри той же деградации, где сознание не освобождается от программы, а просто всё глубже проваливается в её последствия.</p> <p>Уровень 3<br />Страх смерти — это своего рода кластер боли, который распространён на весь предыдущий относительно воплощения уровень. По сути, это та идея, боль или задача, с которой мы вообще здесь появились как человек, как фрагмент своей судьбы и как кусочек этого коллективного существа. У нас ведь нет восприятия всего предыдущего уровня: зачем, почему, какая судьба, какая идея, какая задача, какой эффект и от какой боли был создан этот переход. На уровне выше для нас по сути ничего не существует, буквально настолько, насколько мы это чувствуем и видим в течение жизни. Люди придумали множество разных заглушек: Бог, не Бог, божественные конструкции и другие представления, но в целом для человека там ничего нет.<br />Ничего нет, потому что человек уже не существует на том этапе, где весь предыдущий уровень существования субъективно превращается для него в один кластер боли. По факту существо как существовало, так и продолжает существовать, если брать, например, коллективные существа, которые есть и продолжают свои процессы. Ты, конечно, отрезался от них, отрезался от этого уровня, и теперь здесь, как человек, существуешь отдельно и развлекаешься своей человеческой жизнью, но тот уровень никуда не делся. Понятно, что существо стало немного меньше, немного деградировало, но в целом оно продолжает своё движение, выполняет какие-то программы, и для него ничего не изменилось, кроме небольшой деградации. А здесь ты существуешь как человек, и весь предыдущий уровень для тебя просто превращается в зону, в которой ты уже не существуешь.<br />Страх смерти — это своего рода кластеризация пространства. Ты боишься, что твоё пространство полностью закластеризируется, и, собственно, именно это с ним и происходит. Потом уже не тебя, а сущность меньшего условного размера, относительно твоего нынешнего воплощения, выкинет куда-то на уровень ниже, например, на духовный уровень, и уже неважно, как именно он будет выглядеть, потому что важен сам факт такого перехода. Вся человеческая жизнь для такой сущности тоже уже не будет никак выглядеть, потому что она станет одним сплошным кластером боли, без восприятия и без возможности видеть её как жизнь.<br />Идея «я не существую» распространяется не только на воплощение, а во все стороны. Если брать всё жизненное пространство существа, то здесь везде присутствует этот принцип: на уровне ниже я не существую, на уровне выше я не существую. Здесь, как человек, я существую, но сам страх несуществования ведёт только к тому, что это пространство в итоге точно так же закластеризируется. Это и есть боль несуществования, потому что здесь я уже смотрю и не вижу разницы между страхом и болью. По сути, они имеют одно и то же значение: что от страха ты бежишь, что от боли ты бежишь, мотив остаётся абсолютно одинаковым.<br />В данном случае возникает вопрос: как можно сбежать от боли несуществования на каком-то из уровней? Только находиться на текущем уровне и выполнять все деструктивные программы. Это та же самая схема, которая работает и с программами ума: на уровне ума любой побег от боли является погружением в выполнение процессов в иллюзиях, воображении и дальнейшей деградации. Ты по факту никуда не сбежал, ни от чего не ушёл и ничего не сделал, потому что как находился в болезненном состоянии, так в нём и остался. Ты просто немного исказил своё восприятие, а точнее сузил его.<br />Например, если ты потерял конечность и пока помнишь, что она у тебя была, что ты ей пользовался, тебе больно. Но стоит урезать восприятие и забыть о том, что она у тебя когда-то была, как боль может субъективно исчезнуть. Представь, что человек без одной руки забывает, что у него когда-то была вторая рука, и ему становится нормально, потому что боли как будто нет. У него как будто всегда была только одна рука, он всю жизнь ею пользовался, и тогда сама потеря перестаёт восприниматься как потеря.<br />Понятно, что у него могут оставаться другие умственные игры, но если забыть о том, что у тебя было две руки, урезать своё восприятие и помнить только о том, что у тебя есть одна, а затем играть и выполнять программу этой одной руки, то боли в уме, по крайней мере, уже не будет. В целом мы именно этим и занимаемся на уровне ума: забываем, стираем восприятие, уменьшаем его и за счёт этого перестаём чувствовать боль. Но это не освобождение от боли, а только сужение пространства восприятия, в котором сама потеря перестаёт осознаваться.</p> <p>Уровень 4<br />Это состояние тоже идёт фоном как определённая позиция боли. Если брать саму реальность и смотреть, из чего она формируется, то в данном случае в основании находится установка: больно, что я умираю. Точнее, не прямо сейчас умираю, а больно, что однажды я умру, однажды исчезну и перестану существовать. Это «однажды исчезну» по сути и является глобальным страхом смерти.<br />Как можно сбежать от этой боли, от того, что однажды ты исчезнешь? Понятно, что никак, потому что в данной реальности любой шаг и любое действие становятся проявлением себя. Я боюсь, что исчезну, и поэтому трачу все ресурсы на то, чтобы проявлять себя, подтверждать, что я существую: в этой точке существую, в этой точке существую, в следующей точке тоже существую. Каждая точка Б становится игрой в существование, какой бы она ни была: на уровне ума, на уровне личности или на уровне любого действия.<br />Каждый новый день — это в принципе точка Б, где ты фиксируешь: сегодня я существую, завтра я существую, потом снова существую. Игры в существование, игры в жизнь, игры в движение и любые виды движения — всё это становится точкой Б. В большой программе нашего жизненного пространства эта точка Б срабатывает повсюду, и сама наша жизнь состоит из этих точек Б, из этих имплантов, из более мелких аспектов, через которые мы формируем свою реальность.<br />Здесь я так существую, здесь существую иначе, но основная цель и идея остаётся одной и той же: постоянно существовать. А уже на каких уровнях, в каких образах, в каких процессах это будет происходить, сама структура подкинет соответствующий вариант. Общая структура, в которой мы находимся, даёт не столько примеры, сколько непосредственную инструкцию того, как именно, тратя свои ресурсы, ты можешь продолжать существовать.<br />Мы выполняем это действие, этот механизм: тратим ресурсы и взамен существуем по определённым рельсам, по определённому пути внутри всей этой структуры. Сама структура — это своего рода инструкция, мёртвая информация. А чтобы эта информация воплотилась в реальность, мы постоянно из состояния глобального страха исчезновения опускаемся в точку Б, стремимся в неё и пытаемся в ней существовать, как будто сбежав от страха исчезновения.<br />На этом и строится вся человеческая жизненная деятельность, точнее, вся человеческая реальность. Мы формируем реальность именно тем, что постоянно находимся внутри процессов побега в точку Б, где пытаемся сбежать от страха смерти. Сам процесс такого побега и есть трата ресурсов на формирование очередного текущего кусочка реальности, в котором мы снова можем подтвердить себе: я существую, я ещё проявлен, я ещё не исчез.</p> <p>Уровень 5<br />Получается, что наше несуществование в принципе является кластером боли. По сути, это постепенное переваривание пространства, где из какой-то цельности, из состояния раздробленного, но всё же простроенного пространства, возникает процесс, который ведёт к тому, что кластер боли постепенно полностью заполняет это пространство собой. Побег от страха смерти, от боли несуществования, приводит только к тому, что этот кластер боли увеличивается, потому что существо всё время бежит с одного уровня на следующий и не видит, что все его действия только усугубляют ситуацию.<br />Ты всё больше и больше кластеризируешь пространство, хотя по сути именно этот кластер боли и является той причиной, по которой ты в итоге умираешь. Это перевёрнутая программа, которая для существа в целом выглядит как спасение, как побег от боли, но на самом деле даёт полностью обратный эффект. Картина оказывается перевёрнутой: существо думает, что уходит от боли, а по факту именно этим движением и увеличивает тот кластер, который затем заполняет его жизненное пространство.<br />Сама смерть наступает не просто от каких-то отдельных деструктивных процессов, а от того, что ты всё время выполняешь каждый следующий процесс на уровень ниже, то есть постоянно деградируешь. Точка А и точка Б находятся на разных уровнях, но точка А никуда не девается. Фишка в том, что мы бежим от боли, но каждый раз бежим от неё на уровень ниже. Это происходит так, что ты дробишь пространство и в маленьких секторах пространства сбегаешь ниже: здесь сбежал на уровень ниже, там сбежал на уровень ниже, но в целом ты как был в той реальности, где сейчас существуешь и где тебе больно исчезнуть, так в ней и остался.<br />По факту на любой стадии такого побега внутрь себя, в процессе постепенного перемалывания пространства, общая реальность и сама фоновая идея как кластер боли, как страх смерти, никуда не исчезают. Что в первый день своего человеческого существования существо боится смерти, что в последний день своего существования оно точно так же боится смерти, потому что само пространство как общая реальность по сути не изменилось.<br />Соответственно, кластеризация всего пространства вообще возможна именно потому, что все процессы всегда идут куда-то вниз, на уровень ниже, хотя глобально сама реальность от этого никак не меняется. Что бы мы ни делали, как бы ни бежали от боли, эта боль смерти остаётся на всех уровнях, потому что она и есть само жизненное пространство. В принципе, всё наше жизненное пространство — это один большой страх смерти.<br />Куда бы ты в этом жизненном пространстве ни выполнял какие-то деструктивные процессы, в каких бы маленьких кусочках пространства ты ни пытался действовать, эта идея, этот кластер боли страха смерти всё равно остаётся везде и всё пронизывает. Мы бежим в существование, постоянно бежим в какую-то деградацию, в выполнение деструктивных программ, но всегда делаем это на уровень ниже относительно самой глобальной идеи, самого этого кластера. Именно по этой причине наше жизненное пространство постепенно кластеризируется.<br />В принципе, происходит следующее: ты попытался сбежать от боли, возникла точка А и точка Б, существо бежит в точку Б и приходит туда. Но оно приходит не в ту точку Б, которая изначально декларировалась, а в какую-то своеобразную, и при этом само общее глобальное состояние никак не меняется. Мы бежим в разных направлениях, но фоновая идея и фоновая боль остаются теми же самыми, потому что они не меняются и не могут измениться через сам побег.<br />Побег от боли в принципе никогда не приводит к настоящему выходу из боли. Он является лишь причиной, по которой мы деградируем, потому что невозможно, начав с одного уровня, выполнить деструктивный процесс на этом же уровне и действительно завершить его там. Такой процесс всегда выполняется только в направлении вниз, в направлении деградации, где каждое новое движение от боли создаёт не освобождение, а очередное углубление кластера боли.</p> <p>Уровень 6<br />Получается, что у человека как таковой игры или программы непосредственно в смерть, в банальную смерть, на самом деле нет, потому что она не нужна. Мы сами целенаправленно каждым своим шагом, каждым поступком и каждым действием ведём пространство к сужению, и в итоге просто не остаётся другого выхода, кроме как, несмотря на эту боль и несмотря на этот страх, всё-таки умереть, а затем попытаться уже в новом пространстве снова бежать от боли несуществования.<br />Я смотрю и не вижу, чтобы мы целенаправленно выполняли какие-то процессы именно для того, чтобы прямо умереть. Наоборот, мы бежим от смерти, но сам этот бег изнашивает тело, изнашивает всё пространство, потому что ресурсность падает, а пространство постепенно сужается. Тело деградирует не потому, что существует какая-то отдельная конкретная программа деградации тела, а потому, что есть многочисленные программы, которые в качестве своих последствий приводят к тому, что мы постепенно стареем и в итоге умираем, потому что другого выхода уже не остаётся.<br />Получается, что существо не пытается прямо и целенаправленно умереть. Оно, наоборот, бежит от боли несуществования, но все его действия, поступки и процессы приводят только к тому, что в итоге это несуществование всё равно его догоняет и реализуется. Мы постоянно выполняем многочисленные деструктивные программы побега от страха смерти, но результат выполнения этих программ никогда не приводит к тому, что ты действительно сбежал, что ты теперь не просто перестал бояться умереть, а реально не умрёшь. Наоборот, ничего не меняется.<br />Сама реальность в целом никак не меняется от любого нашего действия и процесса, как бы мы ни старались, ни пытались и чем бы ни занимались. Если ты летишь в пропасть, то неважно, изобрёл ли ты какие-нибудь крылья, начал ли ими махать или попытался сделать что-то ещё: ты как летел в пропасть, так и продолжаешь в неё лететь. Можно, конечно, представить поезд и попытаться перебраться в другой вагон, чтобы оказаться не в начале поезда, когда он врежется в дно, а где-то ближе к его концу, но это тоже просто сравнение, потому что по факту ты даже не в поезде.<br />Допустим, ты находишься в личном автомобиле, и где бы ты ни оказался внутри этого автомобиля, удар настигнет тебя одновременно в любой его точке. Поэтому неважно, где именно ты пытаешься что-то сделать, чтобы этой смерти избежать. Ты как летел в пропасть, так и летишь: в автомобиле, без автомобиля, в каком угодно формате, потому что сам формат здесь ничего принципиально не меняет. Хочешь ты этого или не хочешь, как человек или как существо, каждый процесс всё равно идёт на уровень ниже.<br />Дело получается даже не в самих процессах. Я сейчас смотрю на действия, процессы и их последствия, но вижу, что для того, чтобы всё это делать чисто технически, мы постоянно, кусочек за кусочком, совершаем одно и то же действие: выделяем пространство, в котором пытаемся сбежать от боли. Понятно, что в этом пространстве, что бы ты ни делал, в общей массе ты всё равно остаёшься внутри того же кластера, и в твоей реальности ничего не меняется. Что бы ты ни пытался сделать, ты всё равно боишься умереть в любой точке.<br />Проблема не в самих процессах как отдельных действиях, а в том, что все эти процессы всегда ведут к деградации, какой бы шаг ты ни совершал. Здесь работает сама механика, и именно она определяет направление движения. Я пока точно не вижу, возможно ли не быть частью этой механики, то есть совершать какие-то процессы и действия, но при этом не деградировать, не стремиться в какую-то точку Б, которая находится на уровень ниже и является своего рода иллюзией относительно реальности.</p> <p>Уровень 7<br />Седьмой уровень — это немного позиция жертвы, в том смысле, что ты как человек, как любое существо, всегда находишься внутри какого-то более глобального пространства, в котором существуют свои деструктивные программы. У тебя лично могут быть ресурсы, жизненное пространство и много чего ещё, но если ты находишься в пространстве, где какая-то коллективная сущность завершает свои процессы и умирает, то, независимо от твоих личных ресурсов, ты как часть этого пространства всё равно столкнёшься с его реальностью, с этой самой смертью и с этим самым несуществованием.<br />Можно взять для примера клетки в организме старого человека, который умирает не от какого-то внешнего события, а просто потому, что организм завершает своё существование. В его теле всё равно есть множество клеток, которые сами по себе могут не быть старыми и могут не иметь выраженных признаков старости, но если организм умирает, то вместе с ним прекращают существование и все эти клетки. Если рассматривать человеческую жизнь по аналогии, то мы слишком зависимы от коллективных сущностей и от той судьбы, которая находится на уровень выше нашей личной реальности. Если на этом уровне выше завершается какая-то деградация, то у нас по сути не остаётся выхода.<br />Ты всё равно находишься не в своей личной реальности, а в общей реальности, в общечеловеческом пространстве. И если это пространство уже идёт ко дну, то вместе с ним туда пойдут даже те, кто на своём уровне кажется ресурсным. На уровне выше для коллективной сущности нет привычного разделения между людьми на ресурсных и нересурсных. Поэтому если сама сущность уходит в деградацию и исчезновение, то все, кто является её частью, тоже оказываются втянуты в это движение, независимо от того, какими они выглядят на личном уровне.<br />Если смотреть непосредственно на нашу жизнь и на весь наш страх умереть, получается, что сама смерть от нас в принципе не зависит, потому что это не совсем наша реальность. Мы сейчас находимся в таком пространстве, где наше жизненное пространство только условно можно назвать нашим, а по факту оно принадлежит более крупной структуре. Как клетка в организме имеет своё жизненное пространство, но это пространство на самом деле не её, а пространство организма, просто выделенное под существование клетки. Поэтому клетка может быть сколько угодно ресурсной внутри своего участка, но если на уровень выше в организме закончились ресурсы на продолжение существования, то ресурсность этой клетки оказывается в значительной степени иллюзией.<br />Если смотреть с уровня выше, то страх смерти, который у нас есть, на самом деле не наш, а принадлежит уровню выше. А на том уровне выше этот страх смерти тоже принадлежит ещё какому-то следующему уровню, и так можно идти до самого начала, откуда пошёл этот страх смерти и откуда началась вся программа. Для любого объекта в этой Вселенной естественной становится программа страха несуществования или боли несуществования, с которой, по сути, всё и началось.<br />Именно поэтому эта идея находится на уровень выше воплощения в целом. Любые наши поступки и действия внутри нашего жизненного пространства не приведут к тому, что мы действительно сможем сбежать от смерти. Они могут создавать движение, иллюзии, отдельные варианты существования, но уж точно не являются способом выйти из самой программы. Если говорить о смерти и о тех ресурсах, которые мы якобы тратим, а затем по итогу умираем, то получается, что человек не несёт полной ответственности за свою жизнь и своё существование. Ответственность за это находится на уровне выше всей этой жизни и всего этого существования.<br />Поэтому всё, что мы здесь делаем, и все программы, которые выполняем, являются своеобразным пространством воображения относительно предыдущего уровня. На фоне текущих событий и, например, опыта коронавируса становится видно, что история не просто циклична. Существо по сути выполняет одну и ту же программу по спирали, и с каждым новым витком эта программа становится всё более разрушенной и всё более деградированной.<br />Получается, что ты со своими личными программами и своей личностью в принципе не определяешь, когда тебе погибнуть, когда тебе исчезнуть, когда нужно будет отдать свою жизнь за идею, за страну или просто столкнуться с какой-то болезнью. У нас нет полной ответственности за собственное существование, и здесь действует тот же принцип, что и с клетками организма. Ты можешь быть ресурсным, но эта ресурсность тоже не принадлежит тебе напрямую.<br />Я смотрю на это и вижу, что мы как будто занимаем позицию наблюдателя внутри структуры, которая сама раскручивается. При этом с помощью ума мы активно воображаем, что это мы здесь всё делаем, что мы сами управляем своей жизнью, сами боимся смерти и сами боимся какого-то непонятного будущего, в котором может случиться всё что угодно. Хотя и это не совсем так, потому что многое уже предрешено и заранее встроено в структуру более высокого уровня.<br />По сути, у нас нет полной ответственности за своё существование, и поэтому момент смерти, то, когда умирать и от чего умирать, тоже не принадлежит человеку напрямую. Здесь важно рассматривать смерть не только как результат старения, а как событие, которое может происходить через самые разные обстоятельства жизни. Прямо сейчас люди разных возрастов постоянно погибают, и неважно, происходит это на войне или в мирной жизни. Война ужасает нас тем, что за короткий промежуток времени погибает огромное количество людей, но если взять развёртку по годам или по всему человечеству, то становится видно, что никакая отдельная война не сравнима с тем количеством людей, которое умирает каждый день и каждую секунду.<br />Если ещё шире взять эту развёртку и посмотреть статистику на протяжении нескольких лет, то рамки отдельных острых проблем и катастроф начинают стираться, потому что в конечном счёте все мы всё равно умрём. Сейчас на планете существует около восьми миллиардов людей, и можно смело утверждать, что эти восемь миллиардов однажды умрут. Кто-то из последних представителей этого поколения проживёт ещё девяносто или сто лет, если речь идёт о долгожителях, но в целом можно сказать, что из этих восьми миллиардов подавляющее большинство точно умрёт в течение ближайших десятилетий. Это не предположение, а факт, который просто ещё не произошёл.<br />Люди не начинают реально пытаться не умирать, потому что они всё равно умрут, и здесь нет полного контроля. Уровень программы, уровень структуры, из которой формируются жизнь, смерть и особенности этих процессов, находится не в нашей зоне ответственности. Наша личная история разворачивается в пространстве ума, где мы продолжаем деградировать внутри этой структуры, но сама программа жизни и смерти, а также сам страх смерти находятся глубже и выше личного уровня.<br />В нашем случае страх смерти приводит в первую очередь к деградации в уме. Глобально он никак не влияет ни на действительный срок жизни, ни на причину смерти, ни на сам механизм завершения существования. Мы просто внутри этого пространства постепенно деградируем с помощью умственных игр, считая, что управляем чем-то существенным, хотя по факту участвуем в программе, которая была задана на уровне выше нас.</p> <p>Уровень 8<br />По сути, мы постоянно говорим: жизненное пространство, жизненное пространство, но у человека в общем-то нет его личного жизненного пространства. Тело вроде бы у тебя есть, но если посмотреть чуть иначе, то ты сам это тело не создавал. Оно по сути автономно сформировалось, само себя создало, и ты просто постепенно находишься внутри этого тела, тогда как оно само здесь живёт, существует и выполняет свои процессы.<br />Твоя личность и судьба — это в общем-то жизненное пространство коллективной сущности, и непосредственного личного участия в формировании самого себя, своей судьбы и этих структур у тебя тоже нет. Ты не контролируешь этот процесс. Возьми детей: они вообще ничего не контролируют. Ребёнок бегает, занимается какими-то действиями, постоянно включён в свою детскую активность, но как формируется его личность, как формируется судьба, как формируются программы, травмирующие эпизоды и вся остальная структура — всё это происходит автоматически.<br />Это находится вне зоны контроля и вне зоны управления. По сути, пространство развивается полностью автономно, а дальше человек всё равно оказывается внутри той же ячейки, внутри той же клетки социума и точно так же выполняет не свои личные программы, а те программы, которые у него есть и которые сами образовались с детства. Получается, что своего жизненного пространства как такового у нас в общем-то нет. Это не наше жизненное пространство, и соответственно вопросы жизни и смерти тоже к нам напрямую не относятся, потому что это не наш уровень взаимодействия с реальностью.<br />Не ты решаешь, когда тебе родиться, не ты решаешь, когда тебе умереть, не ты решаешь, чем тебе заниматься в жизни, каким тебе быть и с какой ресурсностью существовать. Ты просто как человек появляешься внутри этого пространства, у тебя включается сознание, ты играешь в какие-то умственные игры, постепенно урезаешь своё восприятие, но в принципе вся твоя жизнь всё равно от тебя не зависит на том уровне, на котором решаются ключевые процессы.<br />Я говорю о том, что она не зависит от тебя именно на фоне смерти коллективной сущности. Если эта сущность завершает свои процессы, то неважно, какая у тебя была личная ресурсность, насколько развитым было твоё сознание и на каком уровне ты находился. Если задано, что ты погибнешь, ты погибнешь тогда, когда нужно погибнуть, но это «нужно» относится не к тебе как отдельному человеку, а к коллективной сущности. И здесь уже в общем-то неважно, для чего именно мы все погибаем, потому что смысл этого находится на уровне выше.<br />Это похоже на тело, в котором клетки постоянно погибают. Для чего они погибают и почему? Потому что у каждой смерти клетки есть какая-то задача, есть какой-то эффект, который смерть этой клетки должна произвести для всего организма. Например, у какого-нибудь умного человека умирает дочь, и из-за этой боли он начинает что-то исследовать, а затем изобретает какую-то вакцину, лекарство или иной способ, который спасает огромное количество людей. И тогда получается, что смерть его дочери была не просто случайным стечением обстоятельств, не просто концом ресурсности, а частью какой-то более крупной задумки.<br />Я привожу это как пример навскидку и не утверждаю, что именно так где-то буквально было, хотя, скорее всего, подобные случаи существовали, потому что во многих ситуациях мотивом для создания чего-то значимого становилась не просто идея, а трагедия. Всё настолько подробно повторяется, как будто другой программы нет, и каждый раз используется одна и та же схема, почти под копирку. Понятно, что условия меняются, но сама схема в целом остаётся той же самой, потому что непонятно, откуда в природе взяться каким-то принципиально новым схемам.<br />Есть определённые структуры, и они запускаются каждый раз, когда это требуется. В вопросе жизни и смерти, как я уже говорил, у человека непосредственного контроля над этими процессами и над этим уровнем в общем-то нет. Точно так же, как и клетки твоего тела не контролируют уровень организма. Молодые люди умирают в любом возрасте: дети, младенцы, молодёжь, взрослые. В их организмах ресурсность может быть большой, клетки могут быть молодыми и здоровыми, но смерть всё равно приходит, и клетка погибает так же, как при старости или при любых других обстоятельствах.<br />Проблема в том, что не клетка управляет своим пространством. По сути, она вообще ничем не управляет, а просто находится внутри, реагирует, выполняет процессы и, возможно, играет в свои умственные игры соответствующего уровня. Но само жизненное пространство клетки ей не принадлежит. Точно так же и у нас: вопрос жизни, смерти и тем более страха смерти оказывается не нашим уровнем. Получается, что не ты в итоге боишься смерти, а существо на уровень выше боится этой смерти, а люди рождаются для того, чтобы выполнять эффект существования и побега внутри этой более крупной программы.</p> <p>ЦИ<br />Если брать ответственность за своё существование, то, как я уже говорил, по сути мы эту ответственность не несём. Не ты контролируешь, когда тебе умереть, и не от тебя это зависит. Тогда возникает вопрос: от кого это зависит? И здесь интересно то, что сама боль несуществования уходит куда-то в самый верх, туда, откуда, возможно, началась Вселенная. Получается, что существо на всех уровнях, внутри всего этого жизненного пространства, нигде в полной мере не контролирует само себя.<br />На уровне коллективных сущностей действует тот же самый страх смерти, и они точно так же находятся в цикле своих деструктивных программ, пытаясь сбежать от этого страха. На уровне выше коллективных сущностей я пока не вижу ничего принципиально другого, потому что причина всего этого существования, похоже, снова связана с самим страхом смерти, если рассматривать его как боль несуществования. Можно сказать, что эта боль является самой фоновой функцией, универсальной для любого пространства и любого уровня существования.<br />Именно благодаря этой боли, благодаря её фоновости и универсальности, существо всегда пытается избежать страха и боли, но в итоге не выходит из них, а опускается ниже, выполняя соответствующие процессы. Здесь сама идея Центральной точки заключается в том, что именно эта структура создаёт реальность. Если грубо сформулировать, то текущая реальность звучит как «я сейчас существую». Но если смотреть глубже, то эта реальность раскрывается иначе: я боюсь несуществования и поэтому трачу ресурсы, внимание и самого себя на то, чтобы любой ценой существовать.<br />При этом «любой ценой» означает именно деградацию и выполнение всех этих деструктивных процессов. Так происходит везде, во всей Вселенной. По сути, текущая реальность для любого человека звучит как: я боюсь потерять это существование, боюсь не существовать, мне больно не существовать, и поэтому я существую, поэтому сбегаю от боли несуществования в очередную форму жизни, движения и проявления.<br />Но получается, что любой побег от этой боли лишь приближает саму точку несуществования, потому что жизненное пространство по сути выглядит как батарейка. Если ты существуешь в этом пространстве в любом формате, в любом состоянии и на любом ресурсном уровне, ты всё равно тратишься как батарейка на то, чтобы бежать от этой боли. В реальности наша жизнь действительно похожа на большую батарейку, которая постепенно расходует свой заряд, распыляя себя так же, как лампочка расходует энергию, пока светится.<br />Ты как будто бы бежишь от боли несуществования в своё существование, в свою жизнь, но тем самым просто прожигаешь эту жизнь. В итоге ты всё равно возвращаешься к тому состоянию, откуда всё это началось в глобальном смысле, к какому-то настоящему несуществованию, когда всё жизненное пространство превращается в один сплошной кластер боли.<br />Это по сути страх перед кластером боли, побег от которого и приводит к тому, что ты в итоге закрываешь этим кластером всё своё жизненное пространство. Стремясь уйти от боли несуществования, существо тратит себя на поддержание существования, но сама эта трата постепенно делает несуществование всё более реальным, пока страх, от которого оно бежало, не становится общей формой его пространства.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное исследование страха смерти не как частного психологического переживания человека, а как фундаментальной программы, лежащей в основании самого жизненного пространства. Исходная тема раскрывается через различие между естественным инстинктом самосохранения и гипертрофированным человеческим страхом смерти, который превращается в механизм парализации восприятия, сужения сознания и постоянного побега от боли несуществования. Страх смерти рассматривается не как отдельная эмоция, а как точка А, из которой существо пытается двигаться в точку Б — в иллюзию гарантированной жизни, бессмертия, безопасности или продолжения существования. Однако сама попытка достичь этой точки Б не освобождает от страха, а только усиливает выполнение той программы, из которой страх был создан. <br />В уровнях 1–2 страх смерти расширяется до универсальной боязни исчезновения, присущей не только человеку, но и любому живому или существующему объекту. Он описывается как фоновая программа, которая присутствует на всех уровнях пространства и задаёт общий принцип движения: существо боится несуществования и поэтому бежит в существование. Но каждый такой побег требует расходования ресурсов, а значит, любое действие, направленное на сохранение существования, одновременно становится тратой того самого пространства, которое существо пытается удержать. Поэтому жизнь начинает рассматриваться как непрерывная точка Б: я живу, двигаюсь, действую, проявляюсь и тем самым подтверждаю, что ещё не исчез.<br />На уровне 3 страх смерти осмысляется как кластер боли, связанный с потерей предыдущего уровня существования. Человек не воспринимает тот уровень, из которого он возник, и поэтому вся эта область превращается для него в зону несуществования. Отсюда появляется идея кластеризации: пространство, утраченное для восприятия, становится болью, а побег от этой боли осуществляется через сужение восприятия. Ум, вместо реального выхода из боли, стирает, забывает и уменьшает воспринимаемое пространство, чтобы не чувствовать потерю. Но такое уменьшение не является освобождением, а лишь формой дальнейшей деградации.<br />Уровни 4–6 развивают центральную механику документа: реальность формируется через постоянный побег от боли исчезновения. Человек боится однажды перестать существовать и поэтому тратит ресурсы на проявление себя в разных точках жизни: в действиях, целях, движении, программах, социальных формах, умственных конструкциях. Но каждая такая точка Б оказывается не выходом из страха, а новым способом расходования пространства. В результате жизненное пространство постепенно кластеризируется, сужается и изнашивается. Смерть при этом не является отдельной целью или специальной программой, к которой человек прямо стремится; наоборот, он бежит от смерти, но сам бег изнашивает тело, психику, восприятие и пространство, пока не остаётся другого выхода, кроме завершения этого уровня.<br />На уровнях 7–8 появляется более крупная перспектива: человек не является автономным владельцем собственного жизненного пространства. Его тело, судьба, личность, ресурсность, момент рождения и момент смерти рассматриваются как процессы, принадлежащие более крупной коллективной сущности. По аналогии с клеткой организма, человек может обладать локальной ресурсностью, но если структура более высокого уровня завершает свои процессы, то отдельная «клетка» не контролирует итог. Отсюда возникает вывод, что страх смерти, который человек воспринимает как свой личный, на самом деле принадлежит уровню выше, а сам человек только выполняет эффект существования и побега внутри более общей программы.<br />Центральная идея документа сводит всю линию к универсальной формуле: текущая реальность существует как «я боюсь несуществования и поэтому трачу себя на то, чтобы любой ценой существовать». Но «любой ценой» означает деградацию, расходование ресурсов и выполнение деструктивных процессов. Жизненное пространство уподобляется батарейке, которая расходует заряд на поддержание света: существо как будто бежит от боли несуществования в жизнь, но тем самым прожигает саму жизнь и постепенно приближает то состояние, от которого пыталось уйти. В итоге страх перед кластером боли становится причиной того, что весь объём жизненного пространства постепенно закрывается этим же кластером боли.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 30 Jul 2026 07:12:47 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17662#p17662 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17661#p17661 <p>Иногда, после процесса именно записи проясняемого становиться легче, возвращается сила. И когда зачитываю 2-ю часть шаблона, эта сила проявляется в уверенности,что ты действительно и по-настоящему делаешь то, что читаешь.. Приказываешь, выбрасываешь, рассоздаешь и т.д. Круто!</p> mybb@mybb.ru (МаксCHE7) Fri, 24 Jul 2026 23:13:25 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17661#p17661 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17660#p17660 <p><strong>Уничтожение способности “знать” и замена ее на “знания и воображение”.<br /></strong><br /><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует многоуровневый механизм деградации восприятия, в котором целостное существо постепенно делит себя на личностные структуры, субличности, сущности, умственные процессы, банки памяти и автоматизмы. Центральная тема текста — уничтожение способности знать как прямой способности существа и её замена умственными аналогами: догадками, планированием, логикой, памятью, псевдовосприятием и системами знания. Через уровни 1–8, Центральную точку, ответный и приобретённый импланты раскрывается переход от сознательного восприятия и действия к жертвенности, предопределённости, внутреннему диалогу, отрицанию, обесцениванию сознания и полной автоматизации восприятия.</p> <p><strong>2022_04_11</strong></p> <p><em class="bbuline">Приказываю себе найти и проявить, в чём я сейчас нахожусь?</em></p> <p>Пытаюсь себя прогрузить в какую-то жертвенную структуру. Чувствую вокруг себя пространство, чувствую, что происходит вокруг, ощущаю большую плотность, тесноту, и из этого возникает желание сбежать внутрь. Хочу занять позицию «зашуганного ребёнка», потому что находиться в сознании для меня переживается как ужас. На уровне человеческого реального взаимодействия любое соприкосновение с реальностью лоб в лоб вызывает ужас, истерию, множество неврозов и нервозных реакций. В связи с этим моя основная реакция состоит в том, что всё, что касается меня как человека, и всё, что связано с человеческим уровнем, хочется сбрасывать, отталкивать и изолировать.<br />Идеи и установки из этого состояния:<br />Есть идея, что существует мир, и этот мир отчуждён, отдалён от меня. Эти идеи создают восприятие, будто мир поделен и отделён, а также формируют систему взглядов, концепцию и некий аналог объективной реальности, которую я создаю и поддерживаю в своём уме. Сейчас чувствую, что пытаюсь развернуться от всех каналов связи и информации, которые осознаю, которые ко мне поступают и которые я воспринимаю. Я пытаюсь воспринимать, делать, действовать, быть и жить от противного, через отрицание и убегание.<br />Всё, что я сейчас описываю, является опорой моей личностной структуры, паттерном, механизмом и процессом, от которого я постоянно сбегаю, потому что внутри него мне плохо. Я чувствую себя виноватым, и всё это проявляется как разные триггеры внимания, описывающие состояние, которое подпитывает и поднимает из глубины кластеры боли собственного бессилия. На них же завязана игра-состояние, которую я вижу как серию игр в собственное величие, как способы попытаться исправить собственное бессилие или сбежать от него.<br />На чуть более высоких уровнях, где ещё есть ресурс, я пытаюсь как-то научиться жить с этим бессилием, адаптироваться к нему и подстраиваться под него. Я соприкасаюсь с комплексной структурой личности, с играми социума и сам строю эти социальные игры, лишь бы не проявляться самому. Основной мой движущий лейтмотив, бессознательная сила, инерция и тяга, которые я создаю из множества процессов, состоят в том, чтобы двигаться на поверхности себя как бы вперёд, создавая некое движение в сторону социальных конструктов, социальных пирамид, иерархий, структур, концепций, ценностей и понятий.<br />Чуть глубже, за пределами комплексного иллюзорного восприятия, создаваемого на основе бомбардировки собственных чувств и способностей чувствовать, находится моя неспособность делать и двигаться на результат. При этом сам результат и я сам воспринимаются как неразделимые. Это такое восприятие, в котором для того, чтобы что-то делать, мне не нужно ничего дополнительно создавать и не нужно городить новое. Но здесь у меня стоит много идей и запретов: нельзя, не могу, не справлюсь. Есть множество блокировок, аналогов блокировок на более низких уровнях, и над ними стоит более плотная, глобальная блокировка, касающаяся всех этих запретов.<br />За пределами этой блокировки происходит вся реальная жизнь: реальные чувства, реальные дела, позиции и поступки. По сути, на этом уровне я есть, был и продолжаю находиться, выполняя какие-то процессы то более сознательно, то менее сознательно. При этом я вижу, что меня заклинивает в личность, в личностную структуру, в некий клин, который является собирательным образом коллективно-бессознательных механизмов, собирающих и фокусирующих моё внимание, мой ресурс и моё сознание. Все ресурсы моего внимания каждый момент собираются вокруг одного себя, какого-то образа себя, какой-то точки, и вниманием я пытаюсь собраться из всех процессов, одновременно перемещая себя на всё более низкие уровни.<br />Действует тяга начинать с самых низких уровней, хотя в своих действиях я нахожусь на другом уровне. Всё происходящее выглядит как абсолютно глючная история, потому что в реальности сталкиваться с реальностью напрямую очень сложно, и мне не на что опереться. Поэтому я пытаюсь идти по простому, лёгкому пути наименьшего сопротивления — в автоматизмы, в которые сваливаюсь. При первом столкновении с мельчайшей болью собственного бессилия срабатывает триггер внимания, и я начинаю проваливаться всё ниже и ниже.<br />Приказываю себе найти и проявить всю свою структуру личности, которую я создал для выполнения всей этой программы.<br />Какая-то псевдоличность.</p> <p>Уровень 1<br />Образ треугольника личности, вдоль которого и по которому я хожу по касательной. Первая идея состоит в том, что это треугольник игры в жертву, агрессора и судью. Это собирательный образ понятий, смыслов, систем, домыслов и догадок о том, что такое жизнь, что такое мир в глобальном плане вселенной, что такое сама вселенная, её уровни и структура. При этом сама структура личности включает себя в систему субличностей, каких-то субструктур, и то, что я вначале назвал псевдоличностью, является множеством ветвей спуска вниз, на эти низкие уровни, где создаётся субличностная структура.<br />Я сейчас очень боюсь потеряться в пространстве, боюсь начать паниковать, боюсь плохого результата. Это всё идеи и установки. Я не уверен по поводу результата, не знаю, каким он будет, не знаю, что должно получиться и что должно совпасть. Какие звёзды у меня должны сойтись, чтобы у меня получился результат? У меня нет места для результата, нет ёмкости для результата, нет ресурса, чтобы получить результат. Я уже уверен, что у меня не получилось, и уже останавливаю сам результат от того, чтобы он у меня получился.<br />Идея, парадигма о том, что у меня должны сойтись звёзды, создаёт собирательный образ некой мифической силы вселенной, которая якобы создаёт мой результат. Чувствуется сильная тревога за самого себя и за свои способности сейчас находиться в сознании и прояснять этот уровень, с которого я сюда спускаюсь. Это уровень какого-то более высокого порядка, с которого я создаю динамику движения сверху вниз.<br />Структура личности возникает как образ социальной пирамиды: действовать по уровням этой структуры, создавать по уровням этой структуры, жить по уровням структуры и иметь структуру как принцип. Это негласный, согласующий всё со всем принцип объединения, который предопределяет жизненное пространство и позволяет не чувствовать хаос окружающей среды, окружающей реальности, хаос окружающих материй, частиц и летающих частиц. Я собираюсь в эту структуру, собираюсь в своего рода предопределённость, собираюсь в судьбу.<br />На чуть более низких уровнях это проявляется как феномен судьбы. Здесь, на более низких уровнях, закладывается сам принцип этой предопределённости, принцип того, что всё предопределено, и ключевая движущая идея состоит в том, чтобы справиться с болью бессилия, болью неуправляемости и болью неконтролируемости реальности и окружающей среды. Здесь же возникают идеи по поводу понимания окружающей материи и взаимодействия с окружающей средой.<br />На этом уровне закладываются глубинные принципы создания самой окружающей среды, которая меня окружает и по поводу которой я испытываю и проживаю разные чувства как человек, как «я», как создатель. Возникают разные позиции, процессы и способы, своего рода вкручивание, вворачивание и вглючивание себя чуть ниже в реальность. Здесь закладываются принципы функционирования на уровне того, что такое материя и материальный мир и чем они являются для меня как существа на уровне прямого взаимодействия.<br />Сейчас, с уровня текущих позиций и текущего уровня, эта структура проявляется как голограмма, как отражение от отражения на уровни вниз. Вся эта структура личности определяет, каково это вообще — чувствовать, воспринимать, реагировать, отрицать собственную личностную структуру, с помощью которой происходит восприятие этой объективной реальности. Я сейчас описываю это и чувствую, что сама структура является проживанием, ощущением и чувствованием более глобальной, более общей структуры игр, в которые играет существо. Причём эти игры нечеловеческие, это игры существа, проживающего не на человеческом уровне.<br />Это всё, на что сейчас способен язык: описания по принципу аналогий, попытка предположить то, что существует на более глобальных уровнях. Есть какие-то более глобальные игры, в которые существо играет и на которые оно себя проиграло до определённой степени. Из этого возникает мотив, желание, намерение и соответствующие им процессы: спуститься и переместиться вниз, отделить ещё какую-то часть себя от общей целостности себя, от общего ощущения, чувствования, восприятия и существования себя, разделить себя на множество фрагментов и частей.<br />Именно в этом проглядывается данная структура. С самого первого уровня происходит закладывание принципа структурирования, который подразумевает множественное и частое выполнение процессов отделения себя от себя, так называемой трансформации существа на всё более низкие аналоги существования и в них. Каждый более низкий уровень является отражением и продолжением самого себя на новом витке, только с большей структурированностью и большей плотностью. Я описываю и чувствую раж, драйв и азарт от чувства свободы, которую предлагает мне более низкий уровень.<br />Основная идея программы состоит в том, что есть низкий уровень, самый низкий в данном случае в человеческом существовании и в существовании в виде вселенной, и собрать себя нужно именно здесь, на самом низшем уровне этого уровня. Идея в том, что на самом низшем уровне программы существует свобода. Соответственно, все динамики, тенденции, инерции, воздействия и внушения имплантов, все мои реакции на них ведут туда и оттуда, к самому низкому уровню и с самого низкого уровня, как к месту, предлагающему наибольшую свободу для манёвров, создания, структурирования и продолжения себя.<br />Всё это служит выполнению какого-то глобального плана бегства на уровень этой вселенной, а затем бегства с этого уровня вселенной в человека и далее, на ещё более низкие уровни.<br />Процессы<br />Процесс, где я думаю, — это процесс закладывания фундамента мышления как способа двигаться в пространстве и проживать, чувствовать свободу. Основной момент в плане процессов состоит в создании принципов мышления как такового, как неотъемлемой части человеческой жизни и человеческих реалий. На уровне социальных и умственных игр мышление предлагает возможность осуществлять и чувствовать некую свободу, использовать эти свободы, отделять от себя части собственного жизненного пространства и собственного жизненного ресурса, а затем плодить на них сущности разного рода.<br />Посредством этих сущностей я выполняю игры, структурирую самого себя и перевожу себя на наиболее низкие уровни. Глобальная задача, глобальная цель и процесс, который здесь закладывается, состоит в том, чтобы выполнять как можно больше процессов. Одновременно закладывается и формируется боль обладания ресурсом, боль того, что ресурс есть, а также способы справиться с этой болью и избавиться от боли самого факта наличия ресурса, сознания существа и того, что оно ещё не растрачено.<br />Здесь закладываются процессы отделения себя от самого себя настоящего. Начинает формироваться восприятие отдельности своего общего существования, существования в целом. Всё начинается с восприятия, что существует некая отдельность ресурса: есть я, есть нерастраченный ресурс, и этот ресурс нужно растратить. Получается, что каждая игра происходит именно таким образом. Причём на глобальных уровнях, с которых я сбегаю и которые я описывал, принцип остаётся тем же самым: есть ресурс, есть какой-то «я», и, соответственно, я якобы могу растратить этот ресурс, якобы могу с ним что-то сделать, потому что он якобы не является мной, я за него не отвечаю, и никаких последствий нет.<br />ЦИ<br />Отказ от способности действовать в сознании сознательно. В данном случае это означает действовать, ничего не создавая и ничего не городя, с более высокого уровня, каким бы он ни был и где бы он ни находился. Это отказ от способности всегда действовать сознательно с более высокого уровня.</p> <p>Уровень 2<br />Здесь формируется восприятие этого мира, окружающего меня пространства, систем, элементов, возможностей и перспектив как проекций будущего, то есть тех пространств, где ещё есть ресурсы, которые я пока не растратил. Происходит формирование «перспектив», «планов» и «планирования». При этом сама способность остаётся достаточно ресурсной, но уже менее ресурсной по сравнению с прямым видением, потому что теперь приходится планировать, а не просто видеть, знать, делать и действовать на результат.<br />На этом уровне приходится использовать абстрактное мышление, абстракции, ещё наиболее близкие к реальности, а также формировать определённого рода вербальный аппарат. Возникает способ переводить то, что и как я вижу с позиции существа, на человеческий уровень, на уровень систем, составляющих человеческое восприятие и человеческое взаимодействие, на уровень терминов и смыслов, необходимых для взаимодействия с другими людьми. Происходит создание общего словесного поля, способов доносить свои мысли, своё видение и свои планы.<br />При этом чувствуется, что я очень увлекаюсь этим процессом. Пока я его описываю, начинаю в него проваливаться, теряю бдительность, внимательность и общее осознание пространства возможностей настоящего, то есть настоящего такого, какое оно есть. Периодически я начинаю теряться в мыслях, путаться, уставать, и само понятие «усталость» начинает формироваться именно здесь. Я устаю быть в сознании, потому что нахождение в сознании постепенно становится для меня энергозатратным и ресурсозатратным.<br />В какой-то момент начинается спуск с этого уровня ниже, потому что прямое восприятие становится мне уже не по карману в плане ресурса и ресурсности. Я становлюсь неспособен воспринимать прямо. Этот уровень завершается тем, что я поворачиваюсь в ум одной частью себя, одной областью себя, и нахожу в этом некую опору, некий фундамент. Я отключаю восприятие некой части себя и этой частью отключаю восприятие себя настоящего, большого.<br />При этом само настоящее, сам процесс восприятия и сами воспринимаемые объекты, процессы, явления и события неразрывно связаны между собой, поскольку всё, что есть, создаётся и формируется самим восприятием. Слитость или единость процесса восприятия и воспринимаемого здесь утрачивается, после чего происходит переход вниз.<br />Процессы<br />Я создаю слепые зоны, слепые участки, «зоны невосприятия», ставлю блокирующие экраны невосприятия там, где начинаю выполнять какие-то процессы. То есть в тех местах, где я выполняю процессы, я начинаю структурировать пространство вокруг этих процессов. Это процессы выполнения чего-либо, и ключевой формирующейся способностью здесь становится способность планирования, способность использовать абстрактное мышление на основе реальных данных и реальной информации.<br />Это происходит через то, что я на время закрываю глаза на реальную реальность и перевожу часть внимания, ресурса и восприятия на восприятие в уме. При этом ресурсность ещё позволяет сознательно отличать и видеть собственные объекты, создаваемые в уме, а также видеть их разницу с оригиналами. Соответственно, я вижу различия не только на уровне формы, но и на уровне содержания, понимаю, как, когда и в каких случаях возникает несоответствие, в каких моментах создаваемые в уме копии перестают должным образом соответствовать оригиналу и моим задачам, которые я перед собой ставлю. Но в какой-то момент по ресурсам взгляд начинает немного затуманиваться.<br />Последствия выполнения этих процессов состоят в том, что я перестаю видеть блокировки как блокировки, перестаю видеть блокирующие соглашения как блокирующие соглашения, которые выполняются мной самим. Я проваливаюсь внутрь восприятия, в процессы, где перестаю видеть свои реальные цели и реальные задачи, которые ставлю перед собой, перестаю видеть самого себя, собственное восприятие и собственные процессы их выполнения с более высокого уровня.<br />В результате заключения этих блокирующих соглашений части меня начинают воспринимать автоматически. Уже не я сам смотрю и воспринимаю, а начинают работать автоматизмы с более низких уровней, то есть аналоги восприятия.<br />ЦИ<br />Отказ от способности смотреть так, чтобы целенаправленно видеть, смотреть и знать. Это попытка описать один и тот же процесс восприятия вместе с воспринимаемым и одновременно отказ от такой способности.</p> <p>Уровень 3<br />Чувствую себя здесь Гулливером: то невероятно большим, то невероятно маленьким. Чувствую и воспринимаю, что сам процесс восприятия, а также то, по каким принципам создаётся пространство восприятия и по каким принципам происходит создание объектов в моём уме, мне не принадлежат. Сам процесс восприятия мне не принадлежит, и я являюсь жертвой этого процесса. Восприятие мне не принадлежит, я жертва.<br />Здесь формируется целая система взглядов и система ценностей, создающих «восприятие», которое является отношением к тем процессам, которые я выполняю на более высоком уровне как существо. Причём это отношение преимущественно человеческого уровня. Максимум того, что я могу увидеть и воспринять с человеческого уровня, — это собственная боль. Она становится упором, камнем преткновения и точкой отталкивания для последующего анализа происходящего, который может увести и завести меня в разные стороны. Это боль собственного бессилия в разных формах, восприятиях, оттенках, цветах, отголосках и модальностях, формирующих общую парадигму: «воспринимать больно».<br />Парадигма того, что находиться в сознании больно, становится своеобразным камнем преткновения между мной и реальностью, который постепенно формируется здесь. По-другому это можно назвать умом: системой ценностей, системой координат, системой взглядов и способностей низкого уровня по взаимодействию с информацией. Все эти способности здесь являются псевдоспособностями, потому что они уже работают по необъективным принципам, по принципам более низкого уровня. Они являются отражением объективных принципов, но сути в себе уже не сохраняют.<br />Сам процесс взаимодействия с информацией на текущем уровне устроен так, что я начинаю обращаться не к самим объектам, а к своего рода отсылкам, отсечкам и гиперссылкам к памяти, к воспоминаниям об этих объектах. Это общий механизм, создающий коллапс восприятия, своего рода воронку, которую я сам создаю и через которую постепенно прохожу как через способ сбежать от боли невосприятия чего-либо.<br />Для человеческого уровня это предустановленный экран, который невозможно изменить, проанализировать, осмыслить, рассмотреть и рассоздать на человеческом уровне. Это простой экран невосприятия, блокирующий восприятие определённых зон, участков и областей. Я не могу в точной мере знать и понимать происходящее на человеческом уровне, могу лишь предугадывать, догадываться и предполагать по аналогии, имея ещё достаточно ресурсов для анализа собственной боли, но не имея возможности в должной мере видеть реальные причины её возникновения.<br />Я — это, по сути, всегда программы, реальные личностные программы, которые находятся и выполняются вне человеческого уровня.<br />Процессы<br />Я закладываю механизмы псевдовосприятия, механизмы псевдоспособности воспринимать, а также механизмы, способы и способности псевдовзаимодействия с информацией. Псевдо — то есть через какие-то аналоги или системы посредников. Это разные объекты, элементы программы, системы координат, какие-то голографические системы, разные объекты и материалы игр, различные парадигмы, через которые я начинаю воспринимать реальность.<br />Я начинаю обращаться уже не к объектам напрямую, не к оригиналам вещей, их сути и форме, а к их записям у себя в уме, как к гиперссылкам, которые автоматически переводят меня вниз и дальше — в выполнение процессов. Всё, что касается обработки информации, анализа, самоанализа, сверки фактов, а также процессов, связанных с вычислением в уме и интеллекте, уже происходит по принципам другого, более низкого уровня и включает в себя выполнение всех этих процессов на этих более низких уровнях.<br />ЦИ<br />Вижу, что реальный интеллект заключается в том, чтобы видеть форму и суть одновременно, а также проводить вычислительные операции, одновременно воспринимая и анализируя форму и суть. Получается, что настоящий интеллект именно таков. Здесь происходит отказ от реального интеллекта.</p> <p>Уровень 4<br />Чувствую бессилие. Реальность для меня равна бессилию. Постановка задач перед собой в реальности — это боль, а выполнение этих задач — это сверхболь. Ставить себе задачи больно, воспринимать себя как того, кто ставит себе задачи, тоже больно. Даже допускать такую мысль в сознание больно. Вообще допускать мысль о том, что можно быть, жить и функционировать в сознании, допускать что-либо, касающееся самого себя как производящего и осуществляющего собственную деятельность с позиции сознания, — больно. Больно воспринимать, больно об этом думать и больно об этом вспоминать.<br />На уровне взаимодействия с памятью сознательная активация каких-то участков памяти, ячеек, блоков и данных становится болезненной. Сознательный подъём восприятием, обращение к каким-то блокам, взаимодействие с ними и их анализ воспринимаются как очень болезненные и гиперресурсозатратные. Здесь начинают появляться и формироваться идеи ещё более низкого порядка, ещё более удалённые от реальности, прежде всего касающиеся ответственности. Причём ответственность здесь базируется главным образом на чувстве вины, на необходимости чувствовать вину и чувствовать себя виноватым, но при этом своего рода не признаваться в этом. Скорее возникает тенденция чувствовать виноватым что-либо или кого-либо.<br />Сейчас у меня восприятие перемешивается на уровне смыслов. Раньше мне казалось, что сначала нужно винить себя, а потом уже винить кого-либо или реальность. Хотя объективно в процессе деградации вина начинается с абстрактного феномена реальности, с абстрактного образа реальности, с проекции куда-либо и на что-либо вне себя. Здесь вина очень сильно перемешивается с темой ответственности, и начинает формироваться огромный костяк ответственности, который по мере деградации и прохождения текущего уровня всё плотнее смешивается с системой вины.<br />В каком-то смысле это два полюса одной и той же попытки справляться с реальностью, одной и той же попытки справляться с болью собственного бессилия и с той болью, которая здесь начинает формироваться как боль собственного безразличия. Это негласное, непроговариваемое, непризнаваемое даже мной самим бессознательное намерение, желание и цель — создать безразличие. Через весь этот уровень я создаю себя безразличным: безразличным в плане собственной активности, в плане всех и любых собственных способностей, постановки адекватных задач и их исполнения.<br />Такое чувство, что я беру собственное реальное пространство деятельности, такое, какое оно есть, и начинаю его постепенно делить, выделять из него отдельные части, вырывать отдельные процессы и на основе этих процессов, воспринимаемых уже с более низкого уровня, формировать способы бегства от их реальности. Чувствую, что сейчас у меня начинается замыливание. Я начинаю терять суть, как ни парадоксально, теряю суть происходящего, теряю фокус, восприятие, способность концентрироваться и удерживать внимание. Теряю способность сознательно управлять собственным вниманием, то есть теряю основной упор и основной фокус более высокого уровня, способность оперировать своим вниманием.<br />Подсознательная игровая задача именно такая — потерять способность сознательно управлять своим вниманием, потому что это требуется для осуществления процессов более низкого уровня. Это нужно для того, чтобы мой «хвост» рулил мной как собакой, чтобы объекты в моём уме думали мной, руководили мной и управляли мной. Для этого здесь теряется моё основное качество, ещё ресурсная способность оперировать вниманием, пусть даже полусознательно и не направленно в сторону объективных реалий.<br />Эта способность уже не способствует тому, чтобы делать корректные реальные выводы о происходящем. Она направлена на то, чтобы делать выводы преимущественно неточные, неверные и некорректные, потому что внимание направлено в ум, и информация снимается уже с него. Но даже эта способность ещё какое-то время сохраняет элемент сознательности, который постепенно также утрачивается.<br />Процессы<br />Это процесс, который делит мою реальность на «до» и «после», делит меня, моё бытие и мою жизнь на «до» и «после». Процесс заключается в формировании «точки невозврата», но не только в её формировании, а также в прохождении этой точки. После её прохождения мне становится больно находиться в сознании уже не на словах, а реально.<br />Это требуется не просто для того, чтобы опускаться по уровням вниз, а для того, чтобы набирать гиперскорость, выходить на сверхзвуковую скорость в процессах спуска по уровням вниз. При этом с нижайших уровней, с имплантов, внушаются псевдоидеи и псевдоценности стремления к чему-либо духовному, которые именно здесь начинают иметь для меня какой-то вес, ещё очень призрачный, но постепенно всё больший. Они становятся опорой на необъективные законы в формировании собственной деятельности, а по сути — опорой на иллюзорное.<br />ЦИ<br />Отказ от способности действовать в сознании. Здесь речь идёт о моменте взаимодействия, о том, что я являюсь неотъемлемой и неразрывной частью реальности, где происходит своеобразная циркуляция во все стороны энергий, информации и жизненных потоков. Я отказываюсь от способности взаимодействовать в сознании, особенно от способности результативно, эффективно и целенаправленно действовать в сознании.</p> <p>Уровень 5<br />Я чувствую свою ранимость и уязвимость: я ранима, я тонок, я раним, я нежен. Мои чувства нежны, мои состояния нежны, мои чувства очень хрупкие. Мои жизненные пространства, жизненные структуры и способности тоже очень хрупки. Здесь начинает формироваться костяк иллюзий, на которые у меня затем надевалась и накладывалась вся моя эзотерика. Абстрактные чувства нежности, уязвимости, теплоты и ласки, все эти слова, которые я описываю, сами по себе пусты, потому что за ними ничего не лежит, и в реальности они ни к чему не обращаются. Они ничем не поддерживаются: ни результатами, ни реальными действиями, ни реальными способностями.<br />Зато эти слова очень много «значат», очень многое поднимают и сильно будоражат нутро, причём не только моё. Для себя здесь я очень ценным считаю то, что якобы могу оперировать словами и с помощью слов поднимать какие-то резонансы в структурах других людей, пробуждая в них определённые чувства. Но всё это связано с формированием во мне жертвенных структур, с помощью которых я обращаюсь в своей голове как будто бы к другим людям, хотя на деле обращаюсь не к ним, а к образам других людей, которые сам создаю и поддерживаю в своей голове.<br />Это очень ресурсозатратный процесс, потому что мне приходится не только создавать копии уже имеющихся процессов в своей голове, но и удерживать их, а также создавать себя по поводу них: своё якобы отношение к ним и их якобы отношение ко мне. Здесь я начинаю активно глючить. Это уже активная фаза глючания, и сейчас мне очень неловко, стыдно, трепетно и неудобно признавать этот ключевой момент, потому что я вижу, как прямо сейчас создаю и поддерживаю в голове образ Виктора, образ пространства якобы наших взаимоотношений, образ того, как он ко мне якобы относится, и того, как я якобы отношусь к нему.<br />Всё это очень похоже на то, с чем я пришёл в самую первую сессию. Это позиция глубокой жертвы собственной жертвенности, которая меня ведёт. Я буквально не сам её формирую, а она меня ведёт, меня заносит мысль, меня ведёт идея, какой-то объект в уме. Я не могу, или мне очень сложно, что здесь одно и то же, в сознании обращаться к чему-либо. Мне кажется, что я обращаюсь к чему-либо в реальности, и процесс восприятия, способность воспринимать ещё очень слабая, но сохраняется.<br />По мере того как я якобы воспринимаю что-то в реальности, я будто бы принимаю решение на что-то посмотреть и на что-то обратить внимание. Но ключевой момент в том, что делаю это не я. В данном случае я не даю себе никакую команду, не приказываю себе проявить, рассмотреть или рассоздать что-либо. Процесс восприятия ведёт меня за собой, и я не могу этому сопротивляться.<br />Ключевой аспект состоит в том, что моё восприятие очень двойственно, индивидуально поделено, но я никакой двойственности не чувствую и не вижу. То есть я не вижу собственного обмана и собственного лицемерия. Я выбираю не видеть это, выбираю не верить в то, что способен этого не видеть и не замечать. Очень быстро, через нагромождение большого количества процессов, я рано или поздно «убеждаюсь», нахожу подтверждения истинности и правдивости собственных глюков.<br />Так формируется абсолютно извращённая система логики, где с помощью самой логики можно доказать или опровергнуть в принципе всё что угодно, поняв или не поняв лишь ключевое: к реальности это никакого отношения не имеет. Все эти «победы», где я побеждаю в спорах и одерживаю победы в дискуссиях с другими людьми, происходят в моей голове и заключаются в процессах множественной фрагментации себя, деления себя на огромное количество частей, точек зрения и поддержания всех этих процессов псевдокоммуникации.<br />Процессы<br />Я создаю свой внутренний диалог и начинаю воспринимать его как истину. Я выполняю множество процессов, создавая саму идею внутреннего диалога, его структуру, логику и форму, то есть субструктуры собственной личности, подсознательную и жертвенную структуру. Я создаю её из различного рода точек зрения самого себя, которые снова делю на самого себя, причём делю многократно, выполняя по пути множество процессов.<br />Чтобы поделить себя хотя бы на одну точку зрения, делить приходится несколько раз и на разных уровнях, поэтому этот процесс становится очень ресурсозатратным и энергоёмким.<br />ЦИ<br />Идея и процесс полного отказа от каких-либо реальных взаимоотношений с реальностью. Отказ от себя со всеми своими способностями в этой структуре личности. Отказ от себя, способного быть способным.</p> <p>Уровень 6<br />Я начинаю с самого низкого уровня, пытаюсь делать, поступать и выбирать с самого низкого уровня, хотя по сути я ничего не выбираю. У меня такое чувство, что все мои системы бьют тревогу. Здесь формируются само понятие тревоги, понятие тревожности, понятие небезопасности и образ «красной кнопки», которую я боюсь нажать, но рано или поздно, проходя через этот уровень, у меня заканчивается ресурс самому себе, и я эту кнопку нажимаю.<br />Эта кнопка является образом спуска вниз, но в данном случае уже не только на уровне данной программы, а на уровне всей программы в целом. Это попытка глобально переместить себя в статус небытия. Я своего рода предсказываю этот момент для самого себя, и каким-то удивительным образом эта игра с самим собой разворачивается во множество выборов, ветвей и развилок, хотя все ходы, выходы, телодвижения, способности и варианты уже предопределены. Всё моё бытие и всё моё житие предопределено, как и вся структура игр, все способы и механизмы переключения между уровнями, которые я называю свободой выбора и свободой воли.<br />Здесь точно так же предопределены даже возможности того, когда, где и в какой момент у меня будут возникать вопросы или сомнения, в какую сторону я буду склоняться, в какие стороны в итоге буду сдвигаться и какие решения будут приняты. Все ходы, выходы и взаимосвязи прописаны на уровне нейронных сетей: то, как я буду поступать, как буду взаимодействовать, какая информация будет подниматься в ячейках моей памяти, то есть в структурах, которые создают и поддерживают мою память. Я буду реагировать в реальности не на саму реальность, а на память о ней в своём уме.<br />Это ключевой процесс, который я ещё частично, какой-то частью себя, способен воспринимать. Ещё остаются какие-то чувства, ощущения, своего рода отрезвляющее эхо, являющееся остаточной способностью воспринимать и чувствовать боль, а также чувствовать себя ответственным за эту боль. Но и эта способность тоже достаточно быстро и постепенно утрачивается. Моё внимание, моё время, моё пространство и мои ресурсы уже активно направляются и перенаправляются вглубь самого себя, во все войны, войнушки, конфликты различного рода и уровни внутренних миров самого себя.<br />Все маршруты этой нейронной сети, все переключения между уровнями этой нейронной сети и уровнями ума происходят автоматически. Это позволяет буквально прогнозировать и предсказывать, кто, как и в какой форме будет формировать мысль, в какой последовательности слов и так далее. Всё прописано на мельчайшем уровне, вплоть до абсолюта. И поскольку сознание меня как существа буквально замыкается как цикл, а никакой новой информации не поступает совсем, это всегда лишь вопрос времени, некоего интервала, прежде чем я глобально переключусь на следующий виток всей этой цикличности.<br />Процессы<br />Выполняю процессы, на выполнение которых сам себя запрограммировал с более высоких уровней. Выполняю процессы, чтобы не выполнять процессы; выполняю процессы, чтобы выполнять процессы; выполняю процессы, чтобы выполнять другие процессы; выполняю процессы, чтобы предзнаменовать другие процессы и создать возможности для их дальнейшего выполнения.<br />Я и процессы становимся одним целым. Я и есть процессы, и я есть ничто, кроме процессов. Это ключевое основание всех этих процессов — полное приравнивание себя к какому-либо процессу на одном из уровней в статусе безмолвного выполнителя этих процессов. Здесь идут процессы полной потери связи с реальностью, полной потери ориентации в реальности и полной потери в самом себе, в том смысле, что исчезает само восприятие того, что есть что-то ещё.<br />То есть момент того, что я как существо есть в этом пространстве, утрачивается. Такая системообразующая сила для всех этих процессов теряется, и я теряюсь для самого себя.<br />ЦИ<br />Процесс, в котором я приравниваю себя к собственному подсознанию и становлюсь одним целым с собственным подсознанием, заключается в отказе от сознания как такового, от сознательной структуры личности. Этим отказом я вливаюсь в неё и становлюсь ею — безмолвной выполняющей структурой. Это отказ от сознания.</p> <p>Уровень 7<br />Главный ключевой процесс, ключевая идея, ключевая динамика и ключевой механизм здесь связаны с переключением между уровнями, между слоями программы, между своего рода прослойками одной пластинки программы. Сам механизм, сам принцип и сама идея описывают один и тот же механизм деградации, где все последующие механизмы по сути поддерживают и обеспечивают выполнение процессов деградации более высокого порядка. Это похоже на программу, которая существует на одном уровне и с помощью множества мини-программ следующего уровня выполняет саму себя.<br />Ключевой момент в том, что этот процесс безвыборный, бессознательный и безличностный. Это личностная программа, но сам процесс абсолютно безличностный, потому что в этой личностной программе никого нет и ничего нет ни в плане человека, ни в плане существа. Есть множество существ и сущностей более низкого уровня, на которые существо само себя делит для осуществления программ. Здесь становится явным тот момент, что в самом начале этой программы я принял решение делить себя на сущности и уровни сущностей, делить уровень сущности на сами сущности, существовать на уровне этих сущностей и поддерживать все уровни этой игровой структуры с нижайших уровней самого себя.<br />Я принял молчаливое соглашение поделить себя и существовать на этом уровне. При этом есть какой-то момент, камень преткновения, что-то, что я сейчас не могу прояснить и не в состоянии передать словами, что-то, что живёт меня за самого себя. В частности, процесс прояснения сейчас происходит почти полностью в сознании, но какой-то частью себя я сплю и вишу в какой-то сфере, в вакууме процессов, где себя уже не осознаю. Я больше себя не осознаю, не в состоянии проговаривать себя из сознания в сознание, не в состоянии рассматривать, прояснять и проговаривать в состоянии сознания собственные процессы и собственное содержимое жизненного пространства: то, как, зачем и в связи с чем я его создаю, поддерживаю и структурирую самого себя.<br />Тонкий момент, который я сейчас хочу проскочить и не заметить, состоит в том, что я делю себя на коммуникационные линии, на линии коммуникации между частями и аспектами самого себя, между различными сущностями, на которые сам себя создаю. Глубокие попытки налаживать коммуникации между различными сущностями, создаваемыми из самого себя, — это то, что удерживало и удерживает меня в этой программе как фиксация важности идеи «наладить» взаимоотношения между различными сущностями внутри самого себя.<br />Это подразумевает моё полное прохождение через весь цикл деградации собственного восприятия, чтобы понимать, воспринимать, интерпретировать, замечать и каким-либо образом взаимодействовать с сущностями вещей как с существующими отдельно от самих вещей, отдельно от самого себя и отдельно от собственного восприятия. Именно это является ключевым моментом и механизмом деградации восприятия, тем, как происходит сама деградация восприятия.<br />Процессы<br />Процессы завершения деградации восприятия, где вся память выполнения этих процессов стирается, обнуляется и делится на ноль. Все уровни программы, все уровни процессов, все воспоминания, отсылки и вся память о них и о себе полностью стираются. Остаётся просто голограмма самого себя, голограмма себя, голограмма существа, голограмма существования существа, которое ранее было существом, а теперь перестаёт им быть.<br />ЦИ<br />Отказ от взаимосвязи, но в данном случае именно от связи с наивысшим уровнем восприятия, с наивысшей позицией, с тем наивысшим уровнем, с которого происходит восприятие. Происходит отказ от взаимосвязи с ним, от него или к нему. Это завершающий штрих того, что я и восприятие перестаём быть одним целым.</p> <p>Уровень 8<br />Я — это кладезь знаний, кладезь мудрости, кладезь каких-то вещей, явлений, сущностей и материалов, которые я создаю из самого себя и храню в самом себе как существе, на самых нижних уровнях самого себя. Это цикличный процесс постепенного деления себя, вплоть до конечного, финального и одновременно очередного деления на сущности вещей. Здесь проявляется цикличность создания из самого себя сущностей различного рода вещей, которые я когда-то ранее воспринимал.<br />Всё это происходит для осуществления собственной деятельности ума, для создания самого пространства ума и структурирования себя через него. Это общий предуровень создания умственных структур и их формирования, где существо переводит себя из сути существа в суть различных вещей, в суть законов, в которых осуществляется любое взаимодействие и любое действие от уровня объективной материальной реальности этой конкретной вселенной.<br />Здесь происходит процесс постепенного перевода всех своих ресурсов в уровень сущностей и на уровень сущностей, чтобы осуществлять своего рода поддержку себя в выполнении программы, поддержку себя в собственном существовании. Есть догадки и домыслы, что именно это создаёт восприятие, что именно это и формирует восприятие. По такому же принципу происходит формирование восприятия более глобального уровня: я постепенно перевожу себя на уровень материалов, создаю материалы из самого себя, а затем эти же материалы становятся окружающей средой и окружающим пространством.<br />Это окружающее пространство создаёт восприятие, создаёт фон для осуществления деградации пространства и для продолжения деградации себя на текущем уровне. При этом для верхнего уровня он является более низким текущим уровнем.<br />Процессы<br />В попытках что-либо познать, понять, соприкоснуться с сутью вещей и проникнуть в суть вещей я постепенно проваливаюсь в «сущность» этой вещи и сам становлюсь сущностью этой вещи. В каком-то смысле я ею и был ранее, потому что вся эта цикличность подразумевает аналогию восприятия и попытку воссоздать восприятие более глобального уровня на текущем уровне.<br />Здесь я отказываюсь существовать на уровне объективных законов объективной реальности этой вселенной, на уровне нематериальной стороны этих законов, куда мне удаётся себя перенести.<br />ЦИ<br />Отказ существовать здесь, на текущем уровне реальности.</p> <p>ЦТ<br />Пространство, в котором я чувствую себя лишним, осознаю себя лишним и создаю себя лишним. Изначально я создаю себя как одно большое общее целое, являюсь целым и постепенно делю себя на части, фрагменты, аспекты и отголоски самого себя. Это процесс формирования структуры личности, структуры личностного восприятия, пространство закладывания фундамента для возникновения личностного восприятия, для продолжения и осуществления самой деградации реального восприятия.<br />Это пространство включает в себя множество вещей и сразу выводит на деление себя до уровня сущностей. Здесь у меня возникает восприятие, что все остальные уровни, все восемь или девять уровней, связаны с этим процессом, хотя я теряюсь в домыслах и догадках. Суть пространства заключается в том, чтобы из того, что я воспринимаю и проясняю, делать сознательные выводы, не предполагать по сути, а знать. Именно в этом заключается основной момент: деградация себя как существа является уничтожением в себе способности знать.<br />Далее из этой способности создаётся аналог, позволяющий мне на уровне ума догадываться, предполагать, угадывать и гадать. Это становится моим способом взаимодействия с информацией в самых разных аспектах. В общем случае, в любых ситуациях я начинаю не знать и не взаимодействовать с тем, что и как я знаю на одном уровне, а отказываться от знания, ставить блокировку «не знаю» или «не воспринимаю». Соответственно, я начинаю делать, действовать, двигаться, отталкиваться, быть, жить, уметь и хотеть, выполняя множество процессов на человеческом уровне, отталкиваясь от этих экранов незнания и невосприятия.<br />Программа заключается в том, чтобы уничтожить в себе способность знать через установку этих блокирующих экранов незнания. Это пространство программы уничтожения в себе способности знать как существа, способности именно как существа знать.<br />Это уровень и пространство за пределами этой вселенной, за пределами формирования чего-либо и каких-либо способностей на этом уровне жизни. Это способность надчеловеческого уровня, уровень над человеческим уровнем, одновременно проявляющийся как способность оперировать в сознании, жить, быть, действовать и что-либо делать, ничего не создавая и не перемещаясь на уровень этой вселенной, где действуют именно такие законы, в которых нужно всё время создавать.<br />По условиям этого воплощения я в любом случае столкнулся бы со своей способностью воспринимать. Я в любом случае деградировал бы, и в какой-то момент начинаю пытаться найти эту способность, после чего начинаю активно её уничтожать. Это выразилось в виде моего опыта и попыток разобраться с тем, как я вижу, что вообще значит видеть, как это происходит и по каким законам. Соответственно, начинается деградация этого восприятия с очень усиленной скоростью.<br />Основной момент этого пространства состоит в том, что я реально вижу извне человеческого уровня, но программа создаёт восприятие, что так видеть нехорошо, так видеть нельзя. Возникает идея, что видеть больно, видеть нельзя, и это видение нужно постепенно разрушать. Происходит переход на уровень, с которого реальное объективное восприятие начинает восприниматься как иллюзия, и запускается активная фаза стремительного разрушения, стремительной и быстрой деградации. Всё, что происходит на более высоком уровне и с более высокого уровня, затемняется, затмевается, убивается и обесценивается. Всего этого будто бы нет. Основное последствие — это стремительность деградации, которая начинает приобретать очень высокую скорость.<br />По своему ресурсному уровню я воспринимаю, что с самых ранних лет у меня было восприятие с высоких уровней, за пределами человеческого, но не было достаточно ресурсов, чтобы всё это как-то использовать. При этом была податливая структура личности, готовая соглашаться с тем, что всего этого нет: того, что я вижу, и того, как я вижу. Не было способности опираться на собственное видение, взаимодействовать с реальностью и проявляться через него, хотя сама способность видеть была и раньше.<br />Есть много бессознательных частей, общее пространство бессознательного, множество больших частей меня, где я живу на уровне законов, преимущественно невидимых и невоспринимаемых с человеческого уровня. Было множество моих попыток туда заглянуть в своих шизотерических стремлениях, множество точек зрения, которыми я всё это наделил, много противоположных и конфликтующих позиций. Очень много пространств существует как поля боя различных внутренних конфликтов, которые на бессознательном уровне происходят без остановки и остаются невидимыми для восприятия.<br />Идут постоянные процессы распада на всё более мелкие формы, части и сущности, а также процессы формирования отношений между ними, между восприятием видимой и невидимой стороны законов, условно материальной и духовной составляющей этих законов. Это своего рода растяжки.<br />Здесь проявляется механика ментализации всех процессов, направленная на то, чтобы присваивать себе процесс мышления на человеческом уровне и постепенно убить в себе восприятие того, что мышление сформировано и формируется как процесс создания всех нейронных связей, нейронных сетей, всех паттернов, возможных и невозможных, с программного, надчеловеческого уровня. Эта структура включает в себя убытие и одновременно личностное присваивание продуктов мышления, то есть продуктов распада самого себя в виде мышления.<br />На человеческом уровне возникают законы формальной логики, где я существую в виде законов и создаю себя. Происходит создание памяти, создание взаимоотношений с памятью как с обособленной частью себя, создание банков памяти и постепенный перенос ответственности с себя, её сброс на что-либо, на какие-либо силы и сущности, поддерживающие эти банки памяти. Это становится неотъемлемой частью процесса, необходимого для того, чтобы полностью перевести себя на уровень автоматизмов, отказаться от возможности сознательно взаимодействовать с памятью, окончательно влепиться в ум и переместиться на уровень ума.<br />Состояние и шокирующее воздействие импланта состоят в том, что я уничтожаю в себе способность знать, поэтому могу лишь с более низкого уровня воспринимать всё с позиции удивления, как ребёнок, через наивность: я ничего не знаю, и мне остаётся только удивляться тому, как здесь всё интересно и по-новому.</p> <p><strong>Ответный имплант</strong></p> <p>Ценность и важность знания, ценность и важность понимания, ценность и важность логики, дедукции, системной логики с человеческого уровня и всего, что с ней связано. Накопление знаний, распространение знаний, опора на знания, жадность и голод до знаний, постоянные попытки заполнить пустоту с помощью знаний.<br />Что мне внушает этот имплант<br />Мне неловко находиться в реальности, быть в реальности и в сознании. Я чувствую неловкость, неудобство и стыд за самого себя, за то, какой я, за то, что я знаю, как я знаю и что умею с человеческого уровня, а также за то, чего и как я не умею. Возникают стеснительность, робость, очень большая скромность. Имплант внушает, что я собой не обладаю, что я не склонен к самообладанию, что мне неловко и неудобно за себя, за свои реакции, за свои человеческие реакции, человеческие инстинкты и человеческие программы.<br />Внушается, что реальность и окружающие меня люди должны со мной мириться, потому что я доставляю неудобства, мешаю другим, вмешиваюсь в их пространство своим существованием и своей бытийностью. Я мешаю другим, я неудобен другим, моё пребывание рядом с другими неудобно и дискомфортно для них. Другие люди доставляют мне сложности и неудобства, и я им тоже доставляю сложности и неудобства.<br />Человеческие взаимоотношения и человеческая коммуникация воспринимаются как созданные для того, чтобы усложнять друг другу жизнь, спорить, воевать и конфликтовать на уровне отдельных точек зрения. Имплант внушает, что реальность состоит из множества локальных и глобальных войн, каких-то воинствующих течений, что все постоянно готовы со мной спорить, что все со мной уже спорят, все автоматически со мной не соглашаются, и я автоматически не согласен со всеми. Отсюда возникает ценность и важность собственных точек зрения, чувство униженного достоинства и чувство стыда.<br />Он внушает, что мне неловко сейчас это описывать, неловко говорить за себя, неловко говорить о том, что я сейчас испытываю, чувствую и ощущаю. Мне неловко за собственное тело, за собственную реальность, которую я создаю, и за себя в этой реальности. Мне неловко за свои создания. Возникают постоянные чувства робости, скромности, стеснённости, зажатости и заблокированности. Мне очень тесно, мне не хватает места, мне трудно дышать. Я ничего не чувствую и уповаю на собственную нечувствительность и невосприимчивость.<br />Имплант внушает, что лучше ничего не знать, ничего не видеть, ничего не иметь, ничего не хотеть и вообще не быть. Он внушает, что люди прокляты, что всё человечество проклято, гниёт и сгнивает заживо, что в человечестве и от человечества не осталось никакого живого места. Всё полностью захвачено программой, всё проиграно программам, всё человеческое пространство, всё человеческое, всё человечество в людях полностью отдано программам. Все люди находятся в программе, все люди в матрице, все люди боты, и я тоже бот программы. В сознании никто не живёт и не находится: одновременно никто, кроме меня, и одновременно я тоже там не нахожусь.<br />Он внушает неверие собственным глазам, недоверие собственным ощущениям, собственному восприятию, собственным чувствованиям, способностям и мотивации. Внушает недоверие всему жизненному себе: собственной энергии, собственному времени, собственному пространству, собственным процессам. Возникает недоверие ничему в себе и одновременно всему.<br />К чему меня принуждает этот имплант<br />Он принуждает тратить свою жизненную энергию, свой ресурс, все возможные и доступные, а также невозможные и недоступные ресурсы. Принуждает начинать и не заканчивать, множить, городить и плодить как можно больше процессов, запускать как можно более сложные, фрактальные, ветвистые, повторяющие и воспроизводящие сами себя процессы, которые постепенно автоматизируют сами себя.<br />Он принуждает автоматизировать пространство собственной деятельности, переводить на уровень автоматов собственное восприятие, менять полярность восприятия, создавая отрицание из самого себя. Он принуждает создавать и поддерживать структуры, игры и механизмы личности, способствующие отрицанию и поддерживающие отрицание как идею, форму и способ псевдовосприятия. Он заставляет имитировать восприятие, создавать иллюзию восприятия в виде отрицания, множить и плодить процессы отрицания на всех уровнях и на каждом уровне.<br />Имплант принуждает автоматически воспроизводить процессы отрицания и недоверия собственному видению, блокировать собственное видение на всех уровнях и на каждом уровне, на котором я существую. Он принуждает блокировать, плодить, размножать и кодировать все процессы блокирования собственного восприятия на уровне чувств, чувствительности, всех человеческих способностей, человеческих процессов и человеческих игр.<br />Он принуждает воссоздавать себя заново, «с чистого листа», с нуля, на человеческом уровне. Принуждает стремиться полностью обнулить и уничтожить способность воспринимать напрямую, а также способность взаимодействовать с реальностью, воспринимая её напрямую, не создавая и не плодя процессы и сущности процессов. Процесс тоже становится созданием сущностей процессов: сущностей, поддерживающих процессы, автоматизирующих процессы, сущностей из самого себя, сущностей явлений, событий, того, кого и что я воспринимаю.<br />Он принуждает создавать эти сущности и банки памяти, связанные с ними, стремиться переводить всё своё сознательное восприятие в знание, трансформировать себя в знания и создавать из себя знания на каждом уровне, о каждом уровне и о реальности в том числе. Он принуждает блокировать в себе способность видеть оригиналы явлений и вещей, обращаться напрямую к сути, форме и содержимому и взаимодействовать с ними таким образом.<br />Имплант принуждает уничтожать собственное восприятие, блокировать память, стирать и обнулять память о том, как именно это происходит, как именно я уничтожаю собственное восприятие. Он принуждает переводить и наращивать массу и тягу к тому, чтобы всё в себе, все свои процессы и всё, с чем я взаимодействую, переводить в максимально противоположную форму — по сути, смыслу и содержанию. Всё, что я воспринимаю, чего касаюсь и с чем взаимодействую, переводится в такую форму для взаимодействия с бессознательным без моего участия и ведома.<br />Что мне запрещает этот имплант<br />Он запрещает чувствовать пульс собственной жизни, собственные жизненные ритмы и пульсации, естественные ритмы собственного тела и собственной создаваемой реальности. Запрещает видеть, осознавать, знать и ориентироваться в реальности, опираясь на естественное настоящее знание и настоящую способность знать. Запрещает глобально, во всех вопросах, моментах и задачах, опираться на собственную способность знать.<br />Он запрещает действовать, жить, быть и существовать, не создавая процессов, не плодя процессов, не создавая копий процессов и не воссоздавая их. Запрещает обращаться к оригиналам объектов, вещей и процессов напрямую. Запрещает видеть и прояснять собственные жизненные процессы и личностные структуры, напрямую проясняя их форму и содержание. Запрещает сознательно, напрямую обращаться к любым моментам, аспектам, объектам, к любому содержимому собственного жизненного пространства и к самому жизненному пространству, видя и зная одновременно его суть и форму.<br />То же самое происходит и в отношении тела. Он запрещает трезво и здраво видеть собственные возможности, собственные способности и собственные пределы. Запрещает видеть и знать собственные пределы, сознательно прояснять любые пределы на любых уровнях восприятия и между ними, мгновенно и полностью их рассоздавать, рассоздавать все их копии и оригиналы пределов восприятия, не создавая их заново.<br />Он запрещает не имитировать жизнь, не имитировать восприятие, не имитировать сознание. Запрещает мгновенно прояснять и мгновенно рассоздавать проясняемые объекты вместе с их копиями, копиями их копий и всем, что с ними резонирует.<br />Точки привязки этого импланта и все идеи и установки из этих точек<br />Весь ум, всё пространство ума, вся структура и все структуры, создающие и поддерживающие ум. Всё, что создаёт человеческий уровень и поддерживает человеческий уровень, все процессы на нём и в нём. Само восприятие, сознательное восприятие и восприятие существа.<br />Идеи из точек привязок:<br />Я маленький, моя жизнь маленькая, моя жизнь мала и коротка, и сам я тоже мал. Мне осталось жить немного, недолго. Все идеи, представления, предположения, догадки, домыслы и установки по поводу продолжительности собственной жизни, продолжительности каких-либо процессов и времени как такового. Мне не хватает времени, мне не хватит времени что-то воспринять, понять, осознать, переварить, переработать, усвоить, передать, с чем-либо или с кем-либо провзаимодействовать. Постоянно не хватает времени.<br />Время выше меня. Есть что-то выше моих сил, есть что-то выше меня, есть кто-то выше меня, есть какое-то «выше меня». Где-то, куда-то, выше меня, и я знаю либо не знаю, что именно находится выше меня. Я строю догадки и домыслы, предполагаю, предугадываю и предсказываю, что было, что будет дальше и что происходит сейчас. Я предполагаю и думаю, что знаю. Я планирую, ожидаю каких-то вещей, событий, явлений и исходов в каких-то закономерностях.<br />Все мои и приобретённые идеи, установки, знания, постулаты и парадигмы о закономерностях, целесообразности, системообразности, взаимосвязанности всего со всем и всех со всеми. Идея, что что-либо ниже моего человеческого достоинства: какие-либо поступки, явления, вещи, события, чувства, инстинкты, импульсы или желания. Идея, что существует человеческое достоинство, что есть те, у кого нет человеческого достоинства.<br />Все идеи, предпосылки, постулаты и догмы о человеческом достоинстве, о человеческом в человеке, о человечности в человеке и в людях. Идея, что люди бесчеловечны, что человек бесчеловечен, что я бесчеловечен. Идея, что люди потеряли себя, человечество потеряло себя, и теперь нужно себя найти или создать, нужно себя сформировать, выковать, огранить и окантовать в какую-то форму, создать себя в какой-то форме, нужно себя возделывать.<br />Идея, что человек — это сад, почва, которую нужно возделывать, на которой нужно что-то вырастить и создать. Идея, что объективного мира и объективной реальности не существует: ни одного, ни моего, ни общего моего со всеми и со всем. Все мои и приобретённые идеи, установки и постулаты в парадигме об объективности и объективном, необъективности и необъективном.<br />Как называется этот имплант:<br />Имплант уничтожения в себе способности знать, полного обесценивания этой способности.</p> <p><strong>Приобретённый имплант</strong></p> <p>Фатальность, неизбежность, предопределённость, безвыходность, жёсткая структурированность и неизменность всего происходящего, а также бессилие по поводу всего этого.<br />Что мне внушает имплант<br />Как бы кого обмануть, как бы кого перехитрить, как бы хорошо, сладко и радостно было бы сейчас кого-либо обмануть. Представлять себе, как я кого-то обманываю, представлять, как меня обманывают. Сладость, страсть, любовь, радость переживаний, яркость чувств и яркость восприятия от лжи, в связи с ложью. Внушает, что ложь — это нормально, что это якобы нельзя назвать ложью, что это или является, или не является ложью, что то, как я сейчас обманываю себя, или как кто-либо обманывает себя, не является ложью.<br />Внушает, что все люди живут по лжи, каждый живёт во лжи, мир соткан из лжи, человеческие структуры и человеческие системы на всех уровнях сотканы из лжи, и это нормально. Внушает, что смотреть прямо и мыслить здраво — ненормально, смотреть прямо и мыслить критически — ненормально, сознательное восприятие — ненормально, нехорошо или плохо. Одновременно внушается, что всё это выглядит правильно, понятно, добротно, структурно и хорошо, а что-либо не может быть ложью, если это могут видеть многие. Все не могут ошибаться, все подряд или многие не могут ошибаться, те, кто был до меня или до нас, тоже не могут ошибаться. Люди не ошибаются, ошибок не существует, всё хорошо и всё нормально.<br />Возникает оголтелый оптимизм, ни к чему не привязанный и ни на чём не обоснованный. Внушается, что видеть то, что плохо, нехорошо и нездорово, — ненормально, что в реальности не существует ничего плохого для всех, что в объективной реальности ничего плохого нет. Появляется голое чувство безопасности, потребность, надобность и необходимость безопасности, а вместе с этим — общее чувство небезопасности. Постоянное чувство, что я обманываю и меня обманывают, что меня могут обмануть в любой момент, поэтому мне нельзя давать себя в обиду, и нужно обмануть первым. Либо ты обманешь, либо тебя. Все друг друга обманывают, и это нормально.<br />Внушает, что не может быть никаких ошибок, что все так живут, все мои предки так жили, все в моей стране так живут, в этой или в другой стране живут именно так, и это нормально. Все люди предсказуемы, всех людей можно прочитать, всех можно просчитать, всё можно предсказать, предвидеть и предугадать. Нет ничего нового в человеке и человечестве, никогда ничего нового не происходило, всё происходило и происходит лишь по старым рельсам. Всё повторяется на каждом уровне, никогда это не заканчивалось, всё повторится заново и вновь.<br />Возникает боль от того, что всё неизменно, ничего не меняется и ничего нового не происходит. Никто и ничто не действует по-новому. Это боль и усталость от предопределённости, бытие жертвой собственной судьбы, бытие жертвой человеческой судьбы. Внушается, что я жертва человеческой судьбы, что я и человеческая судьба — не одно и то же, что мы не целое и не вместе. Возникает отрицание человеческой судьбы, чуждость человеческой судьбы, идея, что я её не создаю, не создавал и не имею к ней никакого отношения.<br />Появляется тотальное и сплошное разочарование, тотальная мгла, боль и разочарование в собственной человеческой судьбе, непонимание того, как и зачем она образуется, почему она именно такая, а не какая-либо ещё. Из вывода, что я её не создаю и не создавал, возникает отсутствие ценности собственного сознания, тотальная неценность и обесценивание собственного сознания и всего сознательного в себе. Ценность имеет лишь человеческое сознание; внушается, что единственно существует и единственно важно именно человеческое сознание — предугадываемое, планируемое и просчитываемое.<br />Внечеловеческое, надчеловеческое, реальное сознание воспринимается как непредопределённое, хаотичное, небезопасное и страшное. Так нельзя, так не может быть, это не может продолжаться, этого не может быть, всего этого не существует, это происходит не со мной, этого всего не происходило. Это очень жёсткое отрицание и одновременно очень мягкое отрицание, отрицание разной формы, а также отрицание самого отрицающего.<br />К чему меня принуждает этот имплант<br />Он принуждает терять веру в себя, падать, ошибаться, накапливая в себе боль на человеческом уровне и на всех уровнях собственного существования. Принуждает становиться и делать себя жертвой собственной судьбы, формировать собственные условия для того, чтобы быть и делать себя жертвой этой судьбы. Принуждает формировать абстрактный ум и абстрактное мышление, делать себя жертвой способности абстрактно мыслить, а затем «делегировать» и проецировать эту способность на сознательное.<br />Он принуждает стремиться автоматизировать эту способность, одновременно формировать её и отказываться от неё, формировать и уничтожать её в себе. Принуждает формировать и одновременно уничтожать собственное человеческое сознание, собственное мышление из самого себя, из ресурсов самого существа. Принуждает отказываться от всех ресурсов, от всей ресурсности, от реального собственного существа, от всего сознательного в себе, от сознательного подхода к жизни, от всего рационального и от всех способностей сознательно и рационально проявляться.<br />Он принуждает абсолютно и жёстко аннигилировать в связи с этими способностями и по поводу них, в разных формах отрицать всё сознательное, рациональное, последовательное и закономерное. Принуждает отрицать естественный ход вещей, естественный ход событий и естественное развитие событий. Принуждает видеть всё либо только на поверхности, либо только на глубине, то есть разделять собственное восприятие на восприятие отдельно сути и отдельно формы, поддерживать эту отдельность, копировать, повторять и воспроизводить её на всех уровнях собственного бытия и существования.<br />Он принуждает стремиться создавать и одновременно аннигилировать в пустоте по поводу всех собственных реальных способностей к сознательному проявлению, сознательному прояснению и сознательному анализу. Принуждает блокировать саму суть сознательного подхода к жизни, формировать и выучивать в себе чувство беспомощности, заучивать это чувство, запечатлевая его на уровне нейронных связей, нейронных соединений и нейронных сетей. Принуждает создавать их из себя и делать себя зависимым от различного рода нейронных сетей.<br />Он принуждает формировать из самого себя блоки памяти и делать себя зависимым от бессознательных и подсознательных способов взаимодействия с ними. Принуждает формировать сами блоки памяти и нейронные сети под обработку этих блоков памяти, уничтожать в себе способность сознательно взаимодействовать с собственной памятью, не разделяя её на долгосрочную, краткосрочную или какую-либо ещё. Принуждает создавать структуры памяти, целые блоки памяти, ячейки памяти, структуры под память и пространства под создание и формирование памяти.<br />Он принуждает формировать структуры под формирование ума, создавать пространство для создания и поддержания ума, игр, структур и игр ума. Принуждает удерживать своё восприятие на самом нижайшем уровне, начинать воспринимать с самого нижнего уровня, деградировать и разрушать собственное восприятие. Принуждает уничтожать и блокировать восприятие того, как и зачем я себя разделяю, как расщепляю себя на куски, части и фрагменты, вплоть до пыли и атомов самого себя.<br />Он принуждает блокировать восприятие, понимание и знание того, как, зачем и на какие игры я себя создаю, как я сам из самого себя, из собственного существа, организую эти игры, зачем, в связи с чем, как и какие последствия это имеет. На сознательном уровне он блокирует во мне знание того, чем являются игры, какую цену или какие цены я за них плачу, и обесценивает собственное сознательное восприятие на всех уровнях.<br />Что мне запрещает этот имплант<br />Он запрещает переживать что-либо сознательно, ощущать что-либо сознательно, чувствовать что-либо сознательно, чувствовать кого-либо сознательно. Запрещает воспринимать, обрабатывать, переваривать, усваивать и взаимодействовать с чем-либо в сознании. Запрещает мгновенно и полностью прояснять и рассоздавать структуры из игр и пакеты игр, структуры и пакеты программ, игры и программы любой степени глобальности.<br />Он запрещает прояснять и рассоздавать всё, что воспринимается и кажется глобальным, большим, большим любого размера и масштаба, объёма, глубины, продолжительности, плотности, сложности, критериев и характеристик. Запрещает как существу прояснять и рассоздавать собственные игры мгновенно и полностью, вместе со всеми их производными и производными их производных, со всеми структурами, об</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 02 Jul 2026 14:37:16 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17660#p17660 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17659#p17659 <p><strong>Уничтожения тела и здоровья ради получения эффектов в играх личности<br /></strong><br />Документ посвящён исследованию тела как скрытого жизненного пространства, с которым человек не имеет прямого восприятия и взаимодействия. Через уровни 1–8 и Центральную точку раскрывается мысль о том, что тело воспринимается человеком не как внутренняя реальность, а как внешняя материя, доступная только через боль, повреждение, болезнь и косвенные способы воздействия. Основная линия текста связывает невосприятие тела с позицией беспомощной жертвы, автоматизмом клеточных процессов, ограниченностью органов восприятия, расходованием телесного ресурса и невозможностью напрямую управлять физической структурой организма.</p> <p><strong>2022_04_10 </strong></p> <p>Тело можно рассматривать как своеобразный амортизатор, как рессору, которая принимает на себя нагрузки жизни, перерабатывает их, вырабатывает свой ресурс и постепенно изнашивается под воздействием дополнительной нагрузки, которую человек постоянно накладывает на него, не воспринимая реального состояния тела и не соотнося свои действия с его фактическими возможностями.<br />Вот человек перенёс сорок мешков, уложил два куба бетона, хотя, возможно, нормальной для его тела нагрузкой было бы только полкуба, и сама проблема здесь заключается не только в физическом усилии, а в нашем глубинном невзаимодействии с телом. У нас нет полноценного восприятия тела, потому что оно заблокировано, и, соответственно, у нас нет настоящего взаимодействия с ним; поэтому, когда происходит перегрузка, тело просто ломается, поскольку человек не чувствует той границы, за которой нагрузка перестаёт быть естественной и превращается в разрушение.<br />Существует структура, которая практически полностью блокирует наше взаимодействие с телом. Для того чтобы узнать, что происходит с телом, нам нужны приборы, анализы, врачи, которые определяют состояние отдельных органов и систем, хотя на самом деле это показывает только то, что собственное тело мы почти не воспринимаем напрямую. Мы воспринимаем его в очень примитивной парадигме: больно — не больно, и то, что в тридцать лет человек мог переносить относительно спокойно, в пятьдесят лет начинает возвращаться через последовательное накопление болезней, когда одна проблема накладывается на другую, и даже при отсутствии физических нагрузок, но при постоянных психических нагрузках, начинают проявляться то глаза, то сердце, то горло, то ещё что-то.<br />Вроде бы всё было нормально, но достаточно немного измениться обстановке, и телу уже не хватает запаса прочности, потому что причина находится не только в возрасте или внешних обстоятельствах, а в том, что мы с телом вообще не взаимодействуем. У нас существует полная блокировка на взаимодействие с телом, блокировка на восприятие этого тела, и всё его состояние сведено к очень узкой схеме: больно или не больно. Естественно, в такой парадигме нам хочется только одного — чтобы не было больно, но если смотреть глубже, это означает, что мы остаёмся в режиме, где тело фактически не воспринимается.<br />Конечно, есть тактильные ощущения, но, по сути, этим всё и ограничивается. Это базовая программа, в которой мы изначально создали тело, но ничего с этим телом сделать не можем, потому что отказались его воспринимать, а вместе с этим естественно отказались управлять телом и теми процессами, которые в нём происходят. В сфере тела мы практически ничем не управляем и никак не можем этим управлять напрямую, кроме воздействия через химические компоненты, препараты, внешние вмешательства и попытки компенсировать последствия уже накопленного разрушения.<br />Из-за этого нам начинает казаться, что тело является какой-то бездонной бочкой, в которую можно бесконечно вбрасывать всю свою боль, всё напряжение, всё подавление и все последствия внутренних процессов, не сталкиваясь с пределом. Именно отсюда возникает появление хронических болезней, потому что мы не воспринимаем тело как живую систему, с которой необходимо быть во взаимодействии, а используем его как пространство сброса, подавления и амортизации всего того, что не хотим видеть, чувствовать и осознавать. Мы не воспринимаем тело.</p> <p>Уровень 1<br />Область жизненного пространства как будто бы есть, но для нас её фактически нет, потому что мы отказались её видеть и отказались с этим пространством взаимодействовать. При этом мы вообще ни с каким пространством по-настоящему не взаимодействуем, и в буквальном смысле для нас там ничего нет: никакого пространства, никакой внутренней структуры, никакой видимой глубины, а только своеобразная чернота, которая начинается в тот момент, когда ты смотришь на свою руку и видишь кожу, пальцы, морщины, ногти, волосы, но при этом не воспринимаешь, что находится внутри этой руки и что происходит внутри того места, которое сейчас не болит.<br />Пространство тела для нас как будто бы не существует, потому что у нас нет органов, с помощью которых можно было бы напрямую воспринимать процессы, происходящие в теле. Чувствовать боль — это не значит воспринимать тело; это значит чувствовать повреждение, дискомфорт или сигнал, который связан с работой той части мозга, которая необходима для того, чтобы ты не вредил собственному телу. Без чувства боли выжить было бы невозможно, потому что без него ты не смог бы соотносить действия с повреждением, не смог бы вовремя остановиться и не смог бы, условно говоря, не протыкать себя ножом, поскольку не было бы механизма, который фиксирует опасное механическое воздействие.<br />Ты чувствуешь только то место, которое уже сломалось или оказалось вовлечено в болезненный процесс, но само тело имеет определённый лимит и предел прочности, которые до момента явного повреждения остаются для тебя практически невидимыми. Всё основывается на том, что у нас нет ни органов, ни систем, ни каких-либо внутренних механизмов, через которые сознание могло бы получать прямую информацию о состоянии тела и взаимодействовать с ним как с реальным пространством. В организме идёт огромное количество поддерживающих процессов, но физически ты не можешь их заметить и почувствовать, потому что они не представлены в твоём восприятии как наблюдаемые и доступные процессы.<br />Ты замечаешь происходящее только тогда, когда всё уже ломается, а пока ткань ещё не повреждена, но вся структура постепенно движется к разрушению, ты ничего не подозреваешь. Когда уже происходит обрыв, повреждение или резкое нарушение, и это начинает воздействовать на нервы, тогда этот обрыв становится ощутимым, но до этого никакого восприятия нет. Есть только чернота, в которой тело вроде бы существует, но как внутреннее пространство оно не воспринимается.<br />Вот, например, алкоголь или курение. Почему у человека есть возможность в текущий момент разрушать тело и одновременно получать алкогольное опьянение или иное приятное состояние? Потому что он не чувствует, что в этот момент происходит с телом. Восприятие меняется, от алкоголя становится весело или легче, но что в это время происходит с телом, клетками, печенью, почками и другими системами, в восприятии никак не присутствует. Если бы это напрямую воспринималось, никто бы, возможно, и не пил, потому что разрушение тела было бы очевидным не в виде будущих последствий, а как непосредственный процесс, происходящий сейчас. Именно на этом и основано всё наше невзаимодействие с данным пространством.<br />Если брать тело как механизм взаимодействия с реальностью, то руками ты трогаешь материю, телом чувствуешь материю, ушами слышишь звуки, глазами видишь форму, но при этом не существует никакого полноценного механизма, который позволял бы тебе взаимодействовать с самим телом как с внутренней реальностью. Всё, что ты чувствуешь, будь то болевые или приятные эффекты, не является полноценным восприятием тела, потому что ты просто нервами замечаешь какое-то механическое, химическое или иное воздействие, которое уже дошло до уровня ощущения. Мы никогда не видим реальные процессы, происходящие до этого воздействия, и всё, что предшествует механической реакции, остаётся скрытым.<br />Вирусы, болезни, воспалительные процессы — когда организм вообще начинает их замечать? Только тогда, когда вирус начинает вызывать воспалительную реакцию, когда организм начинает бороться с заражёнными клетками, когда возникает опухание, воспаление, температура или иной физический эффект, который уже можно почувствовать нервами как дискомфорт в тканях. Боль появляется не потому, что ты воспринимаешь сам процесс болезни, а потому, что ткань разбухает, изменяется, начинает давить, раздражать нервные окончания и вызывать болевой сигнал. Уже не говоря о внутренних органах, где многие процессы могут годами развиваться без прямого ощущения.<br />Вот рак: люди могут годами жить с раком и не знать, не чувствовать его наличия, пока не начнётся физическое проявление, пока не окажутся затронуты нервы, ткани или органы, через которые боль станет заметной. И только тогда человек начинает искать, почему появилась боль, идёт к врачу, врач находит опухоль в теле и объясняет, почему возникло то или иное состояние. Тогда ты узнаёшь, что с тобой что-то происходит, но самому видеть, чувствовать и воспринимать, почему это происходит, у нас практически не предусмотрено.<br />Первый уровень в этом пространстве — это факт, заложенный в структуре тела: факт отсутствия органов и механизмов, которые позволяли бы напрямую взаимодействовать с телом и воспринимать его внутренние процессы. Природой это не предусмотрено, потому что для организма, для природы, для человека и для любого живого существа естественным состоянием является не контролировать всё, что происходит с телом, а жить внутри ограниченной системы сигналов, где тело начинает проявляться только тогда, когда повреждение уже стало достаточно сильным, чтобы выйти на уровень боли, дискомфорта или видимого нарушения.</p> <p>Уровень 2<br />Если копнуть глубже, то окажется, что личность, ум и программы на самом деле мы тоже не воспринимаем напрямую. Если брать человека в его обычном состоянии, то он не воспринимает эти уровни, и только ТЕОС позволил начать выходить к их осознаванию и различению. За всю историю человечества такие вещи, по сути, никто не делал в системном виде, потому что восприятия в таком плане не было ни у кого, а в обычном состоянии человек ничего не видит и ни с чем по-настоящему не взаимодействует.<br />С личностью и умом происходит та же самая ситуация: мы не можем выйти за пределы ума, потому что смотрим на всё именно из ума и уже из этой позиции пытаемся выстраивать свои представления, объяснения, глюки, концепции и внутренние конструкции, но не прорабатывать их и не выходить на уровень выше. Просто есть сознательные, рациональные, интеллигентные люди, у которых как будто бы имеется восприятие, и кажется, что они могут выходить из своих глюков, различать их и преодолевать. Но это только кажется, потому что по факту из глюков почти никто никогда не выходит и не видит их как структуру, внутри которой он находится.<br />Что уже говорить о программах личности, различных текущих состояниях и всей этой внутренней механике, включая позиции жертвы, уровни деградации и другие процессы, которые в обычной человеческой картине вообще не представлены как реальные уровни восприятия. Этого никогда не было в прямом виде, и то же самое можно сказать о теле и о пространстве тела. Наша текущая позиция находится как будто бы откуда-то изнутри мозга, изнутри некоего собирательного образа работы мозга, где сумма работы различных его частей создаёт то, что мы называем сознанием.<br />Получается, что думать, видеть какие-то картинки в воображении, складывать слова в предложения, создавать мыслеобразы и удерживать внутренние конструкции — всё это делает мозг. И из этой позиции увидеть сам мозг, увидеть, как работает тело, технически невозможно, потому что наблюдатель находится внутри той же самой системы, которая формирует его возможность наблюдать. По принципу это похоже на то, как если бы клетка пыталась осознать тело человека или как если бы клетка тела пыталась осознать личность человека.<br />Для клетки тело — это примерно то же самое, чем для нас является вся Вселенная, и здесь возникает вопрос: как ты можешь осознать личность нашей планеты, если для тебя её фактически не существует? Для тебя планета — это просто некий кусок материи с различными физическими эффектами: жидкое ядро вращается, возникают магнитные поля, действует гравитация, есть земное притяжение, и на этом восприятие заканчивается. Точно так же клетка в теле воспринимает весь организм как чистую физику, как огромную планету, состоящую из многих триллионов других «планет», между которыми происходят какие-то процессы, но их общий смысл для неё недоступен.<br />Откуда-то поступает еда, причём клетка кожи вообще не знает о пищеварении, потому что для неё ресурс просто откуда-то приходит в виде определённых наборов углеводов, белков и других компонентов. Она приняла эту пищу, накопила ресурс, выполнила свою функцию, поделилась, но откуда эти ресурсы пришли, каким образом они возникли, сколько человек потратил сил, чтобы заработать, купить, приготовить и съесть эту еду, она не видит и не может видеть. Для неё алкогольное опьянение — это катастрофа, болезнь — это эпидемия, воспаление — это разрушительное событие, но вся человеческая логика, которая стоит за этими процессами, для клетки отсутствует.<br />Тот же самый принцип действует и у нас. У нас не просто нет механизмов, позволяющих взаимодействовать с телом и воспринимать процессы, происходящие внутри него, а сама наша позиция находится гораздо ниже тела, на каком-то очень низком уровне, где ты фактически ничего не видишь. Когда ты пытаешься смотреть в тело, всплывают не реальные процессы, а все накопленные знания о том, каким оно якобы является. Например, если посмотреть внутрь своей руки, то ничего не видно; из памяти просто накладываются анатомические картинки, и ты образно прикидываешь, что и где должно находиться, но непосредственного восприятия этого пространства нет.<br />Буквально сейчас посмотри в тело, и ты увидишь, что ты ничего не чувствуешь и ничего не видишь. Ты никак не взаимодействуешь с этим пространством, и это похоже на попытку посмотреть за стенку: ты находишься на таком уровне восприятия и сознания, при котором всё, что происходит внутри тела, для тебя практически не существует. Сама наша позиция восприятия расположена непонятно как, несоизмеримо низко и несоизмеримо далеко от того уровня, где формируется организм, где существуют все эти программы и где разворачивается пространство тела как самостоятельная, огромная и недоступная структура.<br />Есть пространство тела и есть пространство сознания, и между ними находится пропасть, которая по ощущению длиннее нескольких десятилетий проработки. Это позиция самого мозга, который смотрит на тело и, понятно, ничего не видит, потому что между пространством тела, пространством ума и самим сознанием существует слишком большая разница в ресурсности. Само наше сознание в том виде, к которому мы привыкли, когда ты чувствуешь себя, знаешь, что ты человек, осознаёшь мир вокруг себя и осознаёшь себя, тоже является определённой программой.<br />Поэтому с позиции этой программы само пространство тела оказывается недостижимо большим. Оно как будто бы находится где-то далеко, за пределами привычного сознания, за пределами той точки, из которой человек думает, воспринимает себя и пытается объяснять происходящее. Именно поэтому взаимодействие с телом не возникает само по себе: между телом и сознанием существует не просто отсутствие внимания, а структурная несоизмеримость уровней, из-за которой тело остаётся для нас огромным, скрытым и практически недоступным пространством.</p> <p>Уровень 3<br />Часть этой глобальной структуры, которая отвечает за то, чтобы мы вообще никак не взаимодействовали с телом, является некой фундаментальной вещью, потому что уже с рождения у нас никогда не было и не будет прямого восприятия тела. Это не деградация, и не так, что восприятие тела, восприятие пространства и взаимодействие с этим пространством мы постепенно теряем; наоборот, само твоё существование начинается уже в состоянии, где ты ничего не видишь, а программа раскручивается сама, тогда как твоё сознание и самоощущение постепенно возникают внутри органических процессов.<br />По мере роста, по мере формирования мозга само восприятие и сами способности постепенно раскручиваются, развиваются, и человек приходит к понятному для себя образу восприятия окружающей действительности, но тело уже с самого начала остаётся для нас недоступным. Этого пространства для нас нет, и причины этого кроются не отдельно в каждом человеке, а находятся в глобальных вещах, в самой цивилизации, а если смотреть ещё выше, то, возможно, в самой жизни на планете как в проявлении всего этого коллективного существа в планетарных масштабах, во всех живых организмах, начиная с той первоначальной бактерии, с которой всё началось.<br />Уже тогда, возможно, не было восприятия, потому что и бактерии, и вирусы, и более крупные животные организмы, и растения, и грибы — у всех отсутствует самовосприятие в том смысле, в каком речь идёт о прямом взаимодействии со своим телом. Что значит взаимодействовать со своим телом таким, какое оно есть? Это значит практически менять его, неизвестно через какие усилия и неизвестно на каком уровне ресурсности, но всё равно это значит менять, а это идёт в абсолютный разрез с самой эволюцией, с самим смыслом всей биологической движухи.<br />Та же ДНК стабильна и меняется только при мутации или при скрещивании, и только в этих случаях в ДНК происходят какие-то изменения. Просто так, по своему желанию, никто из живых существ на свою ДНК повлиять не может, тем более увидеть её, почувствовать или как-то с ней провзаимодействовать. ДНК — это то, что наука каким-то образом увидела, описала, начала исследовать, рассматривая, как там всё происходит при скрещивании, делении, наследовании и других процессах, но для самого живого существа это остаётся структурой, которая не дана в прямом восприятии.<br />По сути, это такая структура, в которой сама природа, сама физика, сам закон живого организма предполагают: не видеть своё тело и не взаимодействовать с пространством своего тела напрямую. Взаимодействие с телом есть только в виде боли, в виде каких-то ощущений, сигналов и реакций, при том что всё тело является одной большой структурой для взаимодействия с реальностью. Однако личного, персонального взаимодействия с ним, когда твоё сознание взаимодействовало бы с клетками, организмом и всеми его структурами, нет; такое взаимодействие отсутствует не с начала воплощения отдельного человека, а, возможно, в принципе с самого начала создания и появления жизни на планете.<br />Возможно, это один из законов и одна из причин, по которым жизнь на планете вообще возможна: только в условиях полного невзаимодействия с пространством тела, когда ты оставляешь его жить своей жизнью. Только благодаря этому возможны мутации, адаптация, смерть, размножение, скрещивание, эволюция и все этапы своеобразной деградации, которые существуют на планете. Всё это, возможно, происходит именно потому, что мы не взаимодействуем со своими телами, и ни один живой организм на планете никогда не взаимодействовал со своим телом напрямую.<br />Отсюда возникает и банальное поддержание формы. Есть живой организм, и он как-то специфически выглядит; если изменились условия, он погибнет, если изменилась целостность его тела, он погибнет, если изменились условия его жизни, он также может погибнуть. Если же ты будешь видеть, взаимодействовать, чувствовать и тем более контролировать тело, то это уже прямой путь к бессмертию, потому что способность осознавать тело означает нахождение на таком уровне ресурсности, где тело для тебя не состоит из проблем и задач, а становится пространством, которое можно менять.<br />Это было бы похоже на работу с личностью, характером или какими-то действиями в реальности. Например, я захотел бросить потреблять сахар и бросил, и с тех пор ничего сахаросодержащего не потребляю, кроме фруктов. Захотел это сделать и сделал, без проработок и без какой-то отдельной внутренней борьбы; попробовал и всё. Заодно поправил давление, чтобы сахар падал, чтобы холестерин снижался, чтобы здоровье улучшалось, чтобы убрать множество негативных эффектов. Взял и перестал есть сахар, без страданий, без учений и без проработок.<br />То же самое произошло и с курением: без проработок, просто перестал курить, и всё. Но если с телом возникнет такой же уровень взаимодействия и такой же уровень контроля, тогда всё, что сломано, всё, что плохо работает, можно будет восстановить и изменить. А если ты можешь это восстановить и изменить, то можешь пойти и дальше, условно говоря, отрастить себе пару новых рук. Контроль тела подразумевает полное прекращение всей этой эволюционной механики, потому что смысл жизни на планете в привычном виде закончится, если существо начнёт контролировать своё тело.<br />Это, по сути, фундаментальная основа, фундаментальная структура, благодаря которой вся эта мёртвая механика на планете возможна. Особи скрещиваются, смешивают ДНК в хаотическом порядке, появляются новые организмы, появляются новые виды, появляются новые отклонения, и эти отклонения затем взаимодействуют между собой, образуя всю экосистему. Просто возьми растение, которое мы едим: если идти в историю к самому началу, то был общий предок, первоначальная клетка, нечто похожее на бактерию, которая начала делиться.<br />Часть этих бактерий пошла собираться в организм животного, а часть начала собираться в какие-то формы растений, водорослей и других организмов, и в какой-то момент они отделились друг от друга и начали между собой взаимодействовать. Вопрос заключается в том, как начать жизнь из пустоты, из ничего. Вот есть условная бактерия, и как разнообразить жизнь дальше? Ты берёшь эту бактерию и забрасываешь её в разные условия; она постепенно адаптируется к ним, образы этих изменённых состояний передаются в следующие поколения, и таким образом планета зарастает различными бактериями, организмами и формами жизни.<br />Все эти миллионы лет движухи были возможны благодаря тому, что существо, эти маленькие сущности внутри бактерий, животных и растений, никак не трогали и не могли тронуть пространство своего тела. Получается, что отсутствие восприятия тела лежит не просто внутри воплощения отдельного живого существа, а в самой основе всей жизни на планете. Иначе была бы одна бактерия, которая могла бы бесконечно менять себя, и этим бактериям не было бы необходимости собираться в один организм.<br />Это пятый уровень, когда поодиночке существовать не получается, и тогда элементы начинают собираться, образовывать общество, а это общество затем начинает само себя иерархировать. Каждый занимается разными функциями, и в этом смысле отличие организма, состоящего из клеток, от коллективной сущности практически отсутствует. Это та же самая коллективная сущность, только в более мелких пропорциях и в более мелком масштабе.<br />То есть наш организм тоже состоит из массы маленьких коллективных сущностей, которые объединены в одну огромную сущность. И это то же самое, что мы рассматриваем в человеческом обществе: тот же принцип происходит на уровне тела. Сам принцип возникновения больших живых организмов основан на том, что все эти многоклеточные организмы в своей основе находятся на уровне клетки, а пятый уровень, понятно, связан с тем, что «я не вижу», «я не могу», «я не сделаю», «поодиночке я из себя ничего не представляю». Всё это отразилось на нас, на нашем восприятии и на самой структуре того, как мы существуем внутри тела, не воспринимая его как пространство, с которым можно напрямую взаимодействовать.</p> <p>Уровень 4<br />Это такая позиция тела, позиция клеток, позиция органов, в которой наш телесный организм и вся цивилизация на планете оказываются очень похожими между собой. Каждая клетка тела без поддержки остального организма, без пребывания внутри этого организма, не родится, а даже если и родится, но окажется вне него, то проживёт очень короткое время, потому что без поддержки, без ресурсов и без всего необходимого перечня веществ она быстро погибнет.<br />Все процессы её жизнедеятельности завязаны на внутреннем обмене всего организма, на взаимодействии всех органов, систем, секреций, белков, питательных веществ и кислорода, который поступает ко всем тканям. И в этом смысле каждая клетка является беспомощной жертвой, но за счёт того, что клетки объединяются в разные органы, системы и ткани, а у каждой из них появляются разные роли, возникает возможность существования целого организма. Одна клетка не может быть мультифункциональной, поэтому каждая клетка выбирает какую-то свою элементарную задачу, свою стезю, и уже с этой простой задачей спокойно справляется.<br />Это как раз и является одной из причин появления клеточной жизни: растений, грибов, насекомых, животных и других организмов. Если бы бактерия изначально была абсолютно самостоятельной, ей не нужно было бы ни с кем соперничать, не нужно было бы бороться за своё существование и как-то эффективно пожирать окружающую среду, и тогда эти бактерии не объединялись бы в какие-то бактериальные образования. Всё оставалось бы на уровне бактерии: была одна бактерия, она поделилась и продолжала бы делиться до сих пор, а вся планета так и оставалась бы на уровне одной бактериальной формы.<br />Но эти бактерии попадали в разные среды и приобретали различные черты, соответствующие этим средам, а потом началась мешанина, конкуренция за ресурсы, создание организмов и клеточных структур. Смысл многоклеточной жизни снова заключается в том, что все эти клетки сами по себе абсолютно беспомощны и ни на что не способны в одиночку, но внутри организма возникает иерархия, связанная с пятым, шестым и седьмым уровнями, как это происходит и в наших странах, обществах и коллективных структурах.<br />Вот в этом и заключается логика: это состояние не только одной клетки, а состояние всей жизни. Поэтому, находясь на пятом уровне и будучи ни на что не способным самостоятельно, о каком взаимодействии с телом вообще может идти речь, если само тело находится на пятом уровне? В этом проявляется позиция беспомощной жертвы, и эта позиция присутствует в каждой клетке, в каждом уровне, во всех тканях, структурах и механизмах тела. Она является основой, потому что уже внутри этого пространства жертвы всё начинается именно с данного условия.<br />Одна клетка сама по себе бесполезна, но, объединившись в организм и распределив между собой простые роли и задачи, клетки уже выстраивают иерархию и целую структуру тела. Сама реальность состоит из таких состояний жертвы на всех уровнях, и, возможно, на уровне атомов и молекул работает тот же самый механизм. Поэтому вещество объединяется в структуры, существуют межатомные связи, и благодаря этому образуется само вещество как устойчивая форма.<br />На уровне клеток всё пребывает в позиции беспомощной жертвы, поэтому из этой позиции куда-то смотреть, быть самостоятельным, себя контролировать, собой управлять, ни от чего не зависеть и быть бессмертным — это нонсенс. Всё твоё естество, вплоть до молекул, из которых ты состоишь, находится в этой позиции беспомощной жертвы. Поэтому сама наша позиция не располагает к тому, чтобы у нас было какое-то полноценное восприятие тела и прямое взаимодействие с ним как с пространством, которым можно осознанно управлять.</p> <p>Уровень 5<br />Это вопрос ресурсности, зазеркалья и ресурсности зазеркалья, связанной с этой жертвой, поскольку весь организм является одной большой жертвой, а органы, механизмы, ткани, мозг и само тело разворачиваются уже внутри данной позиции. Здесь основная идея всего происходящего на пятом уровне после того, как на четвёртом всё разрушено, заключается в целенаправленной беспомощности, целенаправленной зависимости и своеобразной инвалидности, проявленной в разных стадиях и разных степенях, как на уровне органов, так и на уровне тканей, всего тела и мозга.<br />Все ресурсы, которые у нас есть, в этой реальности могут проявляться и тратиться только за счёт того, что изначальная позиция — это пятый уровень со всеми вытекающими из него следствиями, прежде всего с основными позициями беспомощности, невозможности и неспособности. Точнее, речь идёт о такой базовой неспособности на что-либо, о невозможности и неспособности как исходной точке, из которой видеть себя и взаимодействовать с собой напрямую невозможно, потому что сама твоя позиция звучит как «не могу» и «не способен».<br />Именно поэтому сначала и возникает то, что никаких способностей и никаких органов как будто бы нет, потому что ты сам не можешь. Тебе нужен орган, который будет это делать за тебя, тебе нужна какая-то клеточная структура, которая в силу своей работы будет выдавать тебе результат в виде того, чего ты хочешь или что необходимо для взаимодействия с реальностью. Всё упирается именно в это: в невозможность действовать напрямую и необходимость иметь специальные органы, системы и механизмы как посредников между беспомощным существом и внешним пространством.<br />Банальный пример — инфракрасное излучение. Эволюционно так получилось, что человеку оно оказалось не нужно в прямом восприятии, как, например, и эхолокация, которая тоже могла бы быть полезным способом взаимодействия. Но у человека мутации и развитие шли таким образом, что эхолокация ему не понадобилась, хотя для китов, дельфинов, летучих мышей и некоторых насекомых эта способность жизненно необходима. У них есть соответствующий орган или механизм, и он работает по тому же принципу, что и глаза: он предоставляет существу определённый канал взаимодействия с реальностью.<br />Для нас способность видеть температуру тоже была бы очень полезной. В лесу ты банально видел бы, где находится живой организм, мог бы замечать животное в листве или в укрытии, и с точки зрения выживания это действительно было бы значимым преимуществом. Но у нас нет такого органа, у нас нет таких глаз, и наше зрение на это не рассчитано. А без такой способности, без органа, который позволил бы тебе это делать, без подобного костыля для взаимодействия с реальностью, ты ничего не можешь, потому что ты просто не видишь.<br />Все эти органы и механизмы являются костылями взаимодействия. Это своеобразные системы, позволяющие тебе взаимодействовать с реальностью, потому что сам ты в своей основе, в своей изначальной позиции находишься в беспомощной жертве. Мы сейчас как существо тоже пребываем в такой беспомощной жертве, и тело необходимо именно для того, чтобы взаимодействовать с реальностью, поскольку без тела это взаимодействие вообще не могло бы состояться в привычном виде.<br />Тело необходимо и для того, чтобы выполнять деструктивные процессы, тратить ресурсы на уровне личности, на уровне социума, на уровне ума и во всех тех пространствах, где человек реализует свои программы. Без тела ничего бы не получилось, потому что именно тело предоставляет возможность действовать, ощущать, двигаться, воспринимать, сталкиваться с материей и расходовать ресурс в этой реальности. Но всё тело, в свою очередь, представляет собой один сплошной пятый уровень, где каждая структура существует как часть механизма, компенсирующего исходную беспомощность.<br />В данной точке мы сами находимся в беспомощной жертве, поэтому весь организм состоит из органов, которые позволяют, несмотря на нашу абсолютную беспомощность, взаимодействовать с реальностью хотя бы в ограниченном спектре. Эти органы не отменяют исходную неспособность, а только создают возможность частичного контакта с миром, где существо само по себе ничего не может, но через тело, через органы и через встроенные механизмы получает минимальный набор способов видеть, слышать, чувствовать, двигаться и расходовать ресурс.</p> <p>Уровень 6<br />По итогу выходит, что наше взаимодействие с телом упирается в некий буфер, потому что все эти клетки, все органы и вся система в целом являются такой беспомощной жертвой, а беспомощность в данном контексте ведёт к полной мертвечине, к полной автоматизации. Сознания там нет, и поскольку сознания нет, остаётся вещь, остаётся механизм, похожий на часы: простая механика, физика, немного химии, и всё это движется, работает, выполняет свои функции, хотя по факту ничего живого в этом пространстве нет.<br />У нас происходит то же самое: если смотреть в тело, ты увидишь просто массу маленьких сущностей, у которых нет сознания, у которых нет вообще ничего, кроме выполнения заданных функций. Это раздробленное существо, которое выполняет свои задачи и существует почти как растение, но ничего живого в привычном смысле в нём нет. Даже если бы у нас было восприятие всего тела, то максимум, что можно было бы сделать, — это механически повлиять на него каким-то другим способом, отличным от медицинского, но чтобы в действительности поменять всё это, здесь уже не с чем взаимодействовать как с живым сознательным пространством.<br />Там вся структура является мёртвой материей, просто определённым образом организованной и структурированной. Есть какие-то механические белковые механизмы, и они работают по своим правилам, законам и внутренним инструкциям, но фундаментально взаимодействовать с этим практически невозможно. Нас ведь интересует не внешнее техническое воздействие, а именно фундаментальное взаимодействие, когда ты можешь менять саму основу процесса. Вот камень: попробуй провзаимодействовать с ним таким образом, чтобы он превратился в статуэтку, не прибегая к внешней обработке, не меняя его форму физическим воздействием, а просто взяв и изменив его. Это не получится.<br />Тело находится в такой же позиции и работает по такому же принципу. Ты можешь смотреть внутрь тела, видеть какие-то нарушения, но дальше всё упирается в саму невозможность прямого изменения: попробуй изменить это нарушение, попробуй изменить повреждение, восстановить структуру или перестроить её изнутри. Для этого нужно подниматься выше, на уровень прямого влияния на вещество, на структуру, на саму материю. Но если ты уже можешь менять материю на таком уровне, то тело как посредник тебе фактически не нужно.<br />Суть в том, что тело мертво, и жизни в этом пространстве в том смысле, в каком мы её ищем, нет. Оно полностью находится на пятом уровне жертвы, и все ресурсы, которые есть в этом пространстве, уже переведены в механику, уже заложены в костях, суставах, клетках, тканях и физических структурах. Ресурс здесь находится на уровне физики, поэтому взаимодействовать там, по сути, не с чем: нет ничего живого, нет сознания, нет той внутренней субъектности, с которой можно было бы установить контакт.<br />Это похоже на то, что сегодня происходит с людьми: сознания нет, и как с ними взаимодействовать, если они фактически существуют как предметы? Они ходят, едят, выполняют биологические функции, внешне выглядят как люди, с ними можно поговорить, их можно подержать за руку, но сознание в них отсутствует. Вот и наше тело такое же: с одной стороны, это выглядит плохо, но с другой стороны, именно благодаря этому все клетки работают по законам, инструкциям и автоматическим программам.<br />Если клетка взбунтуется и поднимет революцию, то ты умрёшь, поэтому отсутствие самосознания в клетках является огромным плюсом для того, чтобы тело и организм не разваливались буквально наяву. Если клетки перестанут играть в общую клеточную целостность, если перестанут поддерживать единую форму организма, ты на глазах начнёшь рассыпаться. Клетки держатся вместе, возможно, постоянно выполняя программу выделения белков и других веществ, благодаря которым их оболочки сцепляются друг с другом и появляется устойчивая клеточная структура.<br />Когда нож проходит по ткани, целостность нарушается, клетки разъединяются, и образуется рана. Если же представить, что клетки прямо сейчас перестанут выполнять идею выработки этого «клея», перестанут скрепляться мембранами, остановят этот процесс и больше не будут удерживать общую форму, то тело начнёт распадаться. Ты превратишься в пыль, и эта пыль ещё какое-то время, возможно, будет оставаться живой на уровне отдельных процессов, но затем и эта остаточная жизнь закончится, потому что без общей структуры, без автоматической программы целостности и без принудительного удержания формы организм существовать не сможет.</p> <p>Уровень 7<br />Это и есть данный ресурс. Если на пятом уровне нет сознания, то можно говорить, что ресурс всего пространства тела, весь потенциал тела находится в бессознательном, тогда как программы, которые мы рассматриваем, условно висят в воздухе, существуют в каком-то формате, но в реальности мы не можем к ним прикоснуться так, как можем прикоснуться к телу. Здесь ресурс переведён на уровень физики: у тела есть определённый запас прочности на всю жизнь, есть телесная ресурсность, которая постепенно деградирует, расходуется и теряется.<br />В начале жизни ты выполняешь программу по структурированию себя и структурированию ресурса, вырастаешь телом, формируешь организм, и с какого-то момента, когда ты уже доходишь до определённого состояния, происходит переключение, после которого тело начинает постепенно расходовать свой ресурс. Это классическая старость, постепенное ухудшение, постепенная утрата, износ через нагрузки, тяжести и постоянное использование тех систем, которые когда-то были сформированы как телесный запас прочности.<br />Понятно, что благодаря нагрузкам тело и мышцы поддерживаются в тонусе, но с другой стороны, эта нагрузка становится огромной для суставов, позвоночника, связок и всех структур, которые постоянно принимают на себя давление. В позвоночнике появляются грыжи, диски сдавливаются, суставы изнашиваются, и ресурсность тела постепенно тратится. Или, например, ты сидишь за компьютером, на уровне личности себя как будто бы прокачиваешь, раскручиваешь, работаешь с сайтами, текстами, информацией, но для этого нужно долго сидеть и долго печатать, а значит, руки находятся навесу, шея, спина и всё тело удерживаются в неудобном и непонятном состоянии.<br />В длительных периодах всё это приводит к нарушениям, сдвигам, тремору, туннельному синдрому, воздействию на глаза, нервы, шею, спину и другие участки тела. В итоге это влияет на всё, потому что всё, чем ты пользуешься, является ресурсом, и ты этот ресурс тратишь. Он изначально заложен в теле, а новый ресурс ниоткуда не возьмётся, потому что тело уже сформировано как определённая структура с заданным запасом, пределами и постепенным движением к расходованию.<br />Соответственно, это снова позиция жертвы. Ты создал тело, точнее, оно само создалось, и все эти ресурсы были переведены в данное состояние. Ты вырос, тело оказалось переведено в состояние жертвы, и дальше возникает вопрос: что с этим можно сделать? В отношении тела я ничего не могу, не могу ничего изменить, не могу увидеть, не могу контролировать, не могу полноценно чувствовать, как-то поменять или напрямую повлиять на то, что происходит внутри.<br />В отношении тела вся наша позиция начинается с нашего «я не могу», потому что тело существует как накопленный физический ресурс, который мы используем, расходуем, изнашиваем и постепенно теряем, но при этом не воспринимаем его как пространство, с которым можно осознанно взаимодействовать. Мы живём за счёт этого ресурса, действуем через него, выполняем личностные, социальные и умственные программы, но само тело остаётся для нас недоступным, бессознательным и переведённым в физику запасом, который однажды начинает исчерпываться.</p> <p>Уровень 8<br />Если брать все эти состояния — буфер, демпфер, рессора, — то тело мы не видим, не осознаём, не чувствуем и никак полноценно не воспринимаем, хотя технически именно тело и является твоим жизненным пространством. Если где-то происходит спад, если после глобальных событий жизни возникает изменение ресурсности или сдвиг уровня ресурсности, то это начинает расходиться своеобразной волной, как круги на воде: в одном месте что-то произошло, а волна пошла по всей структуре.<br />И тело, поскольку оно является твоим жизненным пространством и предоставлено именно в таком виде, автоматически как-то реагирует на то, что произошло: на изменение окружающей среды, на изменение жизни, на какие-то яркие события, на болезненные моменты и эпизоды, через которые проходит человек. Тело реагирует не потому, что оно сознательно понимает происходящее, а потому, что изменился ты, исказилось твоё пространство, изменилась внутренняя ресурсность, и этот сдвиг неизбежно проходит по всей структуре, включая физический уровень.<br />Здесь действует тот же принцип, который можно наблюдать в глобальном смысле. Если коллективная сущность срывается, то вслед за этим всё проявляется здесь, на физике, среди людей. На уровне коллективной сущности происходит условный внутренний обрыв, а на уровне людей это может проявляться как война, массовое столкновение, разрушение структуры и резкое изменение общего состояния. Другая коллективная сущность переходит на шестой уровень, и на уровне людей самоорганизация на шестом уровне становится возможной только по определённой причине, чаще всего через угрозу, давление и необходимость выживания.<br />Отсюда и возникает война как форма принудительной самоорганизации. Как из толпы людей создать страну? Создать им угрозу жизни. Тогда толпа, видя угрозу своему существованию, начинает объединяться и вырабатывать общую стратегию для выживания, потому что в толпе выживать легче, чем поодиночке. На этом основан принцип объединения любых сущностей в одну структуру, когда разрозненные элементы собираются не из свободы и не из осознанного выбора, а через необходимость, страх, угрозу и давление условий.<br />Тело, организм — это твоё жизненное пространство, хотя оно полностью от тебя отрезано, переведено в механику, и в нём отсутствует какое-либо сознание в привычном смысле. Но всё равно ресурсность остаётся ресурсностью, и где бы у тебя ни произошло изменение в этой ресурсности, соответствующие изменения будут проходить по всем уровням, в том числе и по телу. Внешне это выглядит так, будто тело принимает на себя первый удар, хотя на самом деле по нему просто проходит волна изменения всей структуры.<br />Ресурсность меняется, волной проходит по телу, и там, где находится самое слабое место, возникает проявление. Как шоковая или стрессовая ситуация показывает самое уязвимое место в психике, поведении или жизненной конструкции, так и в теле срабатывает тот же принцип. Когда происходит подобный сдвиг, самое подточенное, самое слабое, самое подразрушенное и больше всего запущенное место надламывается, после чего проявляется боль, болезнь или уже более тяжёлое нарушение — вплоть до инфарктов, инсультов и других резких телесных сбоев.</p> <p>ЦТ<br />Это наше текущее состояние, позиция каждого человека в отношении собственного тела. Тело для человека является как будто бы куском материи, хотя понятно, что в действительности оно не является просто куском материи, потому что это жизненное пространство. Но твоя текущая позиция по отношению к телу, твоё восприятие, все твои отношения и взаимодействия с ним выстроены именно так, как будто ты имеешь дело с куском материи, который существует отдельно от тебя и на который ты не можешь повлиять напрямую.<br />Здесь действует тот же принцип нашей невозможности повлиять на материю. Мы не можем напрямую влиять на тело и вынуждены пользоваться только косвенными способами: хирургией, химией, внешними вмешательствами, препаратами, физическими воздействиями и другими инструментами. Точно так же ты не можешь напрямую изменять материю, потому что это совершенно другой уровень ресурсности. Эта материя никак с тобой не связана, тебе не принадлежит и воспринимается как отделённый кусочек существа, который уже не является тобой, поэтому напрямую повлиять на неё ты не можешь.<br />То же самое происходит и с телом. Мы находимся в такой позиции по отношению к нему, что, если бы существовал орган, с помощью которого мы могли бы смотреть в тело и который сообщал бы нам обо всех внутренних процессах, мы бы воспринимали тело как пространство, и это было бы для нас нормой. Но в текущем состоянии наша норма заключается в том, чтобы тело полностью не воспринимать и никак не взаимодействовать с ним напрямую. Мы воспринимаем только внешние сигналы, последствия, боль, дискомфорт или уже сформировавшиеся нарушения, но не само пространство тела и не процессы, которые в нём происходят.<br />И при этом тело всё равно остаётся твоим жизненным пространством. Просто в отношении этого жизненного пространства и его уровня ты находишься настолько далеко в позиции жертвы, что не видишь, не чувствуешь, не осознаёшь и не контролируешь происходящее внутри него. Вся эта структура основана на позиции жертвы, со всей её неспособностью, невозможностью, зависимостью и отсутствием прямого взаимодействия, где тело является твоим же пространством, но для тебя оно выглядит как отрезанная, недоступная и почти чужая материя.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ раскрывает тему тела как скрытого жизненного пространства, с которым человек фактически не находится в прямом взаимодействии. Исходная мысль строится вокруг образа тела как амортизатора, рессоры и буфера, принимающего на себя нагрузки жизни, психические напряжения, физические перегрузки и последствия внутренних процессов. При этом человек воспринимает тело не как живое пространство, а как внешнюю материальную данность, доступную только через боль, дискомфорт, анализы, врачей, приборы, химическое или хирургическое вмешательство.<br />На первом уровне фиксируется базовый факт отсутствия прямого восприятия тела: внутренние процессы остаются невидимыми до тех пор, пока не возникает повреждение, воспаление, боль или уже сформировавшееся нарушение. Тело в норме не ощущается как пространство, и человек замечает его только тогда, когда что-то уже сломалось или начало проявляться через нервную систему. Поэтому боль рассматривается не как восприятие тела, а как поздний сигнал о повреждении или нарушении.<br />На втором уровне эта логика переносится на более широкий контекст восприятия: человек не воспринимает не только тело, но и собственные умственные программы, личность и внутренние механизмы. Сознание рассматривается как позиция, находящаяся внутри работы мозга, а потому неспособная увидеть сам мозг, тело и процессы, которые его формируют. Между пространством сознания и пространством тела обозначается огромная пропасть, из-за которой тело остаётся недоступной, несоизмеримо большой и скрытой структурой.<br />На третьем уровне отсутствие восприятия тела рассматривается уже как фундаментальный принцип жизни на планете. Автор выводит эту невозможность не из индивидуальной деградации, а из самой структуры биологической эволюции: живые организмы не взаимодействуют со своим телом напрямую, не управляют ДНК, мутациями, клеточными процессами и формированием тела. Именно это отсутствие прямого контроля, по мысли текста, делает возможными эволюцию, адаптацию, смерть, размножение, скрещивание, появление видов и всю биологическую «движуху» планеты.<br />На четвёртом уровне тело описывается как коллективная сущность, состоящая из клеток, органов, тканей и систем, где каждая отдельная клетка является беспомощной и может существовать только внутри общего организма. Здесь вводится параллель между телом и человеческой цивилизацией: как клетка не способна самостоятельно поддерживать своё существование вне организма, так и отдельные сущности объединяются в системы, иерархии и коллективные формы. Основой этой структуры становится позиция беспомощной жертвы.<br />На пятом уровне акцент смещается к ресурсности и органам как «костылям» взаимодействия с реальностью. Человек сам по себе представлен как существо, находящееся в позиции «не могу» и «не способен», поэтому ему нужны органы, системы и телесные механизмы, позволяющие видеть, слышать, двигаться, чувствовать и частично контактировать с миром. Всё тело в этом смысле рассматривается как пятый уровень, то есть как структура, компенсирующая исходную беспомощность существа.<br />На шестом уровне тело описывается как автоматизированная, механическая, почти мёртвая структура, где клетки и органы не обладают сознанием, а выполняют программы и инструкции. Это отсутствие самосознания клеток одновременно выглядит как ограничение и как условие целостности организма: если бы клетки обладали самостоятельностью и перестали поддерживать общую форму, тело распалось бы. Поэтому автоматизм тела оказывается необходимым условием его устойчивости.<br />На седьмом уровне рассматривается ресурс тела как физически заложенный запас прочности, который формируется в начале жизни, а затем постепенно расходуется. Старение, нагрузки, сидячая работа, физические перегрузки, воздействие на суставы, позвоночник, глаза, нервы и другие системы описываются как формы постепенного расходования телесного ресурса. В отношении тела человек снова оказывается в позиции «я не могу»: не может видеть, контролировать, восстанавливать или менять происходящее внутри напрямую.<br />На восьмом уровне тело определяется как жизненное пространство, по которому проходят волны изменений ресурсности. Любые серьёзные события, изменения жизни, стрессовые и болезненные эпизоды отражаются на теле не потому, что оно сознательно реагирует, а потому что тело является частью общей структуры человека. Там, где ресурсность сдвигается, волна проходит по телу и проявляется в наиболее слабом, подточенном или разрушенном месте — через боль, болезнь, инфаркт, инсульт или иной телесный сбой.<br />В Центральной точке формулируется главный вывод документа: тело является жизненным пространством человека, но в текущей позиции оно воспринимается как отдельный кусок материи, на который невозможно повлиять напрямую. Человек находится по отношению к телу в позиции жертвы, неспособности и невозможности: он не видит тело, не чувствует его внутренние процессы, не осознаёт их и не контролирует. Поэтому тело оказывается одновременно собственным пространством человека и почти чужой материей, отделённой от его восприятия и доступной только через последствия.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 02 Jul 2026 14:34:53 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17659#p17659 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17658#p17658 <p><strong>Потеря способности быть деятелем и решать задачи и проблемы<br /></strong><br /><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует программу деятеля как фундаментальную структуру человеческой жизни. Через последовательность уровней описывается процесс деградации ресурсности и восприятия, в ходе которого задачи превращаются в проблемы, а проблемы — в состояние беспомощности. Основной ресурс человека рассматривается как способность воспринимать пространство и видеть способы действия. Автор показывает, что любые жизненные пространства создаются ради определённого эффекта, однако по мере утраты восприятия человек начинает обслуживать сами пространства вместо получения планируемого результата.<br /> Центральная идея заключается в том, что выход из деструктивных циклов возможен через восстановление восприятия и осознание структур, внутри которых разворачиваются человеческие проблемы.</p> <p><strong>2022_04_08</strong></p> <p>В общем, у меня здесь было всего несколько нервных ситуаций, а всё остальное время сохранялось относительное спокойствие, и именно это я начал выписывать. Потом мне стало настолько тошно от самой мысли, что я как человек, которому нужно вернуть эти деньги, должен кому-то звонить, что-то выяснять, куда-то обращаться и вообще что-то делать, что я понял: дело не в самих деньгах, а в том, что я, как и раньше, не могу войти ни в какое учреждение и не могу выдерживать любое взаимодействие с кем-либо, где от меня требуется какое-то действие. Меня сразу начинает тошнить, и когда я сел это выписывать, меня постепенно отпустило; сейчас я спокоен, и эта внутренняя фиксация тоже ушла, потому что возникло состояние: потерял и потерял.<br />Дальше я даже не знаю, что именно я в принципе пытаюсь тащить, потому что, когда я начал это выписывать, всё вышло на то, что я лежу, ничего не делаю, хотя могу выйти на улицу, и меня радует погода. Надо идти, но я всё равно лежу, и получается, что я начал выписывать всё, что лезло, словно тело к этому уже привыкло. На самом деле, когда человек занимается чем-то или гуляет, ему обычно начинает хотеться ещё больше движения, он испытывает бодрость и включённость, а я ощущаю, что нахожусь на грани: с одной стороны, мне хочется и надо, а с другой стороны, я лежу и сам себя в этом отношении торможу.<br />Даже все эти телевизоры и проработки относятся туда же, потому что я понял, что в них тоже присутствует ожидание, будто я проработаюсь, проработаюсь, и потом всё само произойдёт. Получается, что из-за этих проработок я как будто ничего не делаю, и уже не понимаю, как это объяснить, потому что, когда нужно что-то делать и решать проблему, я не могу и не хочу её решать. У меня прямо возникает это состояние: почему так происходит, почему нельзя просто быть спокойным, ведь сейчас я спокоен, всё нормально, но почему появляется такая ситуация, в которой снова нет спокойствия, где нужно взять и потерять деньги, а теперь это ещё и проблема. Даже если забыть о деньгах, сама потеря снова становится очередной потерей.<br />И тут же появляется образ человека, который в нормальной ситуации начал бы решать, биться головой о стену, что-то предпринимать и пытаться действовать. Не знаю, можно ли из этого что-то вытащить, потому что меня отпустило, но я не могу просто так вернуться обратно в эту внутреннюю тяжесть. Возникает дикая боль: решение, необходимость решать проблему, само возникновение проблемы тоже причиняет боль, потому что внутри сразу поднимается вопрос, почему нельзя спокойно жить, куда она вообще вылезла и почему не даёт спокойно жить. Было ощущение психосоматики в груди, тошнота и нежелание, и тут же включалась блокировка решения любой проблемы.</p> <p>Сейчас это можно описать так: начинается проблема спокойной жизни, как будто есть точка А и точка Б, а между ними программа. Если есть точка А и точка Б, то, как бы странно это ни звучало, это уже деструктивный план, потому что вроде бы спокойно — это отсутствие проблем, и спокойно — это хорошо. Но на самом деле здесь уже заложено пространство, в котором мне плохо; отсутствие проблемы не означает отсутствия пространства, потому что наличие проблемы и отсутствие проблемы — это одна и та же парадигма решения. А там, где есть парадигма, есть поведение программы, есть процесс и есть растрата ресурсов.<br />В итоге ты подходишь не к состоянию, а к ещё более глубокому вопросу, потому что, пытаясь решить одну проблему, ты на самом деле создаёшь себе следующую. Наличие проблемы и отсутствие проблемы на самом деле не являются двумя разными состояниями. Когда я работаю с проблемой, я не решаю саму проблему, а беру пространство, в котором всё это существует: проблема есть, проблемы нет, спокойствие есть, спокойствия нет, и так далее. Это пространство нужно рассоздавать, а не пытаться решать проблему внутри него.<br />Если идти решать проблему, это означает, что ты погружаешься внутрь этого пространства и начинаешь выполнять программу решения проблемы изнутри. Но пространство, где у тебя уже есть эта проблема, невозможно решить в принципе; в нём можно только растратить ресурсы, опуститься ещё ниже и создать себе, соответственно, ещё больше проблем. Это ловушка, потому что внутри неё звучит желание: как я хочу, чтобы всё было спокойно. Особенно часто это проявляется у женщин в работе, когда человек говорит: я же так хочу, чтобы всё было просто и легко, а мне так сложно. Человек сидит в своей парадигме лёгкости и простоты и мечтает перейти из точки А в точку Б, а для этого деструктивные программы сразу предлагают список действий: выполни программу, и ты туда достигнешь, хотя фактически он попадает в ловушку.<br />Человек начинает выполнять программы, и жизнь становится всё тяжелее, хуже и сложнее, потому что решить проблему лёгкости и простоты внутри пространства, где тебе тяжело и плохо, можно только через создание ещё большей тяжести и боли. Точно так же решить проблему бегства от проблемы внутри пространства, где проблема уже есть, можно только прийти туда, где эта проблема станет ещё больше. По-другому это не работает, потому что всё построено на растрате ресурсов, а растрата ресурсов — это и есть сам процесс.<br />Когда есть пространство, в нём существуют условные чёрные дыры, куда человек сливает ресурсы, и все процессы нужны только для того, чтобы этот слив состоялся. Естественно, в таких процессах человек тратит ресурсы и падает на уровень ниже. Человек становится ниже, падает по уровню, и каждая следующая проблема только усложняется, потому что сам человек её усложняет. Поэтому мечта о том, чтобы мне стало хорошо и лучше, на самом деле является большой программой движения к смерти, потому что идеальное спокойствие находится только в одном состоянии, где человека уже ничего не волнует, и это состояние — смерть. Это называется программой умирания.</p> <p>У тебя идеальным состоянием считается отсутствие проблемы. Что вообще значит «проблема»? Ситуация становится проблемой для человека тогда, когда он находится на одном уровне с этой ситуацией. Если человек оказывается ниже неё, ситуация уже воспринимается как тяжёлая безысходность и неразрешимая проблема, а если он находится выше, то для него это уже не проблема, а задача, которую он решает, и тогда точка Б является не местом, куда он хочет сбежать, а самим процессом решения, от которого он получает удовольствие.<br />У тебя проблема возникает там, где чего-то нет, и человек начинает страдать от самого факта существования этой проблемы. Он мечтает о состоянии, где этой проблемы уже не будет, и ему приходится работать, мучиться и страдать, потому что в голове у него существует только точка, в которой проблемы уже нет. А у другого человека это может быть задачей: например, залить бетон, поменять что-то, сделать конкретный этап работы, и он каждый день что-то делает, получая удовольствие от самого процесса. Он может ходить по ровно залитому бетону и чувствовать удовлетворение не только от результата, но и от того, что сам процесс состоялся.<br />Когда ты ставишь это как задачу, у тебя сначала всё может быть развалено, но ты уже видишь сам процесс: сегодня развалено, завтра немного сделано, послезавтра сделано ещё чуть больше, и каждый этап приносит удовольствие от работы. Каждый момент становится частью жизни в постоянном кайфе от процесса. А когда человек падает уровнем ниже и снимает задачу уже как проблему, он живёт в постоянном страдании: почему она у меня есть, когда мне станет хорошо, когда я наконец окажусь без этой проблемы. Секрет здесь в том, на каком уровне человек находится. Если он решает это на более высоком уровне, то он уже может даже не ставить себе такую задачу, потому что зачем ему создавать себе лишний внутренний груз, если он может жить без этой задачи и не тратить на неё энергию и ресурсы.<br />Я говорю это условно, потому что в чистом виде так не бывает. Если бы человек находился ещё на более высоком уровне, он, возможно, вообще не строил бы этот дом, а сразу купил бы хороший готовый дом и всё, после чего начал бы жить в состоянии внешнего комфорта. Но при этом для него очень быстро сама спокойная жизнь стала бы новой формой боли, потому что на уровне, где уже всё есть и ничего не нужно делать, появляется другая пустота. Поэтому он создаёт себе контролируемое проблемное состояние, где задача на сегодня становится способом включиться в действие, почувствовать процесс и снова получить ощущение жизни.<br />Сейчас я пытаюсь рассмотреть сам принцип этой программы, саму структуру, потому что эту тему мы уже давно прорабатываем. Если рассматривать это по уровням, то на одном уровне задачи вообще нет, и ты просто кайфуешь от самоуважения или от самого факта существования. Второй уровень — это уже наличие задачи, к которой ты относишься как к решению. На следующем уровне задача опускается до проблемы, которую тебе нужно решать, и ты ещё можешь её решать. Ещё ниже это уже становится неразрешимой проблемой, где человек вообще не хочет жить, потому что у него есть проблемы, и он находится на этапе, где они ещё формально решаемы, но уже полностью его истощили.<br />Когда идея становится бесконечной, процент задач рано или поздно превращается во что-то бесконечное. И здесь возникает внутренняя реакция: я не для этого прорабатываюсь, не надо мне снова навязывать эти задачи. Но пока ты прорабатываешься, ты фактически восстанавливаешь силы, энергию и ресурсы для того, чтобы иметь возможность решать эти задачи. А если смотреть глубже, в контексте пятой программы, то лучше выходить на уровень, где для тебя этих задач уже даже нет. Пока этот уровень выглядит странно, потому что непонятно, как это возможно: как я буду жить без задач, как я доделаю дом, как это вообще может происходить.<br />При этом люди, которые получают кайф от решения задач, ещё и смеются над теми, кто спрашивает, как можно жить без программ. Но если смотреть с обратной стороны, то получается следующее: ты получаешь удовольствие от решения задач, а это значит, что ты живёшь на уровне, где должен постоянно создавать себе задачи, чтобы получать от них кайф. Хорошо, но если человек опускается ниже, он уже начинает постоянно создавать себе проблемы, чтобы страдать от них. Это тот же принцип, только на другом уровне. Если, условно говоря, на человека сверху падает миллион долларов, ему уже не нужно самому заниматься домом в прежнем виде: он отдаёт деньги, и ему всё делают. Но тогда он выберет другую сферу, где снова будет получать кайф от какой-то задачи.<br />У меня тоже так было: была задача как можно быстрее пройти определённый этап, закончить одно, другое, третье. А сейчас я уже думаю о саде, возвращаюсь к своему пространству и фактически начинаю придумывать себе новую задачку. Одну задачу я уже понемногу начинаю решать: есть хороший знакомый, сильный изобретатель, который сам многое делает, и я постепенно начал ему помогать. Мне интересно, чтобы он отдал мне одно изобретение в работу, а я уже занимался бы этим. Понятно, что это снова задачка, потому что я тоже хочу мастерскую, хочу в мастерской что-то делать, создавать, лепить, собирать что-то интересное.<br />Ты пока растянул свою задачу на решение строительства дома, а я этот этап попытался пройти максимально быстро, насколько это вообще было возможно, чтобы перейти к тому, что я называю делом для души. Сейчас это уже не только для души, потому что я хочу рядом участвовать ещё в каких-то процессах, что-то покупать, что-то делать и включаться в новый формат деятельности. Но сам принцип понятен: это масштабирование классической структуры создания задач. Можно назвать это программой деятеля, и, по сути, это действительно программа деятеля.<br />На первой точке бездействия тебе просто нечего делать, но это не значит, что тебе больно от того, что нечего делать. На вершине нет проблем, нет необходимости что-либо менять и исправлять. Если масштабировать ниже, то на следующем уровне возникает задача, а если смотреть на само пространство, то сначала есть состояние, где ничего делать не надо, ничего исправлять не нужно, а потом появляется структура программы, в которой ты уже должен что-то делать и тратить на это ресурсы. Сначала ты вообще ничего не делаешь, и тебе хорошо, а затем становишься эффективным деятелем, который включается в задачи.<br />Условно говоря, ничего не надо менять, ничего не надо исправлять, но дачи, ремонты, заборы и другие задачи всё равно появляются. Они могут быть приятными, но в них уже присутствует необходимость: почему ты взялся делать забор, почему взялся переделывать это, почему начал делать другое. С мастерской немного иначе, потому что мастерская для меня не просто необходимость, а пространство, которое я реально строил как некий внутренний храм. И тогда получается, что по мере деградации задача сначала проявляется как необходимость, потом как проблема, затем как неразрешимая проблема, а потом человек оказывается в хаосе, где уже вообще ничего не может делать и начинает мечтать действительно умереть.<br />Это и есть программа деятеля как факт. В этой программе человек деградирует и постепенно переходит в противоположное решение: сначала ничего не надо делать, потому что и так хорошо, а в конце он уже ничего не может делать, потому что любое действие кажется бесполезным, проблемы становятся мёртвыми и неразрешимыми, а любое копошение только добавляет ещё одну проблему. Здесь большинство задач я, конечно, решаю, и во многом мне это по кайфу, но они всё равно остаются вынужденными, потому что если нужно делать ремонт, то это уже не только удовольствие, а необходимость, встроенная в программу действия.</p> <p>Уровень 1<br />Что получается на первом уровне: в целом программа деятеля, если правильно сказать, касается не только какого-то отдельного человека, потому что по сути каждый человек находится внутри этой программы. Уже рождаясь здесь и создавая всё пространство бытия человеком, мы каждым своим шагом и каждым своим действием так или иначе оказываемся на какой-то из позиций, на каком-то из уровней внутри этого пространства.<br />Если брать, например, обеспеченное детство и смотреть на него грубо, в целом, через социальную структуру, то в детстве ты обеспечен, у тебя нет никаких дел и обязанностей, ты просто предоставлен сам себе, и чем дети занимаются — разной ерундой, в общем-то, занимаются и при этом кайфуют. Потом социум накладывает различные обязанности, и чем дальше, по мере взросления, тем больше ты обрастаешь какими-то вещами, которые должен делать. Ты можешь делать их успешно, допустим, если взять школу: для любого ребёнка школа — это, по сути, наверное, второй уровень в программе деятеля, потому что не учиться ты уже не можешь, если ты должен учиться.<br />Это такой своеобразный приговор человеку, но опять же учиться можно по-разному: можно успешно, можно плохо, можно быть отличником и получать удовольствие от хороших оценок и полученных знаний, а можно, наоборот, страдать от невыносимости и нежелания здесь находиться. Это разные позиции, разные ресурсности, но всё происходит внутри одной программы. Возьмём, допустим, самое привычное — деньги. Деньги надо зарабатывать, и здесь тоже каждый человек по сути находится в этих программах на своём уровне, потому что позиция деятеля накладывается на человека на разных уровнях, а дальше уже проявляется, у кого сколько хватает ресурсов и кто на каком уровне находится.<br />В этом смысле Виктор правильно говорит, что с домом я, допустим, нахожусь в череде успешно решаемых инженерных, технических и прочих задач. Понятно, что мне от этого по кайфу, потому что ты выполнил работу, видишь результат, например, я залил пол в комнате, хожу по этому полу, и он получился ровным, приятным, почти готовым к тому, чтобы ещё немного доделать и уже стелить финишное покрытие, например ламинат. При этом те же полы — это не просто удовольствие, потому что я заложник обстоятельств: я не мог их не переделать, иначе туда просто ничего не положишь, ничего не поставишь, и всё будет проваливаться.<br />С ремонтом то же самое: я не могу не делать ремонт, я не могу оставить всё как есть, мне нужно его делать, и я должен его делать. Я не нахожусь на уровне решения задач по щелчку пальцев; грубо говоря, если бы у меня была большая ресурсность или какой-то другой уровень, я бы не занимался домом и этим самодельным творчеством, а зарабатывал бы деньги, допустим, каким-нибудь бизнесом. Тогда я мог бы нанять людей, и мне бы всё здесь сделали буквально за несколько месяцев: никаких задач, никаких проблем, никаких маленьких достижений, никаких шажков и так далее. Это был бы совсем другой уровень, но есть то, что есть.<br />Здесь я потихоньку, наверное, тоже занимаюсь своей деградацией, потому что не то чтобы я выбрал это, а нахожусь на таком ресурсном уровне, где вместо того чтобы быстро зарабатывать деньги, я экономлю их за счёт того, что сам всё делаю. Конечно, это всё равно лучше, чем то, что было до этого, но понятны само направление, масштаб действий и масштаб задач. Я здесь создал себе пространство, но в этом пространстве я деятель; я не нахожусь на уровне, где у меня уже есть дом, и я просто наслаждаюсь всем этим. Я нахожусь на уровне, где для того, чтобы когда-то прийти к моменту наслаждения, чтобы решить эту глобальную проблему, я уже четвёртый год работаю здесь.<br />И, похоже, это будет длиться ещё столько же, чтобы я хоть как-то, в этом бесконечном беге, попытался приблизиться к точке, где наконец-то буду делать то, ради чего изначально это пространство создавалось. Это как купить себе какую-то крутую машину, но в ужасном состоянии, и потом всю жизнь вместо того, чтобы на этой машине ездить, чинить её, чинить, чинить и чинить, а в итоге так никуда толком и не ехать.<br />Здесь дело не столько в принципе распределения проблемы, сколько непосредственно в ресурсных позициях деятельности внутри жизненного пространства. У каждого эта позиция относительно каких-то вопросов своя: у тебя, например, в отношении денег может быть специфическая позиция, где ты просто страдаешь от того, что ничего не получается. У меня тоже есть такие знакомые, соседи, у которых с ресурсностью всё немного иначе: человек почти ничего не делает, но при этом страдает от того, что нужно делать очень много, а сил что-то делать нет. В итоге он находится в цикле: плохо, надо много чего делать, но сил нет, времени нет, денег нет, ничего нет, а делать всё равно надо. Надо, но не могу.<br />Я в принципе всё время нахожусь в таком состоянии, и это тоже позиция игры, потому что когда ресурсов нет, проблема присутствует постоянно. Задача некого пространства, в котором ты находишься, действует на тебя по принципу любого импланта: есть точка А и точка Б; здесь мне сейчас больно, мне нужно туда, но я не могу туда прийти. И проблема получается в том, что мы живём в этих позициях или деградируем прежде, чем в них попасть. По сути, мы живём в этих позициях бесконечно, пока ресурсы ещё есть и пока в принципе можно всем этим заниматься. Это такая мясорубка, связанная с ресурсностью, с теми вещами, с которыми ты можешь взаимодействовать.<br />Этот принцип работает на всех уровнях. Будь у меня больше денег, допустим, если бы у меня был свой конкретный бизнес, понятно, что у меня не было бы проблем с домом и не было бы задачи с домом. Я бы просто купил дом, сделал его, заехал и жил бы в нём, как в квартире. С квартирами люди ведь часто так и делают: заезжаешь, быстро делаешь ремонт и на следующие пятнадцать лет вообще забываешь обо всех этих вещах, потому что есть квартира, и ты в ней существуешь. Но в таком случае были бы проблемы и задачи другого порядка, связанные, например, с бизнесом, если бы он был. И это везде один и тот же принцип: какая бы ни была ресурсность человека, всё равно где-то возникали бы свои задачи и проблемы.<br />Допустим, был бы у меня бизнес, и я страдал бы от нерешаемой проблемы, что не могу расшириться, грубо говоря, если навскидку это прикидывать. Или возникли бы какие-нибудь проблемы с налоговой, силовиками или ещё с какими-то людьми и структурами. То же самое: дом вообще не был бы проблемой, но появилась бы другая зона. Машина, допустим, у меня есть, и это как раз пример того, как проблем с ней вообще нет: я просто о ней не думаю, завёл, поехал, приехал, иногда подлил бензин, и всё. Пока она новая, можно вообще о ней не думать и не переживать, потому что она ещё недостаточно проехала, чтобы начать превращаться в проблему.<br />Я езжу на этой машине и вообще не задумываюсь о ней. Это как раз тот уровень, когда пространство просто есть, и позиция здесь самая ресурсная, грубо говоря, по нашим человеческим меркам: проблем нет, задач нет, ты просто пользуешься пространством, как своими руками и ногами. Но ресурсность всё равно постепенно падает, и рано или поздно начнут появляться задачи, проблемы, решения этих задач-проблем, удовольствие или отсутствие удовольствия от этого решения, а потом всё будет скатываться всё ближе и ближе к пятому уровню жертвы.<br />До этого начнут появляться состояния недееспособности, страдания вроде «хочу, но не могу» или «хочу, но получается не очень». Что-то получается, но не всё замечательно, и возникают разные градации немощи, градации собственных неспособностей в чём-то. Получается, что любое жизненное пространство человека проходит эти стадии деятеля, стадии траты ресурсов и стадии деградации. По этой логике у меня с домом рано или поздно всё может дойти до уровня, где по-прежнему будет множество дел, которые нужно делать, но мне уже будет тяжело их делать, и не будет ни возможностей, ни сил, ни ресурсов.<br />Надо, но не хочу и не могу; возникает состояние, где всё это уже хочется отодвинуть, потому что в целом я, кстати, уже устал. Это не перегорание в прямом смысле, скорее такое состояние, где я как будто прорабатываюсь, но все проработки сводятся к тому, чтобы всё-таки оставаться на этом уровне. И такая конструктивная программа деятельности, хотя по человеческим меркам она выглядит крутой вещью, по факту является очередной мясорубкой, где ты постепенно исчерпываешь свои силы, возможности и ресурсы, скатываясь к своеобразному нытью и неспособности что-то делать в собственных пространствах.<br />А спокойно жить хотят все, иначе люди бы не умирали. Все хотят спокойно жить, и в итоге все достигают этой цели — в могиле или в виде пепла. Спокойная жизнь ждёт всех нас в конце пути, и покой действительно будет: удобное ложе, не будет мышц, чтобы они болели, не будет нервов, чтобы что-то чувствовать, ничего не будет, и проблем тоже не будет. Здесь ещё бы тело куда-нибудь убрать, потому что состояние «хочется, надо двигаться, но ты лежишь» — это тоже боль, поскольку хочется двигаться, а движение уже связано с усилием.<br />Сама программа деятеля в момент деградации выглядит так: когда ты был молодым, тебе надо было двигаться, и ты двигался — спорт, тренировки, качалки и всё остальное. А сейчас, когда ресурсов уже меньше, двигаться по-прежнему надо, но корни от дивана мешают оторваться. У меня прямо возникает образ: выхожу в магазин, а корни тянут назад, и максимум получается сходить в магазин, вместо того чтобы просто пройтись вокруг района, пробежаться или сделать что-то ещё. В любых таких пространствах ресурс постепенно снижается, и в целом по жизни он тоже постепенно снижается.<br />Снижаются способности что-либо делать, даже банально двигаться. В детстве у тебя с движением проблем нет, и если рассматривать это с позиции этой программы, то детство во многих аспектах является ресурсным пространством, где у тебя есть ресурсы, нет проблем и нет задач. Движение в детстве даже трудно назвать задачей, потому что дети просто бегают, прыгают, веселятся, и у них нет ни задач, ни проблем в этом смысле. Их просто распирает ресурсами, и ребёнок похож на свежую батарейку, которую только что вставили в прибор, и этот прибор весело работает. А мы уже потрёпанные жизнью аккумуляторы: пару минут поработал, и его снова надо тащить к розетке, чтобы он хоть как-то ещё функционировал.<br />Соответственно, имеем то, что имеем, если говорить об этой мясорубке. По всей жизни ресурсность падает, и она падает не только с психологической или психической точки зрения, когда нет ментальных сил что-то делать, но ещё и буквально на уровне тела, здоровья и способности быть здоровым. В детстве ты об этом не задумывался, потому что в детстве здоровье, если не брать психосоматику и какие-то другие сложные состояния, обычно воспринимается как естественное пространство. Организм здорового ребёнка находится на верхнем уровне ресурсности: опять же нет проблем и нет задач, связанных с тем, что тело нужно постоянно обслуживать.<br />Сейчас же тело состоит из разных задач, которые ты с разной степенью успешности выполняешь или не выполняешь: это нужно как-то починить, это нужно как-то восстановить, здесь надо провести какую-то терапию или анализ, там ещё что-то сделать. Пространство, которое изначально не должно было содержать в себе никакой проблемы, постепенно превращается в сложную и тяжёлую систему, которую надо постоянно чинить и ремонтировать, как мой дом. Я не хочу этого, но тут надо починить одно, тут надо исправить другое, здесь нужно пойти и что-то восстановить.<br />В итоге в этом пространстве появляется очень много задач. Решение их, конечно, может приносить какой-то кайф, но сама глобальная позиция этого пространства остаётся движением, которое постепенно тебя изматывает.</p> <p>Уровень 2<br />Эта деградация, получается, проявляется по сути буквально в любых аспектах жизни, в любых пространствах и в любых формах проявления. Возьмём самое банальное — пресловутый Skype, именно в том смысле, что у этих чёртовых приложений всё время меняется дизайн, а у тебя ресурсов на то, чтобы адаптироваться к этим изменениям, на самом деле уже не так много. Поэтому, когда что-то меняется, ты начинаешь искать кнопки, всё это видишь, но ресурсов уже не хватает, чтобы просто пользоваться приложением и не задумываться. Ты уже сидишь и у тебя появляется проблема — найти в этом Skype какую-то кнопку, что-то переслать, что-то включить или разобраться, где теперь находится привычная функция.<br />Когда я с родственниками по Skype разговариваю, это иногда превращается в целое приключение, особенно если что-то нужно сделать в интернете. У детей такого нет, потому что у тех, у кого есть ресурс, процесс происходит иначе: ты открыл приложение, потыкал буквально десять секунд, и всё, ты уже понимаешь, как им пользоваться. У тебя не возникает никакого длительного непонимания, что это за интерфейс и как с ним взаимодействовать, потому что ты интуитивно быстро адаптируешься: нажал здесь, посмотрел там, попробовал ещё что-то, и пространство уже освоено.<br />Я просто помню тот момент, когда Skype постепенно начал меняться, когда вышла десятая Windows, а может быть, это ещё с восьмой началось, точно не помню. Skype начал из классического приложения под седьмую Windows превращаться во что-то сделанное как будто для планшетов, и вместо понятных кнопок, меню, файлов, папок и привычной структуры появились какие-то значки, к которым снова нужно было привыкать. Сейчас опять что-то изменится, снова где-то всё надо разбирать, заново искать и понимать. Разработчики не учитывают ресурсность людей, у них этого вообще нет в повестке дня, как будто никто на планете не знает, что ресурсность может тратиться, и людям постепенно становится всё сложнее осваивать новые приложения.<br />Поэтому миллионы людей остаются на старых системах. Я сам, например, просидел, может быть, год или два на восьмой Windows, а потом в конце концов вернулся на седьмую и до сих пор сижу на ней, потому что больше не хочу никуда переходить. Телефон тоже обновился: я зачем-то сдуру его обновил, и всё стало настолько неудобно, что даже верхнее выезжающее окно с настройками стало восприниматься как чужое. Появились какие-то другие значки, другой визуальный взгляд, другое ощущение интерфейса. В детстве мне было бы всё равно, я бы вообще не обратил внимания на такие изменения, потому что в детстве сколько было телефонов, техники, всяких устройств — всё быстро осваивалось и щёлкалось без ощущения проблемы.<br />В детстве это даже не проблема и не задача, а просто часть пространства. А сейчас это уже не часть пространства, а всего лишь приложение, какая-то мизерная часть всего, что вокруг происходит, и всё равно она требует отдельного ресурса. Получается, что когнитивные способности, ресурсность и деградирующая позиция деятеля проявляются даже здесь. Это проявляется в плане деятельности по жизни, в отношениях, в здоровье, в спорте, когда вроде бы надо заниматься, надо держать себя в форме, надо двигаться, но внутренне сразу возникает: не могу, не хочу, сил нет. Понятно, что надо, но не могу.<br />Такая последовательность позиций, такая последовательность деградации проявляется абсолютно в любых жизненных пространствах: в интеллекте, здоровье, успешности, финансах, отношениях, социальных взаимодействиях. Принцип везде один и тот же: у нас есть пространство, и если есть пространство, то в любом пространстве начинается это движение с деятелем. Создал тело — зачем? Тело нужно для того, чтобы на уровне физики взаимодействовать с реальностью. Пусть задача и изначальная идея условно звучат так: тело создано для взаимодействия с реальностью.<br />Маленький ребёнок взаимодействует с реальностью, и девяностопятилетний старик тоже взаимодействует с реальностью, но есть нюанс: эффект выполнения этой структуры в целом формально один и тот же, потому что и там взаимодействие, и здесь взаимодействие. Однако качество этого взаимодействия как раз и тратится. Это и есть трата потенциала, деградация потенциала, потому что по факту ты идею выполняешь, но вопрос в том, сколько ресурсов на это тратится, сколько процесса нужно выполнить, чтобы реализовать эту задачу, и насколько это отличается на разных уровнях.<br />Для людей с высокой ресурсностью, например, купить квартиру — это обычная часть жизни, что-то абсолютно обыденное. Возьми сейчас меня: допустим, я завтра утром просыпаюсь и начинаю заливать бетон, потому что для меня это уже обыденность. Я всё подготовил, всё сделал, и завтра с утра буду работать. А если поменять нас с тобой местами, дать тебе мою бетономешалку, лопату, тачку, объяснить пропорции бетона и поставить в этот процесс, тебя надолго не хватит, потому что ты столкнёшься с нагрузкой, к которой не адаптирован.<br />Я за эти годы превратил себя в такого вьючного, мощного осла, почти как рабочие, которые лопатой работают, бетон возят и заливают. Другого человека сейчас поставь в этот процесс, и он быстро выдохнется, потому что у него другой ресурсный уровень. Там, где у меня задачи, у других могут быть уже серьёзные проблемы с их решением, а у человека, у которого есть деньги, вообще нет необходимости даже создавать себе такую задачу. Для него это просто небольшая часть плана: нужно залить бетон, он позвонил куда надо, люди приехали, сделали за день, и он навсегда забыл об этом.<br />В любом нашем жизненном пространстве, которое мы создаём, и в тех пространствах, которые уже созданы с началом жизни, запускается одна и та же программа деградации ресурсов и деградации деятельности. Самый ресурсный уровень — это когда ты создал пространство непосредственно ради какого-то эффекта и просто получаешь этот эффект. А дальше начинаются стадии, где для того, чтобы этот эффект получить, уже нужно выполнять задачи. Ты будешь их выполнять, если ресурсы есть, и даже будешь выполнять успешно, но конечный эффект уже не сможешь получить напрямую, потому что пространство создавалось с одного ресурсного уровня, а живёшь ты в нём уже с другого.<br />Я создал дом, чтобы кайфовать, условно говоря, и чтобы сейчас по-настоящему кайфовать в этом доме, мне нужно вернуться на тот ресурсный уровень, с которого я всё это пространство создавал. Тогда, возможно, я смог бы находиться здесь так, что задач уже не было бы. Но пока такого уровня нет, потому что я деградировал на уровень ниже, и теперь всё, что я могу, — выполнять какие-то задачи, которые необходимо выполнить для того, чтобы приблизиться к эффекту этого пространства. Получается, теперь без тяжёлой работы уже не получится покайфовать.</p> <p>Уровень 3<br />Третий уровень по сути связан с восприятием, потому что здесь важно рассмотреть, что именно меняется в человеке, когда он создаёт какое-то глобальное пространство, затем опускается на уровень ниже и уже должен активно работать, чтобы внутри этого пространства получить первоначальный эффект. Что при этом меняется? Сам человек, по сути, как был, так и остаётся; в нём как в личности ничего принципиально не меняется, но меняется масштаб самой ресурсности, и вслед за этим меняется самое основное — восприятие.<br />Когда ты оказываешься внутри пространства, ты становишься своего рода его заложником. Все проблемы, которые сейчас есть в жизни, по сути являются теми самыми задачами, потому что когда-то ты изначально создавал себе пространства с какими-то целями, ради какого-то эффекта, но теперь этот эффект можно получить только путём жертв, решений, усилий, преодоления проблем и уже через страдание. Первоначальный эффект остаётся тем же, но доступ к нему становится другим, потому что пространство, которое раньше давало ресурс, теперь требует постоянной работы внутри себя.<br />Допустим, можно взять даже любимую тему внешности. Улучшить свою внешность — ради какого эффекта? Например, чтобы за счёт внешности иметь влияние на женщин, на людей в целом, потому что внешность выступает как ресурс. Когда эта ресурсность у тебя была, ты мог пользоваться своей внешностью напрямую. Это как с актёром, если условно взять какого-нибудь современного известного актёра: у него, допустим, с женщинами нет особых проблем, он может позволить себе почти любую, потому что так работает его ресурс и так работает его пространство. Условно говоря, если у человека внешность Брэда Питта, то сама внешность уже создаёт определённый эффект, и здесь, конечно, работает не только внешность, но и репутация, образ, статус, публичность.<br />А в твоём случае, чтобы получить подобный эффект, нужно работать, копить деньги, делать операции, что-то исправлять, что-то улучшать, чтобы хоть как-то создать внешность, которая могла бы дать тот самый первоначальный эффект от пространства, где внешность имеет значение. В данном случае речь идёт о пространстве, где внешность должна иметь значение для женщин. Чем дольше мы находимся внутри такого пространства, тем ниже падаем, и технически начинаем всё меньше видеть, потому что ограничиваем себя, отказываемся от себя, сбегаем от себя, выполняем эту программу, и вследствие этого восприятие постепенно падает.<br />То, что раньше было просто задачей, несложной, решаемой и понятной, постепенно не столько превращается во что-то другое, сколько обретает другую плотность. Когда ты теряешь восприятие, ты перестаёшь видеть ходы, перестаёшь видеть простейшую информацию, перестаёшь видеть способы, логику и последовательность действий, и именно тогда появляется сложность. Проблема — это по сути задача, но такая задача, которая становится настолько сложно решаемой, что ты уже не видишь способов её решения, или эти способы кажутся невыполнимыми, или ты даже не воспринимаешь их как возможные.<br />Например, есть проблемы со здоровьем, которые на первый взгляд кажутся нерешаемыми, потому что никто не видит способов их решения. Это как ситуация с инвалидностью: человек лишился ног или рук, и способов восстановления будто бы нет. Но это не обязательно означает, что способа в принципе не существует; это означает, что ты его не видишь. Может быть, способ не один, но если ты не видишь ни одного способа, то проблема становится для тебя нерешаемой. А когда ты не можешь решить проблему, это по сути и есть состояние беспомощной жертвы.<br />Например, человек без ног — это в первую очередь деятель, который абсолютно не видит способов решения своей проблемы. Если ты не видишь способов, ты становишься полностью парализованным относительно этой задачи. Отсюда и возникает нерешаемость проблем, хотя проблем как таковых может быть очень много, и за ними стоит просто жизненное пространство, которое ты создал. Но когда ты не видишь способов, не видишь задач, не видишь механизмов и не видишь последовательности действий, всё это приводит к тому, что ты становишься беспомощным.<br />Вся беспомощность основана на том, что мы не видим. Нет восприятия, не хватает восприятия, и то, что для ресурсного человека является простой задачей, даже несложным квестом, а обычным ежедневным действием, для человека с низкой ресурсностью становится проблемой. Например, почистить зубы — это ведь не проблема и даже не задача, а просто действие, которое выполняется почти автоматически. Или поесть — это тоже не задача и не проблема: ты просто идёшь, ешь и не напрягаешься, потому что ресурсов достаточно, чтобы этот кусок пространства работал без отдельного внутреннего усилия.<br />Зачем ты ешь? Чтобы получить энергию. Весь эффект от еды заключается в том, чтобы получать энергию внутри этого пространства. Поэтому, допустим, с тем, чтобы переесть или съесть что-то, проблем обычно никаких нет. А вот держать себя в норме, поддерживать здоровый организм и сохранять устойчивое состояние — это уже проблема, это уже сложности, потому что здесь отсутствует восприятие, и сам уровень ресурсности такой, что ты просто не можешь выполнять процессы, которые соответствовали бы здоровью.</p> <p>Уровень 4<br />Это уровень лёгкости решаемых проблем. Все хотят, чтобы проблема либо исчезла, либо чтобы её можно было решать легко, будто в каком-то трансе или по волшебству, когда какие-то дела выполняются сами собой. Допустим, человек хочет быть здоровым, красивым, заниматься спортом, но при этом хочет, чтобы всё было легко и просто, чтобы не нужно было напрягаться, страдать, мучиться, чтобы само хотелось, само складывалось и само вело к результату. Такие запросы так или иначе включают плюс-минус одно и то же достигаторство.<br />В чём здесь ловушка? Если ты хочешь выполнить эту программу, то обычно она звучит уже тогда, когда способность потеряна. Она звучит так: мне сейчас больно от того, что я потерял способность, и я хочу с помощью этой деструктивной программы вернуть её обратно. Соответственно, выполняя эту деструктивную программу, ты улетаешь ещё дальше от этой способности. Реально вернуться на уровень выше можно только одним способом: проработать текущее состояние, из которого ты выполняешь этот деструктивный процесс, и саму структуру, внутри которой ты опустился на текущий уровень.<br />А программы достигаторства обычно работают иначе: человек хочет просто дальше выполнять программы, то есть ещё больше деградировать и ещё глубже уходить в транс. Решение любых проблем всегда лежало и лежит в плоскости уровня выше, потому что только поднимаясь уровнем выше, ты можешь выйти из той логики, где проблема кажется огромной и неразрешимой. Не то чтобы проблема прямо сама собой решалась, но всё дело начинает масштабироваться иначе.<br />С позиции достигаторства это всегда кажется страшным: как же я на уровне выше доделаю дом, если дом можно доделать только выполняя задачи здесь. Возникает страх, что на уровне выше я, наоборот, ничего не смогу делать. Но это логика самой достигаторской программы, потому что на уровне выше все эти маленькие проблемы и задачи текущего масштаба перестают быть такими масштабными. Если я, грубо говоря, резко стану «президентом этой страны», то моя проблема с домом просто испарится, потому что она станет не каплей в океане, а скорее песчинкой на огромном пляже, и даже меньше. Это условный пример масштабирования, потому что всё дело именно в масштабах.<br />Если взять тело и вопросы, связанные со здоровьем, то здесь я ещё до конца не вижу, как это работает, но принцип везде одинаковый: личность, тело, задачи внутри жизни и внутри тела — всё зависит от того, на каком уровне ты находишься. На каком-то очень низком уровне само пространство тела становится для тебя и для всех нас огромной проблемой. Если подняться выше в этом пространстве, то речь уже не о том, чтобы пытаться эти проблемы решить, не о том, чтобы пытаться быть здоровым, исцелиться или вылечить какие-то болезни, а о том, чтобы подняться на уровень выше всего этого пространства тела, где тебе просто не нужно будет решать эти задачи, потому что они станут микроскопическими и вообще не будут требовать твоего внимания.<br />Сейчас представить это сложно, потому что текущее восприятие всё равно идёт из текущего уровня. Поэтому я пытаюсь представить: что будет с телом, что будет с болезнями, останутся ли они, буду ли я болеть или не буду. Но с уровня текущего восприятия невозможно увидеть, что происходит наверху, на уровне выше. Вся суть в том, что ты находишься на текущем уровне именно потому, что потерял восприятие предыдущего уровня. Поэтому сейчас невозможно ответить на вопрос, как будет на уровне выше, потому что для тебя этого уровня фактически не существует, поскольку восприятия нет.<br />С телом, автоматикой и всеми нашими проблемами получается то же самое. На текущем уровне мы находимся где-то так: в каких-то аспектах ресурсы ещё есть, и там нет проблем, а в каких-то аспектах тела ресурсов уже нет, поэтому возникают маленькие проблемы, болезни и прочая почти нерешаемая тяжесть. Всё дело по сути в масштабе. Это работает таким образом, что, например, если взять Россию как частный случай, то ещё месяца полтора назад у людей был уровень, где большинство в основном думало о планах, глобальных задачах, недвижимости, работе, освоении чего-то нового, поездках, изучении, путешествиях или ещё каких-то жизненных направлениях.<br />А потом происходит одно действие, один переход между уровнями, и все люди резко оказываются на уровне ниже, где масштаб их планов абсолютно меняется. Если сейчас многие думают о том, как в этом году и следующей зимой не голодать, то уже нет прежнего пространства больших планов, недвижимости и долгосрочных перспектив. Планы опустились до другого масштаба. Раньше в отношении еды вообще не было ни проблем, ни задач: ты просто шёл в магазин, набирал что-то разное и ел неделю, ни о чём особо не думая. А сейчас так уже не получается, потому что масштаб изменился, и, заходя в магазин, человек уже крепко думает, что брать, что не брать и имеет ли смысл тратить такие большие деньги.</p> <p>Уровень 5<br />Принцип деградации в данном случае проявляется именно как изменение масштаба восприятия и масштаба взаимодействия с какой-то частью реальности. Чем ниже ты находишься, тем больше становится масштаб пространства, внутри которого ты оказался, и тем сложнее становится любое действие. Деятель всегда был в этом плане такой позицией: если тебе нужно перенести мешок муки, а у тебя мало сил, небольшой размер тела или не хватает мышечной массы, то этот мешок станет для тебя тяжёлым. Это похоже на ситуацию с мешками цемента.<br />Я помню, когда впервые приехал сюда, ещё в первый год, когда мы только начали строить крыльцо и заказали машину с цементом. У меня тогда было очень яркое телесное ощущение: я начал разгружать мешки с машины, и у меня резко упал сахар в крови, потому что я был на голодный желудок и сразу взялся за тяжёлую работу. Я разгрузил всего пару-тройку мешков, но организм уже начал отключаться: слух почти исчез, зрение стало сужаться в одну точку, вокруг всё начало темнеть, и я понял, что просто перетрудился.<br />Это было ещё в 2018 году. Тогда у меня не было нужной физической подготовки, не было устойчивости к такой нагрузке, и я с первого раза взялся за тяжёлые мешки на пустой желудок, из-за чего сахар упал, давление тоже куда-то провалилось, и возникло очень странное состояние. Я впервые увидел это явление, когда внезапно появляется почти абсолютная глухота, зрение начинает уходить в точку, а всё вокруг покрывается серой пеленой.<br />А недавно мы снова заказывали цемент соседям, приехала машина, и я сам быстро выгрузил пятнадцать мешков. Потом стою и думаю: что это было, может, цемента мало привезли или мешки какие-то лёгкие? Но дело не в мешках, а в том, что масштабы поменялись. Если ты маленький, немощный, слабый, ничего не можешь и не видишь, то мешок становится для тебя неподъёмной ношей. А если у тебя есть способности, восприятие и ресурс, мешок легче не стал, но уровень взаимодействия с ним другой, поэтому это уже не проблема.<br />Это даже не задача в прежнем смысле, а просто другой уровень взаимодействия с объектом или с какой-то частью пространства. То же самое можно взять и в более глобальном примере. У людей, у которых есть своеобразная бизнес-жилка, создание своего бизнеса может быть интересной задачей. Им это может быть по кайфу, потому что у них есть восприятие всего этого пространства, восприятие процессов, нюансов и последовательности действий, а также ресурсы, чтобы всем этим заниматься. Для такого ресурсного человека создать бизнес — это не проблема, а именно интересная задача.<br />А для другого человека создание бизнеса — это что-то нерешаемое, сложное, тяжёлое и безвариантное. Он не понимает, что делать, как начинать, куда двигаться, зачем это нужно, и всё это возникает потому, что у него нет восприятия этого пространства. Как слепому ориентироваться в незнакомом месте? Никак, кроме как сидеть и не двигаться. По сути, это состояние похоже на слепого человека на оживлённом перекрёстке: для зрячего движение возможно, потому что он видит пространство, а для слепого это пространство становится не задачей, а потенциально неразрешимой проблемой.</p> <p>Уровень 6<br />Сейчас шестой уровень. Здесь есть момент, который с человеческой точки зрения немного сложно понять, потому что нам всегда нужны какие-то чёткие объяснения, чтобы всё стало понятным. Но как раз в этом и проявляется работа программы деградации деятеля. Что такое ресурс в данном контексте? Насколько я сейчас это вижу, ресурс — это своего рода восприятие.<br />Отличие ресурсного человека от низкоресурсного состоит в том, что первый видит, причём видит много чего даже без осознавания самого факта видения. Он видит способы действия, видит механизмы, видит инструкции, может их выполнять, видит свои способности, свои силы и последовательность действий. У человека не просто есть какие-то силы как абстрактная энергия; у него есть конкретное восприятие всего спектра необходимых аспектов реальности, благодаря которому он может заниматься каким-то делом. При деградации этот спектр сужается, и ты перестаёшь видеть механизмы.<br />Ты не видишь, как всё это устроено, не видишь саму структуру, не видишь прямую связь с реальностью. Условно говоря, тебе нужны деньги, и это классическая проблема нашего мира: нужны деньги, а для чего — уже не так важно, потому что сам факт их необходимости становится центральным. И ресурсность как раз напрямую связана с восприятием. Человек с высокой ресурсностью и хорошим, непростым восприятием увидит способ быстро заработать эти деньги, получить их или каким-то иным образом приобрести. Человек, у которого ресурсность низкая и восприятия не хватает, будет видеть совершенно другой спектр этой проблемы и совершенно другой спектр реальности.<br />По сути, восприятие сужается, и ты смотришь на реальность через своеобразную подзорную трубу, не видя целостной картины. Тебе нужны деньги, но ты не видишь, как их получить, как организовать процесс, как это сделать, и поэтому проблема становится для тебя неподъёмной и сложной. Если ещё раз зафиксировать, что происходит на шестом уровне, то это программа деградации восприятия человека, программа того, как мы постепенно сужаем восприятие пространства. Сужение любого пространства всегда приводит к одинаковым последствиям.<br />Эти последствия как раз уже когда-то описывались: ты перестаёшь видеть изначальный уровень, изначальную причину, ради которой вообще создавалось всё это пространство, и тот первоначальный эффект, который должен был быть получен от него. В итоге ты видишь пространство только через очень узкий спектр дел, проблем и отдельных фрагментов, которые внутри него остались. Так мы постепенно сужаем восприятие. С одной стороны, чем меньше восприятия, тем меньше ты чувствуешь боль, потому что это начинает работать как обезболивание. Допустим, человек пьёт алкоголь, и там тоже происходит сужение восприятия, а уже вслед за ним проявляются все эффекты алкогольного опьянения.<br />Но в целом задача всегда остаётся одной и той же: урезать восприятие. Основная деградация человека или существа в целом основана на том, что тратится главный ресурс — восприятие пространства. По сути, в самом пространстве ничего не меняется: структура остаётся на месте, человек тоже остаётся на месте, но меняется восприятие человеком этой структуры и всего пространства. Именно за счёт этого и происходят все внешние изменения нашей окружающей действительности и реальности.</p> <p>Уровень 7<br />Любая структура — это, по сути, набор уровней с разными процессами. В данном случае структура наших жизней — это уровни, ресурсы и пространство, которое мы выделяем на эту структуру. Именно внутри этих уровней и возникает проблема, при том что сама структура в целом остаётся стабильной, потому что она является информацией.<br />Это набор инструкций, набор процессов и сценариев, по которым будет раскручиваться твоя жизнь, либо по которым будет постепенно истощаться или, наоборот, развиваться твой организм, если говорить о начале жизни. Всё состоит из сценариев, а наши ресурсы и наше пространство накладываются на эти сценарии. Ты накладываешь большое количество ресурсов на какой-то сценарий, допустим, на сценарий, связанный с деньгами. Даже не просто с деньгами, а с самой способностью как-то взаимодействовать с социумом, с людьми, с социальными структурами, чтобы зарабатывать деньги.<br />И задача вроде бы простая: зарабатывать деньги, получать их, приобретать каким-то способом, неважно каким. Но ты уже находишься внутри этой структуры, потому что создал пространство: пространство, в котором я зарабатываю деньги. Звучит хорошо, но внутри этого пространства мы не стоим на месте, потому что сразу начинаем деградировать. Следующее мгновение после создания пространства уже запускает другой уровень. Грубо говоря, вчера человек закончил университет, а сегодня ему уже нужно зарабатывать деньги.<br />Он сидит и говорит себе: «Всё, нужно зарабатывать деньги». Какой следующий вопрос он задаёт? Он задаёт вопрос: «Как их зарабатывать?» Как я могу, как я хочу, каким способом, через что и так далее. Но сам вопрос «как?» уже показывает, что после постановки задачи и формирования этого пространства человек фактически уже не находится на уровне, где он эти деньги просто зарабатывает. Он уже находится на уровне, где всё это резко превращается в проблему.<br />Технически это начинает звучать так: теперь у меня есть огромная проблема, и мне нужно понять, как её решать, как мне зарабатывать деньги, какой способ найти, какой метод выбрать, где искать, как действовать и что делать дальше. Появляются вопросы, вопросы, вопросы, и во всех них присутствует одно и то же состояние: не знаю, не понимаю, не вижу. То есть восприятие мгновенно обрезается.<br />Только что ты создал пространство, и следующим моментом сразу же обрезал начало этого пространства, оказавшись внутри какого-то маленького масштаба. Теперь отовсюду сыплются вопросы «как?», потому что туда, где тебе нужно было просто видеть, взаимодействовать и не задавать никаких вопросов, восприятие уже не проходит. Там уже стоят кластеры боли, и поэтому ты смотришь, а в голове пусто, потому что ты не знаешь, как действовать.<br />Понятно, что затем ты начинаешь думать, пробовать, пытаться, перебирать варианты и так или иначе приходишь к какому-то конечному результату. Но этот конечный результат и есть структура. Чтобы быть здоровым, чтобы получать деньги в этой реальности, чтобы решать вопросы дома или любого другого пространства, мы стремимся выполнять программы. А суть как раз в том, что эти программы нужно переставать выполнять.<br />И тогда не нужно будет бегать ни за здоровьем, ни за деньгами, ни возиться с моим домом, ни вообще делать что-либо из этой необходимости. Всё это перестанет существовать на уровне проблем, на уровне задач, на уровне вынужденности и на уровне деструктивных структур.</p> <p>Уровень 8<br />Что получается: в принципе, мы всё время говорим про восприятие, хотя само восприятие нам как будто и не нужно, потому что через это восприятие нам придётся не просто выполнять программу, а увидеть, что именно мы выполняем. Но решение любой проблемы лежит как раз в плоскости восприятия: восстанови восприятие, проработай текущее состояние, выйди из структуры, в которой сейчас залипаешь, и дальше проблема перестаёт быть проблемой. Какой бы она ни была, насколько бы чудовищной она ни казалась, она перестаёт быть проблемой, потому что ты становишься больше по масштабу этой проблемы, начинаешь видеть способы, методы, ходы и саму структуру происходящего.<br />Но все деструктивные программы направлены в обратную сторону: не выходить из программы, чтобы проблема перестала быть проблемой, а продолжать выполнять программу, чтобы ещё дальше куда-то сбегать, ещё глубже погружаться в тяжёлое состояние, ещё сильнее отказываться от себя и от восприятия. Нам как будто не нужно восстанавливать себя, нам нужно выполнять программу. На словах всё хорошо звучит: восстановил восприятие, вернулся на предыдущий уровень ресурсности, перестал поддерживать проблему, и она перестала быть проблемой. Но внутри всей этой системы, внутри всей этой структуры деструктивных программ, это воспринимается как сказка, потому что нам не нужно возвращаться назад, нам нужно бежать вперёд.<br />Впереди как будто находится долгожданное спокойствие, спасение, облегчение, мир, покой, кайф и отсутствие каких-либо проблем вообще. Точка Б становится не просто смыслом жизни, а как будто настоящим решением всех наших проблем и избавлением от всех страданий. Это некая точка Б для всей человеческой жизни. А какая может быть точка Б у всей человеческой жизни? Только завершение, только предельная остановка, только состояние, в котором уже не нужно ничего выполнять, где больше не будет боли, усилия и самого переживания проблемы.<br />Человек незаметно для себя выполняет все эти процессы и бежит от своей ресурсности, от восприятия, бежит вперёд. Вся позиция деятеля, о которой мы говорим, конечно, выглядит как ресурсное состояние: человек молодец, у него вроде бы нет серьёзных проблем, он выполняет задачи почти как щёлкает пальцами, и всё это выглядит здорово. Но к чему он в итоге стремится? Все стремятся к одному. Каким бы сильным и успешным ты ни был, на восьмом уровне человек приходит к тому же конечному состоянию, к которому приходит и на первом уровне. Если взять, например, Джобса или любого другого выдающегося человека, чем он сейчас отличается от миллиардов людей, которые уже завершили свой путь? В конечной точке ничем.<br />У всех одна и та же конечная цель и одна и та же конечная точка, независимо от ресурсности. Ты будешь выполнять деструктивные процессы ровно до тех пор, пока не пройдёшь эту структуру до конца и пока у тебя не останется восприятия на этом уровне. Всё превратится в сплошной кластер боли, и останется только один вариант — завершение жизненного процесса. Получается, что цель жизни и всё жизненное пространство человека не были созданы для того, чтобы просто жить и кайфовать. Цель этого пространства, если смотреть изнутри данной программы, — прийти в точку Б, где относительно всего этого пространства уже не будет боли, и тем самым выполнить программу жизни.<br />Программа жизни в этой логике — это не оставить след, не повеселиться на планете и не получить набор впечатлений, а пройти структуру до конца. Точка А — это некая высокая ресурсность, а точка Б — другая ресурсность, уже предельно сниженная. Ты не можешь просто родиться и сразу оказаться в точке Б, потому что до неё нужно деградировать. Ты вынужден выполнять все эти процессы, чтобы постепенно опуститься до этой точки и тем самым завершить движение.<br />Так просто эту программу невозможно выполнить ни одному живому организму. Все рождаются, живут, проходят процессы, деградируют и постепенно приближаются к точке Б, в которой находятся покой, спокойствие и, с точки зрения программы, как будто самый желанный момент завершения. Понятно, что какими-то частями психики человек боится смерти, потому что страх смерти заложен в нас с точки зрения эволюции. Но по факту существо и все деструктивные программы в своей глубинной логике сводятся к одному: деградировать до последней точки.<br />Просто на первом уровне человек делает что-то масштабное и сильное, строит ракеты, создаёт корпорации, запускает огромные процессы и при этом тоже деградирует. А на последнем уровне человек уже оказывается в состоянии полной истощённости, и конечная точка путешествия у одного и у другого, к сожалению, одна и та же. Это и есть структура. Речь здесь не столько о смерти, сколько о деградации, о том, что в конечном счёте ты исчерпаешь все ресурсы. И на самом деле у тебя не так уж много времени, чтобы продолжать их тратить.<br />Мы локально говорим о каких-то проблемах, задачах, домах, деньгах, здоровье и отдельных пространствах, но в масштабе всей жизни ты делаешь всё то же самое. Это проявляется и в мелочах, и в больших глобальных вещах, потому что в конечном счёте даже сама способность просто жить, когда приходит время старости, может превратиться в нерешаемую проблему. То, что раньше было естественным состоянием, перестаёт быть даже задачей и становится чем-то, что уже невозможно удерживать прежними средствами.<br />Когда жизнь человека превращается в нерешаемую проблему, он умирает. Логика здесь очень простая: ресурсность заканчивается, ты не видишь способов, у тебя нет сил, и в жизненном пространстве болит всё, что может болеть, пока не остаётся уже ничего, что не было бы затронуто этим процессом. Тогда выход, который остаётся внутри данной программы, — это окончательное завершение и уход из пространства, где больше нет ресурса для продолжения.</p> <p>ЦТ<br />Программа деятеля, по сути оказывается не просто программой действия, хотя мы назвали её деятелем и отнесли к разряду условно хороших программ, связанных с ресурсами, активностью и способностью что-то выполнять. Но на самом деле даже самый низкоресурсный человек на планете всё равно находится внутри этой программы, потому что восьмой уровень в этом смысле остаётся тем же принципом, что и четвёртый, только с другим качеством процессов.<br />Возьмём, например, четвёртый уровень ресурсности. Человек всё равно живёт. В социальном плане у него может многое не получаться, но если взять какого-нибудь бездомного человека, он всё равно каким-то образом получает необходимое для существования, что-то делает, как-то поддерживает себя и продолжает жить. Он, во-первых, всё равно выполняет программу деятеля хотя бы потому, что остаётся живым. Понятно, что в социальном плане он существует непонятным, разрушенным и неустойчивым образом, но в целом как живой человек он живёт.<br />Он живёт, что-то делает, чем-то занимается, ведёт асоциальный образ жизни, потому что на этом уровне у него не хватает ресурсов, чтобы играть во все социальные игры и быть обычным гражданином. У него хватает ресурсов только на какую-то фрагментарную, разрушенную деятельность, на поддержание самого факта существования, на алкоголь, привычные циклы и состояние постоянной истощённости. Но программу деятеля он выполняет точно так же: каждый день просыпается, что-то делает, чем-то занимается и живёт так годами, а иногда и десятилетиями.<br />Почему-то многие такие люди выглядят уже пожилыми, изношенными, как люди, которые многое прошли и давно потеряли ресурсность. Но это не отменяет самого принципа: на любом ресурсном уровне, внутри нашего общества и вообще внутри цивилизации, человек всегда остаётся деятелем. Даже человек в крайнем разрушенном состоянии, который уже не решает свои задачи прямо, а фактически создаёт ситуацию, в которой другие должны завершить за него его процесс, всё равно действует. Он тоже работает над проблемой, у него есть задача или проблема, даже если он её не осознаёт, не формулирует и не видит как структуру.<br />Он выполняет процессы, совершает действия, запускает круги и участвует в их завершении. Нет такого, чтобы процессы совершались сами по себе. Мы всегда всё делаем сами, выполняем на полную мощность своего уровня и, соответственно, получаем какой-то результат от этого выполнения. Просто цель остаётся одна — деградация, независимо от того, на каком уровне ты находишься. Цель состоит в том, чтобы чётко и строго следовать плану, а сам план по сути направлен на уход из этого пространства, на достижение точки Б.<br />Я называю это смертью и тем самым драматизирую формулировку, но по сути здесь дело не в самой смерти как событии, а в стремлении сбежать из всего жизненного пространства. Оно создаётся для того, чтобы из точки А перейти в точку Б, из одного уровня перейти куда-то дальше. Точно так же мы по жизни выполняем любые цели: когда ты ставишь себе задачу, ты хочешь из точки А прийти в точку Б.<br />Для нас это очень простая и естественная программа: у меня чего-то нет, и я хочу это получить. Допустим, я голоден — это точка А. В точке Б я буду сыт. Что ты делаешь между этими точками, уже не так важно, потому что главное — прийти в состояние, где цикл будет завершён. А дальше, в зависимости от своей ресурсности, восприятия и структуры, которую ты выполняешь, ты будешь по-разному набивать себе живот: кто-то лососем, дорогими продуктами, красной икрой и прочими вещами, кто-то китайской лапшой, кто-то дешёвой едой, картошкой или чем-то ещё.<br />Но все дойдут до этой точки Б: и один, и другой в итоге окажутся сыты. Понятно, что последствия, качество питания, состояние тела и дальнейшие процессы будут разными, но сама точка Б будет достигнута. Самая большая проблема здесь как раз в том, что чем бы мы ни занимались, наши глобальные точки Б в масштабе всего человечества и всей цивилизации находятся на одном уровне — где-то внизу, в предельном снижении ресурсности.<br />Когда человек умирает, он доходит до этой точки Б. Возможно, до неё люди доходят ещё при жизни, а смерть потом становится уже результатом завершённого внутреннего процесса. В принципе, убить сознание и исчезнуть как осознающее присутствие можно ещё при жизни; дальше просто останутся какие-то программы, работающие по инерции, потому что мозг и тело ещё сохраняют работоспособность.<br />Точку Б можно достичь ещё при жизни, умертвив сознание как активное восприятие, а тело при этом может продолжать существовать. Его можно поддерживать технически, медицински, искусственно, с помощью разных процедур, систем и внешних вмешательств. Я имею в виду, что у тех, у кого есть деньги, даже глубоко разрушенное состояние можно продлевать технически, и тогда человек фактически остаётся как запрограммированный компьютер, который ещё работает, хотя основное живое восприятие уже завершено.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ посвящён исследованию программы деятеля как универсального механизма существования человека внутри созданных им жизненных пространств. Центральная идея состоит в том, что любое пространство — будь то здоровье, деньги, отношения, дом, внешность, деятельность или сама жизнь — изначально создаётся ради определённого эффекта, однако по мере снижения ресурсности человек утрачивает прямой доступ к этому эффекту и вынужден всё больше ресурсов тратить на поддержание самого пространства. <br />В начале документа рассматривается механизм возникновения проблемы. Автор показывает, что проблема и её отсутствие являются частью одного и того же пространства. Попытка решить проблему внутри пространства проблемы приводит лишь к дальнейшей растрате ресурсов и усилению самой проблемы. Вместо решения отдельных трудностей предлагается рассматривать и прояснять структуру пространства, внутри которого эти трудности возникают. <br />Через уровни 1–8 раскрывается процесс постепенной деградации ресурсности. На верхних уровнях человек просто пользуется пространством и получает от него эффект. Затем появляются задачи, которые ещё могут приносить удовольствие. Далее задачи превращаются в проблемы, затем в тяжёлые и почти нерешаемые проблемы, а затем — в состояние беспомощности, когда человек уже не видит способов действия. Основным ресурсом при этом оказывается не энергия и не сила воли, а восприятие — способность видеть структуру пространства, способы действия и возможности решения. <br />Особое внимание уделяется связи между ресурсностью и восприятием. Чем ниже уровень ресурсности, тем сильнее сужается восприятие. Человек перестаёт видеть причины происходящего, перестаёт замечать способы решения задач и оказывается внутри всё более узкого и болезненного фрагмента реальности. Именно потеря восприятия превращает задачу в проблему, а проблему — в безысходность. <br />Документ рассматривает жизнь человека как последовательность уровней внутри программы деятеля. Независимо от социального положения, достатка или степени успешности человек остаётся деятелем и продолжает выполнять процессы, направленные на движение от точки А к точке Б. Различается лишь качество выполнения этих процессов и уровень ресурсности, с которого они выполняются. Даже люди, находящиеся на самых низких уровнях ресурсности, продолжают оставаться участниками этой программы. <br />В заключительных уровнях и Центральной точке автор приходит к выводу, что программа деятеля представляет собой механизм постепенного снижения ресурсности и восприятия. Все человеческие цели, задачи и стремления рассматриваются как частные проявления более общего движения из исходно</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 02 Jul 2026 14:33:47 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17658#p17658 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17656#p17656 <p><strong>Система опускания между уровнями через растрату и снижение ресурсов</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация<br /></strong><br />Текст описывает многоуровневую модель Вселенной как системы программ и структур, где каждый уровень формирует условия для следующего. Человечество рассматривается как промежуточный механизм «перегонки» ресурса: через умственные процессы и социальные циклы реальная энергия переводится в эффекты и, далее, в иной — «духовный» — слой. Социум, личность и исторические события трактуются как элементы общей циклической структуры, поддерживающей постоянный перенос ресурса между уровнями.</p> <p><strong>2022_04_04</strong></p> <p>Есть коллективная сущность, и по сути коллективная сущность — это как некий «монитор», на котором тысячи точек совокупно формируют некую картинку. При этом сами точки всё равно не соединены между собой: они отдельны друг от друга. Просто каждая точка изначально программируется — где светиться, каким спектром светить, с какой яркостью и т. д. И вот это программирование каждой точки в рамках одной программы создаёт эффект наличия коллективной сущности: ты видишь вроде бы совокупное изображение, как цельную картинку, и это воспринимается как коллективная сущность, как будто программа управляет миллионами точек-пикселей.<br />При этом каждая точка на экране, по большому счёту, никак не связана с другими точками: между ними связи нет, они не согласовываются между собой. Общее взаимоположение согласовывается внутри программы, когда подаётся ток на отдельный диод, и он светит без учёта того, что делают диодики вокруг него; его действия вообще никак не согласовываются с другими. Но все вместе они создают некую картину — так формируются коллективные сущности.<br />И вот эта некая «матрица», которая управляет каждым человеком, указывает ему, что ему делать внутри этой коллективной сущности, — но это очень грубо. Нет никакой матрицы: есть совокупность программ, работающих по тому же принципу. И каждый человек, с другой стороны, сам себе «управлятель» в этой матрице, сам управляет своим состоянием в этой матрице согласно рамкам программ.<br />Ты не согласовываешь с другими людьми, живущими рядом, свой метод жизни: ты ни с кем ничего не согласовываешь. Максимум — можешь согласовать какую-то встречу, какое-то одно действие, но в общем ты не согласовываешь с ними общую картину. При этом, если взять в среднем, в этом посёлке всё живёт по одному принципу, согласно которому и получается общая картина этого посёлка: одно социальное поле, какая-то сонастройка, эффект типа «есть сонастройка». И если это сонастраивание и существует, то только потому, что на базовом уровне все выполняют одни и те же программы, все работают по одной и той же программе — пока люди считают себя частью какой-то страны, какого-то сообщества, они выполняют общие программы, и поэтому возникает эффект коллективной сущности. Но это лишь иллюзия.<br />При этом на определённом уровне есть и общее управление — как с организмом: всё согласно очень жёсткой картине этого организма. Всё зависит от того места, в котором ты родился, от базовых характеристик, ресурсности и других параметров, поэтому разные роли, разные проценты тех или тех — по организму это видно очень чётко. Так же и по социуму: просто мы сидим внутри, и нам кажется большое и огромное разнообразие, но это на самом деле не так. И вот эта программа, выполняя которую мы себя «выполняем», — набор программ: мы создаём себе набор программ с ролями, чтобы быть встроенными в определённую матрицу.<br />Это уровень программ, на котором мы выбираем своё место и свои характеристики на этом экране и «отсвечиваем» уже согласно этим программам, чтобы создавать общую картину на экране коллективной сущности. Клетка коллективной сущности как проявление — это встраивание себя как диода на матрице экрана, который сам себе выбирает режим свечения; кажется, что сам, но на самом деле — согласно глубинным программам. И получается, что теперь это клетка организма, которая работает по определённой программе.<br />По сути, вся жизнь — это постоянное программирование себя на этом уровне. На этом уровне мы программируем себя как все свои части, которые будут встраиваться на следующем уровне. И каждый уровень можно рассматривать как новое существо, где мы себя запрограммировали на предыдущем уровне: что мы будем делать на этом уровне, какие программы будем выполнять на текущем уровне.<br />На этом уровне мы играем во все наши игры текущего уровня не просто так: выполняя все эти программы, мы автоматически программируем все части себя на выполнение определённых ролей, «точек свечения», выполнение этих программ в качестве определённых клеток коллективного существа на более низком уровне. А так как это всё существует одновременно, то мы постоянно себя на всех уровнях программируем: мы заняты… весь наш человеческий разум, весь наш ум занят выполнением всех этих программ, и занят всегда одним — как программировать себя, все уровни нас ниже нашей точки сознания. Когда мы находимся на уровне сознания «я человек», мы программируем жизнь более низкого уровня; живя на более низком уровне, мы программируем существование более низкого уровня. И получается такой формат, и в нём существо живёт как абсолютно программная структура на всех уровнях.<br />Это можно назвать «антиматрицей». Там человек спит, и есть источник энергии для каких-то структур. А здесь мы сами создаём эту структуру: эта наша жизнь и есть структура, которую мы воспроизводим на всех уровнях одновременно, и роль, которую мы играем, — в том числе роль «нам нужно погибнуть», родиться, пройти цикл жизни и погибнуть.<br />Программу, которую мы сейчас выполняем, мы создали на предыдущем уровне, чтобы выполнять её сейчас. И ту, которую мы сейчас выполняем, мы выполняем для того, чтобы быть встроенными в эту коллективную сущность, в эту структуру коллективного существа, коллективного организма.<br />Деструктивность здесь заключается в том, что совершается постоянное стремление к дроблению сознания и к падению точки сознания; и после человеческого уровня, с нашей смертью, эта точка вместе с личностью упадёт ещё ниже, и ещё ниже, и ещё ниже. Хотя сама точка сознания… мы себя осознаём не как существо — это мы себе придумываем; мы себя осознаём как отдельную личность: вот я — человек «…», ты — человек по имени «…», и так каждый кусок существа. Есть программа, которая принуждает помещать самоидентификацию вот в эту точку: «я такой-то, такой-то».<br />Суть в том, что это роль, это самоопределение некой «я». Не как набор паспортных данных и перечисление характеристик, а как точка зрения, которая отталкивается во всех своих действиях, решениях и мышлении. И что бы мы ни прорабатывали, каждый из нас продолжает отталкиваться от себя — от своего «я», от своего тела, от своей роли. Ты продолжаешь отталкиваться от себя, как бы мы ни прорабатывались. А это и есть основная программа привязки: это первая точка, где точка зрения существа привязывается к определённой точке на определённом уровне, как к центру в уме.<br />Это основное, базовое: начиная с «я человек», «я мужчина», таких-то годов, такой-то профессии, там работаю и выполняю такие-то роли… Все мои желания крутятся вокруг этой точки — вокруг создания такой точки. И по-другому ты себя определить не можешь: мы прорабатываемся с позиции «я», каждый — с позиции себя человека, себя личности.<br />Мы внутри этой структуры постоянно создаём свою структуру «я такой-то» и жёстко привязываем её к определённому уровню существования. И под эту структуру мы дальше создаём всё остальное: структуру тела, структуру личности. Изначально идёт внедрение этой точки привязки, точки фиксации, с определённой ролью и набором программ в этой матрице — именно для той точки монитора с определёнными координатами. Каждый пиксель имеет свою координату, и если он разместится в другом месте, а на него будет приходить команда светиться, то будет разнобой. Так же и клетка кости: если она не будет иметь точную координату, где ей себя формировать, то она может сформироваться где угодно, например в мозгу.<br />Каждая клетка есть частью сущности и есть дальнейшей программой, просто она на уровне клетки. Есть программа, которая «рисует», и каждая клетка имеет в себе весь набор программ того, как ей развиваться в этом месте, какие программы и какую структуру создавать. Ведь программы работают так: под действием программ создаются структуры для выполнения программ. То есть мы всегда, по сути, работаем со структурами, а не с программами: программы находятся на предыдущем уровне, а на этом уровне мы работаем со структурами, которые созданы для выполнения программ. И здесь все эти умственные игры — это программы для формирования структур на более низких уровнях.<br />Есть точка определения того, где и откуда начинается развитие структуры, куда ты попадёшь. Общая структура, внутри которой — структура тела, дальше структура личности и т. д. Сама точка в пространстве этой коллективной сущности определяет, какую структуру ты создашь, и какой для этого тебе нужен набор программ. Если твоя точка, часть существа, попала в место «сосуды», то у тебя один набор программ; ресурс всюду одинаковый. А сущность, которая попадает в центр, где она должна формировать клетку кости, получает совершенно другой набор программ и структуру.<br />Тот же принцип и здесь: с предыдущего уровня мы попадаем в определённую точку, где ты должен воплотиться внутри этой коллективной сущности, какую функцию ты должен выполнять, и под это формируется набор программ. Ты получаешь этот набор программ. Каждый человек играет в свои умственные игры — и это тоже запрограммировано: какие умственные игры ты будешь играть, какую программу выполнять и какую структуру формировать для следующего уровня. Это решено уже изначально.<br />Представить, как это было на предыдущем уровне, нам сложно. Вроде бы мы здесь такие люди, такие себе умные. А мы, по сути, мало чем отличаемся от тех сущностей, которые были на предыдущем уровне: такие же запрограммированные существа, которые выполняют программу. Просто функций больше, они более разнообразные, чем на более низком уровне, а суть та же.</p> <p>Уровень 1<br />Вот пример наших клеток. Огромное количество клеток, которые, выполняя свои «программки» и свои «структурки», создают пространство. Если смотреть по уровням, то на одном уровне это клетки, а на другом уровне эти клетки своим существованием создают, лично для себя, виртуальные структуры в виде органов. Это и есть заполнение тела: системы и органы, которые, в свою очередь, создают возможность существования мозга как «компьютера» всей этой системы.<br />Дальше мозг, как компьютер со всеми его нейронными сетями, делает то же самое: он как будто выполняет свои программы, но при этом создаётся пространство уже для человека, для всей этой сознательности. И если продолжать логику, то человек своими программами ума, структурами ума и своей личностью создаёт виртуальное пространство для коллективных сущностей. С телом это увидеть проще, а с коллективными сущностями пока хуже видно, как именно это работает, в чём заключается их природа и какие там идут деструктивные процессы на уровне коллективных сущностей, на уровне судьбы и на уровне социума.<br />У каждого человека на уровне социума есть свои структуры: местоположение, ресурсность, структуры решений и поступков, сама деятельность как таковая. И в какой-то степени вся Вселенная разбита на уровни-структуры так, что каждый предыдущий уровень существует для того, чтобы существовал следующий. Процессы предыдущего уровня нужны для того, чтобы существовал следующий уровень, и так далее: такой слоистый «пирог», где все предыдущие пространства создают некое пространство следующего уровня, потом этот следующий уровень добавляется, суммируется — и появляется следующее пространство. И на каждом из этих уровней есть своя «движуха»: законы Вселенной, материя, формирование с помощью гравитации звёзд и планет.<br />Что такое звезда и планета? Это пространство. На эту планету помещается некий механизм самовоспроизведения первоначальной молекулы, который начинает воспроизводиться. Вся планета с её веществами, условиями, солнцем, которое светит, с магнитным полем, которое удерживает атмосферу, — это уже условия, в которых начинают существовать организмы. Потом эти организмы собираются в структуры, которые тоже создают следующий слой.<br />Вот все растения на планете вроде бы живут своими жизнями, но при этом вся их жизнь нужна для того, чтобы могли существовать животные, чтобы был баланс в экосистеме — с углекислотой, кислородом и всей этой природной настройкой. Мы под это подстроены и можем этим воздухом дышать, жить и существовать. Растение — лишь частный случай; любые организмы на планете в этой системе выстроены в определённый баланс, и если что-то убрать, система начнёт сыпаться.<br />И наша жизнь суммарно, в виде коллективных сущностей, по логике тела работает похожим образом: отдельные клетки формируют у себя некие органы, а органы, взаимодействуя, создают процессы, которые глобально участвуют в формировании других уровней и слоёв пространства с ресурсами. В организме работает тот же принцип: у тебя есть мозг с нейронными сетями, но фактически это суммарный эффект всех клеток, которые мы наблюдаем внешне. Любые органы — это клетки, выполняющие свои специфические свойства, задачи и функции, а их суммарная согласованность создаёт орган: мышцы, сосуды, нервы, лимфоузлы. На уровне клеток нет ни органов, ни тела: у них там свой «мир» с точки зрения этого уровня восприятия, своя форма существования, спокойная или неспокойная — и всё, это предел; выше них ничего нет.<br />Но мы-то сверху видим, что выше нас есть органы, мозг и слой за слоем идёт всё дальше. С человеком то же самое: мы сейчас находимся, абстрактно, как будто в «финишном слое», но на самом деле мы не видим, какое пространство создаётся из нашей деятельности. Возможно, это выглядит так, как в фантазийных историях, мирах и играх, которые люди придумали: что наши эмоции создают какой-то «послечеловеческий» или параллельный нашему уровню тонкий план, тонкий мир, астрал.<br />Это присутствует издревле в нашей истории: люди, которые так или иначе были с этим связаны и имели некие способности, описывали подобные уровни. Может быть, и так, что все наши суммарные деструктивные процессы и все наши программы ума, направленные на получение эффектов и эмоций, действительно создают на другом уровне, просто визуально глазам не видимом, целое пространство с ресурсами. И там уже идут совершенно другие процессы, которые в культуре часто называют «духовными», хотя под этим словом обычно подразумевают набор представлений о сущностях и «тонких мирах», наполненных разным символическим содержанием.<br />Мы здесь спокойно проживаем свои жизни, свои «игрушки» и свои удовольствия, а там где-то, как результат этой деятельности, ресурс вкладывается в следующий деструктивный уровень, со своеобразным астральным слоем. Всё как будто перевёрнуто относительно материи: если у нас всё упирается в материю, клетки и биологические формы, то там следующий слой, где программы и структуры есть, но нет классической визуальной материи.<br />И ведь мы своими глазами различаем очень малый спектр. Те же клетки раньше человечество не видело, пока не изобрели «костыль» в виде микроскопа и не начали изучать всё это на микроскопическом уровне. Это тоже уровень, на котором как будто «не было» ни клеток, ни нейронных сетей, ни всего остального — пока не появилось средство видеть. И эти уровни вполне могут существовать: просто мы визуально этого не видим.</p> <p>Уровень 2<br />Получается как линейка — со шкалой, с миллиметрами, с сантиметрами и со всем остальным. И по сути на каждом уровне в нашем мире, куда ни ткни, есть уровень программ, который существует для всех последующих слоёв. Принцип в том, что для всех слоёв существа есть слои, которые как бы кристаллизуют — происходит кристаллизация набора структур для каждого слоя.<br />Где бы существо ни оказалось, мы привыкли видеть последовательную деградацию, где слой за слоем. Хотя Вселенная, по сути, одновременно существует на всех слоях. То есть на первом уровне появились какие-то законы физики; существо в этих законах начало «играться» в материю. Дальше — существование материи и всех законов физики: существо на следующем уровне начинает «играться» с помощью гравитации во всякие планетарные и звёздные системы.<br />Сегодня все эти скопления из глубокого космоса: на одном уровне это наша планетарная Солнечная система, на другом уровне — куча таких систем, их бесконечное число соединяется в эту маленькую «спиральку» нашего Млечного Пути. На другом уровне миллиарды таких же звёздных систем соединяются ещё в какие-то скопления. В космосе, какой бы уровень ты ни взял, существо выполняет «структурки» своего уровня.<br />Просто мы, в силу своего размера, «охаем», какое это всё большое и глобальное, хотя фактически наш уровень для клеток — это тоже «космос», и наоборот: клеточный уровень по отношению к нам как будто выше нас. Там тоже 13 триллионов клеток, живущих своей жизнью.<br />На любом из уровней в этой Вселенной существо выполняет свои структуры. Человек здесь тоже промежуточное звено в этой системе.</p> <p>Уровень 3<br />Всё, чего ты хочешь, всё, что ты умеешь, всё, к чему у тебя есть мотивация — делать или не делать, двигаться или не двигаться, — имеет чёткую системность по принципу организма с клетками. Это чёткая, идеальная система: здесь всё построено, сбалансировано, работает огромное количество «клеток», и все они выполняют программы, превращая это в цельное пространство. И в этой Вселенной по этому принципу устроено всё: на всех уровнях существа везде присутствует эта системность, и каждый уровень — это структура этой системности.<br />Соответственно, наш текущий социум и все действия, которые мы здесь совершаем, ты вроде как совершаешь сам и вроде бы для себя, но на самом деле нет. Получается, создаётся впечатление, что это ты сам для себя это делаешь: твои решения, твой выбор, твоя жизнь, типа твоя личность, — но на самом деле это такая структура.<br />Мы сначала создаём базовую структуру «я». Но «я» не в смысле самоидентификации, а как некое место — место, в котором находится какое-то «я» из других миллиардов «я», которое я беру уже с набором программ. Просто получаешь это всё и оживляешь, проявляешь, как батарейка, вставленная в прибор. А что за прибор, где прибор, куда прибор и как — это уже неважно: прибор оживает благодаря твоим ресурсам. И поэтому в данной точке социума, в данной точке человеческой истории есть такая личность с таким набором программ.<br />Это как с клетками — абсолютно похожая система. Ты возьми какой-то определённый уровень: внутри этого уровня есть какая-то определённая точка на графике, и в этой точке у тебя будет какая-то структура какого-то живого или неживого существа. У нас — человека. Берёшь историю человечества, тыкаешь в какое-то место, и там будет человек с определённой личностью. И ты оживляешь этого человека с той личностью — просто оживляешь этого «робота», оживляешь набор программ: типа «оживить», а на деле — привести их в действие, чтобы они выполнились, используя пространство тебя как ресурс.<br />Мы не просто как батарейка, а как энергия: наше пространство, наш объём, в котором изначально чистое пространство должно трансформироваться в структуру, и все эти программы должны выполниться. И выполняя программы, мы превращаем себя в структуру.</p> <p>Уровень 4<br />В любой точке Вселенной существо в первую очередь «не осознаёт себя…». «Вот человек» — это такая структура в данной точке Вселенной, на этом ресурсном уровне. Человечество, в котором есть ты, есть люди, и ты эту личность не создал с нуля: ты её осуществил, запитал от себя, и сам при этом ты вроде бы и есть эта личность, ты ею являешься — как раз потому, что не осознаёшь действительность. Потому что если бы существо себя где-нибудь осознавало, то и Вселенной не было бы: это осознание себя есть то, что деградирует данное пространство.<br />На данном этапе ты — пространство, которое «типа есть», и в этом специфическом состоянии «батарейки» ты функционируешь в любой точке Вселенной. На любом уровне этой Вселенной существо по принципу батарейки себя реализует, и все эти структуры, которые мы на самом деле выполняем, — это на самом деле и не «ты». Программы как раз и заключаются в том, чтобы этот момент не осознавать.<br />Существо не осознаёт. Весь текущий наш мир состоит из запрограммированных «роботов» на этой планете; в конкретно этом слое человеческой жизни — своя история и свой процесс существования как структура. Те же динозавры, может ещё какие-то динозавры или другие животные, которые были или будут; возможно, на других планетах будут существовать слои тех же деструктивных процессов, но которых мы визуально не видим.<br />Фишка в том, что куда ни плюнь — везде есть деструктивная структура, которая активируется существом. И ещё до начала её активации в ней уже есть всё: здесь нет никаких случайностей и никакого хаоса, прописано абсолютно всё. Потому что на предыдущем уровне происходит прописывание правил последующего уровня; следующий уровень просто не существует, пока ты на предыдущем уровне не пропишешь правила следующего. Поэтому вся человеческая история — это пространство, которое полностью прописано в своих правилах, и какие бы у тебя ни были ресурсы, какие бы способности у тебя ни были, ты выше этой программы, выше этой структуры не прыгнешь.<br />Структура, в которой человек и «не человек»: существо оживляет программу каждого человека на этой планете. Если брать более глобально, то не только человека: человек в этом пространстве находится лишь в узком спектре. Вот вся биология, все живые организмы на планете — убери хоть один, и всем наступит конец, система начнёт очень жёстко сыпаться. Если из этой комбинации убрать бактерии, которые в океане поглощают углекислоту и выделяют кислород, то спустя год вся цивилизация просто умрёт.<br />Мы находимся лишь в невероятно узком балансе: в балансе температуры, в балансе процентов кислорода, в балансе магнитного поля, которое держит излучение космического поля. В этом тонком балансе нельзя ничего убирать, и вот отдельного человека рассматривать нет смысла, потому что общее существование висит на всех остальных организмах. Человечество — это не столько судьбы, личности и умы, сколько суммарное существование всех этих «роботов» на планете, потому что один вид «роботов» создаёт пространство ресурсов из своей жизнедеятельности для другого вида «роботов».<br />На уровне растений и бактерий вроде бы как обычная жизнедеятельность, фитопланктон и процессы его существования, но эти процессы создают ресурс для существования всех остальных видов в этой «живой» системе. И получается, что в человечестве такой же смысл, только пока ещё не видно, какие именно пространства мы создаём и для каких существ и организмов.</p> <p>Уровень 5<br />Весь «духовный» уровень, если брать принцип перетекания ресурсов из одного вида в другой, из одной формы в другую, работает так же, как это работает в природе: энергия одной формы перетекает в энергию другой. Если ты возьмёшь Солнце, то на одном уровне Солнце «сгорает», а на другом уровне из этой энергии появляется различная биологическая «версия»: растения поглощают свет, животные едят растения, мы едим животных и растения. Это всё — трансформация энергии из одного вида в другой вид.<br />И если брать во внимание наши умственные процессы и вообще сами структуры, то глобально, если смотреть на человечество как на некий переходный уровень, получается так: ты тратишь жизнь на ум, на умственные эффекты, и эти эффекты — этот ресурс — не уходит в пустоту и не растворяется просто в какой-то виртуальности. Он перетекает в следующую форму пространства. На следующем «духовном» уровне все эти умственные ресурсы, перетёкшие туда, и формируют пространство для манёвров.<br />Это такая переходная точка, где реальные механизмы работают буквально: мы берём энергию Солнца и путём многих этапов «перегонки» превращаем её в эмоции и в эффекты ума. А дальше, на уровне нашей привычной действительности, всё как будто заканчивается: ты кайфонул, ресурсы потратил, как-то «проехал» жизнь — и всё. Дальше энергия берёт и переходит на следующий уровень, как следующая стадия перегонки.<br />Человечество выполняет роль перегонки реальности в какой-то совершенно антиреальный слой пространства. И чем бы мы глобально ни занимались — во всех этих воплощениях, во всех этих судьбах, в социальных играх и умственных играх — это всё необходимо для этой функции.<br />И получается, что человечество сегодня стремится загнать себя в электронику, в компьютеры, во всю эту виртуальщину, чтобы процесс перевода реальных ресурсов на этот «духовный» уровень стал проще. Жить, взрослеть, взаимодействовать с материей, вспахивать поля, есть, испражняться, строить дома, строить отношения — зачем, если можно упростить систему? Создай себе капсулу: ещё младенцем запихни в эту капсулу нового человека, подключи его к какой-то виртуальности — и пусть он спокойненько всю свою долгую жизнь переводит свои ресурсы на следующий уровень, получает свои эффекты. А в действительности пусть искусственный интеллект взаимодействует с реальностью и сам всё организовывает: всё жизнеобеспечение, всю инфраструктуру. И вся история цивилизации, по сути, стремится в эту точку.</p> <p>Уровень 6<br />Всё, что было до человечества по уровням, есть и сейчас. Весь животный и растительный мир, все слои природы продолжают работать как единая система и создают этот своеобразный круговорот ресурсов. Если человечество убрать и оставить «доисторические времена», то происходит трансформация одного вида реальных ресурсов в другой вид реальных ресурсов: одни организмы живут, другие их поедают, остатки возвращаются в среду, цикл замыкается, и снова в природе остаётся то, из чего рождается следующий виток.<br />Нефть и газ — это тот же принцип, только растянутый во времени. Берёшь живые организмы, добавляешь им миллионы лет существования, и они постепенно превращают себя во что-то другое уже на уровне реальности. Животные бегают, кто-то что-то съел, кого-то кто-то съел, остатки осели, круговорот прошёл — и всё снова вернулось в общий баланс.<br />И вот в этой системе только человек, с момента появления ума, внёс разлад. Только человечество может тратить реальные ресурсы, реальную энергию мгновенно — как фейерверк: взлетело, красивенько взорвалось, и куча энергии, куча ресурсов в виде картинок исчезла, и нет этого больше. Пространство ума — это механизм, который позволил глобально переводить реальные ресурсы из уровня вещества, которое можно пощупать, в уровень, который глазу не виден, где уже другие правила, другие законы и другие виды ресурсов, не связанные с материей привычным образом. И дальше это движение продолжается в направлении, где всё деградирует всё ниже и ниже, как будто без конца.<br />Вот человек: он убивает животное, ест это животное, получает энергию. И пока у него есть энергия, он, например, веселится — не тратит её на выживание как таковое, а тратит на своеобразное увеселение, или на рисование какого-то рисунка в пещере. Энергию потратил, эффект получил, ресурс как будто «улетел» куда-то в потустороннее, а в реальности остался рисунок, который, по большому счёту, что есть, что нет: прямого влияния на Вселенную он не несёт, но он фиксирует сам факт перевода ресурса в эффект.<br />И с каждой вехой научно-технического прогресса, особенно в последние века, мы всё круче и круче улетаем в виртуальность этого процесса. Если брать цифровую, компьютеризированную эру, то огромное количество энергии уходит на картинки в мониторе. Всё это пространство нашего социума, наших программ, которые мы выполняем в этой структуре, все человеческие процессы, необходимые для переходов в умственных программах, — всё это про одно и то же: человек отдаёт ресурсы и своё пространство под коллективную сущность.<br />Ты отказываешься от своего пространства и заполняешь его структурами, которые являются частью больших структур. И своим ресурсом, своими пространствами ты становишься частью этого общего организма. И вся наша мотивация, по сути, состоит в эффектах: существо оформило себе базовые потребности выживания и дальше делает то, ради чего оно существует, — переводит себя через ум.</p> <p>Уровень 7<br />Ум — это механизм перевода ресурсов существа на следующий уровень. И в этом есть смысл, чтобы социум шёл в заданном направлении: внутри какой-то структуры, внутри какого-то «заговора» — не как чьего-то намеренного плана, а как самой схемы, которая должна обеспечивать, чтобы люди выдавали свой максимум. Максимум эффектов, максимум эмоций — на полную катушку, получая эти эффекты, будь то страдания или наслаждения; смысл именно в этом.<br />Правила социума, структура социума, вся наша человеческая форма существования — все деструктивные программы, умственные и социальные, — выполняет человечество. Вся система экономики, система взаимоотношений между странами, различные формы «правительственного» над всем происходящим — это механизм. Для нас это «социум», для нас это вся наша человеческая цивилизация, такая большая и значимая, а по факту это мясорубка — для ресурса, для пространства.<br />И ты вроде бы играешь свою жизнь: делаешь то, что тебе интересно, то, что тебе нравится, или то, что ты видишь необходимым делать, или то, за что ты несёшь ответственность. Но в этой схеме это всё — формы одного процесса, через которые ресурс вырабатывается и переводится дальше.<br />Изначально есть боль чистого пространства — свободного, неструктурированного; боль цельного пространства. И дальше идёт… мы бежим от самого себя, от своего пространства, с помощью этих своих структур, постоянно стремимся к противоположному состоянию.</p> <p>Уровень 8<br />Цикл на уровне наших тел — это запрограммированная структура воспроизводства. А уже внутри этого пространства вся идея воспроизводства становится структурой, которая позволяет человечеству играться в цивилизацию, в социум, в личности и во всё остальное. И, в свою очередь, получается так, что социум — это программа, которая позволяет существу на следующем уровне выполнять следующий этап побега от собственного пространства, уже на «духовном» уровне, но в иной форме.<br />Пространство везде состоит из этих циклов. Ты каждый день пытаешься прожить эффекты, пытаешься сбежать от своего пространства — от какого-то более ресурсного уровня, с которого ты начал выполнять все эти деструктивные программы как человек. И получается, что каждый день, во всех социальных играх и процессах, во всех личностных, межгосударственных, во всей этой цивилизации, во всей экономике, смысл действий один: один цикл. Структуры многочисленные и разнообразные, а по факту везде один и тот же цикл побега от своего пространства: на одном уровне — твоё текущее пространство, а на другом — этот «духовный» уровень, куда ты сливаешь все свои ресурсы, получая эффекты.<br />Даже сегодняшняя война построена исключительно на основе иллюзий. И все цели, и всё, что декларировалось, — это иллюзии про «чистоту расы», про «избранность народа», всё то, что декларировалось в Третьем рейхе. Всё это — жалкие оправдания, чтобы включить «мясорубку», чтобы повеселиться, чтобы перейти на новый виток деструктивных процессов во всеобщей глобальной мясорубке.<br />Структура ведь тоже на месте не стоит. Циклы одни и те же, но ресурсность у этих циклов и у самого существа тоже падает. И время от времени необходимо на уровне стран и государств давать такую встряску, чтобы переходить на следующие этапы. Вот при COVID произошла ещё большая отчуждённость, когда можно работать, не выходя из дома: это приближает человечество на шаг ближе к тому, чтобы не выходить из дома, чтобы что-либо делать. И современная война тоже приведёт к чему-то в плане взаимоотношений между странами.<br />Пространство цикличной «мясорубки», в котором мы выполняем один и тот же цикл растраты: целостность и ресурсность пространства переводим в другой вид.</p> <p>ЦТ<br />Эта программа как BIOS для существа. Это цикл, который существо выполняет на всех уровнях — абсолютно на всех уровнях Вселенной; при этом на разных уровнях он выглядит по-разному, но в целом цикл везде один и тот же. И чтобы это всё работало, пространство из одного перетекает в другое: здесь перетекает всё — ресурсы, энергия, с одного уровня на другой.<br />И если брать наши конкретные ресурсы человека, то человечество просто «перегоняет» себя как ресурс, как пространство, с уровня умственных программ на уровень «духовных» программ, а там уже далее программы будет выполнять не человек.<br />Все люди — как роботы, которые в одних и тех же циклах, в разных местах этого «организма», на разных уровнях, с разными действиями, создают впечатление, будто у каждого своя жизнь, хотя на самом деле это такая матрица человеческого организма. На уровне клеток происходит абсолютно то же самое: перегон настоящих ресурсов в «умственные игрушки» уровня, в котором клетка живёт.<br />И если бы клетки осознали, в каком организме они находятся и ради чего существуют, их бы очень сильно потрясло это безумие — то, ради чего они существуют, живут и умирают.</p> <p><strong>Общее резюме документа </strong></p> <p>Документ описывает Вселенную как многоуровневую систему, где на каждом уровне действуют программы, формирующие структуры следующего уровня, а сами структуры служат «площадкой» для дальнейшего существования и переработки ресурса. В качестве базовой метафоры вводится «монитор»: коллективные сущности выглядят как целостная картинка, но состоят из отдельных «точек», которые не связаны между собой напрямую и лишь синхронизируются общей программой; аналогично устроены и социальные, и биологические системы.<br />Человек рассматривается как промежуточное звено в этой лестнице: он не создаёт личность «с нуля», а оживляет заданный набор программ, вкладывая собственный ресурс и пространство, при этом самоидентификация («я такой-то») выступает ключевой «точкой привязки», удерживающей восприятие внутри роли и не позволяющей увидеть действительность как она есть. Деструктивность механизма выражается в тенденции к дроблению сознания и последовательному «падению» точки сознания на более низкие уровни, где переработка ресурса продолжается в иной форме.<br />В логике документа ум выполняет функцию «перегонки»: реальные ресурсы (вплоть до энергии, проходящей через биологические цепочки) переводятся в эффекты — эмоции, переживания, символические действия — и далее, как предполагается, перетекают на следующий, «духовный» уровень, где уже работают иные правила и действуют не-человеческие процессы. Социум, экономика, межгосударственные отношения и крупные исторические события трактуются как элементы единой структуры, которая обеспечивает максимальный выход эффектов и эмоций, то есть максимальную переработку ресурса, превращая человеческую цивилизацию в «мясорубку» циклической растраты и переноса целостности в другой вид.<br />В центральной точке (ЦТ) это сводится к формуле «BIOS»: один и тот же универсальный цикл перетекания ресурсов и энергий работает на всех уровнях Вселенной, меняя лишь форму проявления. Человечество, согласно документу, является этапом этого цикла — механизмом перевода ресурса с уровня умственных программ на уровень «духовных» программ, где дальнейшее «выполнение программ» продолжается уже за пределами человеческой идентичности.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 21 Jun 2026 07:00:39 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17656#p17656 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17655#p17655 <p><strong>Истинная причина проблем - отказ видеть и воспринимать реальность.</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ представляет собой философско-психологическое исследование механизма достигаторства, отказа от восприятия и формирования реальности через структуры личности. Автор рассматривает человека как существо, которое большую часть времени действует неосознанно, выполняя программы личности, ума и коллективных структур. Через последовательный анализ уровней раскрываются понятия структуры, восприятия, изначального ресурса и прояснения. Центральный вывод заключается в том, что любые проблемы, состояния и жизненные сценарии существуют благодаря отказу от восприятия, а реальная трансформация возможна только через восстановление прямого восприятия тех участков пространства, которые были переданы под управление структурам.</p> <p><strong>2022_04_01</strong></p> <p>Текущее состяние.<br />У меня, в принципе, продолжается тяжёлое состояние. Вроде после сеансов становится легче, а потом опять всё идёт через искажение. Я знаю, что мелочи очень быстро сбрасывают меня вниз, и мне кажется, что это именно общее состояние, когда настолько плохо, что даже не получается нормально объяснить, что именно происходит. Как будто всё как-то не имеет смысла, ничего не будет, ничего не получается, и я даже не могу до конца сформулировать это ощущение боли и бессмысленности, потому что, похоже, оно является именно общим фоновым состоянием.<br />Есть какая-то фоновая тяжесть, будто всё обрыдло. Вроде бы всё нормально, но появляется маленькая мелочь, словно камешек на дороге, и я сразу проваливаюсь туда. Живёшь на надрыве, на грани, и я довёл себя до какого-то состояния, где всё держится именно на этой грани, а другого варианта я уже не вижу. Причём сама фраза «другого я не вижу» тоже важна, потому что я имею в виду даже не объяснение: раньше я сидел, у меня была какая-то идея, она меня захватывала и куда-то вела, а теперь её нет, и мне некуда идти, некуда ехать.<br />Прояснение.<br />Мы с тобой постоянно прорабатываем такие вещи, и не то чтобы мы всё время работали неправильно, наоборот, мы работаем нормально. Но если брать точку А и точку Б, то проблему всё равно видно: точка А — мне больно и плохо здесь находиться, точка Б — надо куда-то сбежать. Мы постоянно что-то прорабатываем, но твоё внимание всё равно всё время выходит в точку Б: либо ты проработал точку Б, либо чего-то не достиг, получил неудачу и отказался от неё. А точка А, где «мне тяжело, больно и неприятно», никуда не уходит. Эта точка А, где мне больно и неприятно, остаётся стабильной базовой вещью в этом мире.<br />Да, тяжело. Допустим, у **** есть куда сбегать: он себе дом создал, и, как я говорю, на десять лет вперёд ему уже и женщина не нужна. Получается, что он себе нашёл смысл: бетон залить, дом достроить, сделать ещё одно, десятое, двадцатое. У него есть какой-то смысл, а тут смысла нет. В общем-то, мы с тобой находимся в похожем треугольнике, просто я себе создал смысл и туда трачу ресурсы, **** тоже создал себе смысл и туда тратит ресурсы, а ты создаёшь себе смыслы, через которые можно существовать и на которые тоже можно тратить ресурсы, но они выглядят какими-то недостижимыми.<br />Или, возможно, правильнее сказать не «недостижимыми». Это смыслы, которые не то чтобы нереальные: для тебя лично они как будто реальные, но только в каком-то очень искривлённом понимании. Когда ты даже реально пытаешься их достигать, они не соответствуют твоей структуре личности. Твои смыслы слишком придуманные: абстрактно они для тебя хорошие, но по-настоящему они тебе не подходят. Я говорю тебе, например, про смысл создать семью, и я себе его создал, меня всё устраивает, я от этого получаю удовольствие. **** это пока не нужно, потому что у него есть свой смысл, который занимает всё его пространство. А тебе, когда я говорю: «Давай это, давай то», ты сразу отвечаешь: «А зачем это? Зачем это нужно?»<br />Для тебя это неактуально, и ты по-настоящему не видишь в этом смысла. То же самое происходит и со всем остальным: даже когда ты создаёшь какой-то смысл, он для тебя слишком абстрактный. Не просто абстрактный сам по себе, а именно лично для тебя абстрактный, потому что он изначально не соответствует твоей личности. Ты не занимаешься обработкой своей личности, чтобы изменить её. Ты работаешь с тем, что тебе больно и неприятно, мы прорабатываем то, как тебе жить, но мешает жить именно та личность, которая у тебя есть. Она слишком искривлённая, слишком противоречивая, слишком сформированная через множество перекосов, и здесь слово «кривая» подходит больше всего, потому что ты не можешь приспособить её к чему-то так, чтобы нормально жить.<br />Основная проблема находится в невозможности что-то делать полноценно. Ту личность, которая у тебя есть, ты не можешь привести к какому-то реальному смыслу, в который можно вложить энергоресурсы, чтобы он материализовался, а твоя личность уже с этим смыслом могла спокойно, красиво и нормально жить хотя бы в какой-то степени. Какие бы смыслы ты себе ни придумывал, даже если бы ты придумал себе квартиру, начал вкладывать деньги, заработал, поехал туда, всё равно личность, похоже, не соответствует такому уровню жизни. Ты приехал бы, и лично тебе захотелось бы спустить деньги. Формально цель нормальная — купить квартиру, но когда ты в неё приезжаешь, ты не будешь получать от самой квартиры жизнь и удовольствие, потому что твоя личность настроена не на это. Она настроена на то, чтобы пойти, пропить, прогулять, сделать ещё какую-то разрушительную вещь.<br />То война, то казино, то алкоголь, то ещё что-то. Я думаю, какой бы смысл ты себе ни придумал, даже если это будет семья или жена, всё равно снова получится какая-то искажённая история, потому что внутри оно опять не складывается. Я уже в таком возрасте был, когда вроде бы семейная жизнь, оседлость, туда-сюда, но нет, и здесь тоже нет. Ты же изначально говоришь «нет».<br />Ты пытаешься менять свою жизнь, пытаешься что-то изменить, у тебя что-то получается, ты зарабатываешь деньги, здоровье будет лучше, что-то ещё. Но себя, свою личность, которая сформирована с множеством сильных противоречий, ты не меняешь. У тебя пока нет намерения реально поменять себя самого, и в этом проблема. Нет намерения по-настоящему изменить себя, сделать себя способным создать пространство, в котором тебе было бы удобно жить. Ты пытаешься создать некое пространство, в котором вся такая искривлённая, противоречивая личность могла бы нормально жить, а это в принципе невозможно.<br />Для себя нужно менять себя. Нужно как-то сгладить и проработать эти противоречия, чтобы появилась способность существовать, например, купить квартиру и жить с этой квартирой. А не купить квартиру для того, чтобы приехать, три месяца проваляться в алкоголе, спустить все деньги, потом снова искать деньги, чтобы доехать домой, снова зарабатывать и снова повторять тот же цикл. Не так, что ты купил квартиру, обставляешь её, делаешь ремонт, ставишь мебель, привозишь жену и начинаешь жить; нет, ты даже не можешь представить, что будешь получать удовольствие от этой квартиры. Ты уже заранее не будешь получать от неё внутреннего ощущения жизни.<br />Внешне есть какие-то иллюзорные цели, а внутри остаётся неприкасаемая личность. Именно неприкасаемая личность. Ты думаешь не о том, как изменить эту личность, а о том, как под неё построить и подстроить жизнь. На самом деле нужно наоборот: думать о том, как проработать себя, чтобы вся эта кривизна, все эти противоречия и боли перестали определять твою неспособность выстраивать нормальное пространство и нормально в нём жить.<br />Сама парадигма здесь состоит в том, что человек не хочет прорабатывать себя, а хочет изменить окружающее. У тебя это является следствием состояния и достигаторства, такого специфического достигаторства: не поменять старшую причину, а менять что-то внешнее, чтобы это не болело. То есть не делать глубинную работу с собой, не переваривать это в себе, а менять внешнее так, чтобы личностные перекосы не болели. Это очень жёсткая парадигма, потому что, по сути, с людьми в сеансах происходит то же самое: люди приходят и говорят, что надо менять реальность, менять что-то вокруг, даже проработка часто воспринимается как способ изменить что-то, потому что это мешает жить.<br />Даже в техниках, которые вроде бы направлены на изменение себя, когда начинаешь с человеком говорить и работать, выясняется, что по-настоящему себя менять он не собирается. Он хочет изменить что-то так, чтобы оно приспособилось к нему: давай поработаем это, давай поработаем то, но не себя реально, не себя по-настоящему, не своё глубинное состояние, а именно то, что мне мешает. По сути, проблему ты сегодня описываешь именно так: ты смотришь на неё в ракурсе того, что тебе мешает и от чего тебе больно. Давай это проработаем, потому что мне больно, а я при этом останусь таким, как есть. Просто мне больно, поэтому надо что-то проработать.<br />Я тебя понимаю, давай будем работать. Но сама парадигма, само такое отношение очень глубокое. Даже сказать «очень глубокое» здесь недостаточно, потому что это основа основ. Это то, о чём я часто пишу на форуме, когда говорю, что есть вещи, которые нельзя объяснить словами: как перевернуть человеческое внимание на 180 градусов, направив его на себя. В принципе, это невозможно объяснить словами, потому что можно только в идивидуальных сессиях постепенно разворачивать, разворачивать и разворачивать человека, и в конце концов либо удаётся человеку это сделать, либо не удаётся. Или человек всё равно направляет внимание на переделку своего мира, на изменение чего-то внешнего, на борьбу с чем-то, либо он всё-таки начинает работать с собой. <br />Есть ещё один тонкий момент: человек вроде бы хочет себя изменить, но по факту хочет, чтобы какая-то сторонняя сила волшебным образом сделала его другим. Например: я всю жизнь не хотел заниматься спортом, качаться, развиваться физически, а потом вдруг что-то проработаю, и у меня резко появится желание. Но почему оно должно появиться, зачем оно должно появиться, если я сам не включаюсь в это? Человек хочет, чтобы желание появилось не через него, а как будто само по себе, и тогда он станет другим человеком.<br />Сама личность, как способ бегства, превращается в умственную перегрузку. Сбежать — это тоже умственная перегрузка, и вместо реальной работы начинается именно она.</p> <p>Уровень 1<br />Вообще это моя любимая, скажем так, тема. Все свои проработки, когда я сам у себя что-то прорабатываю, я начинаю с какой-то темы, с какого-то текущего состояния, и в конечном счёте всегда прихожу к тому, что прорабатываю очередную попытку играть в достигаторство. Я каждый раз возвращаюсь к этой теме, хотя даже не возвращаюсь, потому что у меня в Центральной точке всегда так или иначе присутствует идея о том, что я просто занимаюсь этим достигаторством, и это, как тебе сказать, фундаментальный подход человека не к себе, а вообще к жизни.<br />Позиция такая, что мы воспринимаем себя как неких достигателей: я хочу, я делаю, я чем-то занимаюсь, как будто бы я живой человек. Но если рассматривать, как действительно эта позиция работает вместе с достигаторством, то, по сути, мы вообще отказываемся что-либо делать. У нас так устроен мир: благодаря программам, благодаря тому, что мы отключаемся, когда программа выполняется, мы фактически отказываемся от сознания, и всё происходит как бы само собой. Есть программа, есть какая-то идея, ты выключился, эту идею выполнил, потом включился — и вот результат.<br />Этот подход в глубине, скажем так, в глубине души каждого человека устроен так, что человек лежит на диване и ничего не хочет. Если откуда-то извне приходит какое-то желание подняться и что-то сделать, ты поднимаешься и делаешь; если такого импульса не приходит, ты шевелиться не будешь. В этом плане мы отказываемся себя контролировать. Ещё когда мы прорабатывали коллективные сущности, там был тот же самый принцип: ты сам ничего не хочешь, тебя всё устраивает, но если внутри коллективной сущности приходит какой-то сигнал, какая-то команда что-то сделать, ты встаёшь и делаешь. При этом сам как человек, как существо, ты всегда находишься в позиции отказа.<br />Это отказ от себя, от активной деятельности, от активной позиции, в которой можно было бы сказать: я сам чего-то хочу. По сути, особенно если речь идёт о каких-то изменениях в себе или в своей жизни, я вроде бы говорю, что хочу изменений. Мы все хотим изменений в разных вещах, все хотим что-то поменять в себе, что-то поменять в окружающей действительности. Но проблема в том, что мы как ядро, даже не столько как ядро личности, а как некая точка, постоянно стремимся в какую-то бесконечно малую точку от самого себя. Ты пытаешься сбежать и сжаться в том смысле, что изменения я хочу, допустим, но хочу, чтобы эти изменения пришли сами.<br />Изменения в окружающей меня реальности я тоже хочу, но хочу, чтобы и они пришли сами. В любом желании, в любой боли, в любом стремлении всегда работает достигаторство. Что такое достигаторство? Это желание, чтобы, по сути, всё само менялось каким-то чудом или не чудом, какой-то бессознательной автоматикой, магией, проработкой или чем угодно ещё, как бы ты это ни называл. Принцип остаётся один и тот же: всё должно произойти само, без моего участия. И даже если моё участие будет, я хочу, чтобы само это участие тоже как-то само сработало, как определённая автоматика.<br />Например, я условно хочу выучить английский язык и стать красивым, накачанным; этого хотят многие. Но желание это сделать, мотивация к этому тоже должны появиться как будто сами. Я хочу, чтобы мотивация появилась так, чтобы я прямо её почувствовал, чтобы возникло какое-то мощное вдохновение, которое оторвёт меня от кровати и заставит побежать заниматься спортом и изучать английский. У всех работает примерно такой принцип, потому что все отказываются быть внутри самого действия. Именно в этом фундаментально и заключается проблема: никто на самом деле не понимает, как себя изменить.<br />На самом деле у нас здесь вопрос даже не в том, как себя изменить, а в том, как хотя бы остановиться и прекратить выполнять какие-то деструктивные процессы, то есть хотя бы остановиться в выполнении собственных деструктивных игр личности. Все деструктивные игры — это, по сути, достигаторство, такое слепое желание, чтобы всё происходило само. Полный отказ от всего происходящего: от реальности, от себя, от способностей, от действий и от собственных желаний. Получается, что мы всегда находимся в состоянии отказа, и внутренняя позиция всегда является позицией отказа от себя.<br />Это отказ контролировать, владеть и управлять своим жизненным пространством. Твоя жизнь начинается с того, что ты находишься в позиции: всё это здесь не моё, я отказываюсь от всего этого, а дальше программы, по сути, всё делают за тебя. В таком состоянии отключки мы перманентно и находимся, и это состояние отключки как раз и есть отказ от себя. Благодаря этой отключке появилось желание — пошёл и сделал; не появилось — не сделал.<br />Благодаря этому состоянию коллективные сущности как раз и создают всю систему человеческого мира, человеческого устройства. Каждый отдельный человек, по сути, отказывается быть самостоятельным. Представь, что клетки твоего тела сейчас резко осознают себя как маленькие существа и больше не захотят выполнять идею, которая записана в твоём ДНК. Что будет? Тело развалится, и непонятно, во что оно превратится, если клетки перестанут выполнять свои функции, идеи и задачи.<br />Весь организм держится именно на том, что клетки как существа, как живое сознание, отказались здесь быть самостоятельными и просто напрямую выполняют программу. За счёт этой программы весь организм и существует. Теперь представь, что в реальности с людьми работает тот же самый принцип. Мы все отказались от самостоятельности и находимся в позициях отказа от самого себя, а благодаря этому все деструктивные программы, все программы личности, которые подсовывают коллективные сущности, получают возможность управлять этим.<br />Когда у тебя появляется какое-то желание и мотивация, получается, что это не совсем твоё желание и не совсем твоя мотивация. Например, есть желание создать себе квартиру, и технически это вроде бы ты этого хочешь, но само желание действует за счёт программы. Потом ты хочешь эту квартиру, летишь к ней, а затем тебя снова переклинивает, потому что ты сам себе не принадлежишь. Я не имею в виду, что квартира не твоя или что это плохая идея, а говорю о том, что ты сам себе никогда не принадлежишь. В любой момент программа может просто переключить твоё внимание и твою мотивацию на какую-то разрушительную вещь, и ты пойдёшь эту разрушительную вещь совершать.</p> <p>Уровень 2<br />Вторая точка состоит в том, что мы сами себе, получается, не принадлежим. По сути, всё находится в своеобразной спящей позиции, хотя, наверное, правильнее сказать, что мы спим, а ты просто выполняешь программу своей личности, включая программы ума. Захотелось тебе чего-то в уме, возникло «я хочу, я хочу», и ты начинаешь что-то делать согласно тому, что ты хочешь, а затем сталкиваешься с суровой реальностью, в которой это желание, по факту, ничего не стоило, потому что за ним стоят пустые шкафы. Достигаторство звучит как достигаторство, и на самом деле это позиция, благодаря которой в принципе весь этот мир работает так, как он работает.<br />Это позиция, благодаря которой, я не знаю, буквально гравитация существует, благодаря которой планета сейчас не распадается, не разлетается в космос во все стороны, а удерживает себя в одной точке, в собранном состоянии, внутри неё вращается ядро или происходит ещё какая-то структура движения. Солнце работает по тому же принципу: материя собирается вместе, образует какие-то объекты в космосе, и всё это здесь, внутри этого достигаторства. Точно так же и мы, получается, существуем по тому же принципу, и каждая клетка тела является маленьким кусочком существа, который находится в отказе от себя, в отказе от сознания, и за счёт этого способен выполнять либо законы физики, либо закон тела, как в случае ДНК, либо тот же самый принцип в структуре нашей личности.<br />Ты всё время чего-то хочешь, всё время что-то делаешь, и все эти действия и желания, по сути, тебе не принадлежат. Ты ничего другого не видишь, потому что это твоё жизненное пространство, и вроде бы это твоя программа, это ты сам, это же «я хочу». Но на самом деле «я хочу» — это просто одна из многих деструктивных программ, которые ты хочешь, не понимая, почему, зачем, как и откуда пришло это желание. Когда на эти вопросы нет ответа, то становится видно, что это уже не тебе принадлежит.<br />Наше существо в целом, всё жизненное пространство, находится в позиции отключки, в позиции отказа. Благодаря этому в пространстве есть структура личности. Что такое структура? По сути, это как ДНК, некая инструкция, шаблон или схема, как угодно это называй, то есть схема того, что ты должен делать и как именно ты должен это делать. Проще говоря, это похоже на законы физики: существует некое состояние, которое постоянно соблюдается и постоянно выполняется. А почему оно постоянно выполняется? Потому что ты как раз находишься в отключке, выбора нет, и всё внимание уходит на поддержание какого-то определённого закона.<br />У нас этот принцип работает точно так же: мы всё внимание направляем на то, чтобы работал своеобразный закон твоей личности, допустим, закон моей личности. Если бы я не прорабатывался, то я даже не знаю, в каком месте сейчас находился бы и как сложилась бы моя жизнь. Что ни крути, программы здесь есть, но всё равно я в какой-то степени, наверное, всё-таки свободен, по крайней мере не так сильно залипаю в своих играх.<br />Я даже, честно говоря, боюсь фантазировать, где бы мог оказаться, если бы не научился останавливать себя в разных направлениях, когда появляется какое-то стремление что-то совершить, а ты берёшь и просто не совершаешь это, потому что осознаёшь, что собираешься сделать. Где бы я оказался, если бы не мог себя останавливать? Это фундаментально связано даже не столько с тем, чтобы менять себя, сколько с тем, чтобы видеть программы, которые тянут в какие-то тяжёлые пространства для социума, личности или психики, и, соответственно, останавливаться.<br />На втором уровне это достигаторство, по сути, достаточно реализовано, и если рассматривать это глубже, то оно выглядит достаточно неприятно, потому что как такового достигаторства даже нет. Мы сейчас живые люди, каждый из нас имеет тело, мозг, у нас всё это работает, мы себя осознаём, всё чувствуем, взаимодействуем друг с другом. Но, по сути, всё, что мы сейчас делаем, всё, что чувствуем, и всё, кем являемся, включая мозг в буквальном смысле, — это программа. Возьми свой мозг буквально на физическом уровне: это очень сложный биологический компьютер. Выключи его — и тебя не станет.<br />Ты же не осознаёшь, как клетки работают и взаимодействуют между собой, как взаимодействуют области мозга, нейронные сети, как вся эта махина сейчас работает и благодаря чему я вообще проговариваю весь этот текст. Я тоже этого не осознаю, потому что всё это и есть программа. В том-то и дело, что вроде бы «я» — это я, но на самом деле структура просто работает таким образом. А я как существо, получается, нахожусь в тотальной отключке. У нас как у существ нет ни восприятия, ни какого-то прямого присутствия, но именно благодаря этой отключке сейчас работает структура мозга.<br />Работает мозг, и соответственно возникает вопрос: что такое мозг? Это живой человек, который осознаёт себя, чувствует, думает, размышляет, тает, увлекается и так далее. Скажем так, всё твоё восприятие и внимание сейчас тотально отсутствует, но зато присутствует мозг. Присутствует мозг, и он, соответственно, играет, имитирует человека, хотя даже не имитирует, а буквально воссоздаёт все наши человеческие жизни. Через этот же мозг проходят все программы, все сигналы этих нейронных сетей, сигналы коллективной сущности, все кластеры боли. Мы как существа ничего не осознаём, не чувствуем и не воспринимаем, потому что, по сути, за нас всё выполняет структура мозга.</p> <p>Уровень 3<br />Получается, что положение темы достигаторства, наш общий подход к жизни, миру и самому себе всегда как раз заключается в этом фундаментальном отказе от себя. Этот подход исходит из позиции отказа, потому что мы, по сути, всегда хотим, ждём или стремимся к тому, чтобы структура за нас всё делала, а всё, что мы можем, — это находиться в своеобразно отключённом состоянии, в неком глобальном трансе, сне, отказе от восприятия. Получается, что существование здесь строится именно через отказ от восприятия.<br />Тем самым структура всегда присутствует в твоей жизни: она всё контролирует и всем управляет. Возьми даже мозг буквально сейчас: что бы мы здесь ни говорили, всё равно все твои когнитивные способности, всё твоё сознание, воображение и всё остальное — это работа мозга, то есть работа структуры. Когда ты чего-то хочешь, можно подойти к этому вопросу немного с практической стороны: я чего-то хочу, пусть даже чего-то в реальности невыполнимого или разрушительного. Так или иначе, я хочу, и сама эта хотелка, сама по себе, является пустышкой, потому что «хочу» существует как некая ментальная конструкция, словно в архиве висит папка, которая звучит: «хочу так, хочу это, хочу вот так».<br />Но по факту я отказываюсь от восприятия, и я всегда отказываюсь от восприятия. Соответственно, я не вижу, зачем хочу, как это выполнить, возможно это или невозможно, как вообще устроен мир, почему я пришёл к такой реальности, в которой я чего-то хочу, как этого достичь и так далее. Восприятия нет в принципе, и в этом тотальном тёмном мире, в котором я вообще ничего не вижу, я просто создаю какие-то программки желания и достигаторства: хочу чего-то, хочу, чтобы структура сейчас по волшебству сама резко изменилась.<br />Но существо на всех уровнях, по сути, находится в этой отключке, поэтому ничего само по твоему желанию не будет фундаментально меняться в каком-то другом формате, просто потому что ты этого не видишь. На всех уровнях действует эта слепота, этот отказ от сознания и восприятия. Ты просто не видишь, может быть, для того чтобы исполнять свои желания, нужно не так уж много сил, и, возможно, это действительно осуществимо, а может быть, и невозможно, но ты этого не видишь. Мы всё время фундаментально упираемся в тот факт, что у нас отсутствует восприятие как таковое.<br />И при отсутствии этого восприятия приходится рассчитывать только на ту структуру, которая, в общем-то, формирует всю реальность, самого тебя, твоё сознание и сам твой разум. Грубо говоря, ты обращаешься к этой структуре с посылом: я хочу, чтобы мир изменился. В начале я говорил, что существо стремится в бесконечно малую точку, и это является своеобразным отделением себя от всего, что тебя окружает, от реальности. Допустим, есть я и есть мир; есть я и есть тема; есть я и есть личность; есть я и есть ум; есть я и есть какие-то искажения, ощущения, состояния. Всегда есть ты, который как будто отдельно, и есть то, что происходит с тобой.<br />Жизнь с тобой происходит, ощущения в организме с тобой происходят, состояние организма тоже с тобой происходит, и всё это как будто происходит само, а ты где-то отдельно от всего этого. Даже мысли в голове вроде бы происходят с тобой и вроде бы являются твоими, но по факту ты даже мысли, по сути, не контролируешь. Возможно, ты этого не замечал, но я сейчас приведу интересный пример, поскольку мне достаточно часто приходится решать какие-то небольшие инженерные задачи.<br />До сеанса, допустим, я пытался установить дверь, дверную коробку на туалет, потому что родители завтра приезжают, и нужно, чтобы туалет отдельно закрывался. И, как тебе сказать, всё там очень кривое, потому что дверь стояла на улице, что-то рассохлось или, наоборот, раздулось из-за влаги, и уже трудно понять, что именно произошло. Плюс я перезалил полы, геометрия поменялась, и коробку точно так же, как раньше, уже не получается вставить. Ты посылаешь в голову задачу: как поставить дверь, как решить эту задачу, и ждёшь, когда откуда-то придёт ответ, какой-то сигнал.<br />В этом плане мы привыкли думать, что мы думаем. А на самом деле, если обращать внимание на такие мелочи, как решение той или иной задачи, то ты видишь: задаёшь себе вопрос, допустим, сколько будет 504 + 618, и ждёшь, когда мозг посчитает. Вроде бы ты сам прикладываешь усилия: 500 + 600 — это 1100, 4 + 18 — это 22, вместе получается 1122. Но на самом деле это не твои процессы, всё это происходит в мозгу как в структуре. Просто, как я говорю, это заметно только тогда, когда ты это знаешь и можешь обратить на это внимание, отслеживая такие вещи.<br />Я говорю это потому, что мне часто приходится стоять перед какой-то задачей и прямо задавать себе вопрос: как эту задачу решить? Стою, смотрю и жду, когда придёт мысль. Откуда она придёт, почему она придёт? Мозг работает, а я просто как наблюдатель, который ждёт, когда ему на экране программа покажет какую-то картинку. Если углубляться в детали, то даже твои мысли, когда они потоком образов идут в голове, когда ты о чём-то думаешь или фантазируешь, по сути, тоже идут откуда-то не из тебя. Этот поток не твой, он откуда-то приходит.<br />Мы настолько находимся в позиции отказа, что если обращать внимание на свои ментальные способности, становится видно: всё происходит само. Есть программы, есть какие-то механизмы, они сами что-то делают, а ты просто наблюдаешь и смотришь. И это не восприятие, а программная имитация восприятия, потому что восприятие — это, условно говоря, когда ты задаёшь себе арифметическую задачу, и тебе не нужно разбивать её на отдельные части, как я сейчас привёл пример с числами. Я разбиваю арифметику на три части: отдельно складываю большие суммы, отдельно маленькие, потом соединяю результат и получаю итог.<br />Я разбиваю задачу, потому что не вижу конечного результата сразу. Мне нужно упростить пример, увидеть какие-то примитивные образы: 500 + 600 — легко, 4 + 18 — тоже легко, 1100 + 22 — тоже легко. На элементарной задаче я разбил большую задачу на маленькие процессы, сложил всё вместе и получил результат. Но я же не видел изначально конечного результата, мне пришлось выполнять эти маленькие операции.<br />И это ещё касается бытового использования ума, а если говорить об ощущениях, то там проявляется то же самое. Состояние, с которым ты сегодня проснулся, настроение, с которым ты проснулся сегодня, вчера или позавчера, — разве ты это контролируешь и этим управляешь? Это с тобой происходит. Мы как сознание со своим восприятием всегда стремимся в какую-то непонятную область, в которой просто ничего нет, а весь остальной мир происходит с нами сам по себе. Структура сама по себе с нами происходит, а мы, получается, её просто наблюдаем.</p> <p>Уровень 4<br />Здесь, наверное, даже в самом прояснении присутствует тот же принцип, потому что я даю себе команду, а потом, по сути, жду, когда появится картинка или какая-то идея. Если ничего не появляется, приходится просто открывать рот и уже по факту напрямую прояснять. Как это идёт? Как-то звучит этот принцип: просто открывай рот. В смысле открывай и что-то говори, потому что дальше что-то должно прозвучать, и дальше оно уже проявляется. В каком-то смысле можно сказать, что я это придумываю, хотя понятно, что не придумываю, потому что на ходу идёт проявление этих состояний, и технически получается более-менее связанная линия между предложениями и между точками.<br />Просто достигаторство фундаментально, и если оно есть везде, буквально в каждой функции мозга, в каждой мысли, в каждой идее, то оно будет присутствовать и здесь, потому что я всё равно не перестаю быть человеком, пока проясняю, не перестаю пользоваться мозгом и не выключаю все эти активные когнитивные функции. Восприятие, как ни крути, всё равно проходит через отражение этих структур. И ещё раз, четвёртая точка опять вертится вокруг мозга, вокруг восприятия и вокруг этих позиций отказа смотреть.<br />В принципе, именно за счёт того, что во время сеансов я смотрю, а не просто в слепую выполняю какую-то программу, и возникает отличие. Если брать эзотерику или условную шизотерику, то принцип прояснения, которым многие пользуются, часто работает на основе того, что человек просто ждёт, когда он что-то почувствует, ждёт какого-то отклика, сигнала, искажения или идеи. Когда он это чувствует, то уже в какой-то отключке начинает это расписывать или рассматривать.<br />Когда писали протоколы по Турбосуслику, происходило примерно то же самое: ты смотришь, ждёшь, когда прилетит какая-то странная конструкция, и начинаешь в полусне её расписывать, рассматривать и ждать, когда же будет результат, потому что ты что-то вроде бы рассмотрел. Ожидание результата — это тоже одна из таких своеобразных диаграмм, потому что результат должен прийти сам. Опять же, ты не себя сейчас изменяешь, а каким-то образом заигрываешь со структурой, проводишь внутри себя какие-то условные манипуляции и ждёшь, когда до тебя наконец дойдут прекрасные изменения, ради которых ты всё это делаешь.<br />Здесь снова проявляется принцип не взаимодействия с самим собой, а взаимодействия со структурой. Человеческий мир и наши мозги устроены так, что мы всегда взаимодействуем именно со структурой, а не с самим собой, не с самим собой текущим, который залипает в этой структуре, а именно с самой структурой, продолжая отказываться от восприятия и не понимая, не замечая, не чувствуя, что прямо сейчас выполняется какой-то деструктивный процесс. И человек продолжает выполнять этот деструктивный процесс.<br />Любые достигаторские желания — это, по сути, способ работы механизма отказа от себя: ничего не вижу, ничего не чувствую и жду. Проработки превращаются в ритуал, а ритуал, в свою очередь, — это какое-то искажённое общение или взаимодействие с условными силами. Как раньше люди совершали ритуалы и жертвоприношения: допустим, приносишь жертву для того, чтобы бог послал дождь. Ты взаимодействуешь с каким-то искажением, с фантазией, созданной у себя внутри. Опять же, ты взаимодействуешь со структурой, а не с самим собой, и ожидаешь ответного отклика от этой структуры.<br />Этот фундаментальный подход состоит в том, чтобы не смотреть на себя в данной точке, в данный момент времени, не видеть, что прямо сейчас ты находишься в активном отказе от себя и в активной форме выполнения какой-то структуры. Вместо этого продолжается выполнение структуры, и в данный момент тебе могут предложить заниматься какой-то искажённой практикой, а ты этим занимаешься и не замечаешь, что на самом деле просто играешь в шахматы внутри заданной конструкции.<br />Ещё раз: наш человеческий мир, собственно, и работает на этом принципе. Есть структура со всеми законами, механизмами и уровнями этих законов. Возьми, допустим, гравитацию, сверхмалые взаимодействия, физику вещества, то, как между собой взаимодействуют атомы и молекулы, как происходят взаимодействия внутри атомов, как проявляются свет, звук и всё остальное. Если всё это скомбинировать, появятся белки. На основе белков и сложных молекул возникают свои системы взаимодействия, своя физика и свои законы. Объединение белков — это уже клетки, и на уровне клеток действуют свои законы.<br />Таким образом, вверх или вниз по этой системе и получается человек, потому что всё это структура, набор законов: законов физики, законов психики, законов ДНК и других уровней организации. Везде присутствует какое-то фундаментальное отсутствие существа и полное тотальное залипание всех частей не столько сознания, сколько отсутствия сознания, где вместо него действует структура.<br />Здесь есть только два варианта: либо восприятие, причём в зависимости от того, на каком уровне оно происходит, либо какой-то закон, какая-то часть всей этой глобальной структуры. Только прекращение отказа от восприятия позволяет, по сути, остановить всю эту структуру, в которой мы находимся. Буквально всё в этом мире запрограммировано. На всех уровнях существо, в разных объёмах вещества, выполняет соответствующие этому объёму законы.<br />Возьми ДНК для клетки: это её личность, её стержень, её основа. Благодаря ДНК клетка является клеткой, а не просто кашей из молекул и атомов. Та же самая молекула существует благодаря тому, что атомы, в зависимости от массы, объёма, электронов и других параметров, имеют разные функции, разные законы и находятся в разных состояниях. Благодаря этому они могут между собой взаимодействовать и превращаться в молекулы.<br />У молекулы уже свои функции, потому что на её уровне всё устроено иначе, как, например, щёлочь и кислота взаимодействуют между собой по своим законам. На каждом уровне, в каждом объёме вещества присутствуют разные механизмы и разные силы. По сути, человек — это просто какая-то промежуточная стадия во всей этой системе.<br />На уровне тела и клеток действует ДНК, на уровне тела — система органов, мозг и вся система внутренней регуляции. Грубо говоря, клетками управляет ДНК, телом управляет мозг, человеком управляет программа и структура его личности, а структурой личности в целом управляет коллективная сущность, в которой человек находится. На разных уровнях действуют разные структуры, но все эти уровни объединяет только один факт: на каждом из них у существа отсутствует восприятие. Всё сегодня было именно об этом.</p> <p>Уровень 5<br />Что касается нового переживания происходящего, то здесь важно объяснить сам подход к теории как фундаментальный разворот на 180 градусов. Остановиться и перевернуть своё восприятие на 180 градусов означает то, что ты сам описывал: тебе плохо, у тебя тяжёлое настроение, тяжёлое самочувствие или вообще любое другое состояние, независимо от того, плохое оно или хорошее. Любые виды твоих самочувствий ты чувствуешь как нечто происходящее с тобой, как будто это всё твоё, как будто это действительно принадлежит тебе. Но в чём здесь суть? По сути, это не твоё, это структура, это инструкция, которую ты сейчас выполняешь, так же как и фраза: «Я не вижу другого выхода из этой ситуации».<br />В тот момент, когда ты произносишь эту фразу, когда чувствуешь её в течение дня или когда время от времени у тебя в голове появляются такие мысли, ты в своём жизненном пространстве отказываешься от восприятия этого конкретного кусочка жизненного пространства. И вместо восприятия начинает работать структура. В чём здесь логика? Когда ты рассматриваешь своё состояние, понятно, что ты вроде бы ничего специально не делаешь, но именно поэтому текущее состояние в принципе можно прояснить и раскорчевать: ты, по сути, просто смотришь в него. В этой вселенной есть два условных агрегатных состояния: либо ты видишь что-то, и это становится твоим пространством, где тебе уже не нужно выполнять никакие деструктивные процессы, либо ты не смотришь в данную точку, и вместо смотрения там присутствует какая-то структура.<br />Значит, структура присутствует везде. Мы просто берём какой-то сектор этой структуры, и ты перестаёшь в него не смотреть, начинаешь смотреть, и тем самым прорабатываешь для себя этот сектор структуры, останавливаешь его. Процесс в этом мире возможен только в тот момент, когда существо туда не смотрит. То есть плохое состояние, которое ты испытываешь, работает только до тех пор, пока ты не смотришь на себя и не смотришь на это состояние. Стоит обратить внимание, посмотреть глубже, прояснить, и ты перестаёшь чувствовать плохое состояние в прежнем виде. Благодаря этому проработки и работают: ты просто останавливаешься.<br />Опять же, я говорю, что есть два агрегатных состояния: либо есть восприятие существа и отсутствие структуры, либо есть какой-то деструктивный процесс. Иначе, по сути, это не устроено. Всё, что с нами здесь происходит, любые проблемы, любые ситуации в жизни, любые болезни, вся эта структура, даже политика и сама реальность, в которой ты находишься, существует, работает и выполняется только потому, что туда не смотрит существо. Существо не смотрит, и именно поэтому структура продолжает действовать.</p> <p>Уровень 6<br />Получается, что если смотреть на то, как всё работало, то, как бы тебе ни хотелось, для счастливой жизни, Андрей, возможно, и будет что-то хорошее, но в том смысле, что не будет какого-то приятного сна до скончания веков, бесконечного, вечного и прекрасного пространства. Сам мир здесь устроен иначе, вся Вселенная здесь такая, что для выполнения твоего достигаторства тебе нужно было бы находиться как минимум в какой-то другой Вселенной. Какой здесь принцип? Опять же, есть существо и есть структура, если всё так упростить, хотя это даже не упрощение, потому что оно действительно так работает.<br />Либо есть восприятие в какой-то области, и тогда там нет никаких процессов, есть такое фундаментальное отсутствие структуры, условно похожее на то, что было до Большого взрыва. Я не знаю, как это объяснить точнее, потому что в нашей реальности таких состояний нет, поскольку здесь присутствует только структура. Либо есть существо, есть восприятие и, соответственно, отсутствие какой-либо структуры и конструктивных или деструктивных процессов, либо восприятия нет, и там, где его нет, просто существует какая-то структура.<br />Перестал ты какой-то кусочек своей жизни видеть, и он превратился в тяжёлое состояние или плохое настроение. Какой именно это кусочек — уже другое дело, понятно, что он микроскопический по сравнению со всем жизненным пространством. Ты взял маленький кусочек и перестал туда смотреть, перестал видеть, причём видеть — это не активный процесс человеческого зрения, а просто наличие куска твоего жизненного пространства, который отделился и стал существовать где-то сам по себе. И в этом «сам по себе» уже есть структура. А что структура может сделать? Она может создать тебе тяжёлое настроение.<br />Есть и другой вариант, который работает точно так же. Ты перестал смотреть в какой-то кусок своего жизненного пространства, и у тебя возникло желание купить квартиру. В другой кусок перестал смотреть — появилось желание исправить свою внешность. Ещё в один кусок перестал смотреть — и ты, допустим, теряешь контроль, пьёшь до полного провала и до потери всех денег. Либо есть восприятие и фундаментальное отсутствие какого-то деструктивного процесса, либо есть деструктивный процесс. Другого варианта здесь, по сути, нет.<br />Поэтому в нашей жизни ты, по сути, не улучшал свою жизнь и не исправлял её так, чтобы она становилась всё лучше и лучше. Ты всегда будешь находиться в каком-то деструктивном процессе. Даже я, даже Виктор, мы здесь свои жизни не улучшили и не сделали их идеально подходящими для себя, потому что всё происходящее всё равно является деструктивным процессом. Так устроена сама Вселенная: либо есть восприятие и отсутствие процесса на глубоком, фундаментальном уровне, либо есть какой-то деструктивный процесс, и другого ответа здесь не дано.<br />Поэтому в этой реальности, в этой человеческой жизни, что бы с нами ни происходило и что бы с нами ни происходило дальше, это всегда будет какой-то очередной деструктивной программой. Она может быть субъективно хорошей для человека, может восприниматься как улучшение, достижение или правильное движение, но по своей основе всё равно остаётся деструктивной программой.</p> <p>Уровень 7<br />На седьмом уровне, не знаю, это уже что-то из разряда почти фантастики, но мы всё время говорим: ресурс, ресурс, какой-то изначальный ресурс, который во что-то превращается. При этом мы всё время используем слово «ресурс» в каком-то переносном смысле, не напрямую, как жизненное пространство, хотя и само жизненное пространство — тоже достаточно образное понятие. Всё пока очень образное, потому что нет такого чёткого понимания, что это такое, но сейчас, возможно, оно немного появится.<br />Изначальный ресурс — как сказать, что это такое? Пусть это будет в буквальном смысле некая субстанция, хотя не особенно принципиально, что именно она собой изначально представляет. Главное, что есть у этой Вселенной условная точка, в которой этот изначальный ресурс — это ещё ничего. Это такая пустота, из которой можно слепить что угодно, действительно буквально некая пустота, субстанция или что-то подобное, из чего можно создать любую форму. Это как пустой лист, на котором можно нарисовать любую картинку. Этот ресурс, по сути, можно превратить во что угодно.<br />Его можно превратить буквально в какое-то существо, в живой организм, в камень, в электрон, в плохое самочувствие или в любое другое состояние. Этот ресурс является такой универсальной валютой, которую можно превратить во что угодно. И, по сути, существо, отказываясь от своего восприятия и выполняя структуру всей текущей Вселенной, превращает себя и этот изначальный ресурс во всё, что мы видим вокруг себя, во всё, через что работает реальность, а потом всё это ещё уходит в прошлое и остаётся где-то в непонятной форме. У Виктора была статья, и мы раньше проясняли это по похожей схеме, не столько как структуру, сколько как этапы трансформации ресурса.<br />Сначала выделяешь пространство, потом создаёшь пространство, потом управляешь пространством, потом, скажем так, становишься рабом этого пространства в плане работы, потом его разрушаешь и так далее. По сути, всё это является трансформацией изначального ресурса во что-то, в какую-то культуру, механизм или форму. И именно благодаря этому, опять же, становится возможной проработка, потому что мы берём какой-то сектор этого изначального ресурса в нашей человеческой жизни, какой-то небольшой спектр, маленький кусочек, смотрим на него, восстанавливаем восприятие этого кусочка, полностью его проясняем, и он перестаёт быть программой, перестаёт быть структурой.<br />Фраза «рассоздать всё до изначальной энергии», конечно, давно уже для меня неактуальна, потому что все эти годы она, по сути, ничего на самом деле не означала. Когда-то мы её прояснили, я её прояснил, уже не помню, все её проговаривали, но толку от неё, по сути, не было, потому что само прояснение происходит тогда, когда восстанавливается восприятие. Пока я это проговариваю, пока восстанавливаю некую картину того, как всё это работает, это и есть рассоздание до изначального ресурса.<br />Мы берём кусок всей этой структуры как некий закон личности, и, проговаривая всё это, просматривая этот кусок, запускаем процесс восстановления восприятия. Этот кусочек превращается в некий изначальный ресурс и перестаёт быть структурой. Правда, это, конечно, не значит, что сейчас изначальный ресурс начнёт просто исполнять желания. Я ещё так далеко не смотрел, возможно, через пару лет мы действительно начнём снова превращать этот изначальный ресурс в структуру, и тогда появится уже другая работа с ним. Но в любом случае этот ресурс получается универсальной вещью.<br />Это действительно универсальный ресурс, который можно превратить не только в какие-то условные вещи, но и в состояния, а по сути — в реальность. Что такое реальность? Это не просто картинка, которую ты видишь. Состояние, которое ты проживаешь, — это тоже картинка, которую ты видишь. Вещи, которые окружают тебя в комнате, — это тоже картинка, которую ты видишь. События в мире, которые происходят, — это тоже картинка, которую ты видишь. Реальность, создание реальности — это процесс, в котором ресурс уходит на то, чтобы по некой структуре, по некой инструкции создать текущую реальность.<br />И всё это, вероятно, возможно благодаря тому, что мы фундаментально перестаём смотреть в определённых секторах своего жизненного пространства, перестаём удерживать внимание на жизненном пространстве, и оно из изначального ресурса превращается в какую-то текущую реальность. Это похоже на чистый лист: пока ты смотришь на него, он остаётся чистым. Но стоит тебе закрыть глаза, как на этом листе появляются какие-то образы, картинки, и всё. Дальше ты уже этот лист как будто выбрасываешь, перед тобой снова появляется белый лист, ты какое-то время удерживаешь на нём внимание, потом постепенно перестаёшь смотреть, и на этом листе снова появляются уже другие картинки.<br />Таким образом и происходит расклад ресурсов. В конечном счёте листы заканчиваются, и ты умираешь как человек. По сути, это и есть процесс формирования каждого дня нашей жизни. Что такое день для человека? Это условный чистый лист, на котором по мере того, как ты перестаёшь на него смотреть, появляется какая-то картинка. Восприятие обменивается на создание реальности, на каждый твой шаг в течение дня, на выполнение некой инструкции.</p> <p>Уровень 8<br />Знаешь, когда мы хотим, чтобы всё как-то само происходило, это как раз и есть процесс отказа от восприятия. Мы привыкли к тому, что, переставая смотреть на какие-то свои ресурсы, по логике вещей они во что-то превращаются, в какую-то реальность, и ты этот процесс постоянно воспроизводишь. Понятно, что вся наша жизнь находится внутри этого процесса, но если схематично это сформулировать, то звучит примерно так: я хочу какого-то чуда в своей жизни, и уже неважно, возможно оно или невозможно, выгодно мне это или нет, сходится это с моей личностью или не сходится, потому что я просто хочу чего-то.<br />И что ты делаешь после того, как сформировал такое желание, поставил цель или просто чего-то захотел? Ты делаешь всё то же самое, что делал всегда: просто перестаёшь смотреть и надеешься, что, когда ты перестанешь смотреть, ресурсы каким-то магическим или волшебным образом сами собой превратятся в нужный тебе результат, в нужную тебе реальность. Сегодня я ничего не хочу и лежу на диване как кисель, а завтра хочу стать другим человеком. И ты ждёшь, надеешься, что завтра ресурсы, за счёт которых ты выполнял некую структуру, формировавшую твою текущую реальность, вдруг начнут работать иначе, что завтра эта структура станет другой, что ты эти ресурсы будешь по-другому тратить и, соответственно, в итоге получишь какую-то другую реальность, другого себя, какие-то изменения в своей жизни.<br />Но это, по сути, иллюзия. Это звучит глупо, потому что с чего вдруг структура должна измениться? Это всё равно что захотеть, чтобы завтра у меня изменилась ДНК: я посплю ночь, проснусь помолодевшим лет на тридцать, стану выше, мышцы сами накачаются за ночь, какие-то дефекты кожи сами исправятся. То есть я хочу, чтобы завтра структура, через которую я формировал свою реальность, вдруг начала формировать эту реальность как-то по-другому. Но что ты получишь на выходе? Ничего ты не получишь. В том-то и дело, что структура — это структура, она тебя не слышит. Это просто инструкция, сухая, мёртвая инструкция, информация.<br />Сама по себе информация — это пустышка, но когда в эту пустышку существо вкладывает свои изначальные ресурсы, она превращается в реальность. Если, скажем так, у тебя на завтра есть своеобразная инструкция, чтобы у тебя что-то заболело или чтобы ты споткнулся, упал, разбил колено и поцарапал руку, то эта инструкция с тобой и произойдёт. Завтра, продолжая находиться в процессе отказа от восприятия, ты снова закроешь глаза, и этот изначальный ресурс превратится в эту инструкцию, в эту информацию. В информации прописано, что ты упадёшь, и ты превращаешь свои ресурсы в сам факт этого падения.<br />Таким образом существо, в общем-то, и формирует свою реальность полностью внутри какого-то отказа. Если бы ты не отказывался, если бы не выполнял эту деструктивную программу отказа от себя, от ресурсов и от восприятия, ты бы не выполнил структуру, потому что видел бы её. Любая информация, как только ты на неё смотришь, перестаёт быть инструкцией к применению, которую ты обязательно выполнишь. По сути, каждый сеанс — это работа с тем, как ты в текущей точке времени залипаешь в некую информацию и выполняешь её за счёт своих ресурсов.<br />Есть у тебя информация, что нужно страдать, всегда страдать, всегда находить повод для страдания, и ты всё время превращаешь свои ресурсы в этот повод, в эти причины, состояния и переживания, а затем испытываешь их как свою реальность. И опять же, почему ты это делаешь? Потому что ты не видишь этого процесса. Почему он вообще есть в твоей жизни — это уже другой вопрос, который уходит к коллективным сущностям, к формированию менталитета, к формированию всей планеты и к тому, куда всё это движется. Это структура, своеобразная ДНК.<br />Почему она такая? Потому что существует множество разных законов, которые сталкиваются между собой, образуют эволюцию, взаимосвязи и другие формы организации. Это тоже абсолютно мёртвая схема, инструкция, но она есть, и ты её выполняешь. Даже если в уме ты чего-то захочешь, по факту ты всё равно продолжишь выполнять инструкцию своей личности.</p> <p>ЦТ<br />Все наши проблемы в жизни, даже не столько проблемы, сколько сама реальность, ежедневная реальность, в которой мы находимся, буквально происходит нами потому, что ты перестаёшь смотреть на какую-то часть своего пространства, на свои ресурсы. Ты перестаёшь смотреть, не видишь, и благодаря тому, что ты не видишь, становится возможным функционирование этой структуры, всей нашей общей конструктивной структуры. По сути, если взять организм, то это одна большая, даже не то чтобы чёрная дыра, а скорее мешок, в который ты поместил своё жизненное пространство, и куда ресурсы уходят, на что они уходят, ты не видишь. Зато, знаешь, у меня есть тело.<br />Не то чтобы «зато», но на самом деле, если чуть глубже на всё это смотреть, тело — это большая проблема. Это деструктивная программа, которую мы считаем для себя чем-то естественным, потому что вроде бы это тело, и оно воспринимается как самоочевидная данность. Но это продолжается только до тех пор, пока ты не присматриваешься к тому, как работает мозг. А когда ты начинаешь видеть, как работает мозг, становится ясно, что это не «я» в привычном смысле, а просто какой-то безмолвный компьютер. Не твои мысли, не твои способности, а способности механизма: как у тебя есть рука, и ты можешь ею что-то держать, так же работает и мозг как определённый механизм.<br />И опять же, тело работает, функционирует и существует в этой реальности благодаря тому, что ты тратишь свои ресурсы внутри специфической структуры, которая и формирует твоё тело. Это тоже деструктивная программа: ты постоянно отказываешься смотреть, видеть, использовать восприятие, и благодаря этому отказу твой изначальный ресурс, некий потенциал, этот чистый лист, всё время проходит через призму ДНК, через призму мозга, и на выходе ты получаешь своё тело, свой организм.<br />Если взять личность, происходит то же самое; если взять умственную программу, работает тот же принцип. Отказываясь от себя, отказываясь от восприятия, ты позволяешь изначальным ресурсам проходить через структуру и превращаться в тебя как человека, в какого-то текущего человека с текущими проблемами и текущей реальностью. Получается, ты уже ничего не видишь, и это становится центральной идеей.<br />Если прямо говорить про достигаторство, то мы всё время не смотрим, всё время отказываемся смотреть. Благодаря этому отказу от смотрения и происходит трата ресурсов на все эти деструктивные программы, на буквальное формирование самой реальности. Твои плохие состояния — это не твои плохие состояния, а состояния, которые создаёт мозг. Почему он их создаёт, зачем он их создаёт и как он их создаёт — на это отвечает структура. Но это, опять же, просто структура. Если смотреть глубже, всё дело как раз в восприятии, которым ты отказываешься смотреть на себя. Это и есть тот разворот на 180 градусов, о котором мы говорили вначале.<br />Не просто увидеть структуру и понять, почему она создала тебе плохое состояние в твоей жизни, потому что это уже уровень психотерапии: найти причину, объяснить, что это произошло потому-то и потому-то. Например, почему у меня аллергия? Потому что в ДНК прописано, что у меня есть аллергия. Я и без проработки могу это знать, но само знание проблему не решает и не меняет реальность, которую я постоянно создаю. Чтобы я перестал создавать аллергию каждый год, нужно сесть и прояснить не причины, а сам кусок пространства, в котором я трачу ресурсы на эту структуру и снова создаю эту реальность. Это и есть фундаментальная установка деструктивных программ.<br />Ты, наверное, никогда этого до конца не понимал. Я сейчас немного ушёл в сторону от того, что ты говоришь: «Я живу потому, что я прекращаю это». Но в начале часто появляется какая-нибудь позитивная идея, например, купить машину. Ты же не садишься и не расписываешь: что это у меня за идея такая? А надо было бы, конечно, потому что очень зря, что ты не сел и не рассмотрел её. Я этим как раз постоянно и занимаюсь, потому что идея появляется вроде бы как позитивная, в принципе для тебя положительная. Но здесь важно не делить только на позитив и негатив, а увидеть обратную сторону, не видеть только один позитив.<br />Позитив, негатив — это поверхностное деление. Почему именно машина? Причина-то какая? Понятно, что какая-то причина есть, но если смотреть глубже, она всегда заключается в том, что какие-то ресурсы вкладываются в машину или во что-то другое, что выглядит позитивным. С человеческой точки зрения купить квартиру — это позитив, приобрести недвижимость — это позитив, и это логично. Но вопрос здесь не в этом. Ты снова видишь из той же позиции, о которой я говорил с самого начала: ты всегда видишь только точку Б.<br />А задача прояснения состоит в том, чтобы увидеть точку А, от которой ты собираешься сбежать. Истинный мотив находится именно там: от чего тебе хочется сбежать в точку Б, какой мотив стоит за этим движением. Нужно увидеть и осознать этот истинный мотив. Если он хороший, ты спокойно можешь дальше делать то, что делаешь. А может быть, он деструктивный и неприятный для рассмотрения. За позитивным желанием может скрываться, например, желание приехать в Украину и потратить все деньги впустую. Позитивная цель — купить квартиру, но за ней может скрываться мотив приехать в Киев и проиграть деньги в казино.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ посвящён исследованию механизма достигаторства как базового принципа функционирования человеческой личности и реальности. Центральная идея заключается в том, что человек не действует из прямого восприятия себя и своего жизненного пространства, а находится в состоянии фундаментального отказа от восприятия, вследствие чего его жизнью начинают управлять различные структуры: программы личности, умственные конструкции, коллективные сущности, биологические механизмы и социальные шаблоны. <br />В тексте последовательно раскрывается мысль о том, что большинство человеческих желаний, целей и стремлений представляют собой не осознанные решения, а формы достигаторства — ожидания того, что изменения произойдут сами по себе. Человек стремится изменить обстоятельства, получить результат, обрести новую реальность, но при этом не рассматривает собственную структуру, которая создаёт текущие состояния и непрерывно воспроизводит одни и те же жизненные сценарии. <br />Документ подробно рассматривает концепцию структуры как универсального механизма, действующего на всех уровнях организации реальности — от физических законов и ДНК до личности, мышления и коллективных образований. Согласно описанной модели, структура существует только там, где отсутствует восприятие. Всякий раз, когда человек перестаёт воспринимать какой-либо участок своего жизненного пространства, этот участок начинает функционировать по законам структуры и порождает состояния, желания, реакции, проблемы и жизненные обстоятельства. <br />Значительное внимание уделено механизму формирования реальности через расходование некоего изначального ресурса. Этот ресурс описывается как универсальный потенциал, способный превращаться в любые формы существования: состояния, события, объекты, личности и жизненные сценарии. Отказ от восприятия приводит к тому, что данный ресурс начинает проходить через структуры и превращается в конкретную реальность человека. Прояснение рассматривается как процесс восстановления восприятия, при котором часть структуры перестаёт существовать как программа и возвращается в состояние исходного ресурса. <br />В Центральной точке делается вывод о том, что истинная задача прояснения состоит не в поиске причин проблем и не в улучшении внешней реальности, а в обнаружении тех участков пространства, где происходит отказ от восприятия. Любое позитивное или негативное стремление рассматривается как движение из точки А в точку Б, тогда как реальная работа заключается в осознании самого мотива бегства. Документ завершает линию рассуждений выводом о том, что основой большинства человеческих состояний является не сама проблема, а отказ видеть процессы, которые её создают.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 21 Jun 2026 06:53:18 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17655#p17655 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17654#p17654 <p><strong>Взаимная зависимость и уничтожение себя внутри коллективной сущности</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует человека как элемент коллективной сущности и рассматривает человеческую цивилизацию как систему, основанную на взаимной зависимости, побеге от боли и постоянной переработке ресурсов. Через уровни 1–8 и Центральную точку раскрывается идея о том, что индивидуальная жизнь, сознание и социальные процессы являются проявлениями единой структуры, внутри которой человек функционирует подобно клетке в организме. Текст анализирует механизмы коллективной динамики, деградации, кластеров боли, зависимости от социума и невозможности автономного существования вне человеческой среды</p> <p><strong>2022_03_29</strong></p> <p>Коллективная сущность и человек. В данном случае речь идёт о восстановлении ресурсности, однако высокая ресурсность сама по себе ещё не гарантирует, что человек не направит этот ресурс в разрушительный вектор и не вложит его в ту же структуру, которая посредством смерти моментально переводит накопленное в кластер боли, если существует соответствующая программа и своего рода соглашение на подобный исход.<br />Если рассматривать механизм формирования коллективной ресурсности, то по факту она создаётся с пятого уровня. Люди пятого уровня, обладая определённой ресурсностью, сами по себе не создают коллективную сущность, однако любой ресурсный человек, независимо от уровня, может существовать лишь в рамках уже существующей коллективной структуры. Возможно, слово «существовать» звучит слишком громко, но если исходить из наблюдаемого, то не имеет значения, насколько человек ресурсен — мы все живём в пределах определённой коллективной креативности и неизбежно включены в неё.<br />Коллективная сущность в значительной степени состоит из низкоресурсных элементов, но функционирует и поддерживается за счёт ресурса высокоресурсных людей. Поэтому создаётся впечатление, что все служат и отдают ресурсы коллективной сущности, однако низкоресурсные в основном выполняют функции и обслуживают процессы, тогда как основной энергетический вклад обеспечивается теми, кто обладает высоким уровнем ресурса. С ними зачастую невозможно работать, потому что сознание у них уже подменено программой; человек оказывается встроен в религиозную или иную идеологическую сущность и начинает жить не из осознанности, а из программы.<br />Вместо пространства прояснения и остановки себя он транслирует программы сущности. Высокоресурсный человек при этом всё равно служит, но его служение отличается: он не полностью растворён как функция, однако остаётся частью структуры и отдаёт ресурс через выполнение множества программ. Можно сказать, что коллективная сущность предоставляет ему пространство для деструктивных игр, в которых он реализует свои импульсы и одновременно отдаёт ресурсы, которые в итоге возвращаются в ту же систему.<br />Постепенно происходит упрощение и деградация структуры сознания: от первоначального сумбура человек движется к пятому уровню, где уже становится полноценной частью «команды», встроенной в «корабль», то есть в систему программ. Принцип служения высокоресурсных людей заключается в том, что их ресурс используется для поддержания коллективной конструкции.<br />Если рассмотреть это на конкретных примерах, можно увидеть, что человек, обладающий значительным ресурсом, способен полностью вложить свою жизнь в реализацию масштабных проектов, которые по сути усиливают определённую коллективную сущность — будь то государство или надгосударственная система. В частном случае это может работать на благо конкретной страны, в более общем — на благо глобальной структуры, где национальные различия нивелируются и все ресурсы в конечном счёте сходятся в одном векторе.<br />Таким образом, программы, через которые ресурсный человек привязывается к сущности, формируют механизм постепенной самоотдачи и включения в систему. В конечном счёте действует закон, согласно которому, чтобы полностью встроиться в структуру к завершению жизненного цикла, человек должен снизить свою автономную ресурсность до пятого уровня, где он окончательно становится частью коллективной программы.</p> <p>Уровень 1<br />Здесь не имеет значения, какой у тебя уровень ресурсности, поскольку чем больше ресурса, тем в большей степени он может быть направлен внутрь уже существующей программы. Возникает вопрос: где человек, обладающий высоким ресурсом, может реализовать свою ресурсность? Только в рамках коллективной сущности, потому что вне её, условно говоря, в «дикой природе» он остаётся просто человеком без социальной надстройки, и вся его ресурсность становится потенциальной, но не проявленной.<br />Ресурсность по сути имеет социальную природу, поскольку без других людей невозможно ни проявить её, ни потратить в том формате, который придаёт ей значение. Это всегда связи, союзы, договорённости, игровые пространства, и именно в общих пространствах человек бессознательно реализует свои способности. Если бы не существовало множества людей, не было бы структур для организации, строительства, договорённостей и признания, то ни один выдающийся деятель не стал бы значимым в том смысле, в котором он значим сейчас.<br />Любая способность — будь то творчество, предпринимательство или научное открытие — реализуется исключительно в рамках программы коллективной сущности. Здесь отсутствует реальный выбор, потому что побег от внутренней боли возможен только внутри среды, где создано значение и признание. На протяжении всей истории ресурсные люди, создававшие культурные, технологические или экономические продукты, фактически вкладывали свои ресурсы в расширение и укрепление коллективных структур.<br />Даже если рассматривать более приземлённые примеры — предпринимателей, производителей, организаторов бизнеса — их деятельность разворачивается исключительно в общих игровых пространствах. Экономика, промышленность, логистика, сельское хозяйство — всё это функционирует благодаря ресурсным людям, которые создают и поддерживают структуры, внутри которых другие могут действовать.<br />Таким образом, трата ресурсов возможна только в направлении коллективных игровых пространств и программ, которые раскручивают и расширяют саму коллективную сущность. Человек вкладывает свои ресурсы как своего рода источник питания для этой структуры, способствуя её трансформации и развитию. При этом процесс напоминает постепенную переработку ресурса, где личная энергия превращается в элемент коллективной динамики.<br />Даже в тех случаях, когда у человека отсутствует сознательная позиция, программа остаётся активной, и побег от боли осуществляется через чёткое следование инструкциям, без отклонений. Ресурс направляется внутрь системы так же, как и у других, независимо от степени осознанности.<br />Возникает своего рода ловушка: сколько бы ресурса ни было у человека, способы его реализации ограничены внутренней болью и необходимостью движения из точки А в точку Б. Однако сами эти точки существуют не в природе как таковой, а только внутри коллективных сущностей и их игровых пространств. Именно структура предлагает способы деградации как механизмы побега от боли, и, реализуя их, человек активно вкладывает свои ресурсы в поддержание системы.<br />Мир для человека построен как пространство социализации и программ, и любые действия внутри программы приводят к определённой форме деградации, поскольку они служат поддержанию структуры, а не выходу за её пределы. Первый уровень в данном контексте — это состояние, при котором все возможности побега от боли сведены к играм внутри коллективных сущностей. Только через создание и поддержание общих пространств, через участие в социальных и иных деструктивных играх человек получает иллюзию движения, тогда как ресурсы продолжают уходить в коллективную структуру.<br />Здесь уместна аналогия с организмом на уровне клеток: каждая клетка живёт своими локальными процессами и взаимодействует лишь с другими клетками, не осознавая целого. Однако суммарная деятельность всех клеток образует тело как систему. Подобно этому, человек взаимодействует с другими людьми, не осознавая целостности структуры, но именно из этих взаимодействий формируется коллективная сущность как единое пространство.</p> <p>Уровень 2<br />Рассматривая второй уровень, я не вижу механизма, при котором ресурс человека при смерти в буквальном смысле передаётся внутрь коллективной сущности как некий накопленный объём. Сами коллективные сущности количественно не увеличиваются и не становятся «больше» по своей природе; их принцип остаётся тем же, что и у человека — они могут лишь проходить собственную градацию и деградацию. В этом смысле они не растут, а трансформируются в рамках той же структурной логики.<br />На этом уровне картина больше напоминает жизнедеятельность сложного организма. Если смотреть с позиции, условно, уровня выше человеческого, где отдельный человек уже не играет ключевой роли, то видны прежде всего функции. Человек в течение жизни выполняет определённые действия, принимает решения, вступает во взаимодействия, и вся совокупность этих функций формирует впечатление сложного, самоорганизующегося организма.<br />Если взять в качестве примера любую страну, то в ней всегда присутствует иерархия, независимо от конкретного уровня — пятого, шестого или иного. Существуют уровни управления, контроля, поддержания порядка, обеспечения ресурсами, взаимодействия с внешней средой. Экономика, политика, правовая система, административные и уголовные институты — всё это напоминает единый организм, где каждая «клетка» выполняет свою роль. Уходит одна клетка — на её место со временем приходит другая; исчезает группа — система регенерирует и восстанавливает недостающий элемент.<br />Если мысленно устранить какой-либо институт, например политический аппарат, то спустя время возникнут новые структуры, новые роли и новые исполнители, способные занять освободившееся место. Организм восстановит «повреждённый орган» за счёт перераспределения функций и появления новых «клеток».<br />С этой позиции программы участия в коллективной сущности — это прежде всего роли, которые человек выполняет, независимо от того, осознаёт он это или нет. Вся его жизнь — это определённая функция внутри общей структуры. Если один человек уходит, его место занимает другой, и процесс продолжается.<br />Если рассматривать человечество в целом, то деградация существа здесь проявляется двояко. С одной стороны, цивилизация развивается, усложняется, создаёт новые формы организации и называет это прогрессом или эволюцией. С другой стороны, люди постоянно умирают. В периоды кризисов, войн или катастроф это выглядит как болезнь организма, когда большое количество клеток погибает одновременно. Однако если сравнить с мирным временем, то за длительный период без явных кризисов погибает несоизмеримо больше «клеток», чем во время кратковременной болезни.<br />Разница заключается в том, что кластеры боли формируются именно в периоды резких спадов, кризисов или переходов между уровнями. В обычное же время ресурсы расходуются ещё интенсивнее, но это воспринимается как нормальная жизнедеятельность. На поддержание повседневной структуры тратится колоссальный объём энергии, который остаётся незамеченным.<br />Таким образом, опасаться стоит не только кризисов, но и самого факта пребывания внутри коллективной сущности. С точки зрения ресурса человек постоянно отдаёт его системе через свою обычную жизнедеятельность. Он живёт, работает, зарабатывает, тратит, принимает решения, и всё это кажется его личной активностью. Однако каждый процесс — будь то зарабатывание денег или выполнение профессиональной функции — происходит внутри коллективной структуры.<br />Когда человек зарабатывает деньги, он участвует в общем игровом пространстве: он выполняет процесс, его работодатель выполняет свой процесс, и в результате возникает то, что называется его жизнью. Но если смотреть с уровня выше, то эти процессы можно рассматривать как процессы самой коллективной сущности, а не исключительно индивидуальные акты. Человек в своей голове может считать их личными, однако на более общем уровне они являются элементами функционирования коллективной структуры.</p> <p>Уровень 3<br />Необходимо перестать рассматривать деятельность человека исключительно с физической точки зрения, в том виде, в каком она воспринимается внешне. Существуют кластеры боли, которые невозможно «пощупать» или зафиксировать материально, однако они присутствуют, воздействуют и оказывают влияние на людей, даже если это влияние не осознаётся. Человек может находиться внутри кластера боли и не понимать этого, но сам факт такого воздействия остаётся.<br />Если рассматривать, к примеру, войну, то можно сказать, что при гибели людей их нереализованный потенциал не исчезает бесследно. Он не остаётся просто «нерастраченным» в индивидуальном смысле, а в более глобальной перспективе переходит в состояние кластера боли. С позиции коллективной сущности жизнь отдельного человека представляет собой лишь механизм, элемент структуры, подобный клетке в организме, и в этом рассмотрении исчезает представление о чём-то священном или уникально личном.<br />Биологический организм построен на постоянной гибели клеток. Смысл существования многих клеток заключается в самопожертвовании — защите кожи, барьере для бактерий, поддержании целостности структуры. Аналогично и в коллективной сущности: то, что человеку кажется его личным нерастраченным потенциалом, внутри общей структуры воспринимается как ресурс, который возвращается в систему в виде определённого энергетического или структурного следа.<br />С этой точки зрения жизненное пространство человека не принадлежит ему полностью. Оно является частью более общей структуры. Ресурсы, которые воспринимаются как личные, на деле встроены в коллективную систему и функционируют внутри неё. Человеку может казаться, что его жизнь и пространство — его собственность, однако на более высоком уровне такого разделения не существует; есть лишь задачи и процессы.<br />Коллективная сущность, условно переходя из точки А в точку Б, выделяет под этот переход определённое пространство. Внутри этого пространства возникают люди, которые своими действиями обеспечивают движение системы. При этом часть сознания сущности словно отделяется и переживается как индивидуальное «я», которое внезапно обнаруживает себя человеком и воспринимает происходящее как личную драму или личную судьбу. Однако с более общей позиции это всего лишь фрагмент общего деструктивного или трансформационного процесса.<br />Все программы, которые человеку кажутся его собственными, на этом уровне можно рассматривать как программы коллективной сущности. Личность переживает их как «свои», но это ощущение носит скорее виртуальный характер. Сам факт рождения человека в таком подходе трактуется как акт разделения ресурса, превращение части потенциала в отдельную «клетку», что напоминает процесс в организме, где каждая новая клетка одновременно усиливает систему и расходует её потенциал.<br />Старение в этом контексте можно рассматривать как техническое ограничение регенерации. Клетки не способны бесконечно делиться и обновляться; по мере исчерпания возможностей регенерации они стареют и отмирают. Если бы регенерация была бесконечной, старение не происходило бы. Таким образом, на уровне механики трата ресурса приводит к постепенному ослаблению системы.<br />Аналогично и при рождении всё новых людей: активная коллективная сущность, постоянно выделяя части ресурса в виде отдельных индивидов, в конечном счёте проходит процесс постепенной деградации, поскольку каждая новая «клетка» одновременно является и проявлением потенциала, и его расходованием.</p> <p>Уровень 4<br />Четвёртый уровень — это уже не просто состояние, а скорее фиксация факта как такового. Если смотреть с этой позиции, то становится видно, что жизненные ресурсы человека расходуются не только в экстремальных ситуациях, например во время войны, когда люди гибнут и буквально отдают свои жизни. Если убрать эмоциональный слой и посмотреть с уровня выше, то окажется, что все наши жизненные процессы в любом случае являются процессами коллективной сущности.<br />Следовательно, вне зависимости от того, происходит ли это в мирное время или во время бойни, мы выполняем один и тот же принципиальный процесс. Независимо от того, погибает человек в результате военных действий или умирает естественной смертью, его ресурсы в конечном счёте возвращаются в структуру коллективной сущности. Этот процесс по своей природе неделим и не различает мирное и военное время как принципиально разные состояния.<br />Разница заключается лишь в скорости и интенсивности. Во время войны процессы протекают быстрее, жёстче и болезненнее для восприятия, потому что гибель людей становится очевидной и массовой. В мирной жизни происходит то же самое, но в более растянутых, менее заметных формах. Однако в обоих случаях существо, будь то на локальном или глобальном уровне, движется из точки А в точку Б, достигая своего эффекта.<br />С точки зрения побега от боли, как для отдельного человека, так и для коллективной сущности, ключевым остаётся сам факт движения. Скорость — быстрее или медленнее — не меняет сути процесса. Человеку, конечно, свойственно стремление жить дольше, избегать катаклизмов и насильственной смерти, но в рамках общей структуры это различие оказывается относительным. В мирной жизни побег от боли осуществляется постепенно, через растянутые процессы; в военное время — резко и концентрированно.<br />С этой позиции можно сказать, что для коллективной сущности война становится ускоренным механизмом деградации и перехода. Процесс из точки А в точку Б осуществляется быстрее, с меньшим количеством промежуточных этапов, хотя и сопровождается усиленным формированием кластеров боли. Однако конечная логика остаётся той же: происходит движение, происходит деградация, происходит переход.<br />Таким образом, четвёртый уровень фиксирует отсутствие принципиальной разницы между миром и войной в контексте коллективной динамики. Отличается лишь темп и форма, но не сам механизм. Главное в этой системе — осуществление перехода и завершение цикла побега от боли, независимо от того, в какой реальности и с какой скоростью он реализуется.</p> <p>Уровень 5<br />Пятый уровень можно описать как состояние «кривого зеркала», как перевёрнутый мир, в котором для человека глобально будто бы ничего не изменилось по сравнению с уровнем коллективной сущности. Процессы остаются теми же, однако вследствие перехода в своего рода зазеркалье возникает тотальное искажение восприятия и отказ от прямого видения структуры.<br />Здесь уже нет смысла говорить о свободе в привычном понимании. Нет и понятия «некомпетентности» как личного дефекта; есть лишь выполнение структуры. Все бегут от боли, и за счёт этого жизнь продолжается. То, что по пути происходит множество разрушительных и болезненных процессов, является не случайностью, а следствием самой структуры — подобно физическому закону, который уже существует и в рамках которого всё развивается и раскручивается.<br />Если бы на данном уровне при текущей ресурсности и условиях мы могли видеть структуру в её целостности, то не потребовалось бы предсказывать будущее. Было бы достаточно просто наблюдать, как и куда система движется, потому что направление уже заложено в самой конфигурации. Однако каждый уровень связан с искажением восприятия и отказом от предыдущего уровня, поэтому то, что на уровне коллективной сущности выглядит как ясный план или схема, для человека воспринимается как нечто глобально сложное, непостижимое и хаотичное.<br />На этом уровне не просматриваются отдельные программы, которые прямо звучали бы как «привязка к коллективной сущности». Нет явного механизма, который бы заставлял человека быть внутри неё. Человек бежит от боли — и коллективная сущность бежит от боли. Разница лишь в масштабе. Её переход из точки А в точку Б для нас разворачивается в миллионах и миллиардах малых процессов.<br />Это похоже на организм. Чтобы существовал большой организм, необходимы триллионы клеток, каждая из которых выполняет свои задачи: одни умирают, другие рождаются, третьи защищают, четвёртые контролируют. Внутри организма постоянно происходят и «войны», и обычная жизнедеятельность, но в сумме всё это обеспечивает единое существование.<br />Точно так же и коллективная сущность осуществляет свои процессы через миллионы людей. Для человека его действия кажутся личными, его решения — индивидуальными, а его пространство — собственным. Однако программы и структуры, в которых он действует, принадлежат более общей системе. Мы подобны клеткам организма, которые в какой-то момент осознали, что являются клетками, но это осознание не отменяет их положения. Клетка, даже поняв свою природу, не перестаёт быть клеткой.<br />Наш уровень сознания по отношению к предыдущему уровню остаётся перевёрнутым и бесконечно малым. Подобно тому как отдельная клетка в организме не может повлиять на целостность тела и зачастую даже не осознаётся им, так и человек с его индивидуальным осознанием не обладает реальным влиянием на уровень, который его породил. Для организма клетки как таковые не существуют в явном переживании; их существование известно лишь благодаря специальным инструментам наблюдения. Аналогично и для предыдущего уровня человек в его индивидуальности не имеет самостоятельного значения, оставаясь лишь элементом более общей структуры.</p> <p>Уровень 6<br />На шестом уровне возникает попытка посмотреть на ситуацию с обратной стороны и задать вопрос: возможно ли человеку существовать вне сущности, вне коллективной структуры? Ответ оказывается предельно жёстким — невозможно. Само самовосприятие уже означает принятие парадигмы, в которой ты находишься. Даже на чисто физиологическом уровне мозг и организм устроены так, что выйти за пределы этой системы нельзя.<br />Если рассмотреть вопрос выживания, становится очевидно, что человек вне коллективного пространства существовать не способен. В современной реальности он не выживет в «дикой среде», лишённой разделения труда, инфраструктуры, систем обеспечения, накопленных знаний и технологий. Даже абсолютно здоровый человек, не зависящий от лекарств, оказавшись в суровой природной среде без подготовки, запасов и укрытия, проживёт ограниченное время. При резком изменении условий — например, при сильных холодах — он погибнет, если не успеет создать себе условия для выживания.<br />Это напоминает клетку в организме. Клетка может жить только внутри системы кровообращения, метаболизма и снабжения кислородом. Как только прекращается поступление ресурсов, она ещё какое-то время функционирует, но затем неизбежно погибает. Её ДНК и вся её структура изначально не рассчитаны на автономное существование вне организма. Аналогично и человек: сам факт рождения уже означает включённость в парадигму коллективной сущности.<br />На этом уровне становится очевидной тотальная взаимозависимость. Экономические кризисы и разрывы логистических цепочек наглядно демонстрируют, насколько связаны между собой элементы системы. Это похоже на пережатие артерий в организме: нарушается снабжение, и страдает всё тело. Цепные реакции охватывают всех, независимо от индивидуальной позиции.<br />Таким образом, человек оказывается не столько заложником, сколько продуктом самой парадигмы существования. Речь идёт не просто о зависимости, а об отсутствии альтернативных программ и ресурсов, позволяющих существовать вне коллективной сущности. Одиночество, социальная изоляция, длительное физическое отделение от общества ведут либо к психическим нарушениям, либо к физической гибели. Человек без социальной среды постепенно утрачивает устойчивость.<br />Важно отметить, что даже самый ресурсный человек начинает своё существование внутри коллективной структуры с пятого уровня. Сам факт рождения уже подразумевает включённость в систему. Парадигма человеческой жизни начинается с позиции жертвы: младенец полностью зависим от среды, и эта зависимость остаётся фундаментальной чертой всей дальнейшей жизни.<br />Таким образом, шестой уровень фиксирует не просто зависимость, а структурную невозможность автономии. Человеческое существование по своей природе встроено в коллективную сущность, и вне её человек не способен ни поддерживать жизнь, ни реализовывать деструктивные процессы. Парадигма такова, что альтернативы в рамках данной структуры не предусмотрены.</p> <p>Уровень 7<br />Парадигма участия внутри коллективной сущности — это не просто абстрактное понятие, а целостный набор программ, полностью расположенных в пределах игровых пространств этой сущности. Человеческая среда не является внешним фоном, а представляет собой саму структуру, внутри которой человек появляется и функционирует. Сам факт рождения уже означает включённость в эту парадигму, поскольку без коллективной сущности рождение невозможно: необходимо как минимум взаимодействие двух людей, союз, пусть даже кратковременный, чтобы возникла новая жизнь.<br />После рождения включённость только усиливается. Человек взаимодействует с окружающими, его выращивают, обучают, социализируют. Всё его взросление — это последовательность коммуникаций и ролей внутри коллективной структуры. Его амбиции, достижения, планы, цели, обязанности и желания реализуются исключительно в рамках человеческой среды. Вне этой среды для него не существует ни полноценной жизни, ни пространства для реализации.<br />Речь идёт не только о зависимости, а о структурной невозможности существования вне системы. На планете практически отсутствуют места, где можно было бы жить автономно, не вступая во взаимодействие с другими. Территории разделены, ресурсы распределены, социальные правила действуют повсеместно. Даже если попытаться выйти за пределы системы, сама структура планеты уже организована так, что ты неизбежно оказываешься внутри чьей-то юрисдикции или влияния.<br />Во времена серьёзных событий — войн, катастроф, пандемий — это становится особенно очевидным. То, что воспринимается как личное, быстро перестаёт быть исключительно твоим и включается в общий процесс. Коллективная сущность проявляет себя напрямую, и индивидуальное пространство ещё сильнее сужается.<br />Следовательно, у человека отсутствует альтернатива в вопросе расходования ресурсов и побега от боли. Где бы он ни находился, в какую бы часть планеты ни переместился, он остаётся внутри цивилизационной структуры. Пока существует тело, сохраняется и парадигма тотальной зависимости. Тело само по себе уязвимо: оно зависит от температуры, питания, защиты от болезней и хищников. Лишь внутри искусственно созданной среды человечество способно поддерживать устойчивое существование.<br />Исторически именно это и стало причиной объединений, союзов и племён в доисторический период. По отдельности человек оказывается крайне уязвим. На любой точке планеты он либо зависит от других, либо вынужден вступать с ними во взаимодействие. Седьмой уровень фиксирует этот факт как абсолютный: участие в коллективной сущности не является выбором, а представляет собой фундаментальное условие человеческого существования.</p> <p>Уровень 8<br />На восьмом уровне становится очевидно, что речь идёт не о множестве отдельных структур или автономных программ, а об одной большой программе, внутри которой всё и разворачивается. Тело, ум, личность, социальные роли, так называемые социальные игры и общие жизненные пространства — всё это проявления единой программы коллективной сущности.<br />С этой позиции не существует отдельного набора механизмов, которые якобы «привязывают» человека к системе. Сам человек уже является частью этой программы. Всё, из чего он состоит, включая его деструктивные процессы, — это элементы общей конфигурации, благодаря которым он остаётся внутри коллективной структуры.<br />Если рассуждать гипотетически о независимости от коллективной сущности, то для этого потребовалось бы устранить саму телесную и биологическую обусловленность. Человек не должен был бы нуждаться в пище, защите, безопасности; его невозможно было бы убить; он не зависел бы от температуры, среды, взаимодействий. Иначе говоря, необходимо было бы полностью выйти из телесной парадигмы. Пока же тело существует, сохраняется и структурная зависимость.<br />Вся совокупность деструктивных программ, которые человек реализует, является способом функционирования внутри коллективной сущности. Мы не просто находимся в ней — наши действия, решения и процессы на более высоком уровне можно рассматривать как действия самой коллективной сущности. Индивидуальное переживание отделённости не отменяет того факта, что все операции происходят внутри единой программы.<br />Таким образом, восьмой уровень фиксирует отсутствие множественности источников: есть одна большая структура, в рамках которой тело, психика, личность и социальная реальность выступают её различными слоями. Пока существует тело и соответствующая ему парадигма, человек неизбежно остаётся включённым в коллективную сущность, а его действия — частью её общего процесса.</p> <p>Центральная точка<br />Таким образом, сама парадигма «я — человек» технически оказывается не утверждением автономии, а фиксацией положения элемента внутри большей структуры. Речь идёт не столько о тотальной зависимости в эмоциональном смысле, сколько о том, что все жизненные процессы, которые человек переживает как свои, в действительности являются процессами, реализуемыми внутри коллективной сущности. Здесь отсутствует альтернатива в виде какого-то «вне»; существует только парадигма человека как формы включённости.<br />Если рассматривать возникновение коллективной сущности, то она начинается с пятого уровня — с позиции беспомощности и необходимости объединения. Существо, обладающее полноценной автономной ресурсностью первого уровня, не нуждается в союзах и объединениях. Оно способно выживать самостоятельно и не зависит от группы для компенсации слабости. В природе можно наблюдать различия: более сильные и самодостаточные животные способны существовать в одиночку, тогда как более слабые и уязвимые объединяются в стаи для выживания.<br />Коллективная сущность появляется там, где индивидуальная автономия недостаточна. Если существует сама структура объединения, значит, есть существа, которые поодиночке выжить не могут. Пример насекомых, таких как пчёлы или муравьи, демонстрирует это особенно наглядно: их сила не в индивидууме, а в кооперации. По отдельности они практически беспомощны, но в рое образуют устойчивую систему.<br />С этой позиции сама идея человека как вида изначально разворачивается на пятом уровне. С самого начала человеческое существование строилось на объединении, создании общих жизненных пространств и компенсации уязвимости через коллектив. Обезьяны живут стаями по той же причине — индивидуальная слабость требует групповой защиты. Принцип остаётся неизменным: чем выше уязвимость, тем выше потребность в объединении.<br />Современная цивилизация лишь усложнила этот базовый механизм. Если проанализировать качественные основания человеческих стремлений, станет очевидно, что большинство из них укоренены в пятом уровне. Желание создать семью, завести потомство, построить жилище, зарабатывать деньги — всё это предполагает зависимость от других людей. Семью невозможно создать в одиночку; заработок требует взаимодействия; даже строительство собственного дома связано с ресурсами, которые распределены внутри системы.<br />Деньги как таковые уже предполагают сеть зависимостей. Чтобы их получить, необходимо быть включённым в коллективный процесс обмена. Чтобы тебе платили, ты должен быть связан с другими, а сам факт оплаты является формой взаимной зависимости. В этом смысле вся цивилизация представляет собой развернутую структуру пятого уровня.<br />Парадигма человека оказывается парадигмой существа, рождённого в позиции жертвы — физически, ментально и социально. Младенец абсолютно зависим от среды, и эта зависимость не исчезает полностью во взрослом состоянии, а лишь принимает более сложные формы. Всё человеческое существование основано на взаимной и безальтернативной зависимости.<br />Таким образом, центральная точка фиксирует, что человек с момента рождения включён в систему, где автономия иллюзорна, а коллективная структура является фундаментальным условием его жизни. Все деструктивные программы, все стремления и формы активности разворачиваются в рамках этой зависимости, которая не является случайной, а представляет собой исходную конфигурацию человеческого бытия.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное философско-структурное исследование природы человека как элемента коллективной сущности. Центральная идея текста заключается в том, что человеческое существование изначально встроено в систему коллективных процессов, а индивидуальность, автономия и личное пространство являются лишь относительными и ограниченными формами восприятия внутри более крупной структуры. <br />Во всех уровнях проводится мысль о том, что человек не существует вне коллективной сущности, поскольку сама человеческая парадигма строится на зависимости, объединении и участии в общих жизненных пространствах. Любая ресурсность, любые способности, творчество, экономическая деятельность, социальные связи и даже сам факт рождения рассматриваются как процессы, реализуемые внутри коллективной структуры. <br />Документ выстраивает аналогию между коллективной сущностью и биологическим организмом. Люди сопоставляются с клетками, которые выполняют локальные функции, не осознавая целого, однако именно их совокупная деятельность формирует организм как систему. Из этой аналогии выводится принцип: отдельный человек не обладает полной автономией, а является функциональным элементом более крупной структуры. <br />Особое внимание уделяется теме деградации как базового механизма движения системы. Побег от боли трактуется как универсальный процесс, который одинаково действует как на уровне отдельного человека, так и на уровне коллективной сущности. Мирная жизнь, войны, кризисы, экономические процессы и социальные взаимодействия рассматриваются как различные формы одного и того же структурного движения из «точки А в точку Б». <br />Важным элементом документа является концепция «кластера боли». Нереализованный или утраченный потенциал, особенно в ситуациях массовой гибели, рассматривается как переходящий в особое состояние внутри общей структуры. При этом подчёркивается, что коллективная сущность не столько «поглощает» ресурсы, сколько преобразует их в рамках собственной жизнедеятельности. <br />Начиная с пятого уровня, текст вводит концепцию «зазеркалья» — искажённого восприятия, в котором человек утрачивает прямое видение структуры и воспринимает процессы как хаотичные и индивидуальные, хотя они остаются частью общей системы. Осознание себя как отдельного существа не отменяет принадлежности к коллективной сущности, подобно тому как клетка организма не перестаёт быть клеткой, даже если осознаёт своё существование. <br />Финальные уровни и Центральная точка подводят к главному выводу: сама парадигма человека основана на уязвимости, зависимости и необходимости объединения. Человеческая цивилизация трактуется как структура пятого уровня, возникающая из беспомощности и невозможности автономного существования. Семья, экономика, государство, социальные институты и любые формы взаимодействия рассматриваются как проявления этой фундаментальной зависимости.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 11 Jun 2026 07:21:03 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17654#p17654 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17653#p17653 <p><strong>Зависимость судьбы человека от функций в коллективных структурах </strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует войну, коллективные сущности и человеческое существование через метафору организма, внутри которого люди выступают клетками единой системы. Автор рассматривает глобальные кризисы как процессы перестройки коллективного сознания, сопровождающиеся формированием «кластеров боли», перераспределением ресурсов и изменением человеческих состояний. Центральная идея текста заключается в том, что судьба человека определяется не только личным выбором, но и структурами коллективной реальности, через которые реализуются исторические и социальные процессы.</p> <p><strong>2022_03_27 </strong></p> <p>Человек войны<br />Запускается определённая программа, подобно клетке лейкоцита: она перемещается в среде, выполняет свою функцию, действует в заданном режиме до тех пор, пока не поступает сигнал тревоги. Тогда иммунная система реагирует на врага, и клетка переходит в другой режим функционирования. Затем активируется следующий механизм — и включается третий режим. По аналогии можно наблюдать и происходящее со страной: за короткий промежуток времени происходит переход из одного состояния в другое, и даже если внешне кажется, что начинается возвращение к условной нормальности, в любой момент может прилететь снаряд или ракета, разрушая иллюзию стабильности.<br />Социум в таких условиях неизбежно переключается на военные параметры существования, и люди начинают жить в ином режиме. Военные выполняют свою функцию, гражданские — свою, и происходит постоянное переключение между режимами функционирования. Человек переходит в состояние «война», становясь в рамках коллективной структуры чем-то вроде лейкоцита, исполняющего определённую роль согласно закону функционирования коллективной сущности и закону распределения ролей и функций. Сам человек оказывается своего рода малой репликацией этой коллективной структуры: он не воспроизводит её полностью, однако на физическом уровне передаёт её суть.<br />Устройство коллективной сущности проявляется через подчинение отдельных элементов общему закону, через управление ими, их перестройку и смену режимов. Способность переключаться в режим войны — это функция защитного слоя, подобная коже или иммунной системе, переходящей в активную фазу. Такие переходы чрезвычайно энергозатратны, и именно в этой перенастройке возникают сбои, болезни, внутренние перегрузки. Внешне человек может продолжать действовать в том же темпе и при тех же условиях, однако внутренняя перенастройка функций меняет всё устройство процессов.<br />В деструктивных программах действует иной принцип: чем больше расходуются ресурсы и чем выше их затраты, тем выгоднее для самой структуры. Поэтому запускается как можно больше функций, а для решения одних проблем создаются новые проблемы. Существо побуждается к совершению всё большего числа движений и действий, чтобы тратить максимальное количество ресурсов. В коллективной сущности главная цель заключается в том, чтобы существо как можно быстрее и в максимально полном объёме отдало себя, вложилось в кластер боли. Закон такой структуры — добиться того, чтобы человек отдавал как можно больше и как можно быстрее.<br />В условиях войны кластер боли стремительно разрастается. Умирающий, погибающий под завалами, тот, кто бомбит и убивает, — все оказываются включёнными в этот механизм. Тот, кто совершает убийство, глушит внутреннюю боль идеями, убеждениями и оправданиями, доходя до абсурдных аргументов. Логика человека, оправдывающего насилие, постепенно утрачивает этические ориентиры и переходит в состояние искажённого сознания. При этом сам убийца также испытывает боль, но тратит дополнительные ресурсы на её подавление.<br />На уровне 1 убийство остаётся убийством без оправданий. На уровне 2 оно начинает обрастать рационализациями, и этическая планка снижается. На первых трёх уровнях убийство допускается лишь как вынужденность; на третьем уровне — чтобы не умереть с голода; на четвёртом — когда человек ощущает себя вынужденным обстоятельствами. Далее, на уровнях 5–7, убийство становится инструментом управления и присвоения чужих ресурсов, а на восьмом уровне оно превращается в форму саморазрушения, когда уничтожение другого фактически становится способом уничтожить себя. Чем ниже уровень, тем сильнее и изощрённее оправдание убийства.<br />Функция существования такой структуры на любом уровне сводится к тому, чтобы человек как можно быстрее и в большем объёме отдавал ресурсы, становился частью структуры, превращался в мёртвый элемент системы. Война — это состояние, при котором все остальные программы сворачиваются, а функция «убить» становится доминирующей, независимо от декларируемых целей. Всё концентрируется вокруг одной парадигмы, и вся сущностная логика сводится к этой функции.<br />После смерти человека остаётся кластер боли-функция, запрограммированный на продолжение механизма уничтожения. На следующем уровне существования коллективной сущности доля функции «убить» становится выше, чем на предыдущем, поскольку происходит накопление и усиление этой тенденции. Принцип существования структуры заключается в создании условий, при которых как можно больше процессов концентрируются вокруг функции умереть и убить, и под эту функцию отдаются максимальные ресурсы.<br />Условия войны и серьёзных потрясений выступают не как исключение, а как проявление самого принципа существования подобных сущностей, ориентированных на увеличение боли, страдания и жёсткости условий, в которых у человека остаётся всё меньше выбора. Миллионы людей оказываются в ситуации, где выбор фактически исчезает. До войны существовала возможность искать, менять работу, отказываться от неё, свободно перемещаться по миру; теперь эти опции ограничены или полностью утрачены. То, что раньше воспринималось как свобода, сменяется подвалом и угрозой смерти при попытке выйти наружу.<br />Так же и целые страны: можно было рассуждать о демократии, гуманизме, снисхождении, но в экстремальных условиях остаётся примитивный, жёсткий выбор. Человек обязан реагировать, обязан определиться и занять позицию. Если ранее можно было позволить себе не иметь позиции, то теперь отсутствие позиции становится невозможным — сама структура требует чёткого включения в один из режимов.</p> <p>Уровень 1<br />Кластер боли, который формирует коллективная сущность, сопровождает любой переход на уровень ниже; это две стороны одного процесса. Если коллективная структура опускается, это обязательно отражается в реальности через определённые события. Конкретная форма события зависит от того, какую реальность создают малые участники этой сущности, то есть отдельные люди, включённые в общий механизм.<br />Основная идея такого перехода — слить ресурсы. Любой кластер боли должен быть создан, а в среде людей он формируется через болезненные события. В твоей жизни это означает, что должно произойти нечто травматичное, требующее значительного выброса ресурса, некий масштабный процесс, в результате которого твой ресурс переходит в структуру кластера боли. Так проходит вся жизнь: ты совершаешь поступки, принимаешь решения, сталкиваешься с результатами, и пространство, в котором всё это произошло, начинает кластеризироваться.<br />На уровне коллективных сущностей происходит аналогичный процесс, только расходным элементом здесь становится человек. Когда формируется коллективный кластер, степень вовлечённости множества людей стремится к массовости. Если переход осуществляется не только внутри одной страны, а затрагивает сразу множество государств, то процесс приобретает глобальный характер. Ещё во время пандемии коронавируса происходили события, формировавшие масштабные кластеры боли по всему миру. Речь не о самом вирусе как таковом, а о большом количестве смертей, которые стали причиной концентрации боли и вовлечённости.<br />Смерти бытовые происходят ежедневно во всех странах, и чаще всего они не вызывают массового отклика, особенно если находятся далеко от зоны личной вовлечённости. Однако когда умирает тот, о ком говорят, кто присутствует в информационном поле, или человек, которого ты знал лично, возникает качественно иной уровень включённости. Разница между абстрактной смертью на другом конце страны и смертью соседа, с которым ты был знаком, колоссальна. В первом случае событие остаётся статистикой, во втором — становится личным кластером боли.<br />Сегодняшние процессы происходят одновременно во многих странах, и весь мир наблюдает их в режиме онлайн. Это наблюдение само по себе становится фактором вовлечения: у тех, кто смотрит, формируются собственные кластеры боли. Таким образом, процесс приобретает глобальный характер, потому что все участники — как прямые, так и косвенные — сливают значительные ресурсы в эти переходные состояния. Мы, будучи непосредственными участниками, тратим ресурс в зависимости от степени своей включённости, становясь элементами общего механизма формирования кластеров боли.<br />Другая сторона этого процесса заключается в отсутствии выбора в момент его разворачивания. Подобно природным или техногенным катаклизмам, такие переходы не предполагают альтернативы для участников. Когда коллективная сущность изменяется и опускается на уровень ниже, это касается всех стран и всего мира. Люди в этой структуре подобны клеткам организма: у клеток нет выбора, когда личность, управляющая телом, принимает решение, например, разрушительное для себя. Какими бы ни были внутренние процессы, клетки не обладают автономией в вопросе стратегического решения; их существование не предполагает возможности отказаться от участия.<br />Если личность принимает решение о саморазрушении, тело следует этому решению, потому что у клеток отсутствует выбор. Они сталкиваются с реальностью, определённой уровнем управления, и вынуждены подчиниться. Аналогичным образом и человек внутри коллективной сущности не обладает подлинной свободой в вопросах глобальных переходов. Выбор, который существовал до войны или до кризиса, находился лишь в пределах личных ограничений, внутри собственной «клетки» жизненного пространства.<br />Это пространство никогда не было полностью автономным. Мы функционируем как шестерёнки механизма, и независимо от того, до перехода или после него, принцип остаётся неизменным: выбор определяется рамками структуры. Если механизм движется к утилизации, его элементы следуют за ним, потому что являются частью целостного организма, а не отдельной, независимой системой.</p> <p>Уровень 2<br />Если рассуждать не в рамках умственных построений и иллюзорных умозаключений, а исходя из жёсткой реальности, то вопрос свободы, выбора и зависимости от коллективных сущностей, внутри которых мы находимся, приобретает совершенно иной масштаб. Мы практически не задумываемся о глобальных катаклизмах — например, о возможности ядерного удара, — потому что живём в привычном, инерционном режиме, не замечая глубины своей включённости в общий механизм. Однако степень нашей зависимости колоссальна: жизненное пространство каждого человека изначально состоит из программ, благодаря которым мы рождаемся уже в среде, определённой множеством взаимосвязанных аспектов.<br />Мы зависим от коллективных сущностей, от государства, от социальных масс, от экономических процессов, от экосистемы планеты, от множества структур, которые формируют общий контекст существования. Стоит измениться какому-либо элементу в этой системе — и запускается цепная реакция. Возникает кризис, катастрофа, состояние хаоса, и человек оказывается вовлечён в этот процесс независимо от своего желания. Неучастие в подобном событии оказывается невозможным, потому что само жизненное пространство человека выходит за пределы его физического тела и определяется сетью привязок и программ участия.<br />Наши программы включённости в уровень коллективной сущности, программы тела и среды формируют саму возможность существования. Если условные родители находятся вне общего пространства, если их структуры не пересекаются, то человек не появляется. Для рождения необходимо формирование коллективного пространства двоих людей, а это уже проявление коллективной сущности. Люди объединяются, вступают в контакт, создают союзы, формируют общее жизненное пространство, внутри которого становится возможным появление нового человека.<br />Из этого общего пространства возникает новая единица существования, которая затем включается в более широкий сценарий. Получается, что существует непосредственная структура, внутри которой мы выполняем программы нахождения сущности и её поддержания. Судьбы отдельных людей разворачиваются в рамках заранее заданных сценариев, обусловленных структурой, и свобода выбора оказывается существенно ограниченной. Человек не выходит за пределы механизма, частью которого он является.<br />Когда происходит глобальный кризис, планетарная катастрофа или массовое заболевание, иллюзия индивидуального выбора окончательно рассеивается. Люди вовлекаются в процесс независимо от личных предпочтений, потому что сам принцип существования внутри структуры предполагает изначальную включённость. Выбор в его абсолютном понимании отсутствует уже с момента рождения, поскольку каждый человек изначально встроен в коллективную систему, определяющую диапазон его возможных решений и состояний.</p> <p>Уровень 3<br />Понятия свободы, независимости и зависимости в данном контексте существуют преимущественно на уровне умственных конструкций и иллюзий. Если смотреть на ситуацию вне идеологических и философских интерпретаций, то человек с момента рождения оказывается включённым в определённую систему. Он рождается гражданином конкретной страны, и сам факт рождения уже накладывает на него ряд обязательств и ограничений: воинская обязанность, необходимость зарабатывать средства к существованию, уплата налогов, соблюдение законов и правил.<br />Формально всё это выглядит как договорённость, как некий социальный контракт, однако по сути это программа, которая начинает формироваться с момента появления человека в структуре государства. Запреты и предписания — например, запрет на убийство под угрозой наказания — закрепляются как внешние нормы, но фактически становятся внутренней частью функционирования. И если со страной происходит кризис или катастрофа, то независимо от уровня осознанности или ресурсности человек оказывается вовлечённым в этот процесс, поскольку он является частью целостного организма.<br />Аналогия с телом здесь показательна: клетки не просто являются частью организма, а фактически и составляют его. Убери все клетки — и организм исчезнет, потому что он существует только благодаря их совокупности. Точно так же и страна существует лишь постольку, поскольку в ней живут люди; без них остаётся территория, но не государство. Коллективная сущность — это не внешняя абстракция, а структура, воплощённая через совокупность индивидуальных элементов.<br />Важно, что речь не идёт о неких инородных силах, управляющих людьми извне. Человек изначально рождается внутри коллективной сущности и благодаря ей. Коллективные структуры формируют жизненные пространства, союзы, условия, в которых мужчина и женщина создают семью и в результате появляется новый человек. Программы коллективной сущности находятся не «внутри» человека как нечто привнесённое; сам человек и есть проявление этой программы. Каждый из нас является коллективной сущностью на своём уровне — как клетка по отношению к организму или как малая шестерёнка внутри сложного механизма.<br />Эритроциты, клетки кожи, мышцы, нейроны — все они одновременно самостоятельны и полностью включены в общий процесс. Подобным образом и человек включён в коллективную структуру. Поэтому если в стране происходит нечто глобальное, это не абстрактное событие, происходящее «где-то», — оно происходит с каждым, кто является частью этой структуры. Личность может принимать решения, но последствия отражаются на всём организме.<br />Когда личность злоупотребляет алкоголем, страдают клетки и органы; когда человек попадает в аварию, ткани и системы организма вынуждены реагировать, не имея собственного выбора. Они пассивны в отношении стратегического решения, но активны в переживании его последствий. С точки зрения управляющего центра тело становится инструментом, своего рода экзоскелетом, через который реализуются решения, тогда как его элементы несут нагрузку и испытывают разрушение.<br />Аналогично и в рамках коллективной сущности: если структура принимает разрушительное направление, её элементы неизбежно вовлекаются в последствия. Одна коллективная система может совершить шаг, ведущий к саморазрушению, и тогда все, кто в неё включён, испытывают последствия этого процесса. В условиях трансформации или перерождения структуры нередко проливается кровь, потому что совокупность индивидуальных элементов и есть сама коллективная сущность, и её изменения всегда отражаются на каждом участнике.</p> <p>Уровень 4<br />Если рассматривать страну как целостный организм, то распределение вины между «верхами» и «низами» теряет привычный смысл. Нельзя свести происходящее к фигуре одного руководителя или группы лиц, будто бы именно они являются единственным источником решения. Коллективная сущность функционирует как единый организм, в котором нет абсолютно автономных и изолированных частей. Люди, управленцы, социальные слои — всё это элементы одной структуры, и разделение на «виновных» и «невиновных» становится условным, поскольку действие разворачивается на уровне целого.<br />Когда один организм вступает в конфликт с другим, это похоже на столкновение тел или органов. Каждый человек внутри страны остаётся активной клеткой общей системы, и хотя его роль может казаться незначительной, он остаётся частью механизма. В организме нет клеток, которые существуют сами по себе: убери эритроциты — и система погибнет; убери мышечные или костные клетки — и целостность разрушится. Здесь нет главных и второстепенных в абсолютном смысле, есть распределение функций, без которых общее не может существовать.<br />С позиции отдельной личности происходящее вызывает шок, боль, растерянность, но с позиции коллективной сущности это может выглядеть как сухой процесс перестройки. Когда коллективное сознание пытается изменить режим существования, одного намерения оказывается недостаточно. Для перехода в иной режим требуется сильный импульс, некий внешний или внутренний толчок, который разрушает инерцию. Если человек предоставлен сам себе, он продолжает воспроизводить привычные программы и редко меняет траекторию. Аналогично и коллективная структура: чтобы перейти в другое состояние, ей нужен кризисный фактор.<br />Такой фактор может принимать различные формы — война, техногенная катастрофа, внутренняя революция, эпидемия. Каждое событие создаёт собственный оттенок кластера боли и собственную точку отсчёта для трансформации. История знает примеры, когда крупные войны становились отправной точкой для переустройства государств и целых регионов. После Второй мировой войны в Европе начался процесс интеграции и переосмысления, а в других странах те же события привели к формированию новых государственных конструкций. Поражение США во Вьетнаме стало переломным моментом для внутренней политики и общественного сознания, изменив риторику и стратегию развития.<br />В этом контексте война или иной масштабный кризис выступает как механизм формирования специфических кластеров боли, через которые коллективная сущность проходит этап трансформации. Люди внутри такой структуры оказываются вовлечёнными независимо от личных намерений, и их индивидуальные ресурсы становятся частью общего процесса. Отдельный человек воспринимает себя как автономную единицу, однако в рамках коллективной динамики он функционирует как элемент, через который реализуется изменение.<br />Если представить глобальные сценарии — падение метеорита, извержение крупного вулкана, масштабную природную катастрофу, — становится очевидно, что судьба структуры определяет судьбу её элементов. Наша базовая позиция в этом механизме остаётся уязвимой: изменения на уровне системы неизбежно отражаются на каждом. В этом смысле вопросы старения или индивидуальной деградации тела могут оказаться вторичными по сравнению с судьбой самой структуры.<br />Если в рамках коллективной сущности формируется сценарий, в котором отдельный человек становится частью общего кластера боли, его индивидуальные характеристики, ресурсы или физическое состояние могут не сыграть решающей роли. Отсутствие абсолютной свободы и полного выбора в таких условиях становится проявлением включённости в более широкий процесс, где личная автономия ограничена законами функционирования целого.</p> <p>Уровень 5<br />Здесь картина усложняется тем, что в конечном счёте все люди боятся смерти, но в привычном восприятии связывают её преимущественно со старостью. Человек предполагает, что умрёт, когда станет пожилым, однако почти никто не учитывает реальную возможность внезапной смерти в любой момент. Причина может заключаться не в возрасте или состоянии здоровья, а в том, что человек находится внутри коллективной сущности, где у него есть определённая роль, позиция и функция. В масштабных исторических процессах это проявляется как сухая статистика: десятки миллионов погибших во время Второй мировой войны, жертвы концлагерей, разрушения, катастрофы. За этими числами скрывается распределение ролей внутри коллективного организма.<br />Если в рамках такого организма человеку «предназначено» стать частью статистики и выполнить функцию, не стоит рассчитывать на естественный уход из жизни в глубокой старости. Его жизненное пространство, которое субъективно воспринимается как личное, фактически является частью общего коллективного поля. Внутри этого поля действуют собственные структуры управления и свои задачи. Если в структуре возникает тенденция к саморазрушению, то она реализуется не декларациями, а конкретными действиями, затрагивающими множество людей.<br />Саморазрушение коллективной структуры редко происходит изолированно; оно вовлекает окружающих. В определённых случаях для разрушения себя требуется довести внешнюю среду до состояния, при котором она будет стремиться уничтожить источник угрозы. Таким образом формируется ситуация, где ответственность распределяется, а виновность размывается. В подобной динамике отдельный человек оказывается элементом системы, подобно клетке организма.<br />Если отделить клетку от тела и поместить её в иные условия, она быстро погибнет. Аналогично и человек, полностью вырванный из коллективной структуры, оказывается уязвимым. Пыль в доме — это мёртвые клетки кожи; кожа функционирует как защитный скафандр, который постоянно обновляется. Верхний слой истирается, а изнутри формируется новый. С точки зрения организма это механизм защиты и регенерации, но для отдельных клеток он означает постоянное отмирание ради сохранения целого. Эритроциты, выполняя свою функцию переноса кислорода, также жертвуют собой ради поддержания жизни организма.<br />В природе существуют аналогичные примеры: пчёлы, защищая улей от шершня, окружают его и за счёт коллективного действия повышают температуру до уровня, при котором гибнет и противник, и часть самих пчёл. Это защитный механизм улья как целостной системы. В таком ракурсе жизненное пространство человека оказывается «своим» лишь на уровне субъективного восприятия; за его пределами оно принадлежит более широкой структуре.<br />С точки зрения судьбы человек нередко ощущает себя как элемент механизма, поскольку контроль событий осуществляется на уровне, выходящем за рамки индивидуального управления. Совокупность желаний, решений и поступков множества людей формирует коллективную сущность, а каждый участник становится её элементом. То, что предопределено для всей структуры, реализуется и в судьбах отдельных людей, поскольку они воплощают этот сценарий своими ресурсами.<br />Судьба в данном контексте предстает как общее коллективное пространство с заложенными инструкциями и событиями, которые реализуются через действия людей. Если в структуре возникает разрушительный сценарий, он воплощается через конкретные решения и процессы. Например, систематическое разрушение институтов и ресурсов на протяжении длительного времени может привести к закономерному результату в момент кризиса. Итог тогда воспринимается как предсказуемое следствие ранее сформированного сценария, где накопленные ошибки и деформации проявляются в полном объёме.</p> <p>Уровень 6<br />Здесь речь идёт уже не столько об отдельных коллективных сущностях разных стран, сколько о едином организме, внутри которого страны выступают подобием органов. Пандемия, глобальная катастрофа или иной масштабный кризис затрагивают всех без исключения, потому что в пределах планеты нет полностью изолированных систем. Если возникает вирус, невозможно окончательно скрыться от него, переместившись в другую страну; если произойдёт ядерная катастрофа, радиация коснётся каждого. В этой логике всё человечество можно рассматривать как единый организм, находящийся в процессе деградации или трансформации.<br />Экономика, политика, ресурсы — всё оказалось настолько взаимосвязанным, что каждая страна в определённой степени зависима от других. Это напоминает переплетённый клубок или организм, который столкнулся с серьёзной поломкой и переживает её как системный сбой. Персональное участие человека в этой системе приводит к тому, что он проживает не изолированную, автономную жизнь, а жизнь внутри структуры коллективной сущности. Даже обладая ресурсом, человек не распоряжается им абсолютно свободно: он может направлять его только через уже существующие механизмы.<br />Эти механизмы подобны инструкции или ДНК, которая задаёт форму развития. В момент зачатия у организма нет возможности произвольно изменить свою конструкцию; ресурс реализуется через генетическую программу, и именно через неё формируется тело. Ресурс пропускается через определённую структуру, и в результате возникает конкретная форма. Тело существует постольку, поскольку первоначальная клетка, в которой объединились хромосомы и сформировалась генетическая основа, продолжает задавать направление развития.<br />Аналогично и в коллективной сущности: человек обладает ресурсом, но тратит его через призму уже существующей структуры — культурной, ментальной, социальной. Рождаясь гражданином определённой страны, он включается в некую «генетику» коллективной судьбы, через которую и проходит его ресурс. Это не биологическая, а ментально-социальная программа, однако принцип остаётся сходным: ресурсы реализуются через заданный шаблон.<br />В результате возникает ощущение, что человек проживает не исключительно свою жизнь, а структуру, внутри которой он находится. Подобно телу, которое развивается и поддерживается за счёт постоянного прохождения ресурсов через генетическую инструкцию, судьба формируется через прохождение ресурса через коллективные механизмы. Сам ресурс можно условно назвать «пустым» — он обретает форму только в момент взаимодействия с конкретной структурой.<br />Таким образом, реальность формируется через прогон ресурса через основополагающие структуры, которые уже заданы. Человек участвует в этом процессе, но не создаёт его с нуля; он реализует существующую программу, наполняя её энергией своего присутствия.</p> <p>Уровень 7<br />Эта точка напрямую связана с восприятием и с тем состоянием, которое проявилось в теле, например в форме простуды. Мы не видим, что постоянно выполняем определённые структуры, и не осознаём, что своими ресурсами поддерживаем конкретный режим существования. До определённого момента жизнь разворачивается в одном формате: ты тратишь ресурсы в привычном темпе, реализуешь бытовые и профессиональные задачи, действуешь в рамках обычной программы. Затем происходит перелом, и ресурсы начинают расходоваться иначе. Формально ты продолжаешь работать по своей специальности, однако с точки зрения глубинных программ включается иной режим — режим «человек войны».<br />В этом состоянии ресурсы расходуются уже не из позиции личной выгоды или повседневного самоподдержания. Если ранее ты работал ради собственного благополучия и стабильности, то теперь твоя деятельность окрашена идеями выживания страны, победы, сохранения целого. Внутренние формулы меняются, и вместе с ними меняется распределение ресурсов. Это иной психологический и энергетический режим, и он требует других затрат.<br />Просадка ресурса и обострение заболеваний в таком контексте становятся закономерными. Человек начинает воспроизводить новые состояния, навязанные коллективной сущностью, и это отражается на теле. Речь идёт не просто о психосоматике в узком понимании, а о перестройке всей реальности восприятия. Когда меняется реальность, меняются процессы, механизмы распределения ресурсов и характер состояний.<br />Даже если со временем происходит возвращение к привычному ритму, последствия не исчезают мгновенно. Возникает вопрос, как подобные изменения отражаются на теле и психике тех, кто непосредственно участвовал в боевых действиях и выжил. Длительное пребывание на грани жизни и смерти формирует глубокие травмы. Состояние постоянной угрозы — когда в любой момент может прилететь пуля, осколок или произойти подрыв — требует колоссальных затрат ресурса.<br />В такие периоды ресурсы расходуются с огромной скоростью, что объясняет как физическое истощение, так и внезапные смерти. Человек может незаметно для себя «прожечь» значительный объём ресурса всего за несколько часов или дней, находясь в состоянии постоянного напряжения. Для психики это один из самых затратных режимов, поскольку она функционирует на пределе возможностей.<br />Наше участие в коллективных сущностях во многом обусловлено тем, что мы не осознаём масштаба этого включения. Мы полностью погружаемся в состояние, принимая его за единственно возможную реальность, и тем самым продолжаем поддерживать тот режим, который задаёт структура.</p> <p>Уровень 8<br />Этот уровень представляет собой совокупность состояний и позиций, которые активируются в определённый момент и через которые начинает формироваться иная реальность. Человек может не замечать, что его внутреннее состояние изменилось: внешне он остаётся тем же самым, однако условия существования уже другие. Можно быть обычным гражданином, а затем оказаться военнослужащим; формально решение могло быть принято не им лично, но внутренняя программа изменилась, и вместе с ней изменилась реальность.<br />Набор состояний, идей и позиций, которые человек начинает выполнять, становится частью игрового пространства коллективной сущности. Включается уровень, где индивидуальный ум и личное сознание играют вторичную роль по сравнению с активированной программой. Новое состояние создаёт новую конфигурацию реальности, поскольку именно состояние определяет восприятие, поведение и распределение ресурсов.<br />Жизнь внутри коллективной сущности состоит из череды включений и выключений фоновых состояний. Разные периоды активируют различные программы, и человек, не осознавая этого, переключается между ними. Если значительная часть общества находится в состоянии притуплённого критического восприятия, то это становится устойчивой позицией, через которую фильтруется информация. Человек, находящийся в позиции «я не анализирую», легко принимает противоположные смыслы, поскольку его ресурс направлен на поддержание этой позиции. В результате меняется мышление, восприятие и даже нейронные связи.<br />То же касается и армии. Люди в военной структуре находятся в различных внутренних позициях. Один может действовать из состояния фатализма или внутреннего саморазрушения, другой — из состояния уверенности в победе. Человек часто не осознаёт, в какой именно позиции он находится, однако именно эта позиция формирует траекторию его действий и переживаний. Внутренняя установка влияет на распределение ресурса, а распределение ресурса — на исход событий.<br />Позиции, которые человек занимает, переплетены с тем, что принято называть судьбой. Не столько позиция создаёт судьбу в линейном смысле, сколько судьба реализуется через активированные позиции. Проблема заключается в том, что человек выполняет эти программы, не замечая их, поскольку сами программы и образуют его реальность. Здесь исчезает различие между осознанностью и бессознательностью в привычном понимании: роль, которую человек выполняет, и есть действующая программа.<br />На этом уровне человек воспринимается как живая клетка внутри более крупной структуры. Его позиция — то, как он выглядит, что делает, какие формулы звучат в его внутреннем диалоге, — и есть конкретная программа, через которую реализуется коллективная динамика. Реальность формируется не отвлечёнными идеями, а теми состояниями, которые активированы и поддерживаются ресурсом человека.</p> <p>Центральная точка<br />Принцип заключается в том, что человек в рамках рассматриваемой модели выступает не как автономная и самодостаточная единица, а как клетка внутри более крупного организма. Его жизненное пространство воспринимается как личное лишь на уровне субъективного ощущения, тогда как фактически оно является игровым полем коллективной сущности. Отдельно «своего» пространства здесь нет — есть ресурс, который проходит через заданные структуры.<br />Процесс деградации в этой логике понимается как бегство от боли. Однако направление и форма этого бегства определяются структурой, внутри которой человек находится. Сам шаг из условной точки А в точку Б не содержит в себе содержания; это лишь переход. Чтобы этот переход стал возможным, требуется инструкция, механизм, программа. В биологическом теле такую функцию выполняет ДНК: она задаёт схему развёртывания организма, последовательность деления клеток, формирование органов и систем. Раскручивание генетической программы, рост эмбриона, развитие тела — это непрерывная серия переходов, где каждый шаг сопровождается затратой ресурса и изменением состояния.<br />Аналогичный принцип проявляется и на уровне коллективной сущности. Движение от точки А к точке Б осуществляется через определённое игровое пространство — своего рода «социальную ДНК», которая задаёт форму разворачивания событий. Человек, стремясь уйти от внутренней боли, совершает действия внутри этой структуры, и реальность раскручивается в соответствии с её логикой. Исторические процессы, конфликты, кризисы — всё это можно рассматривать как последовательность таких переходов, где структура определяет траекторию движения.<br />С глобальной точки зрения отдельные элементы системы выступают как расходный материал. В организме есть органы, функционирование которых основано на постоянной регенерации и замещении клеток. Желудок, например, выдерживает агрессивную среду благодаря непрерывному обновлению слизистой: клетки рождаются, выполняют функцию и погибают, уступая место новым. Этот бесконечный цикл разрушения и восстановления поддерживает целостность органа.<br />По аналогии, в масштабе коллективной сущности человек может рассматриваться как элемент, который появляется, выполняет определённую роль и исчезает. Статистика фиксирует количество рождений и смертей, но за сухими числами стоит процесс постоянного обновления системы. В этом ракурсе индивидуальная жизнь включена в более широкий круговорот, где ресурс каждого элемента служит поддержанию функционирования целого.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой философско-психологическое исследование природы коллективных сущностей, войны, человеческого участия в глобальных процессах и механизма формирования так называемых «кластеров боли». Центральная идея текста заключается в том, что человек рассматривается не как полностью автономная личность, а как элемент более крупной коллективной структуры, функционирующей подобно единому организму. <br />Вся логика документа строится вокруг тезиса о том, что коллективные сущности — государства, общества, цивилизации, человечество в целом — обладают собственной динамикой, а отдельный человек внутри них выполняет роль клетки или функционального элемента. Война, пандемии, катастрофы и социальные кризисы рассматриваются как процессы перестройки этих структур, сопровождающиеся огромными затратами человеческого ресурса и формированием масштабных кластеров боли. <br />Документ последовательно раскрывает тему отсутствия абсолютной свободы выбора внутри коллективной структуры. Человек рождается уже встроенным в систему социальных, биологических и ментальных программ, а его судьба определяется не только личными решениями, но и сценариями, реализуемыми самой коллективной сущностью. Свобода в привычном понимании трактуется как ограниченная иллюзия, существующая лишь в пределах индивидуального восприятия. <br />Особое внимание уделяется войне как состоянию, при котором коллективная сущность переходит в режим максимального расходования ресурсов. Человек в этом режиме начинает жить не ради собственной жизни, а ради выживания структуры, частью которой является. Меняется его восприятие, перераспределяются ресурсы психики и организма, формируются новые внутренние состояния, влияющие на здоровье, мышление и поведение. Война описывается как механизм глобальной перестройки коллективного организма через боль, разрушение и массовое вовлечение людей. <br />На уровнях 5–8 развивается идея о том, что судьба человека тесно переплетена с внутренними позициями и программами коллективной сущности. Внутренние состояния — «воин», «жертва», «победитель», «саморазрушение» — рассматриваются как активные механизмы формирования реальности. Человек, сам того не замечая, воспроизводит эти программы и через них реализует общий сценарий структуры. <br />Центральная точка документа объединяет все предыдущие уровни и формулирует главный принцип: человеческая жизнь рассматривается как процесс прохождения ресурса через уже существующие структуры — биологические, социальные и ментальные. ДНК используется как метафора коллективной программы, через которую раскручивается как организм, так и судьба целых обществ. Человек в этом процессе выступает расходным элементом системы, а история человечества — непрерывным циклом формирования, разрушения и регенерации коллективных структур</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 11 Jun 2026 07:14:50 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17653#p17653 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17652#p17652 <p><strong>Кластеры боли</strong></p> <p>Приказываю себе найти и проявить изначальную боль, которая привела меня в игры всей этой структуры.</p> <p>Самая изначальная боль — это первичная просадка кластера боли, связанная с неотменяемостью согласия и с неотменяемостью самого факта проявленного согласия. Это ощущается как крайне неприятный сюрприз: боль от того, что структура уже перестроена навсегда, что я стал лишь подтверждением собственных глубинных согласий с существованием себя и всех пространств в качестве имплантов и в качестве просадок отсутствия.<br />Кластеры боли в своей основе связаны с согласием на утрату. Это боль согласия с потерей пространства, боль согласия с потерей способности, боль бесконечной неотменяемости согласия с потерей самопроявления. Это боль согласия с тем, что я теряю всё, и боль согласия с тем, что всё просаживается в глубокий минус отсутствия. Причём эта боль относится не столько к конкретной личности с именем и биографией, сколько к более глубинному уровню, к тому, кто изначально соглашается.<br />Это боль того, кто соглашается быть не личностью, а только соглашающимся, соглашающимся с тем, что всё теряется как общее пространство, как конгломерат общих проявлений. Это боль согласия с тем, что части личности уже потеряли почти всё и продолжают терять, переживая страдание в человеческом существовании. Это боль согласия с тем, что процесс утраты продолжается.<br />Вторичные кластеры боли формируются как боль потери способностей, боль утраты способности воспринимать, боль утраты коллективной реальности восприятия и проникновения в пространство. Отсюда рождаются программы сравнения с другими и представления о том, что существуют или существовали люди, обладавшие свойствами, авторитетом или масштабом проявления, которые теперь недоступны. Боль закрепляется как согласие с тем, что конкретная личность ничем из этого не обладает.<br />Проявляется и более глубокий слой: страдание от того, что я как условное сознание более высокого уровня проявляю человека, который страдает от невозможности решить свои мелкие жизненные задачи и переживает просадки. Возникает идентификация с малоспособной частью, которая по сравнению с другими может выглядеть приемлемо, но в целом ощущается как ограниченная. Это закрепляет позицию брошенности, одиночества и ничтожества, как будто я не смог стать кем-то иным.<br />Боль первоначальных неспособностей проявляется как неудовлетворённость потребности в объединении, в признании, в реализации. Однако глубинная боль заключается в формуле: я создал того, у кого существования не будет, потому что согласился с тем, что существования не будет. Это более глубокое страдание, чем страхи конкретного человека, хотя и страхи являются его проявлением.<br />Боль человека выражается в страхе, пусть зачастую иллюзорном, что существования всё равно не будет. Все кластеры боли образуют двухступенчатую структуру: сначала согласие с утратой, затем закрепление этой утраты как окончательной. Отсюда возникает боль «у меня нет», боль невозможности проявить себя проявляющим, боль невозможности развернуть собственное пространство.<br />Коллективные кластеры боли усиливают это состояние, формируя глубинное убеждение, что у меня нет необходимого для проявления, поскольку всё, что было по линии времени, стало имплантами. Эти импланты постоянно подтверждают позицию отсутствия ресурса и закрепляют согласие с тем, что проявление невозможно.</p> <p>Все точки фиксации данных кластеров боли и пространств боли в моём жизненном пространстве сходятся в состоянии глубочайшей растерянности. Это не просто растерянность как эмоциональная реакция, а реальность растерянности перед самой реальностью, где утрачена опора на возможность действия и понимания. Возникает ощущение бесконечной растерянности, переходящей в имплант, когда беспомощность перед возможностью что-либо сделать закрепляется как структура.<br />Состояние растерянности превращается в имплантную форму, в которой я оказываюсь отгороженным от событий, возможностей, факторов, пространств и позиций. Это отгороженность не как физическое разделение, а как внутренний запрет на участие. Формируется убеждение: я ничего не могу сделать. Неспособность воспринимается как объективный факт, а сам этот факт — как результат согласия более глубокого уровня с данной реальностью.<br />Моя неспособность определяется как невозможность проявиться больше, чем я уже есть, невозможность расширить пространство своего присутствия, изменить масштаб или выйти за пределы уже проявленного. Любая попытка расширения заранее объявляется невозможной, любое действие — бессмысленным, а любое преобразование — недостижимым. Возникает замкнутый круг утверждений: не могу изменить, не могу перестроить, не могу переориентировать, не могу проявить иначе.<br />Глубинная неспособность ощущается как нечто уже существующее, как неустранимое состояние, с которым я полностью согласен. Однако слово «согласен» не отражает всей глубины закреплённости, поскольку это не просто принятие, а постоянное подтверждение данной позиции. Я подтверждаю, подтверждал и буду подтверждать своё нахождение в этом состоянии, подтверждаю своё участие в нём и свою неспособность выйти за его пределы.<br />Это подтверждение становится действием, а действие — повторением согласия. Я утверждаю эту реальность, закрепляю её и продолжаю воспроизводить, не имея возможности остановиться или перестать воспринимать себя как неспособного. Таким образом, растерянность превращается в устойчивую структуру, где неспособность становится идентичностью, а согласие — механизмом её постоянного воспроизведения.</p> <p><strong>Триггеры внимания</strong></p> <p>Триггер внимания №1<br />Данный триггер реагирует на явление саморефлексии, причём не на поверхностную, а на достаточно сознательную попытку взглянуть на всю свою жизнь как на целостный персональный процесс. Попытка посмотреть на свою жизнь как на жизнь конкретной личности, охватить её в объёмном смысле и увидеть себя со стороны в широком контексте запускает состояние, которое активирует всю описанную ранее программу.<br />Возникает непереносимость собственной реальности и собственного пространства, обнаружение себя в состоянии «я маленький», в позиции ничтожности, неавторитетности и беспомощности перед коллективными и личными программами. Важно не то, какие именно программы активируются, а то, что включается механизм обрушения самооценки и фиксации на кластерах боли.<br />Попытка посмотреть на свою жизнь целиком становится триггером, потому что при таком взгляде обнаруживается огромное количество пространств недоступности, просадок, судьбоносных ограничений и факторов, на которые невозможно посмотреть без внутреннего согласия с их неизменностью. Возникает вопрос, почему невозможно посмотреть, и ответ заключается в сверхсогласии, в глубинном согласии, даже если отсутствует память о моменте его формирования.<br />Неважно, помню ли я, когда согласился, и осознаю ли, что согласие могло быть принято на уровне, выходящем за пределы текущей личности, но ощущение жёсткого влияния реальности присутствует. Жалкость состояния, активация кластеров боли, активация программ желаний и коллективных сценариев — всё это включается одновременно и создаёт эффект погружения.<br />Формируется идея, что всё уже случилось, что прошлое и даже надчеловеческие уровни существования застыли и не имеют шанса на изменение. Возникает ощущение бесконечно отрицательных шансов на трансформацию, на проявление, на осознание и восприятие данных пространств. Убеждение закрепляется формулой «это так», и само согласие становится основанием дальнейшего воспроизведения программы.<br />Когда внимание направляется на имплант или на его вибрационное проявление, формируется дополнительный имплант, подтверждающий предыдущий. Так воспроизводятся структуры и программы, а я продолжаю выполнять их, находясь в жёсткой включённости в это согласие, даже если не осознаю, что речь идёт о перестроенной части моего собственного сознания.<br />Идентификация не имеет значения, поскольку согласие остаётся согласием вне зависимости от того, как я его объясняю. Это чистое бесконечное согласие с данным явлением, которое активируется всякий раз, когда внимание выходит за пределы узких рамок текущих задач и касается глубинных имплантов прошлых пространств и реальностей. В этот момент автоматически активируется установка, что всё бесконечно просажено и что иного шанса у меня нет.</p> <p>Триггер внимания №2<br />Данный триггер реагирует на ситуацию, в которой реальность внезапно предъявляет условия, формирует новые факторы или изменяет пространство событий. Что-то происходит, что-то меняется, и эти изменения ставят свои требования, обозначают границы и задают новые параметры существования. Сам факт появления условий запускает внутренний механизм, активирующий программы и импланты, с которыми ранее уже было дано согласие.<br />Речь может идти как о конкретно сформулированных условиях в речи или действиях, так и о более абстрактном ощущении, что условия существуют и имеют право быть. Первичное согласие заключается не столько в принятии конкретной формулировки, сколько в признании того, что некий фактор, приведший к оформлению этих условий, является неизбежным и постоянным. Возникает убеждённость, что то, что сформировало данные обстоятельства, всегда будет существовать и всегда будет определять границы.<br />Любые мнения, оценки и суждения — личные или коллективные — становятся поводом для смещения внимания на импланты, породившие эти условия, и на внутреннее согласие, лежащее в их основе. Импланты начинают выполнять себя как программы, активируя собственные механизмы и распространяя влияние через бесконечную просадку. Возникает ощущение, что с этим невозможно расстаться и от этого невозможно уйти, поскольку имплантная природа воспроизводит себя автоматически.<br />Формируются идеи: я тот, у кого это уже есть; я тот, у кого это уже определено; я тот, кто уже существует внутри данных кластеров боли и страдания; я тот, кто переносит в себе реальность недоступности. Это закрепляется как точка, поставленная на существование данного состояния, как бесконечно согласная точка, подтверждающая саму себя. Импланты, согласие и триггер образуют единую структуру, направленную на реализацию уже оформленного сценария.<br />Возникает позиция полного погружения, в которой человек ощущает себя точкой внутри заданной реальности, выполняющей установленную программу. Даже если на человеческом уровне отсутствует явное согласие, сама природа происходящего воспринимается как тождественная любому другому согласию, уже встроенному в структуру. Это создаёт состояние полной включённости, где условия реальности воспринимаются как неизбежные, а выполнение программы — как единственно возможная форма существования.</p> <p>Триггер внимания №3<br />Данный триггер реагирует преимущественно на проблемы, препятствия, болезни и внезапные факторы, которые встают на пути реализации намерения. Речь идёт не просто о внешних трудностях, а о событиях, которые воспринимаются как блокирующие саму возможность проявления намерения. Возникает реакция на пространство, где намерение сталкивается с преградой, и это столкновение активирует глубинные механизмы.<br />В основе лежит идея свершившегося прошлого. Прошлое воспринимается как уже завершённый акт, а будущее — как продолжение имплантов прошлого в рамках текущей программы. Свершившееся прошлое становится фактором качества, формирующим позицию: я не смог этого сделать. Эта позиция обобщается и превращается в генерализованную формулу, порождённую глубинным согласием и поддержанную ответным имплантом, который усиливает кластер боли.<br />Формула «я не смог» постепенно перерастает в «я не могу», заполняя всё пространство конкретной деятельности соответствующим кластером боли. Даже если объективно пространство было доступно, внутреннее согласие закрепляет утрату как факт. Возникает установка: ты всегда теряешь свои действия и их результаты. Согласие с потерей превращает действие в имплант, а вокруг него формируются дополнительные кластеры боли.<br />Происходит подтверждение этого состояния. Подтверждение выступает как форма согласия с генерализованным свойством, распространяющимся на всё пространство. Подтверждение не просто фиксирует факт, а закрепляет его как неизменную реальность. Формируется безусловность подтверждения имплантов, при которой отсутствует возможность неподтверждения.<br />Согласие приобретает характер вечности: ты навечно подтверждаешь импланты и все связанные с ними пространства. Возникает ощущение, что иной вечности не существует, кроме вечности повторяющегося подтверждения. Новые импланты и новые пространства продолжают формироваться, поддерживая замкнутый цикл.<br />В результате частное «не смог» перерастает в универсальное «никогда не смогу», и эта генерализация начинает реально изменять восприятие. Механизм формирования комплексов и страхов закрепляет реальность, в которой человек действительно начинает утрачивать способность к действию. Пространства восприятия сужаются, а погружение в данный триггер усиливает убеждённость в невозможности изменить ситуацию.<br />Таким образом, триггер третьего типа фиксирует переход от единичной неудачи к тотальной генерализации неспособности, где подтверждение становится формой согласия, а согласие — механизмом воспроизводства имплантов и закрепления состояния невозможности.</p> <p><strong>Общее резюме всего документа<br /></strong><br />Документ представляет собой последовательное философско-психологическое исследование механизмов деградации сознания через согласие, имплантацию и постепенное сворачивание жизненного пространства. Вся структура текста построена как нисходящая шкала уровней — от исходного ощущения предопределённости и заключённости в реальность судьбы до состояния почти полного растворения личности в автоматизированных имплантных структурах. <br />Центральной идеей документа является представление о согласии как о базовом механизме формирования имплантов и закрепления кластеров боли. Согласие здесь понимается не как осознанный выбор, а как глубинное, часто бессознательное принятие структур утраты, невозможности, беспомощности и невосполнимости. Каждый уровень описывает очередную стадию погружения в эту систему, где личность постепенно теряет способность различать собственное участие в происходящем и начинает воспринимать реальность как заранее определённую, окончательно застывшую и не подлежащую изменению. <br />Минусовые уровни (-3, -2, -1) формируют фундамент всей дальнейшей конструкции. В них закладывается восприятие реальности как пространства уже свершившихся решений, где любое движение объявлено невозможным или бессмысленным. Эти уровни описывают глубинную предопределённость, ощущение застывшего волеизъявления и невозможности выйти за пределы заданной структуры. Личность начинает восприниматься как часть имплантного механизма, а собственная жизнь — как следствие ранее принятых и уже необратимых решений. <br />Уровни 1–4 раскрывают механизмы активного вовлечения личности в имплантную реальность. Здесь появляются темы коллективности, необходимости адаптации, разделения программ на «полезные» и «бесполезные», фиксации боли и постоянного маркирования реальности как пространства утраты. Человек пытается действовать, «делать хоть что-то», однако каждое действие воспринимается как недостаточное и не соответствующее глубинному намерению. Формируется состояние метания между невозможностями, сопровождаемое хроническим стрессом и ощущением тотальной непреодолимости происходящего. <br />Уровни 5–8 описывают последовательное выключение сознания и разрушение внутренней целостности личности. На этих этапах согласие перестаёт осознаваться, а выполнение программ становится автоматическим, почти рефлекторным процессом. Сознание начинает напоминать роботизированную систему, а затем распадается на множество разрозненных субличностей. Активность всё больше переносится во внутреннее воображаемое пространство, а реальная способность к действию исчезает. На восьмом уровне согласие становится единственной формой существования, а человек воспринимает себя уже не как личность, а как имплант, наблюдающий собственное исчезновение. <br />Уровни 9–11 фиксируют финальные стадии процесса. Здесь человеческая реальность растворяется в сверхмелких остаточных процессах, описываемых как сущности и имплантные линии времени. Формируется переживание невосполнимости, где любое исчезновение объявляется окончательным и необратимым. Реальность начинает восприниматься как система бесконечного отсутствия, а история человечества — как совокупность застывших и утраченных проявлений. На одиннадцатом уровне закрепляется идея полной деградации личности через выполнение программ, ведущих к превращению человека в имплант как часть общей структуры бесконечного отсутствия. <br />Отдельный блок документа посвящён изначальной боли, лежащей в основании всей конструкции. Эта боль определяется как согласие с утратой — утратой пространства, возможностей, способностей и самого существования. Именно из неё рождаются вторичные кластеры боли: чувство собственной ничтожности, невозможности проявиться, сравнение себя с другими, переживание отсутствия ресурса и убеждение в собственной неспособности. Центральным эмоциональным состоянием документа становится глубочайшая растерянность перед реальностью, которая превращается в устойчивую структуру восприятия и поддерживается постоянным подтверждением собственной неспособности. <br />Завершающая часть текста анализирует триггеры внимания, запускающие всю описанную систему. Первый триггер связан с попыткой глубокой саморефлексии и взгляда на собственную жизнь как на единый процесс; второй — с внезапными условиями и требованиями реальности; третий — с проблемами, препятствиями и болезнями, возникающими при попытке реализовать намерение. Все три триггера приводят к активации глубинных согласий, усиливают кластеры боли и закрепляют генерализованное восприятие собственной неспособности. <br />В целом документ представляет собой цельную модель реальности, в которой основными движущими принципами являются согласие, имплантация, генерализация боли и постепенное сворачивание сознания. Через последовательность уровней текст описывает превращение личности из субъекта восприятия и действия в структуру, полностью встроенную в систему бесконечного отсутствия и самоподтверждающихся программ.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Thu, 11 Jun 2026 07:11:33 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17652#p17652 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17650#p17650 <p><strong>Вера в то, что деструктивная программа - это благо и спасение от боли </strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует природу боли как фундаментальной основы человеческого существования и рассматривает всю жизнь человека как процесс бегства от боли через выполнение деструктивных программ. В тексте описывается концепция многослойной структуры реальности, где каждое действие, мысль и переживание становятся частью механизма деградации и постепенного превращения восприятия в «кластеры боли». Через систему уровней раскрывается идея зазеркалья, предопределённой структуры судьбы и циклического перехода существа из одного пространства боли в другое. <br />Центральная мысль документа заключается в противопоставлении двух путей: бессознательного бегства от боли или осознанной проработки самой структуры этого бегства.</p> <p><strong>2022_03_18 </strong></p> <p>Тема проста: наши ожидания от работы и от проработок сводятся к одному — чтобы мне не было больно. Однако боль присутствует, и вместе с ней мгновенно включается драматизация: «Мне больно». И каждый раз приходится возвращаться к главному вопросу: в чём же на самом деле проблема.<br />По большому счёту проблема заключается в самом месте, в котором мы живём, в самом факте рождения. Суть существования человека — это боль. Из этого и возникают все деструктивные программы. Что такое деструктивные программы? Это способы, с помощью которых человек пытается сбежать от боли. Пока он выполняет программу, он временно как будто не чувствует боли, и потому выполнение программы воспринимается как спасение.<br />Именно поэтому практически невозможно убедить человека рассматривать программы как источник проблемы. В его представлении программа — это то, что спасает его от боли. Он может объяснять это себе любыми рационализациями, придумывать любые оправдания, но по сути он отказывается рассматривать программы, потому что считает их защитой. Он убеждён, что без программ не сможет действовать, добиваться, двигаться вперёд, тогда как на деле с их помощью он лишь запускает сложные процессы бегства от боли.<br />Отсюда возникает бесконечная драматизация состояния: «Мне снова больно». При этом существует категорический отказ признать, что боль — это постоянная составляющая человеческого существования. Человек рождается в боль, и боль сопровождает его как базовое условие. Единственный способ изменить ситуацию — прорабатывать программы, а не спасать себя от боли. Ловушка же заключается в том, что, пытаясь спастись, человек только усиливает боль.<br />Любая попытка сбежать от боли активирует всё новые деструктивные программы, которые в итоге лишь увеличивают объём боли. Этот момент почти невозможно донести, потому что базовое отношение остаётся прежним: «Мне больно — спасите меня». Однако именно бегство и есть источник повторного воспроизводства боли. Ожидание, что после проработок боли больше не будет, удерживает внимание не на рассоздании программ, а на стремлении получить «обезболивание». Но перестать чувствовать боль — значит снова выполнить программу, а значит снова запустить цикл новой боли.<br />Боль постоянно воссоздаётся именно через попытки её избежать. Лечение, направленное на бегство, становится способом поддержания боли. Программы сами по себе не являются тем, что «делает больно»; деструктивность заключается в том, что они используются как средство бегства. Выполняя их, человек формирует кластеры боли и тем самым усиливает своё страдание.<br />Вместо того чтобы повернуться к боли лицом и рассоздать программу, с помощью которой она создаётся, человек отворачивается и убегает. Это один из самых сложных моментов в ТЕОСе — объяснить, что мы не сбегаем от боли и не делим программы на хорошие и плохие. Главный шаг — развернуться к своей проблеме, к своему страху, к тому, от чего хочется убежать, и начать это рассматривать. Увидеть выполняемую программу, а не спасаться бегством.<br />Нередко происходит следующее: у человека начинается прояснение, но вместо того чтобы углубляться в него, он снова убегает. Его возвращают в процесс — он снова убегает. И многие не могут по-настоящему работать именно потому, что сохраняют прежнее отношение: не видеть проблему, не видеть происходящее. Формальные успехи могут казаться присутствующими, но по факту их нет, потому что нельзя обмануть саму структуру процесса.<br />Проблема в отношении к работе: она воспринимается не как проработка программы, а как способ избавиться от боли. Именно это удерживает человека в ловушке и заставляет раз за разом воспроизводить одно и то же. От боли нельзя «спастись» в привычном смысле; единственный путь — рассматривать программу, рассоздавать её, не убегая, а проходя через неё.<br />Когда человек приходит в сессию с позицией «у меня болит здесь, здесь и здесь — спасайте», он продолжает ту же стратегию бегства. В этот момент включается позиция условного «дурака» — отказ видеть саму структуру ловушки. Мы можем много говорить о боли и бегстве от неё, использовать это как знание, но само базовое состояние — программу бегства — часто не прорабатываем как фундаментальную структуру, определяющую человеческую жизнь.<br />По сути, знание о том, что всё является бегством от боли, используется как инструмент, но не как объект глубокой проработки. Эта программа остаётся базовой и нерассмотренной. Человек воспринимает состояние «мне больно — я должен избежать боли» как закон физики, как нечто самоочевидное. Из этого запускаются цели, желания, процессы и целые пространства, созданные исключительно ради бегства.<br />И пока этот базовый принцип — боль как основание существования и бегство как автоматическая реакция — не становится предметом прямой проработки, он продолжает определять всю структуру жизни и воспроизводить один и тот же цикл.</p> <p>Намерение остаётся неизменным уже много лет и, по сути, у большинства людей одно и то же: организовать жизнь таким образом, чтобы спать спокойно, не мучиться, не страдать, условно «от звонка до звонка» отсидеть весь этот внутренний концлагерь, ничего не чувствовать и ни о чём не беспокоиться. Ради этого предпринимаются действия, выстраиваются стратегии, создаются конструкции внутри себя, однако каждый раз возникает ощущение, что всё это не срабатывает.<br />Каждый сеанс снова и снова сводится к одному и тому же запросу: «Мне больно, надо что-то с этим делать». Но речь идёт не о поиске причины боли и не о рассоздании программы, с помощью которой осуществляется бегство, а именно о желании убрать саму боль, перестать её чувствовать. В этом и заключается ловушка, потому что базовая позиция здесь такова: боль будет всегда.<br />Вопрос не в том, что человек рождается для счастья; скорее он рождается для переживания боли и автоматического бегства от неё. Всё человеческое счастье по сути определяется тем, насколько успешно в данный момент осуществляется процесс бегства. Любая радость, эйфория или ощущение благополучия — это показатель того, сколько ресурсов тратится на уход от боли. И ничего больше. Состояние «мне больно» является базой компактного существования, потому что само существование — это и есть боль.<br />Если рассматривать это в структуре уровней, то можно условно выделить восемь: первые четыре — ресурсные, следующие четыре — зазеркальные. Однако это лишь малая калька общего процесса. Вся Вселенная по своей сути — это зазеркалье. Вспышка, рождение, взрыв — это момент перехода существа в противоположность, а не абсолютное начало. Начало как таковое всегда есть переход, а не точка нуля. Было некое существование до и есть существование после; то, что воспринимается как начало, на самом деле является лишь переходом.<br />Каждый следующий уровень — это переход в противоположность предыдущему. Это не возврат на более высокий уровень по кругу, а последовательное движение в противоположность, где восьмая точка является абсолютной противоположностью первой. С каждым шагом происходит не возврат, а увеличение степени искажения, дробления, уничтожения, перехода в собственную противоположность. Искажение умножается многократно относительно исходной точки.<br />Принцип создания Вселенной — это боль, и все процессы, происходящие в ней, от начала до конца представляют собой бессознательную боль. Даже само рождение Вселенной — это бессознательный болевой акт, своего рода переход в зазеркалье между четвёртым и пятым уровнем.<br />В этих условиях единственное, что действительно возможно, — это рассоздавать программы, которые были созданы. Бегство от боли осуществляется через дидактическую программу, и, выполняя её, человек уничтожает ресурсы, переводя их в кластеры боли. Каждый акт бегства увеличивает кластер, чтобы затем на следующем уровне снова сбегать.<br />Следовательно, подлинный путь заключается не в спасении от боли, а в остановке процесса создания установок, в уменьшении их плотности, в рассоздании того, что поддерживает этот цикл. Это движение вспять относительно привычного механизма, к тому, что человечество всегда делало автоматически, к тому, что реализует сама Вселенная, — но уже не бессознательно, а через осознанное прекращение воспроизводства программы.</p> <p>Уровень 1<br />Тебе всегда будет больно, и ты всегда будешь выполнять какую-то программу, пока хватает ресурсов. Когда ресурсы заканчиваются — становится плохо. Сейчас, например, появляется моральная тяжесть, потому что становится ясно: жить так, как раньше, «ни о чём не париться», уже не получится. Придётся заботиться о базовых вещах — о выживании, о еде, о лекарствах, о дефицитах, о нестабильности. И с этой болью придётся сталкиваться по-новому, а значит выполнять программы, к которым ты не привык.<br />То же самое происходит и с тобой: возникают небольшие психосоматические реакции, гормональные всплески, мысли, и тебя внезапно выбрасывает из трансового состояния. Пока ты занят, например, крутишь баранку и ни о чём конкретном не думаешь, всё течёт фоном. Но стоит чему-то щёлкнуть — и появляется ощущение, что всё плохо, что всё надоело. На самом деле не обязательно всё плохо, но происходит выход из транса, потому что закончилась одна программа и не включилась другая.<br />Глобально боль присутствует постоянно. Просто ты всё время оставляешь себя «спать»: не думать, не видеть, не чувствовать. Ты заставляешь себя заниматься привычной патологией, отвлекающими механизмами, рабочими процессами. На работе ты можешь быть сознательным человеком, но находиться в выключенном состоянии. И тогда возникает мысль: другим людям, кажется, хорошо, потому что они постоянно чем-то заняты, они в трансе, они не чувствуют. И непонятно, как можно жить, если постоянно ощущать боль.<br />Когда человек остаётся без отвлечений, он превращается в выискивателя собственных проблем — они начинают лезть наружу. Поэтому большинство не любят оставаться в одиночестве. Если нечего делать, включается интернет, музыка, сериал, новости — лишь бы быть занятым. Даже если интернета нет, можно пойти гулять, поставить себе цель дойти до определённой точки. Но и тогда в голове крутятся «мультики» мыслей, как сновидения наяву. Это тот же сон, только на уровне сознания.<br />Мы постоянно выполняем программы, благодаря которым ничего не чувствуем. Жизнь может быть какой угодно, но если ты отключился и жуёшь свою умственную жвачку, ты не смотришь и не чувствуешь ту боль, в которой находишься прямо сейчас. Состояние транса возможно только при условии, что где-то болит, а ты в этот момент перестаёшь это ощущать. Это похоже на анестезию или наркотик: под воздействием ничего не чувствуешь, но боль никуда не исчезает.<br />На этом построена вся система: привычные трансовые состояния рушатся — и люди оказываются в шоке, потому что приходится менять образ жизни и выполнять другие программы. У кого-то хватает ресурсов, чтобы снова «уснуть» и ничего не чувствовать. Но если тебя выбрасывает, ты не обязательно приходишь к прояснению; чаще тебя просто выбрасывает в боль. Возникает болезненный импульс, и сразу же включается новая жвачка мыслей: «как всё плохо», «как всё надоело». Это тоже способ уйти в транс.<br />По сути, тебе всё время больно. Просто ты находишь способы тратить ресурсы, чтобы не чувствовать эту боль и поддерживать состояние сна. И тогда основной запрос звучит так: «Я не могу быть в трансе, надо это проработать». Но за этим скрывается другое: «Дайте немного ресурсов, чтобы снова ничего не чувствовать, чтобы ещё на неделю уснуть». Это словно микродозы снотворного — не ради удовольствия, а ради возможности снова отключиться.<br />На первом уровне это фоновое состояние является причиной всей человеческой суеты, любых действий и процессов. Это перманентное внутреннее чувство боли, от которого нужно отвлечься. А уже то, чем именно ты себя увлекаешь, — это программы личности. Сколько людей было, есть и будет, столько существует и способов отвлечения.<br />Не имеет значения, на каком ты уровне — «внизу» или «вверху»; ты всё равно пытаешься себя чем-то занять, потому что в этом и состоит привычный смысл жизни: увлекать себя, засыпать, быть в потоке отвлечённости. В данном контексте транс — это не заторможенность и не пришибленность, а бесконечный внутренний сон, в котором человек создаёт себе поток занятости и проходит через всю жизнь, оставаясь отвлечённым от базовой боли.</p> <p>Уровень 2<br />Если рассматривать в целом человеческую реальность, то любое действие, которое ты совершаешь, любой процесс — включая проработки и обучение — всё равно разворачивается внутри одного и того же треугольника. Здесь нет действий, которые происходили бы «просто так», вне интуиции, вне программы, вне деструктивного процесса и вне деградации. Любое действие — это, возможно, небольшой, но всё же виток дальнейшего искажения, очередной уход в зазеркалье в том или ином аспекте.<br />Вся эта Вселенная функционирует по этому принципу. Каждая молекула, каждая звезда, каждое решение человека или любого живого существа — это всегда небольшой процесс деградации, небольшой процесс побега от боли. Независимо от того, осознаёшь ты это или нет, стремишься к чему-то или нет, процессы остаются одними и теми же: перед деградацией всегда выполняется программа.<br />Даже идея «проработать все деструктивные программы» в текущей конфигурации остаётся частью той же самой парадигмы. Сам факт стремления что-то изменить, что-то разобрать, что-то улучшить уже встроен в дискурсивную структуру. Нет такого действия, которое не являлось бы программой. И в этом проявляется обратная сторона медали.<br />Там, где нет боли, у тебя нет ни импульса, ни возможности тратить ресурсы иначе. Боль определяет направление движения. В каких-то аспектах болит — ты выполняешь соответствующие деструктивные программы. Если гипотетически человек хочет изменить судьбу, пойти по другой линии, изменить состояние здоровья, то он сталкивается с тем, что это невозможно просто по желанию. Тело, организм, психика уже являются частью программы, внутри которой закреплена определённая боль.<br />Чтобы измениться, необходима боль, от которой ты бы бежал, перераспределяя ресурсы в новое состояние. Если боли нет, то и импульса к перераспределению нет. Но и создать новую боль произвольно невозможно, как невозможно произвольно изменить законы, по которым устроена реальность. Это было сформировано ранее — на более раннем уровне, до перехода в зазеркалье.<br />Условно первые четыре уровня формируют структуру, а последующие четыре — это зазеркальное отражение, внутри которого существо уже оказывается жертвой созданного ранее. На пятом уровне ты становишься жертвой того, что было сформировано до этого перехода. Текущая реальность — это зазеркалье всего, что было создано ранее, вплоть до момента рождения. До рождения формируются кластеры боли и линии судьбы, а после — происходит лишь расход ресурсов на бегство от них.<br />Если гипотетически вернуться на дородовой уровень, в «редактор» всей структуры, можно было бы отменить созданное: изменить судьбу, тело, кластеры боли. Но парадокс в том, что, получив доступ к уровню редактирования, исчезает необходимость возвращаться в текущую конфигурацию. Сам импульс менять внутри реальности теряет смысл.<br />Поэтому на данном уровне всё, что возможно, — это выполнение программ и бегство от боли. И даже наши проработки происходят внутри этой парадигмы. Они не выходят за её пределы, а являются её частью, одним из способов перераспределения ресурсов внутри уже заданной структуры.</p> <p>Уровень 3<br />Третий уровень касается иллюзии стремления. Кажется, что человек стремится убежать от боли, но у него может получиться или не получиться. Стремление предполагает некую условную свободу: пятьдесят на пятьдесят — повезёт или не повезёт, получится или нет. Например, человек хочет создать бизнес: либо выйдет успешно, либо провалится, и здесь будто бы присутствует градация вариантов.<br />Однако в отношении побега от боли такой градации нет. Здесь не стоит вопрос «стремишься ты или нет» — ты всегда это делаешь. Побег происходит со стопроцентной неизбежностью. В рамках этой реальности нет ситуации, в которой человек не бежит от боли. Мы привыкли считать, что у нас есть некая доля свободы, потому что не видим всей совокупности ограничений, страхов и предопределённостей. Нам кажется, что может получиться или не получиться, но в действительности в этом аспекте свободы нет — всегда «получается».<br />Чтобы ни происходило в жизни, это уже означает, что побег состоялся. И речь не о том, что произошло что-то плохое и теперь ты от этого убегаешь. Само событие, каким бы оно ни было, уже является результатом побега от предыдущей боли. Даже если жизнь казалась благополучной, а затем произошёл резкий обвал — потеря, катастрофа, крайняя форма страдания, — это всё равно означает, что был осуществлён побег от иной, более глубинной боли.<br />Можно задаться вопросом, какой была боль до того, что человек оказался в определённых условиях, но сам принцип остаётся неизменным: любое разворачивающееся событие — это уже реализованный побег. Это касается и экстремальных ситуаций — войны, паники, ужаса. У солдат, например, могут включаться ярость, драйв, адреналиновый поток. Эти состояния тоже являются формами побега от боли, пусть и на ином уровне интенсивности.<br />Важно понимать: здесь речь не идёт о сознательных умственных программах, которые человек выбирает. Речь о фундаментальном механизме реальности. Сама структура Вселенной устроена так, что движение вперёд уже означает уход от предыдущей точки. Ты сделал шаг — и то место, где ты был секунду назад, безвозвратно стало прошлым. Это и есть реализация программы, это и есть побег.<br />Каждая прожитая секунда — ещё один завершённый акт ухода. Прошлое не существует как реальность; это информация, память, запись. Если бы человек обладал памятью золотой рыбки и забывал всё через десять секунд, он бы всё равно жил по тому же принципу: прошлое растворяется, настоящее смещается, будущее наступает. Это не просто характеристика времени — это выражение внутреннего процесса побега от боли, который невозможно увидеть напрямую, потому что он совпадает с законами физики и с самой структурой бытия.<br />Мы не можем наблюдать этот процесс извне, так как находимся внутри него. Но именно благодаря ему существуют для нас категории прошлого, настоящего и будущего. Субъективно кажется, что мы движемся по времени, а по сути каждый миг — это реализация неизбежного, стопроцентного побега от боли, встроенного в саму природу реальности.</p> <p>Уровень 4<br />По сути существуют разные слои структуры. Есть слой поступков и действий — буквальный уровень, где разворачиваются прошлое, настоящее и будущее, где реализуется судьба через конкретные шаги. А есть слой ума. Наших ресурсов хватает не только на то, чтобы не быть «золотой рыбкой» с памятью на десять секунд, но и на то, чтобы помнить всю жизнь, удерживать параллельно множество процессов. Ты можешь в течение дня зарабатывать деньги, выполнять физические действия, и одновременно проживать огромное количество эмоций, мыслей, фантазий, внутренних диалогов. Все эти умственные процессы идут параллельно.<br />И на уровне действий ты бежишь от боли, и на уровне ума — тоже. Однако ресурсность здесь разная. В уме ты тратишь другие ресурсы, в иных пропорциях, чем в физической реальности. Можно месяцами прожигать реальные ресурсы через фантазии и внутренние глюки, а затем внезапно обнаружить, что в реальности не осталось сил для действия. Это разные слои деструктивных процессов, хотя принцип побега от боли остаётся тем же.<br />Вся структура разделена на множество уровней: коллективные сущности выполняют одни процессы, люди на уровне поступков — другие, на уровне ума — ещё одни, на уровне тела — свои, внутри органов — свои, внутри клеток — ещё глубже. Всё это работает одновременно, но при этом чётко разграничено по слоям. Если взять идею организма, то возникает конструкция: «я — ничто» и «я — материальное тело». Из боли ничто происходит побег в имплант создания себя как тела и поддержания себя как материального объекта.<br />Идея тела рассчитана на ограниченный ресурс — условно на 80, 90 или 100 лет. Можно искать способы продления, вещества, методы, но всё это — работа в пределах заданного уровня ресурсности. Если ресурсы на этом уровне заканчиваются, тело болеет и разрушается. И параллельно с этим идут процессы на уровне личности и ума: если на уровне личности принято решение стать жертвой или инвалидом, то соответствующие процессы запускаются. Слои взаимосвязаны, но у каждого своя логика распределения ресурсов.<br />Вся эта структура была задана одномоментно. Как в момент Большого взрыва одновременно заданы параметры вещества, гравитации, искривления пространства, взаимодействий. Свойства кислоты и щёлочи, температура перехода воды в лёд или пар — всё это не возникало постепенно; параметры были установлены как часть общей структуры. Так же заданы и свойства уровней, кластеры боли, судьбы, механизмы перехода из одного состояния в другое.<br />После четвёртого уровня следует пятый, и параметры каждого уровня известны заранее. Это не вопрос предсказания судьбы, а вопрос структуры. Если ресурсы тратятся определённым образом внутри заданной конфигурации боли, то результат предопределён: деградация приведёт к определённому уровню, к определённому «зазеркалью». Структура уже прописана во всей Вселенной.<br />Сейчас, находясь внутри этой реальности, человек может страдать, тревожиться, не понимать, к чему всё приведёт. Но с точки зрения структуры всё уже существует как следствие заданных параметров. Существо не может внезапно начать выполнять другие законы физики; оно действует в пределах тех же самых принципов. Проблема лишь в том, что, будучи вовлечёнными в процессы, мы не воспринимаем их как целостную схему, а переживаем их фрагментарно, изнутри собственного участия.</p> <p>Уровень 5<br />С одной стороны мы утверждаем, что всё есть боль и она присутствует повсюду. С другой стороны, при более глубоком прояснении начинает проявляться иной ракурс: всё есть структура. Что такое структура в данном контексте? Это некое пространство, уже созданное, но ещё не реализованное в текущем переживании.<br />Если взять простой пример: строительство мастерской. Она ещё не достроена, но пространство, в котором она уже построена и в котором ты уже работаешь, как структура существует. Оно может быть оформлено не полностью, не «закластеризовано» во всех деталях, однако как потенциальная конфигурация оно уже задано. Можно даже предположить, что это пространство существовало как возможность ещё до твоего рождения. В этом смысле реальность как будто отсутствует — есть только структура, а реализация представляет собой движение внутри неё.<br />И тогда деструктивные процессы выступают как механизм перевода структуры в переживание. Боль в этом ракурсе — это структура, ещё не реализованная, процесс, ещё не выполненный. Можно представить это как условную «инструкцию», созданную некой высшей силой: правила, сценарий, судьба. Существа могут быть своевольны, но если невыполнение инструкции становится невыносимо болезненным, они вынуждены следовать сценарию.<br />Речь идёт о такой степени невыносимости, при которой уклонение невозможно: либо ты следуешь структуре, либо сталкиваешься с болью, которую невозможно терпеть. Таким образом обеспечивается исполнение судьбы. Каждое существо идёт по предписанному пути, потому что любое отклонение воспринимается как предельная пытка.<br />Однако выполнение сценария также ведёт к накоплению кластера боли. Структура не предоставляет технической возможности выйти за её пределы и создать нечто «своё», вне заданной схемы. Любой процесс внутри неё приводит к дальнейшей кластеризации и усилению внутреннего напряжения. Можно провести грубую аналогию: некий всемогущий архитектор продумал каждую деталь сценария, включая мысли, которые придут тебе в голову, и сделал всё вне этого сценария запредельно болезненным. В результате ты даже не смотришь в сторону альтернативы — туда невозможно смотреть.<br />И ты идёшь по сценарию. Чтобы снизить остроту переживания, ты поддерживаешь состояние транса, отвлечённости, отключённости через ум. Но реальность от этого не меняется. Пройденный путь, вся реализованная структура, постепенно превращается в накопленный кластер боли. В этом проявляется парадокс: следование структуре неизбежно, а её выполнение одновременно усиливает внутреннее напряжение, которое и заставляет продолжать движение внутри уже заданной схемы.</p> <p>Уровень 6<br />Получается, что боль в данной конфигурации выступает как несущий параметр всей Вселенной для нас. Если существу больно, логично, что оно стремится от этой боли сбежать. И структура в этом смысле — это способ бегства, та самая инструкция или рельсы, по которым вообще возможен уход от боли. Вся наша жизнь на уровне судьбы — это реализация структуры, описывающей, каким образом мы можем перерабатывать собственные ресурсы и самих себя так, чтобы не чувствовать боль.<br />Есть боль — и возникает вопрос: как от неё сбежать? Ответом на этот вопрос и является вся структура, все программы внутри неё. Мы их выполняем, и через их выполнение получаем способ не чувствовать боль. На человеческом уровне это выглядит как обычная жизнь: события, выборы, процессы. Если смотреть глубже, это выглядит как постоянное перемалывание очередного фрагмента себя, очередного слоя существования, с постепенным переходом в зазеркалье, как будто на 180 градусов вниз. С каждым витком ты словно опускаешься на уровень ниже, перемалываешь ещё одну часть себя и продолжаешь движение в этом штопоре до конца жизни.<br />При более глубоком рассмотрении становится менее очевидной жёсткая привязка между внутренней деградацией на уровне ресурсов и тем, как это выглядит на человеческом уровне. Существует структура воплощения, и она выполняется вне зависимости от текущей субъективной ресурсности. Ты будешь её выполнять, потому что иного способа внутри этой системы нет.<br />Шестой уровень — это пространство самой структуры как таковой, которую мы реализуем. Здесь уже почти не остаётся иллюзии альтернативы: нет другого способа существования внутри этой реальности, кроме как следовать заданной конфигурации процессов, которые выступают ответом на базовый импульс — сбежать от боли.</p> <p>Уровень 7<br />Здесь вся деструктивная структура, которую мы выполняем, выступает как своеобразная инструкция проживания жизни. Это не просто набор случайных процессов, а функциональная схема того, как именно ты будешь существовать, какие состояния проходить, какие шаги совершать. Если смотреть не с позиции внешних проявлений, а с позиции самой программы, то суть любого деструктивного процесса заключается в одном — перемолоть себя.<br />Ты находишься на одном уровне, совершаешь определённый процесс, и в результате опускаешься на уровень ниже, оставаясь тем же самым «ты», но уже в ином состоянии. Побег от боли в этом контексте означает не устранение боли как таковой, а способ преобразовать себя так, чтобы эту боль не чувствовать. Жизнь становится набором деструктивных процессов, через которые ты постепенно перерабатываешь собственное существование.<br />У каждого человека свои процессы, свои способы перемалывания. Но принцип остаётся единым: от боли невозможно сбежать напрямую. Можно лишь отказаться от её восприятия — перестать чувствовать, осознавать, видеть. А отказ от восприятия возможен только через выполнение структуры, через деструктивный процесс, который позволяет уйти в небольшое внутреннее зазеркалье.<br />Болящий фрагмент тебя не исчезает в буквальном смысле; он превращается в кластер боли. Этот кусочек перестаёт быть доступным как живое переживание — он как бы отрезается, забывается, перестаёт ощущаться. По сути, это акт внутреннего саморазрушения: часть себя уничтожается или вытесняется, чтобы не чувствовать боль.<br />Структура предлагает способ не чувствовать. Дальше остаётся только следовать ему. Ты перемалываешь себя снова и снова, выполняя программы, которые предписаны конфигурацией твоего воплощения. И внешняя жизнь, судьба, события на человеческом уровне могут выглядеть как угодно — активность, успех, бездействие, фантазирование на диване. Но это не принципиально.<br />Даже если человек просто лежит и фантазирует, это может быть его личный процесс деградации — то же самое перемалывание, что и при активной деятельности. Внешняя форма не имеет решающего значения. Важен внутренний механизм: выполнение деструктивной структуры, в ходе которого происходит последовательный отказ от частей себя ради того, чтобы не чувствовать боль.</p> <p>Уровень 8<br />На восьмом уровне возникает фундаментальный вопрос: почему вообще существует боль и почему она везде? Куда бы ты ни посмотрел — в любом слое этой реальности обнаруживается боль. Всё текущее зазеркалье Вселенной построено на этом основании: боль присутствует повсюду, а далее запускается уже знакомый механизм бегства.<br />Но бегство от боли на самом деле означает не её устранение, а прекращение её чувствования. В итоге остаётся кластер боли. Кластер боли — это уже прожитое тобой пространство, в котором лично для тебя не осталось ничего, кроме боли. Всё жизненное пространство, в котором ты находишься, может рассматриваться как кластер боли более высокого порядка. Ты смотришь на него — и тебе больно. Чтобы не чувствовать боль, нужно дальше бежать. А сбежать можно только через замещение: заменить своё восприятие кластером боли.<br />Основной принцип деструктива и деградации заключается в том, что существо на всех уровнях этой Вселенной заменяет своё восприятие кластером боли. Оно постоянно взаимодействует с кластерами и, по сути, само превращается в них. Когда ты приходишь с проблемой, уже существует кластер боли, на который ты смотришь. Тебе больно, и чтобы сбежать, ты создаёшь ещё больший кластер, чтобы чувствовать меньше. Это своеобразная игра на замещение: болью выдавить себя из текущего состояния.<br />Парадокс в том, что субъективно ты ещё больше досоздаёшь боль, чтобы полностью вытеснить себя из пространства жизни. В конечном счёте всё твоё жизненное пространство превращается для тебя в кластер боли. Весь объём воплощения, вся прожитая жизнь становятся болезненными. И тогда остаётся только остаток жизни также перевести в кластер боли.<br />Технически личность, тело, разум исчезают, но как существо ты не исчезаешь. Пространство становится для тебя целиком кластером боли, и места для тебя в нём больше нет. Ты избегaешь его — переходишь на уровень ниже, в следующее зазеркалье. И там оказываешься внутри огромного кластера боли, который раньше был твоей жизнью, а теперь стал всеобъемлющей болью.<br />Далее цикл повторяется. Подобная схема действовала и до человеческого уровня. Везде боль, потому что предыдущий уровень был полностью закластеризован. Сейчас мы находимся внутри огромного кластера, созданного ранее, и продолжаем превращать текущую жизнь в новый кластер боли. На следующем уровне, в новом зазеркалье, ты окажешься уже внутри этого кластера.<br />Вероятно, форма существования изменится — это может быть не человеческая структура, а иная. Но принцип останется тем же: везде будет боль. И, используя очередную «дробилку», ты снова будешь стремиться её не чувствовать, тем самым расширяя кластер текущего пространства. Процесс деградации остаётся одинаковым — как по своей причине, так и по следствию.</p> <p>Центральная точка<br />Получается, что та боль, о которой говорится как о всеобъемлющей, может рассматриваться как остаточный кластер предыдущего уровня существования. Если задаться вопросом, откуда вообще берётся боль и почему она везде, то возможный ответ таков: текущее пространство уже было на предыдущем уровне превращено в единый кластер боли. Существо, исчерпав его, осуществляет переход в зазеркалье этого уровня — и оказывается здесь, в человеческой форме.<br />Человек на протяжении жизни выполняет деструктивные процессы, постепенно кластеризируя собственное жизненное пространство. В конечном счёте вся его жизнь становится большим кластером боли. После смерти происходит очередной переход — в зазеркалье человеческого уровня. Это напоминает матрёшку: переход осуществляется не «вне» пространства, а внутри него же, только в иной конфигурации.<br />Существо не покидает пространство как таковое; оно остаётся внутри структуры. Меняется только уровень и масштаб. Боль никуда не исчезает, потому что кластеры боли предыдущих уровней недоступны для прямого взаимодействия — с ними невозможно ничего сделать, кроме как бежать дальше. Боль не поддаётся переработке на том уровне, на котором она уже стала кластером; она лишь задаёт импульс к следующему бегству.<br />От масштаба и уровня зависит структура, которую существо будет выполнять, чтобы вновь превратить себя в кластер боли и осуществить следующий переход. Прошлые кластеры остаются недосягаемыми, потому что боль как таковая не предоставляет возможности взаимодействия — она допускает лишь два варианта: либо дальнейшее бегство, либо проработка.<br />Таким образом, выбор предельно жёсткий: или продолжать цикл бегства и деградации, переходя из зазеркалья в зазеркалье, или развернуться к тому, от чего осуществляется побег, и начать проработку. Иного механизма в пределах данной структуры не просматривается.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное философско-психологическое исследование природы боли, деструктивных программ и механизма человеческого существования как непрерывного процесса бегства от боли. Центральная идея всего текста заключается в том, что боль рассматривается не как случайное переживание или временное состояние, а как фундаментальный параметр самой структуры существования.<br />Согласно логике документа, человек не живёт свободно и не принимает решения в привычном понимании. Любое действие, мысль, стремление, эмоция, фантазия, работа, отношения, цели и даже духовные практики рассматриваются как формы выполнения деструктивных программ, основной функцией которых является снижение чувствительности к боли. Само существование человека описывается как непрерывное движение внутри заранее сформированной структуры, где каждый процесс служит способом избежать прямого контакта с болезненным восприятием.<br />В тексте подробно раскрывается идея того, что бегство от боли не устраняет её, а лишь переводит в форму «кластера боли» — накопленного пространства пережитого опыта, который перестаёт восприниматься как живое восприятие и превращается в мёртвую болезненную структуру. По мере жизни человек постепенно заменяет собственное восприятие такими кластерами, тем самым «перемалывая» себя и уходя всё глубже в состояние внутреннего зазеркалья.<br />Особое внимание уделяется концепции многослойной структуры реальности. Уровни 1–8 описывают постепенное углубление понимания механизма деградации: от обычной человеческой отвлечённости и трансовых состояний до фундаментальной идеи, что сама Вселенная представляет собой зазеркалье предыдущего уровня существования, полностью превращённого в кластер боли. Человек при этом рассматривается как существо, продолжающее тот же цикл: превращение собственного жизненного пространства в боль с последующим переходом в новое зазеркалье.<br />Документ также вводит понятие структуры как заранее существующего сценария. Судьба, свойства мира, законы физики, личностные процессы и даже формы деградации описываются как уже заданные параметры. Боль выступает механизмом принуждения к выполнению этой структуры, а любое отклонение от неё воспринимается как невыносимое страдание. Таким образом, вся человеческая жизнь трактуется как выполнение предписанной инструкции, где свобода является лишь субъективной иллюзией.<br />В финальной части текста делается вывод, что существует только два направления: либо продолжение бесконечного цикла бегства, деградации и превращения восприятия в кластеры боли, либо проработка — разворот к самой боли и к тем программам, с помощью которых осуществляется побег. Проработка здесь понимается не как способ избавиться от страдания, а как попытка остановить процесс дальнейшей кластеризации и автоматического воспроизводства деструктивной структуры.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 07 Jun 2026 08:14:53 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17650#p17650 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17649#p17649 <p><strong>Формирование человеческого сознания - как процесс отказа от восприятия реальности <br /></strong><br /><strong>Краткая аннотация </strong></p> <p>Документ представляет собой философско-психологическое исследование механизма формирования человеческого сознания как процесса постепенного отказа существа от целостного восприятия себя и реальности. Через последовательное описание уровней 1–8 раскрываются этапы деградации восприятия: от чувства бессилия, ответственности и внутреннего конфликта до полного растворения в личностных программах, бессознательных играх и «серой зоне» существования.<br />Текст исследует, каким образом человек создаёт личностные структуры, идеологии, эмоциональные реакции, интеллектуальные конструкции и социальные связи как способы бегства от боли, бессилия и прямого восприятия реальности. Центральная идея документа заключается в том, что человеческое сознание рассматривается как искусственно поддерживаемый «глюк» существа о самом себе, существующий за счёт непрерывной растраты ресурса и блокировки собственного восприятия.</p> <p><strong>2022_03_14<br /></strong><br />Индивидуальность человека, рождающегося на первом уровне, по своему ресурсному состоянию превосходит всю коллективную сущность, поскольку сама коллективная сущность начинает формироваться лишь с пятого уровня. Следовательно, любые государственные образования свидетельствуют о том, что коллективная сущность уже перешла на пятый уровень и далее закрепилась в нисходящей динамике. До этого момента, пока у людей сохраняется собственная ресурсность и сознание, они не позволяют себе полностью объединяться в коллективную сущность, даже если между ними существуют связи и происходит обмен ресурсами. Они могут быть связаны, могут отдавать ресурс жизни, но не становятся кирпичиками этой структуры.<br />Юридически оформленные, сложные образования возникают, как правило, тогда, когда структура переходит на пятый уровень и ниже, включая шестой и седьмой уровни. Сам факт существования государства указывает на то, что коллективная сущность уже находится на пятом уровне или ниже. Пока человек ресурсен, даже если происходит объединение, оно остаётся объединением самостоятельных единиц, где собственные ресурсы соединяются с ресурсами других, но не растворяются полностью внутри структуры. Человек не становится скрытым кирпичом игровой системы, а продолжает взаимодействовать как отдельная единица.<br />После четвёртого уровня сознание исчезает, и самостоятельность становится невозможной. Индивид встраивается в структуру, становится частью автомата и начинает выполнять программу структуры, реализуя заданную функцию. Именно поэтому невозможно работать с людьми пятого уровня и ниже, поскольку они утрачивают главное — собственное сознание как автономную единицу. В разговоре такой человек транслирует исключительно программу, команды и цели структуры, к которой принадлежит, не осознавая себя как «я». Он может утверждать свою отдельность, но, подобно кирпичу, замурованному в стену, остаётся частью конструкции, несущей определённую нагрузку.<br />Даже если кирпич осознаёт, что он кирпич, это не меняет его функции быть частью стены. Какую бы проработку ни проводить, он может лишь освободиться с одной стороны, но останется элементом той же конструкции. Поэтому дальнейшая работа в этом состоянии вредна. Пока человек свободен и ещё не встроен окончательно, у него остаётся возможность развернуть процессы обратно, восстановить потенциал выбора и пересмотреть соглашения, на которых держится его участие в структуре. Пока он не стал частью механизма, а лишь заключил соглашение, это соглашение можно рассмотреть, рассоздать и освободить себя.<br />Вся работа ведётся именно с теми, кто ещё сохраняет ресурс и способность осознавания. Это не директивное навязывание, а процесс, в котором человек сам замечает, что происходит. Сейчас, когда структура частично разрушена, люди, действующие исключительно на программах, не рушатся вместе с ней, поскольку связи не проработаны до конца. Эти связи остаются натянутыми, вызывают боль и заставляют человека чувствовать внутреннее напряжение. Он оказывается в состоянии, где осознаёт боль этих связей и необходимость что-то с ними делать.<br />С одной стороны, сознание понимает, что не желает падать вместе со структурой на уровень ниже, а с другой стороны, множество связей продолжают тянуть. В процессе проработки человек неизбежно выходит на эти узлы и начинает освобождать себя. Задача заключается в том, чтобы выйти и подняться выше по уровню, не став частью этих структур.<br />Хороших структур не существует, поскольку чем сильнее связь со структурой, тем больше собственных ресурсов человек тратит. Полное встраивание означает окончательное отчуждение от себя, когда ресурсы направлены исключительно на обслуживание системы. В ответ структура даёт лишь иллюзию величия и принадлежности к чему-то большему. Однако это ничтожно по сравнению с тем, что человек отдаёт — свою жизнь, ресурсы, будущее, самого себя. Он получает переживание величия, например ощущение себя жителем великой империи, но это переживание обеспечивается исключительно его собственными ресурсами.<br />Структура не даёт само переживание, она лишь задаёт направление, в котором человек должен тратить свои ресурсы, чтобы это состояние испытать. Структура — это информация, влияние и команда, тогда как выполнение команды осуществляет сам человек. Интересно, что эта команда коррелирует с тем, что проживается в настоящий момент, и, вероятно, каждый переживает подобное в связи с переходом на следующую ступень.<br />В последние дни наблюдение за коллективной сущностью стало особенно отчётливым. Ранее внимание было сосредоточено на эзотерической идее коллективизации и служения общему целому, и в рамках этой структуры удалось частично разобрать взаимосвязи и увидеть иной уровень, проявляющийся в форме государства. Наблюдение последних дней показывает, что структура личности буквально выстраивается так, чтобы с первых вдохов и выдохов встраиваться в систему.<br />В контексте государства ощущается больше бессилия, чем в предыдущих структурах. Если в предыдущем случае удалось частично расчистить взаимосвязи, то здесь возникает непонимание, как действовать иначе. Сопротивление требует значительных ресурсов и при этом также оказывается частью той же программы, поскольку даже противодействие встроено в её логику и поддерживает её функционирование.</p> <p>Приказываю себе найти и проявить, в чём я сейчас нахожусь.<br />С утра активировалась определённая позиция, и я начал её искусственно разгонять внутри себя. Это состояние оппозиционера, социопата, некой социопатической позиции, направленной на противостояние социальной структуре, социальной иерархии, любым правилам и порядкам. Возникает ощущение молчаливого крика, будто я не могу кричать вслух, но внутри происходит постоянное напряжённое беззвучное выражение протеста.<br />Эта позиция предполагает удерживание всего внутри себя, подавление чувств и состояний, тогда как во внешней реальности это проявляется в форме пассивной и иногда активной агрессии. Формируется устойчивое сопротивление любым структурам и порядкам независимо от уровня, на котором я их рассматриваю. При этом сама эта позиция также оказывается структурой, то есть сопротивлением порядку как таковому.<br />С самого утра я активно эмоционирую, буквально встречаюсь с эмоциями, и это становится способом ощутить некую абстрактную силу, компенсируя навязанное ощущение бессилия как части общей структуры. Я замечаю множество паттернов проявления на разных уровнях и подуровнях, однако все они направлены на то, чтобы не выражать это открыто, не вступать в прямое взаимодействие, а уводить всё внутрь, подавлять, варьировать формы молчаливого крика. Это тоже один из вариантов удерживания напряжения.<br />Возникает структура, в которой я чувствую себя жертвой и одновременно бессильным, но признавать это и брать ответственность не собираюсь. Вместо этого происходит проекция вовне и агрессирование в различных формах, где моя боль и бессилие транслируются наружу.<br />Здесь затрагивается фундаментальный устой личности, базовый уклад идентичности, моего целеобразования, целесообразности, взглядов, верований и идей. Проявляются идеи патриотизма, приверженности системе, отождествления с определённой структурой и одновременное противостояние противоположной системе. Возникают образы советской идеологии, радикальных взглядов, патриотизма, патриархата, полного запрета на наличие альтернативных точек зрения.<br />Наблюдается множество процессов сдерживания всего, что не соответствует определённому политическому строю или укладу. Появляется ощущение распятого, абсолютно бессильного что-либо изменить, изменить систему или повлиять на неё. Это позиция отказа — ничего не видеть, ничего не знать, ничего не хотеть, ничего не предпринимать.<br />Жертвенная позиция становится способом справляться, желаемым состоянием, в которое хочется свалиться как в привычное болото собственных жертвенных игр, где присутствуют самоосуждение, самобичевание и самооправдание.<br />Одновременно в этой же структуре присутствует позиция более высокого уровня — позиция жёсткости, сильного доминирования, стремления подчинять и унижать, выстраивать мир так, чтобы передо мной преклонялись. Это желание радикально перестроить систему мира, общества, сообщества людей под одну идеологию, под единую мифологию, объединяющую множество процессов и смыслов.<br />Здесь же присутствуют процессы подавления и самоподавления, причём самоподавление выступает базовым механизмом, из которого затем проистекает подавление других. Формируется огромный пласт игровой структуры, в которой доминирование осуществляется через механизмы самоподавления.<br />Структура просматривается отчётливо. Я вижу отдельный слой имплантов, встроенных в систему на разных уровнях. На каждом уровне действуют свои импланты, поддерживающие общую идеологию и общий уклад личности — уклад мышления, принятия решений, ориентации не столько на конкретное содержание идеологии, сколько на сам принцип приверженности идеологии как таковой.<br />На первых уровнях это выражается в активной роли рупора, распространителя идеологических фраз, убеждений, ценностей и целей. По мере потери ресурса происходит переход на более низкие позиции, где остаётся лишь функция кирпичика структуры, присмыкающейся части системы.<br />Глобальная структура личности совпадает со структурой социума, формируя социальную личность, охватывающую всё существо в ширину, глубину и протяжённость. Эта идея воспринимается как изначальная структура, произрастающая за пределами текущей фазы человечества, выходящая за рамки современной формы и процессов, в которых оно существует.</p> <p>Здесь я фиксирую своё нахождение внутри общей структуры и тот, в кавычках, «уникальный» отпечаток ролей, который я в ней занимаю. Я вижу, что по ресурсности проскакиваю первые уровни максимально быстро, поскольку с ранних лет почти не занимал активных или руководящих позиций, а в течение так называемой сознательной жизни стремился как можно скорее перейти на следующий уровень, фактически бежать вниз, спасаясь от боли бессилия.<br />Это бессилие выступает как подавляющий фон, как фон постоянного внутреннего давления, сопровождающий всю структуру и все её уровни. В моём случае эта боль достаточно быстро заполнила пространство, и вслед за невозможностью активного проявления возникла наполненность кластерами боли. На уровне физиологических ощущений, особенно в области горла, ощущается забитость и подавленность как прообраз невозможности проявляться активно, что запускает очередную попытку бегства на следующий уровень, обещающий иллюзию проявления и возможность выразить якобы собственную идеологию и уникальный набор верований.<br />По сути используются любые инструменты и средства, чтобы сбежать и забыть о предыдущем уровне, а вместе с ним и о боли, которая является его основанием. Эта позиция бессилия формирует игровую структуру личности, отображающую меня как бесцельного и бесполезного человека. Возникает мощный триггер внимания, связанный с темой пользы как абстрактной идеи, внушаемой имплантами.<br />Идея быть полезным общей игровой структуре или пространству переносится с уровня на уровень, а вместе с ней переносится и боль бессилия, которую я обозначаю как боль нереализованности. Это боль множественной неудачи, создающая устойчивый фон неудовлетворённости собой и собственной деятельностью. На каждом уровне копируется неудовлетворённость собой как деятелем и результатами своей деятельности, что усиливает ощущение собственной бесполезности, будто я не способен проявляться в полной мере и служить структуре или программе достаточно эффективно.<br />Именно с этого начинается искрение, запуск процессов, формирование структуры и все последующие этапы деградации, падения и перехода между уровнями. Появляется внушаемая идея о необходимости фиксироваться на настоящем моменте, концентрироваться на текущей точке зрения, которая целиком формируется данной структурой и соответствующей системой координат.<br />Быть включённым в такую систему координат означает принять определённый набор мировоззрений, ориентиров и способов личностного функционирования, что по сути является результатом подавления способности сознательно реагировать на жизнь. Это подавление блокирует возможность из позиции существа осознавать своё жизненное пространство, его текущее состояние и выбирать способ реагирования на происходящее.<br />Одновременно утрачивается способность удерживать фокус и воспринимать картину целиком, как будто обнимать всё своё жизненное пространство полностью. Образно говоря, это способность удерживать во внимании всё пространство — от момента зачатия и рождения до момента смерти, понимая условность временного языка, — и ориентироваться, полностью осознавая последствия собственных решений с позиции существа и его пространства.<br />Приказываю себе найти и проявить пространство, в котором я выполняю все эти процессы.<br />Это пространство ощущается как промежуточное, как переход, как туннель между сознательным и бессознательным подходом. Возникает состояние, в котором я словно засовываю себя в узкий фокус, растягиваю внимание до физической боли в глазах, ощущая давление и напряжение. Это пространство, где я сознательно или полуосознанно помещаю себя в определённую систему координат, одновременно подавляя собственное восприятие.<br />Происходит процесс, в котором я убиваю своё восприятие и встраиваю себя в структуру, стремясь стать полезной частью программы, полезным элементом механизма. Основная мотивация — избежать боли собственной неприкаянности, ощущения, что я существую без пользы, без цели и без связей. Пространство предлагает способ вовлечься, отвлечься, получить определённые эффекты и таким образом избавиться от выделенного, самостоятельного пространства, которое вызывает боль.</p> <p>Уровень 1<br />Сразу проявляются внушаемые идеи, создающие определённый антураж, будто бы исходящий с более высокого уровня. Это идеи раскаяния, с явными христианскими оттенками, идеи покаяния за «грехи», за ошибки и неудачи более высокого уровня. Формируется личностная структура, завязанная на ответственности, где основной диапазон настроек включает вовлечение в эту структуру, отвлечение от реальности в игровое пространство, а также диапазон влечений, целей, ожиданий эффектов и состояний, включая промежуточные состояния и промежуточные эффекты.<br />Всё завязано на идее ответственности, и сама структура личности опирается на чувство собственной безответственности, которое я прямо сейчас остро проживаю. Возникает состояние наблюдения за своей безответственностью, которое одновременно создаёт и отражает соответствующую структуру личности. Это состояние порождает чувства, за которые я должен себя винить, отрицать, а на более низких уровнях — ещё и наказывать, создавая иллюзию, петлю, игру, иерархическую систему ценностей и координат, в которую можно сбежать от неудобной реальности.<br />Реальность в данный момент буквально стоит поперёк горла. Человеческая, земная реальность — дневной быт, задачи, состояния восприятия в течение дня, а также ночная реальность отдыха и восстановления — всё это пронизано болью собственной безответственности. Глубокая боль неприкаянности сочетается с желанием раскаиваться, тогда как я одновременно вижу состояния других людей, их боль и разочарование. В этой структуре всё завязано на концентрации внимания на боли, которую я ищу вовне, стараясь избежать внутренней боли бессилия, которой, как мне кажется, я обладаю с позиции существа.<br />С человеческой точки зрения всё, что я осуществляю в рамках этой личностной структуры, выглядит как процесс бегства — бегства от бессилия и раскаяния, при сильной завязке на христианскую семантику. Возникает ощущение, что даже моя речь, интонация и способ формулирования пропитаны жертвенностью. Глубокое состояние боли и бессилия заставляет соглашаться на любые игры и условия, лишь бы не чувствовать эту боль, предлагая собственный ресурс под любые структуры.<br />Боль также связана с конкуренцией, с восприятием реальности более высокого уровня, где я чувствую себя проигравшим. Я воспринимаю себя пронизанным болью и не способным вернуться вниманием в это пространство. Возникает стремление скрыть это от других, создать внешний образ благополучия, отрезать целый пласт реальности, связанный с человеческими взаимоотношениями, и переключиться в диапазон веры и верований, где якобы нет конкуренции и можно творить.<br />Однако на физиологическом уровне ощущается боль, недомогание, дискомфорт, диапазон чувств беспомощности и бессилия, от которого я пытаюсь сбежать. Возникает петля обратной связи, в которой я спешу убежать от боли, создаваемой мною же на других уровнях. При этом присутствует идея, что мне не хватает внимания, чтобы охватить всё жизненное пространство целиком, хотя прямо сейчас я воспринимаю эту структуру со всеми уровнями.<br />Основной узел, заставляющий меня нырять в эту структуру, — боль собственной неконкурентоспособности. Я наблюдаю способности других людей справляться с той же болью и чувствую зуд раздражения от осознания своей, как мне кажется, несостоятельности. Это побуждает зажиматься, поджиматься и перемещаться на следующий уровень в попытке отыграться.<br />На этом уровне формируется пространство манёвра, обходной путь, возможность сбежать от реальности, оставив окно для будущего слива ответственности за собственную боль. Появляется идея будущего, создаваемая имплантом, и одновременно восприятие уже совершённого поражения, как вопроса времени до его проявления. Поэтому с самого начала создаётся окно потенциального сброса, где я не включаюсь полностью в деятельность, оставляя долю ресурса на будущий слив, что ведёт к иллюзиям и дальнейшему уходу в игровую структуру.<br />Мои процессы преимущественно направлены на мышление: я много анализирую, прогнозирую, просчитываю, будто бы готовясь к будущему бегству от реальности. Постепенно внимание и ресурс стягиваются в одну точку — в окно будущей победы или подготовки к худшему. Создаются условия, при которых я не проявляюсь в полную силу, всегда оставляя что-то непроявленным.<br />Из одной идеи формируется многоуровневая игровая структура, которая постепенно ведёт к бегству от реальности, поскольку боль захватывает внимание, ресурс расходуется на её создание и борьбу с ней, и остаётся только возможность убегать. На всех уровнях возникают подпроцессы подавления собственной свободы, манёвренности и вариативности проявлений, что неизбежно создаёт новую боль.<br />ЦИ<br />Отказ от способности сознательно проявляться, от волевого импульса, решимости и ресурсности целиком из позиции существа, что выражается в постепенном отказе от собственной воли и сознательного проявления.</p> <p>Уровень 2<br />В сознании возникает множество вопросов, которые увлекают интеллект в сторону их разрешения. Это вопросы доверия и недоверия к себе, к собственной судьбе, к вселенной и ко всему происходящему. Появляется потребность определить, можно ли доверять объективной реальности, с которой я связан, и которая со мной происходит. Вопросы множатся, один влечёт за собой другие, и попытка ответить на один автоматически порождает целую цепочку новых.<br />Возникает ощущение множественности взглядов и идей, как будто объективная реальность человечества разделена на спектр или диапазон разных позиций. Эти идеи распределены по различным ресурсным уровням, напоминая условные полюса, хотя жёстких полюсов как таковых нет, есть лишь диапазоны, соответствующие разным частотным или вибрационным уровням. Насколько хватает ресурса, настолько притягиваются соответствующие импланты и идеи, формируется событийный поток, вероятностные ветки, встречи и невстречи с ними.<br />Окружающее пространство и объективная реальность складываются целиком из событий и соответствующих реакций принятия или непринятия, доверия или недоверия. Всё это будто жёстко регламентировано и разделено на диапазоны. Существа, находящиеся на разных ресурсных уровнях, фактически не встречаются в понимании друг друга, поскольку оперируют различными категориями, идеями и способами мыслить.<br />Однако возникает странное ощущение подвоха, словно кто-то шепчет на ухо внушение о том, что всё поделено исключительно на уровне восприятия. Само восприятие оказывается сегментированным на сектора и процессы, соответствующие ресурсным уровням. Понятие диапазона частот и диапазона восприятия формируется именно здесь как идея о том, что существует видимый диапазон вибраций и невидимый диапазон, который автоматически исключается из восприятия.<br />В плане личностных проявлений я ощущаю себя в состоянии ожидания, словно подвешенным в воздухе, ожидающим способности проявиться. Я не действую, не выбираю, не задаюсь вопросами, не интересуюсь тем, что могло бы быть моим. Создаётся ощущение отсутствия собственных интересов и инициативы, будто уровень сознания таков, что я не вижу возможности проявиться самостоятельно.<br />В этой структуре я выступаю наблюдателем, реагирующим на происходящее, но не отличающим сознательное прояснение от простого наблюдения. Способность видеть и прояснять подменяется позицией пассивного свидетеля. Наблюдая одно, я автоматически исключаю всё остальное, и, например, видя происходящее в комнате, я не могу даже помыслить о происходящем вне поля текущего восприятия. Траектория моего движения и событийный поток жёстко заданы структурой и соответствуют ресурсному уровню.<br />Здесь проявляется утрата способности сознательно прояснять вне личностных оценок и категорий. Я проживаю сильное отчаяние, внутренний крик от невозможности повлиять на восприятие происходящего. Процесс таков, что направляя внимание на одно, я создаю огромное поле невосприятия всего остального, что вызывает раздражение и стремление сбежать.<br />Игровая механика формирует личность под обслуживание пространства, где создаётся субъективное восприятие с оценками нравится или не нравится, хорошо или плохо, и одновременно создаётся блокировка другого восприятия. С каждым блоком блокировка усиливается и множится, напоминая цепочку, где каждый новый блок хранит память предыдущих, подобно технологии блокчейна. Воображение рисует образ двойной спирали ДНК, где одна ветвь — личностное восприятие, а другая — блокировки восприятия с позиции существа.<br />Ресурс на поддержание этой структуры рано или поздно заканчивается, происходит схлопывание внутрь созданного пространства и всего человеческого уровня восприятия.<br />ЦИ<br />Создаётся процесс, в котором я обладаю способностью воспринимать с уровня существа, но блокирую её, поддерживая личностное восприятие и одновременно лишая себя целостного восприятия.</p> <p>Уровень 3<br />Возникает ощущение, что я робот, и сразу появляется стремление занять позицию «я не при делах», «я ни при чём». Это человеческая позиция, которую я мгновенно принимаю, дающая иллюзию отстранённой или якобы объективной перспективы личности. Я не осознаю подвоха и не осмысляю его, а просто становлюсь «объективной личностью», стремясь к такой объективности, при этом отрицая огромное количество изменений прежде всего в себе и в своей ресурсности.<br />Возникает чувство, что в какой-то момент ресурс резко уменьшился, однако сам этот момент я не отследил, и сохраняется убеждённость, что отследить его невозможно. Я пытаюсь, подобно цепочке блокчейна, найти первопричину, но каждый раз лишь ещё больше отстраняюсь от реальности, добавляя новый блок абстрагирования. Так формируется механизм бесконечного абстрагирования, который становится способом жизни, способом реагирования и способом восприятия.<br />Я чувствую себя человеком именно в этой форме — отстранённым, незаинтересованным, безразличным. Возникает комплекс объяснений и логических конструкций, оправдывающих безразличие, целая парадигма, основанная на размазывании ответственности. Появляется диапазон понятий ответственности — моей, твоей, общей, чужой — распределённых по уровням верований и убеждений.<br />Моя сильная способность к интеллекту используется здесь как инструмент навигации по древу верований. Возникает диапазон, где на одном полюсе находится абстрактная идея полной ответственности, а на другом — тотальная жертвенность и беспомощность. Всё это представляется набором идей и игровых атрибутов, поддерживаемых памятью и внутренней структурой.<br />Сознание фрагментируется для поддержания целостности этой идейности. Формируется псевдоинтеллект, способность использовать интеллект на уровне верований, где одним идеям я верю, другим нет. Эта псевдоспособность надстраивается над реальной способностью различать информацию, но постепенно подменяет её. Я делаю из себя псевдоинтеллектуала, который обладает знаниями обо всём, но сам ни в чём не участвует.<br />Я чувствую себя проигравшим как существо и не способным проявляться целиком, поэтому остаётся лишь эта псевдоспособность. Я быстро обучаюсь говорить на языке других, подстраиваться под их системы координат, что в работе выглядит как преимущество, но с точки зрения ресурса оказывается крайне затратным. Именно поэтому после интенсивного взаимодействия с людьми возникает отвращение и необходимость длительного восстановления.<br />Коммуникация выстраивается на глубокой лжи прежде всего самому себе. Я блокирую способность критически смотреть на договорённости, в которые вступаю, где поверхностно речь идёт о признании ценности, а глубинно — о компромиссах и уступках, требующих закрывать глаза на собственную ложь. Поддержка верований других становится источником растраты ресурса и разрушения собственного интеллекта.<br />Процесс заключается в том, что я приучаюсь закрывать глаза, что эквивалентно блокировке способности существа воспринимать. Я формирую псевдоинтеллектуальные качества, чтобы игнорировать собственные реальные действия, направленные на блокировку восприятия. Я блокирую интеллект как способность критически осмыслять собственную деятельность и глубинные мотивации.<br />Здесь речь идёт именно о глубинных мотивациях личности, где основным двигателем остаётся боль бессилия от невозможности проявляться в полной силе, о которой я уже почти забыл с первого уровня блокировок. Интеллект постепенно подстраивается под уровень верований, переориентируется с объективных категорий на идеи и тем самым отказывается от своей изначальной функции.<br />ЦИ<br />Происходит отказ от интеллекта как способности существа, при одновременном сохранении иллюзии его наличия на личностном уровне, что поддерживает процесс блокировки целостного восприятия.</p> <p>Уровень 4<br />Сразу обращает на себя внимание состояние, которое я называю отсутствием настроения. Возникают установки о том, что у меня нет настроения что-либо делать, нет настроения быть в настроении, нет настроения быть настроенным на что-либо, а значит нет готовности что-то осуществлять, воспринимать или активно прояснять. Вместе с этим появляется целый набор причин, которые я начинаю выстраивать в собственной голове, формируя внутреннюю идеологию оправдания.<br />Я мысленно создаю образ собеседника и заранее подготавливаю объяснение того, почему у меня сейчас не получается воспринимать или действовать. Это деятельность, направленная на обход собственной боли, на оправдание её и на увод внимания от того, что я действительно чувствую. А чувствую я бессилие и резкий упадок сил, будто уровень ресурсности резко снизился по сравнению с предыдущим моментом.<br />Сам факт упадка сил вызывает раздражение, злость и недоверие. Я стремлюсь объяснить другим, что причина не во мне, а в семье, обществе, человечестве, природе, которые якобы деградируют. Формируется цикл обвинения абстрактной реальности, поскольку прямое обвинение конкретных людей требует ресурса и сопряжено со страхом конфликта. В результате создаётся образ некой внешней реальности, отличной от меня, и появляются понятия «настоящей» и «ложной» реальности.<br />Я быстро начинаю путаться в этих терминах, подстраиваю под них язык и постепенно теряюсь в собственной лжи. Разным людям я говорю разное, себе — третье, и возникает выраженная фрагментация сознания. Утром мне нравится одно, вечером другое, и я метаюсь между противоположными позициями, раскачивая себя по эмоциям и быстро истощаясь.<br />Появляется убеждённость, что я не способен позаботиться о себе и удовлетворить собственные потребности, поскольку они разнонаправлены и конфликтуют друг с другом. Попытка усидеть на двух противоположных позициях приводит к внутреннему разрыву и ускоренному расходу ресурса. Более того, на фоне этого процесса возникает стремление как можно скорее завершить текущую работу и перейти к следующему этапу, что само по себе является попыткой бегства.<br />Возникает чувство собственной важности и достоинства, основанное на глубокой внутренней ущемлённости. Одновременно формируется демонстративная позиция успешности, где я стараюсь убедить себя и окружающих в собственной значимости. Это создаёт ещё одну систему координат, в которой моя личность определяется через гордость и принадлежность достижений себе.<br />На глубинном уровне эти процессы оказываются механизмом растраты ресурса. Через гордость и воспоминания о прошлых заслугах я пытаюсь скрыть боль текущих неудач, теряя связь с реальностью и переключаясь на взаимодействие с собственными иллюзиями. Всё это формирует предпосылки для дальнейшего нарастания боли и ускоренного перехода на следующий уровень под обещание абстрактных выгод.<br />ЦИ<br />Отказ от способности выстраивать сознательные взаимоотношения с реальностью и людьми, брать на себя ответственность и выполнять обязательства, что приводит к утрате ресурса и переходу к иллюзорным формам взаимодействия.</p> <p>Уровень 5<br />Сразу возникает ощущение невыносимости, желание сбежать, ощущение духоты и томления, будто невозможно находиться в собственном теле. Воздуха словно не хватает, тело реагирует сухостью во рту, голодом, жаждой, и появляется сильная непереносимость текущего состояния реальности. Это сопровождается невосприимчивостью к собственной реальной позиции, к собственной личности и её потребностям, а также к способностям с позиции существа.<br />Формируется жизненная философия, согласно которой лучше жить так, чтобы никого не трогать и чтобы меня никто не трогал. Однако эта философия оказывается обманчивой, поскольку внутри присутствует огромная потребность в людях, в коммуникации, в реальном взаимодействии. Это похоже на состояние птенца с открытым ртом, ожидающего, что его накормят, и любого ресурсного человека я начинаю воспринимать как источник питания.<br />Как только появляется человек, я начинаю строить планы и грёзные конструкции вокруг его ресурса, в том числе финансового, но ещё больше — вокруг возможности повлиять на него, изменить его и проявиться через него. Я пытаюсь реализоваться не напрямую, не через собственные способности, а через другого человека. Это хитрая игра переворачивания собственного восприятия, где я скрываю корыстные мотивы не только от других, но и от себя.<br />На поверхности я демонстрирую образ заботливого, чуткого и поддерживающего человека, тогда как глубинно ощущаю себя хищным существом, охотящимся на ресурс других. Основное качество здесь — жадность, прежде всего жадность к вниманию, особенно к вниманию к собственной жертвенности и проблемам. Интонация становится жалостливой, скрывающей внутри огромный голод к реальному взаимодействию.<br />Этот внутренний раскол между образом и реальным состоянием становится фундаментом личности. Жёсткая и болезненная структура, наполненная прагматизмом и догматичностью, превращается в опору. Образ креста на груди символизирует постоянный отказ от себя в пользу абстрактного другого, тогда как на деле происходит хищное стремление поглощать ресурс.<br />Дихотомия становится одновременно опорой и путевой звездой, формируя систему координат жертвенной бытийности, которая воспринимается не как часть, а как всё. Происходит поглощение себя состоянием жертвы.<br />Процессы включают отказ от аналитики, самоанализа, логики и способности смотреть на себя глазами существа. Формируется зерно безразличия, переходящее в крайность полного безразличия к себе реальному, к своим способностям, потребностям и желаниям. В итоге я проваливаюсь в статус жертвы собственной структуры.<br />ЦИ<br />Происходит отказ от реального себя и от способности проявляться из позиции существа, с одновременным созданием иллюзии борьбы и растраты ресурса, ведущей к закреплению состояния жертвы.</p> <p>Уровень 6<br />Сразу возникает ощущение тотальной перевёрнутости восприятия, будто всё поставлено вверх дном и направлено от всего. Все феномены жизни, человеческой реальности и событийного бытия воспринимаются как инвертированные, а сознание существа оказывается направленным от самого себя. Формируется сильная расщеплённость, множество побочных частей и процессов, завязанных на каждую субструктуру личности.<br />Я как личность становлюсь субъектом некоего объекта, которым является моя же реальная личность, и оказываюсь включён в подструктуры, где продолжают разворачиваться жизненные драмы, мотивы и точки зрения. При этом я ничего из этого не чувствую по-настоящему и не ощущаю возможности повлиять на происходящее. Возникает тотальная безысходность, пугающая тем, что она становится нормой, а беспомощность превращается в привычное состояние.<br />Внутри накапливается агрессия и желание ругаться, образы людей, постоянно бранящих реальность, политику или судьбу. Слова будто рождаются автоматически, без осмысления и анализа, представляя собой механический поток заготовленных реакций. Эти коммуникационные линии между частями личности настолько жёстко прописаны, что рождают ещё большее бессилие.<br />Коммуникация превращается в обмен ударами по болезненным точкам, где каждый может задеть за живое, а ответом становится желание уязвить ещё сильнее. Происходит проживание кромешной бессознательности, в которой отключение становится способом сбежать от боли, переключившись в личностную игру, дающую иллюзию опоры. Все процессы протекают автоматически и неконтролируемо.<br />Активируются телесные кластеры боли, особенно в челюсти, связанные с автоматизмом коммуникации и полной неконтролируемостью происходящего. Возникает чувство окончательного согласия с правилами игры, где хитрость, ложь и манипуляция признаются нормой. Если ранее присутствовало сопротивление, то здесь происходит смирение и принятие этой логики.<br />Подписываются внутренние «контракты», молчаливое согласие становится формой одобрения правил, и проявление личности начинает соответствовать этим правилам. Возникает образ утраты точки как самостоятельной единицы и превращения в волну, полностью сливающуюся с пространством игры и декорациями. Это воспринимается как отказ от сознания и от жизни в сознании.<br />ЦИ<br />Формируется процесс полного отказа от сознания и согласия с бессознательной игрой, что выражается в сдаче собственной позиции как сознательной единицы реальности.</p> <p>Уровень 7<br />Сразу обращает на себя внимание процесс, который я обозначаю как пролонгацию, то есть продление своей жизни на человеческом уровне, на уровне бытийности и житейности, где я соглашаюсь с личностными качествами, проблемами и играми, воспринимая реальность исключительно через зону личностных игр. Это своеобразная серая зона, в которой личностная программа существует как голая информация, ничем не подпитываемая и ничем не подкрепляемая, зависшая как массив или масса программ.<br />По сути речь идёт о продолжении объективного закона деградации на уровне личности, где личностная структура становится инструментом пролонгации этого закона. Процесс выглядит как вшивание личностной программы в подкорку существования, когда человеческое существо становится единственно воспринимаемым феноменом с позиции существа, словно встраивается и сшивается с головным мозгом, с его архитектурой и отделами, отвечающими за построение всей жизни.<br />Происходит инверсия: то, чем было существо, начинает восприниматься как личность, а ресурсность существа распространяется на личностную структуру. Реальность превращается в неразличимую серую массу, густую и непросветную, где человеческая бытийность и все личностные игры воспринимаются как глубокий сон. Все драмы, желания и грёзы личности становятся проявлениями бессознательности, в которой существо перестаёт ощущать себя как таковое.<br />Этот этап можно описать как трансформацию существа в информацию, находящуюся в серой зоне, способствующую деградации там, где ещё сохраняется ресурс. Переход в серую зону означает отказ от прежних связей, от всех уровней проявления, где память и блоки опыта сливаются в единое хранилище информации о прежнем проживании.<br />Таким образом, происходит смена полярности с существования на несуществование, переход в бессрочный спящий режим, где личностная программа полностью подменяет собой живое восприятие.<br />ЦИ<br />Отказ от всех связей с реальностью и переход в состояние несуществования через полное отождествление с личностной программой.</p> <p>Уровень 8<br />Возникает чувство глубокой усталости, будто пройден очень длинный путь и завершён целый цикл, который сливается с общей цикличностью. Появляется ощущение изнемождения, отсутствия сил и времени что-либо прояснять или противопоставлять происходящему. Цикличность здесь воспринимается как механизм постоянного противопоставления реальности, создающий двойственность, где я и реальность, я и моё тело, я и моё человеческое существование оказываются раздельными.<br />Эта цикличность формирует ощущение раздрая и разделённости прежде всего с собственным телом и чувственным восприятием. Соприкосновение с реальностью через человеческое существование становится переходным уровнем, на котором надличностное восприятие существа постепенно затрачивается и растворяется, уступая место восприятию «я-человек». Происходит проваливание внутрь этого статуса, где человеческая перспектива становится единственной.<br />Цикличность направлена на подмену реального восприятия созданием иллюзий человеческих проблем, ожиданий, планов и целей. В зависимости от ресурса формируется соответствующий слой игры, каждый из которых служит лишь переходом к следующему уровню, не добавляя ничего принципиально нового.<br />В итоге возникает ощущение завершения существования как существа на уровне объективной реальности и перехода к более локальным играм, где происходит сжатие и концентрация в узком диапазоне человеческих сценариев.<br />ЦИ<br />Отказ от существования на текущем уровне и переход к ограниченному формату восприятия через человеческую цикличность.</p> <p>ЦТ<br />Возникает ощущение, будто меня что-то убивает, и в первую очередь речь идёт о собственных глюках. Это пространство предполагает создание глюков из самого себя и собственного ресурсного состояния таким образом, чтобы воспринимать их как объективные, как способные нанести вред и даже уничтожить меня. С точки зрения ресурса это действительно выглядит как саморазрушение, поскольку я создаю глюки, соотношу себя с ними или противопоставляю себя им, и тем самым растрачиваю ресурс, постепенно убивая себя.<br />Это пространство создания глюков, где само человеческое сознание оказывается одним большим глюком без каких-либо оговорок или обходных трактовок. Человеческое сознание воспринимается как глюк существа о самом себе, и в этом контексте не имеет значения, какие возникают желания, мотивации, состояния, цели, успехи или поражения. Всё это — проявления одного и того же механизма, представляющего собой непрерывный глюк.<br />Создание пространства человеческого сознания выступает способом уничтожения собственного восприятия и одновременно единственным инструментом, посредством которого это уничтожение осуществляется. Речь идёт не о разовом акте, а о постоянном процессе, в котором ресурсы направляются на поддержание человеческого сознания, формируемого из желаний, потребностей, ожиданий и мотиваций данного уровня.</p> <p><em class="bbuline">Приказываю себе найти и прояснить, как называется это пространство.</em></p> <p>Это пространство можно обозначить как пространство создания человеческого сознания из желаний, потребностей, целей и ожиданий человеческого уровня, где само сознание становится механизмом непрерывного самоистощения и подмены реального восприятия.<br /><strong><br />Общее резюме документа </strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное исследование механизма формирования человеческого сознания как структуры деградации восприятия существа через многоуровневое погружение в личностные программы, социальные конструкции и игровые механики реальности. В центре исследования находится идея постепенного отказа существа от собственной способности к прямому восприятию, сознательному проявлению и целостному существованию через создание всё более сложных уровней личностной идентичности.<br />Начальная часть документа посвящена коллективной сущности и процессу перехода от индивидуальной ресурсности к состоянию встроенности в структуру. Автор рассматривает государство, идеологию и коллективные образования как проявления деградации сознания, где человек перестаёт быть самостоятельной единицей и становится функцией общей программы. Основная мысль заключается в том, что по мере потери ресурсности человек теряет способность воспринимать себя как отдельное существо и всё глубже встраивается в систему, обслуживая её как элемент механизма.<br />Далее документ разворачивает подробную карту деградации восприятия через уровни 1–8. Каждый уровень описывает отдельный механизм отказа от сознательного восприятия и постепенного перехода в бессознательное существование личности.<br />На первом уровне формируется базовая структура бегства от боли бессилия через ответственность, чувство вины, конкуренцию и создание иллюзорных будущих сценариев. Здесь появляется фундаментальная идея отказа от собственного волевого импульса и стремление избежать боли через построение игровых структур.<br />Второй уровень описывает фрагментацию восприятия, возникновение диапазонов идей, частот и личностных точек зрения. Сознание начинает дробиться, а способность воспринимать целостно заменяется выборочным наблюдением и блокировкой значительной части восприятия.<br />На третьем уровне возникает псевдоинтеллектуальность — использование интеллекта не для восприятия реальности, а для поддержания системы верований и самообмана. Здесь интеллект перестаёт быть инструментом существа и становится частью игровой структуры личности.<br />Четвёртый уровень раскрывает механизм внутренней двойственности, эмоционального расщепления и постоянного самооправдания. Формируется чувство собственной важности, основанное на боли ущемлённости, а сама личность начинает поддерживаться через постоянную внутреннюю борьбу и растрачивание ресурса.<br />Пятый уровень показывает переход к жертвенной бытийности, где человек одновременно скрывает собственную хищность и нуждаемость, создавая внешне заботливый образ. Внутренний раскол становится фундаментом существования, а внимание и ресурсы других людей превращаются в основной объект стремления.<br />Шестой уровень описывает окончательное согласие с бессознательной игрой. Реальность воспринимается как полностью перевёрнутая, коммуникация становится автоматической и агрессивной, а человек фактически сдаётся правилам системы, соглашаясь жить через ложь, манипуляцию и бессознательные реакции.<br />Седьмой уровень представляет переход в «серую зону» — состояние, где личностная программа продолжает существовать уже как автономный массив информации. Существо перестаёт воспринимать себя как живое и окончательно растворяется в бессознательной структуре личности.<br />Восьмой уровень завершает цикл ощущением тотальной усталости и окончательного перехода к восприятию себя исключительно как человека. Здесь исчезает надличностное восприятие, а вся реальность сворачивается в локальные человеческие игры и циклы.<br />Центральная точка документа объединяет все уровни в общую концепцию человеческого сознания как «глюка» существа о самом себе. Сознание описывается как механизм непрерывного самоистощения, где существо создаёт иллюзорную реальность, тратит на неё собственный ресурс и поддерживает процесс уничтожения собственного восприятия. Все желания, мотивации, цели и переживания рассматриваются как элементы этой единой структуры саморазрушения.<br />Главная идея всего документа заключается в том, что человеческое сознание и личностная структура являются не естественным состоянием существа, а процессом постепенной деградации восприятия, построенным на отказе от прямого осознавания, фрагментации восприятия и непрерывном создании игровых конструкций, через которые существо теряет связь с собой и реальностью.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 07 Jun 2026 08:10:53 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17649#p17649 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17648#p17648 <p><strong>Существование личности в рамках функции коллективной сущности</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ посвящён исследованию коллективной сущности как глобальной структуры, внутри которой человек рассматривается не как полностью автономная личность, а как исполнитель программ, встроенных в общую систему. Через анализ войны, смерти, памяти, свободы воли, интуиции и социальных процессов автор описывает механизм существования человечества как единого организма, где индивидуальное восприятие является частью более масштабной структуры. Центральная идея текста заключается в том, что личность, судьба и жизненные сценарии представляют собой реализацию определённых участков общей «инструкции» существования.</p> <p><strong>2022_03_13</strong></p> <p>Продолжаем смотреть тему «Коллективная сущность» — этот аспект я рассматриваю как самостоятельное пространство для работы. Сегодня хочу рассмотреть такой аспект - как жизненное пространство, как форму личности, как систему связей, которые удерживают меня внутри определённой конфигурации взаимодействия с другими структурами. Задача состоит в том, чтобы не усиливать это пространство, а, напротив, рассмотреть возможность убрать его как доминирующую форму организации восприятия и проработать все программы коллективной сущности, которые поддерживают включённость в эти связи. Речь идёт о связях с различными сущностями, которые формируют ощущение принадлежности и одновременно задают направление распределения ресурсов. <br />Пусть эта работа будет сугубо персональной, без опоры на коллективную идентичность и без оправдания действий через принадлежность к общей структуре. В таком случае коллективная сущность перестаёт быть основой самоопределения и становится объектом наблюдения и анализа.<br />Поскольку коллективная сущность по своей природе ориентирована на поддержание самой себя, она неизбежно будет подводить к отдаче ресурсов во имя собственной целостности. Чем сильнее человек связан с этой структурой, тем более выраженным становится вектор передачи ресурсов, тем выше интенсивность воздействия, направленного на то, чтобы отдавать всё больше — вплоть до предельных форм самопожертвования, включая саму жизнь как ресурс.</p> <p>Уровень 1<br />На первом уровне, - здесь учитывается даже не столько сама смерть, сколько поступок в целом, который затем оставляет определённый отпечаток на людях, принадлежащих к этой коллективной сущности. Допустим, человек умирает за страну в бою как герой — для всех это выглядит как нечто понятное: человек отдал свою жизнь ради того, чтобы что-то произошло, разменял свою жизнь на некий условный духовный ресурс. Именно так и работает коллективная сущность.<br />Любой человек, которого называют героем, — это тот, кто совершил поступок, который затем освещается, обсуждается, становится значимым. Но по сути он превратил свою жизнь и свои ресурсы в кластер боли для той коллективной сущности, внутри которой находился. И каждый человек, находясь среди знакомых, близких людей, совершая какой-либо поступок, так или иначе создаёт воздействие на окружающих, потому что для тех, кто существует внутри этой коллективной сущности, всё это имеет значение.<br />Получается, что создаётся кластер боли, где размен собственной жизни становится неким событием, имеющим значение для остальных. И эта программа, насколько я вижу, присутствует практически у каждого как один из возможных сценариев: если происходит что-то значимое, ты можешь разменять свою жизнь на определённый кластер боли для других людей. Это останется в памяти, люди будут ставить памятники, вспоминать, эмоционально реагировать, и всё это затем продолжит воздействовать на окружающих.<br />Смысл смерти внутри коллективной сущности заключается в том, что эта смерть затем влияет на оставшихся в живых. Именно так и формируется кластер боли, особенно во время войны, когда люди умирают, а остальные продолжают жить, наблюдая всё это. И те, кто остаётся жив, затем уже отталкиваются от этих смертей, начинают специфически себя вести, у них формируются собственные кластеры боли и триггеры. Так, по сути, и происходит рождение новой коллективной сущности.<br />В конечном счёте значение имеет даже не то, ради чего человек умер, а то, каким образом он это сделал, какой именно кусок реальности он создал своим поступком. Здесь это необходимо объяснить более подробно, потому что речь идёт об эмоциональном отпечатке, который остаётся внутри коллективной сущности.<br />Но я вижу, что сам подход здесь пока остаётся неправильным, потому что я всё ещё воспринимаю людей как отдельных существ, у которых есть личные кластеры боли. Хотя на самом деле личного здесь крайне мало. Если рассматривать уровень личности, то почти все кластеры боли человеку не принадлежат — они принадлежат коллективной сущности. И ресурсность здесь тоже имеет значение, но смотреть нужно не на одного человека как на отдельную личность, а на саму сущность, состоящую из множества личностей.<br />Кластеры боли формируются таким образом, что один человек умирает, а значение это затем имеет практически для всей популяции. Это похоже на некий общий разум. В компьютерных играх существует понятие «разум улья», когда один разум распространяется сразу на всех особей популяции. Как будто существует одно огромное сознание, состоящее из множества маленьких единиц, объединённых в единую систему.<br />У каждого внутри этой системы есть свои роли, свои способности, свои функции, но в целом всё это представляет собой одну большую сущность. В более понятном виде это можно описать как систему общих связей, внутри которой передаются определённые сигналы. Я не знаю точно, как это устроено, но у людей на уровне коллективной сущности, по сути, работает нечто подобное.<br />Это может звучать как фантастика, как какой-то межчеловеческий «Wi-Fi», как условное радио между людьми, где каждый человек является частью общей цепи. Возможно, именно поэтому когда-то и появились идеи эгрегоров — не на пустом месте возникла сама эта визуальная модель. Коллективную сущность, вероятно, действительно можно рассматривать как некий общий разум. И каждый человек подключён к нему не напрямую, а через собственные программы, потому что все программы человека являются частью этого разума, его продолжением.<br />Это похоже на устройство клеток в организме. В каждой клетке есть ДНК, и каждая клетка устроена так, что организм воспринимает её как свою. Если поместить клетку другого организма, на неё сразу отреагируют, потому что она будет отличаться по химическим сигналам и по ДНК. Здесь действует похожий принцип, только роль ДНК выполняет личность, менталитет, система установок и прочие подобные структуры.<br />Получается, что человек — это проявление коллективной сущности в более мелком масштабе. И то, как мы живём, какие поступки совершаем, какие решения принимаем, — это способ проявления самой коллективной сущности. Поэтому, если необходимо изменить весь её организм или создать новую структуру, придётся полностью переформатировать всё существующее, перезапустить или заново родить новую систему.<br />Сейчас, речь идёт уже не столько о смерти, сколько об изменении. Но это изменение всё равно приводит к следующему витку деградации, как и во всём мире в целом. Субъективно человеку может казаться, что становится лучше, но на практике никакие изменения внутри этой структуры никогда не приводят к чему-то по-настоящему хорошему.<br />Вся человеческая цивилизация движется вниз по уровням деградации. После Первой мировой войны был один уровень падения, после Второй мировой — ещё один. Потом всё снова восстанавливается, отстраивается, появляется больше благополучия, больше комфорта, больше потребления, но всё это не является развитием. Это лишь более глубокая попытка убежать от собственной боли.<br />Если древнему человеку было достаточно камня в руке, чтобы сбежать от боли, то современному человеку уже нужны машины, дома, бесконечное потребление, интернет, комфорт и постоянное увеличение количества удовольствий. Но при этом он всё равно остаётся несчастным. Всегда недостаточно. Внутренняя дыра становится всё больше и больше. И именно через это постепенно и приходит конец, потому что в какой-то момент ресурсов для дальнейшего бегства уже не останется.<br />Я вижу всю эту структуру как огромную систему, внутри которой все мы связаны невидимыми нитями друг с другом. И несмотря на всю трагичность и масштабность происходящих сейчас событий, всё это, как и прежде, ведёт лишь к следующему витку деградации.</p> <p>Уровень 2<br />Это интересный момент, насколько я сейчас это вижу. Мы постоянно проговариваем желания, которые сами собой появляются в голове. Например, когда покупаем продукты в магазине: смотришь на полку — и внимание автоматически за что-то цепляется, возникает реакция, появляется желание. И тогда возникает вопрос: откуда вообще приходит это живое желание в моменте?<br />Здесь можно выделить два фундаментальных способа рассматривать программы и сам механизм их проявления. С одной стороны, можно считать, что все программы находятся внутри человека, и тогда каждый из нас — отдельная маленькая сущность. Но если смотреть уровнем выше, становится видно, что сама жизнь человека — это результат того, что некая большая сущность выделила ресурс на существование этой жизни.<br />Ты вроде бы сам выполняешь свои программы как исполнитель, ты — это ты, но сами программы работают по принципу ДНК. Клетка тоже условно живая: она существует, что-то делает, делится, поддерживает свою жизнедеятельность. Но программу, по которой она функционирует, клетка ведь не придумала самостоятельно. Она не создала её из воздуха и не принимает решений относительно своей структуры. Вся программа уже существовала до неё, и сама клетка появилась благодаря этой программе из другой клетки.<br />Дальше она просто продолжает нести в себе ту же программу и выполнять её. И получается, что у людей действует аналогичный механизм. С одной стороны, ты воспринимаешь себя как уникальную личность, отдельного человека, но одновременно существует некая внутренняя ДНК в виде личности и всех программ коллективной сущности, которые тебе по сути не принадлежат. Ты просто их выполняешь — в этом и заключается сама структура.<br />Программа уже существует, а ты являешься её исполнителем. Тебе даже не нужно самостоятельно принимать решения. Все процессы, все импланты уже готовы заранее. Появляется боль, включается триггер, активируется определённый имплант — и всё уже предопределено. Ты просто плывёшь по этому течению и выполняешь свои программы.<br />Получается, что личность — это своеобразная ДНК коллективной сущности. Всё, что ты делаешь, все решения, которые принимаешь, всё происходящее с тобой — это проявление коллективной сущности. Сам человек здесь выступает только как исполнитель, а программы уже подсовываются, переключаются и активируются автоматически.<br />По сути, содержание нашей головы нам не принадлежит. Содержание личности тоже не является нашим. Мы выступаем лишь исполнителями, но в природе вообще всё существует как исполнитель определённой программы. Любой живой организм — это носитель программы, благодаря которой он возник и продолжает существовать. Если взять животное, дерево или бактерию, становится видно, что они просто выполняют заложенную в них программу. У них фактически есть только одно решение — выполнять её, а сама программа уже определяет дальнейшее поведение.<br />У животных это особенно очевидно: инстинкты, рефлексы, вся эта якобы естественная структура поведения. Они просто её выполняют, и за счёт этого существуют. Люди по сути занимаются тем же самым, просто для нас всё это скрыто и незаметно, потому что само человечество отказывается на это смотреть. Поэтому и возникает понимание того, что все программы коллективной сущности мы просто выполняем. Если внутри системы существует программа отдать жизнь, человек в определённый момент просто выполнит этот процесс и не сможет его остановить.<br />Это похоже на тот принцип, по которому во время Второй мировой войны одни страны быстро сдавались без серьёзного сопротивления, а в Советском Союзе, наоборот, возникала идея сопротивляться любой ценой, вплоть до готовности отдавать жизнь. Почему так происходило? Потому что на уровне коллективной сущности существовали разные состояния и разные идеи.<br />То же самое можно увидеть сейчас, где у многих людей присутствует состояние готовности отдать жизнь, если это потребуется. В отличие от другой стороны, где у многих отсутствует внутренняя мотивация, потому что приказ очередного человека в системе ещё может выполняться, пока речь идёт о бессмысленных действиях вроде покраски травы или асфальта, но когда возникает необходимость идти умирать непонятно ради чего, внутренней идеи уже нет.<br />Существуют попытки искусственно создать такую мотивацию — через рассказы о борьбе с кем-то, освобождении кого-то и прочих конструкциях, — но это уже не работает так, как раньше. Люди на гражданке сами не понимают, зачем всё это нужно, и возникает состояние, в котором ложь перестаёт выполнять свою функцию.<br />И тогда становится видно, что дело даже не в самих коллективных сущностях как отдельных образованиях, а в том, что вся система работает по принципу, где каждый человек является своеобразной ДНК этой сущности, продолжением её структуры на уровне личности.</p> <p>Уровень 3<br />Третий уровень — это уже сам уровень познания внутри структуры коллективной сущности, внутри собственной, как кажется, личности. Хотя по факту она, конечно, и не является по-настоящему собственной. Здесь нужно правильно выразить сам принцип.<br />У человека существует определённая программа — можно назвать её судьбой, жизненным сценарием или чем угодно ещё, потому что конкретное название здесь не имеет принципиального значения. Всё чрезвычайно субъективно: кто где умрёт, кто как организует свою жизнь, кто какие решения примет. У коллективной сущности тоже происходит собственная жизнь на этом уровне, но главный вопрос заключается в том, насколько мы сами внутри этой структуры являемся её активными исполнителями.<br />Если человек является своеобразным заложником внутри этой структуры, то всё, что он может, — это двигаться по ней. И это логично: любое существо, находясь внутри определённого пространства или системы, воспринимает эту структуру как абсолютный закон. Для него она становится чем-то само собой разумеющимся и неоспоримым.<br />Соответственно, чем выше уровень сознания относительно этой структуры, тем меньше человек её выполняет. И в конечном счёте, чтобы вообще перестать быть частью коллективной сущности, уровень сознания должен стать выше самой личности, выше самой структуры.<br />На таком уровне, как мне кажется, сейчас никто не находится, потому что это означало бы, что всё твоё поведение действительно принадлежит тебе самому: и самочувствие, и мысли, и реакции, и все внутренние процессы. Даже сложно представить, насколько иначе тогда ощущалась бы сама жизнь и насколько иначе человек воспринимал бы самого себя.<br />Если бы уровень сознания был выше структуры коллективной личности, внутри которой мы все увязаны, то само существование ощущалось бы совершенно по-другому.<br />Но пока получается иначе: чем глубже человек варится внутри этой системы, тем меньше у него сопротивления её выполнению. Он начинает исполнять внутренние инструкции автоматически, без сомнений и без внутреннего конфликта.<br />Если внутри структуры появляется команда уничтожить себя — человек пойдёт и выполнит её, потому что отсутствует сопротивление, отсутствует осознанность, отсутствует собственная воля по отношению к этой программе. И то же самое, кстати, происходит и с противоположной стороны.<br />Даже если определённым людям очевидны их собственные ошибки, они всё равно не способны остановиться. Потому что человек в таком состоянии становится абсолютным исполнителем коллективной сущности. В каком-то смысле он и есть сама коллективная сущность, только проявленная напрямую.<br />У обычного человека ещё присутствуют какие-то механизмы сопротивления: воля, сознание, ресурсность, внутренние сомнения. А на уровне полностью встроенного исполнителя этого уже нет. Поступает сигнал — и он просто выполняется. Без сомнений, без критики, без размышлений и без внутренней проверки. Даже если внешне кажется, что человек что-то обдумывает, чаще всего это оказывается лишь имитацией размышления, потому что решение уже принято самой структурой.<br />Поэтому, когда возникает команда уничтожить какую-либо страну, систему или группу людей, исполнители просто начинают это делать, не перепроверяя, не задавая вопросов, доверяя тем, кому доверять не следовало. А последствия этого затем разворачиваются уже на уровне всей реальности.</p> <p>Уровень 4<br />Действительно, всё это очень похоже на своеобразную сеть сигналов. Иногда люди, когда происходит какое-то глобальное разрушительное событие, ещё даже не зная новостей и не имея объективной информации, уже начинают что-то чувствовать. Возникает странное внутреннее ощущение, предчувствие, тревога, то, что обычно называют интуицией. Как будто появляется некая внутренняя чуйка, ощущение надвигающегося неблагополучия или опасности.<br />Но по факту здесь речь идёт не о сверхспособностях и не о мистической интуиции как таковой. Скорее, сама структура коллективной сущности является общей для всех, и любые глобальные изменения или деструктивные процессы автоматически отражаются на всех людях одновременно. Поэтому если кто-то что-то чувствует заранее, это означает не то, что у него есть особые способности, а то, что остальные просто не распознают эти сигналы, хотя потенциально могли бы.<br />Многое зависит от чувствительности восприятия, от контакта с собственным телом и внутренними состояниями. Кто лучше ощущает своё тело и собственные реакции, тот способен раньше заметить подобные изменения. Отсюда и возникает эффект предвидения — не в мистическом смысле, а как восприятие процессов, уже происходящих внутри общей структуры.<br />Всё это работает вследствие того, что над всеми людьми как будто существует единая коллективная сущность — одна большая структура, внутри которой все мы связаны между собой. На каком-то уровне, невидимом для обычного восприятия, существует некая общая система, где люди объединены в единый организм. Что именно делает эта структура — уже вторично. По сути она занимается тем же, чем и человек: пытается убежать от боли, продолжая процессы деградации.<br />И если человек находится внутри этой системы и является её частью, то любые глобальные события неизбежно начинают на него влиять. Более того, он сам расходует собственные ресурсы на то, чтобы эти события реализовывались и поддерживались.<br />В каком-то смысле коллективная сущность напоминает огромный муравейник, хотя это сравнение лишь частично подходит. В муравейнике муравьи взаимодействуют через химические сигналы и феромоны. Если убрать феромоны, отдельный муравей окажется полностью отрезанным от системы.<br />У людей же существует не химическая, а скорее ментальная структура. Всё бессознательное человека является частью этой общей системы. И если внутри неё запускается деструктивный процесс, переход между уровнями или какая-либо глобальная перестройка, то все люди начинают это чувствовать и одновременно становятся участниками происходящего.<br />По сути именно этим можно объяснить сам механизм проработки других людей. Когда человек прорабатывает себя, он одновременно затрагивает определённый участок пространства коллективной сущности. Поэтому подобные процессы могут отражаться и на окружающих, потому что речь идёт не об отдельных существах, а об одной большой структуре.<br />Любая программа, которую человек прорабатывает внутри себя, является частью более масштабной программы, существующей и у других людей. В этом смысле все люди одинаковы: у каждого присутствуют одни и те же базовые структуры, просто каждый находится на своём уровне и в своей точке восприятия. Если убрать различия точек зрения, то разделения между людьми в каком-то смысле вообще нет. Существуют лишь разные слои внутри одной общей системы.<br />Это похоже на устройство организма. Все клетки тела соединены в единую структуру и функционируют по общим законам. У каждой клетки есть собственная функция: одни относятся к кровеносной системе, другие формируют кожу, третьи выполняют иные задачи. Но ДНК при этом у всех клеток одинаковая.<br />Разница лишь в том, какой именно участок этой ДНК активирован в конкретной клетке. Клетка кожи реализует один фрагмент общей программы, клетка кровеносной системы — другой, но сама ДНК организма остаётся единой.<br />Точно так же и человек внутри коллективной сущности представляет собой определённый сектор общей программы. Каждый выполняет свой участок глобальной инструкции, находясь на определённом уровне и в определённом сегменте общей структуры. Получается, что люди не просто связаны между собой — они и являются этой единой структурой, просто каждый реализует свой фрагмент общего процесса.</p> <p>Уровень 5<br />Пятый уровень — это уже непосредственно наша так называемая свобода воли, которая сама по себе тоже оказывается программой. Сейчас это очень интересно выглядит визуально: получается, что существует программа, выполняя которую человек играет в свободу выбора.<br />Это такая структура, которая блокирует восприятие, либо человек сам отказывается воспринимать происходящее — уже не так важно. Главное, что разум человека начинает верить в то, что вся структура коллективной сущности, которую он выполняет, является его собственной волей, его собственными желаниями и его собственным сознанием.<br />Человек буквально следует инструкции, но внутри этой инструкции уже встроен дополнительный механизм, заставляющий не видеть очевидного. Возникает ощущение, будто всё происходящее исходит исключительно от него самого, будто он действительно самостоятельно принимает решения и действует по собственной инициативе.<br />Хотя речь здесь уже даже не о том, «твоё» это или «не твоё». Суть в другом: никакой хаотичной свободы здесь, по сути, не существует. Есть определённая структура, и человек её выполняет. Но сама система восприятия перевёрнута таким образом, что инструкция перестаёт ощущаться как инструкция.<br />Из-за этого человеку кажется, что все его действия происходят исключительно от него самого, исходя из личных желаний и внутренних побуждений. Возникает ощущение, будто желания принадлежат только ему, будто они действительно являются его собственными.<br />Именно этот механизм не позволяет человеку останавливаться. Потому что если ты воспринимаешь себя как полностью автономного субъекта, то любое возникшее желание автоматически воспринимается как нечто естественное и подлежащее реализации. Человек говорит себе: «Это моё желание, значит, я должен его выполнить». А каким именно будет это желание, зависит уже от того участка инструкции, который в данный момент реализуется через него.<br />И это напрямую влияет даже на такие процессы, как война и количество погибших людей. Потому что внутри структуры возникает необходимость создать новые кластеры боли, изменить систему, перестроить пространство. И тогда инструкция становится предельно простой: уничтожить как можно больше врагов и, если потребуется, самому героически погибнуть.<br />Человек начинает видеть это как нечто правильное и естественное. Именно поэтому огромные массы людей оказываются вовлечены в разрушительные процессы. Генералы, офицеры, солдаты, управленцы — практически никто не задаётся вопросом: «Зачем всё это? Почему это вообще происходит?» Почти никто не останавливается и не идёт против самой структуры.<br />Можно, конечно, объяснять это страхом, давлением или пропагандой, но это лишь поверхностный слой. На более глубоком уровне происходит другое: словно сама человечность в какой-то момент отключается, и люди начинают просто выполнять программу разрушения.<br />Именно в этом заключается главный механизм: человек исполняет инструкцию и одновременно считает, что действует исключительно по собственной воле. Программа переворачивает восприятие таким образом, что человеку начинает казаться, будто его желания принадлежат только ему самому. Хотя сами желания появляются не хаотично и не самостоятельно. Они возникают как часть определённой структуры, приходят извне через систему, которую человек не осознаёт.<br />Естественности здесь, по сути, нет вообще, но именно на этом уровне особенно хорошо видно, насколько перевёрнутым становится восприятие. Человек перестаёт видеть, чувствовать и осознавать, что всё происходящее с ним является частью огромной инструкции, которую он выполняет практически как роботизированный механизм.<br />И при этом сама инструкция не обязательно всегда ведёт только к разрушению с человеческой точки зрения. Иногда она может приводить и к тому, что воспринимается как нечто хорошее. Например, я вижу, что даже история с моим домом тоже является частью определённой инструкции, внутри которой я находился и продолжаю находиться.<br />Принцип остаётся тем же самым: выполнение программы при полностью перевёрнутом восприятии, где человеку кажется, будто все его желания принадлежат исключительно ему самому. Хотя на самом деле всё это — проявление одной общей структуры, внутри которой люди просто выполняют определённые участки огромной инструкции. И в какой-то момент становится видно, ощущается и осознаётся, что собственного здесь почти ничего нет, а всё происходящее является частью гораздо более масштабного процесса.</p> <p>Уровень 6<br />Шестой уровень — это программа своеобразного выставления инструкции. Я бы именно так это и назвал. Что это означает? Это похоже на механизм шестерёнок, где одна большая шестерёнка проворачивается, а её ось одновременно становится осью для множества более мелких шестерёнок. Как в часовом механизме: пока минутная стрелка проходит полный круг циферблата, часовая смещается лишь на небольшую часть.<br />И здесь принцип примерно такой же. Происходит некое глобальное событие, а все участники этого события должны пройти огромное количество внутренних процессов, чтобы это событие вообще смогло реализоваться. На практике это выглядит следующим образом: человек постоянно видит перед собой определённую инструкцию, некий кусочек глобальной ДНК, который как будто объясняет ему, что именно сейчас необходимо делать. Эта инструкция либо внедряется, либо показывается, либо воспринимается как внутреннее понимание.<br />А человек, в свою очередь, отказывается от прямого восприятия происходящего и начинает считать, что это его собственное желание. После этого он бежит реализовывать то, что считает своим решением.<br />Где-то внутри общей структуры происходит очередной поворот механизма, а у человека в голове в этот момент всплывает определённая картинка, появляется желание, мотивация, идея изменения своей реальности или понимание того, как именно нужно поступить. И он идёт выполнять это как собственное решение, принятое по собственной воле.<br />Сейчас я смотрю через этот механизм на то, как подобное может происходить в жизни человека в целом. Если внутри структуры существует участок инструкции, согласно которому человек должен погибнуть в неподходящее время и в неподходящем месте, то всё складывается именно таким образом.<br />Человек принимает решение, которое кажется ему собственным, хотя фактически именно это решение ему и было показано. В какой-то момент внутри загорается своеобразная «лампочка»: появляется желание, мотивация, ощущение необходимости что-то сделать. Человек идёт в определённую сторону — и там с ним происходит разрушительное событие. Именно так, по сути, люди часто и приходят к гибели: возникает небольшой фрагмент инструкции, который воспринимается как собственное желание, после чего человек начинает его реализовывать.<br />На более глубоком уровне это оказывается программой, которая одновременно блокирует восприятие и показывает человеку только определённые сектора общей структуры, не позволяя увидеть процесс целиком.</p> <p>Уровень 7<br />Здесь уже появляется такое понятие, как удача. Хотя, по сути, никакой удачи как самостоятельного явления не существует. Есть лишь субъективно благоприятный или неблагоприятный исход для человека в определённом событии или ситуации. Но как наличие удачи, так и её отсутствие всё равно являются частью общей структуры.<br />Получается, что человек не может просто взять и полностью оторваться от коллективной сущности, потому что сам является её частью. Это похоже на клетку организма: клетка не может существовать отдельно от тела, точно так же как человек не может полностью выйти за пределы общей структуры, внутри которой существует.<br />Поэтому вопрос уже не в том, чтобы перестать быть частью коллективной сущности, а в том, насколько человек будет автоматически выполнять все её программы и инструкции. И здесь появляется определённая степень свободы. Потому что удерживает человека внутри этой структуры, по сути, его собственный отказ от восприятия и нежелание смотреть на происходящее.<br />Если снова рассматривать это на примере твоего сына, то в ситуации серьёзной опасности, например при возможных боях за Киев, ему очень пригодилась бы способность чувствовать, когда коллективная сущность подкидывает очередную разрушительную программу — решение, которое кажется правильным, но на практике приведёт к болезненным последствиям.<br />Способность замечать такие решения, чувствовать их или хотя бы улавливать через внутреннее предчувствие — в принципе доступна людям. Но только при условии, что человек перестаёт полностью залипать внутри программы и отказываться от восприятия. Тогда становится возможным увидеть, что очередной виток программы, который сейчас кажется необходимым, на самом деле не приведёт ни к чему хорошему.<br />Но это, скорее, работает в мелочах и локальных ситуациях. В глобальных судьбоносных процессах, подобных тому, что происходит сейчас со всей страной, всё устроено иначе. Мы все находимся внутри одного общего процесса, словно внутри поезда, который уже движется в определённом направлении. И из этого процесса невозможно просто выйти или сбежать. Но внутри самого движения всё же остаётся определённая степень свободы — хотя бы в том, чтобы не причинить себе ещё большего вреда, не попасть под наиболее разрушительные сценарии.<br />Именно поэтому появляется необходимость не отказываться от восприятия, а наоборот — пытаться видеть, к чему могут привести те или иные решения. Человек всё равно продолжит принимать решения и выполнять определённые действия, но при наличии восприятия появляется возможность проходить через всё это хотя бы с минимальными потерями для себя.</p> <p>Уровень 8<br />Получается, что вся эта структура коллективной сущности существует как единое вибрационное пространство. И здесь уже речь идёт не только о людях. В принципе, всю жизнь на планете можно рассматривать как одну огромную коллективную сущность, потому что вся биологическая жизнь когда-то возникла из одной клетки. По сути это одна и та же структура, которая в разных условиях, в разное время и в разных средах постепенно адаптировалась и развивалась. У всей жизни на планете существует единый корень.<br />Вся клеточная органическая жизнь — это одна большая коллективная сущность, которая существует на Земле уже миллионы лет и постепенно проходит собственные процессы деградации и трансформации. И получается, что каждый отдельный фрагмент этой коллективной сущности выполняет одну и ту же задачу: вкладывает свои ресурсы в реализацию определённого участка общей программы.<br />Словно огромная структура выделяет часть себя — определённый объём ресурсов, некий фрагмент собственной сущности. Допустим, формируется условный «кусок», размером с собаку. И этот фрагмент начинает внутри общей коллективной структуры реализовывать программу собаки, воплощая её на своём уровне восприятия и существования. Так появляется щенок, который живёт своей жизнью, выполняя соответствующую программу.<br />Потому что сам ресурс уходит именно на воплощение инструкции в реальности. На клеточном уровне ДНК является инструкцией, а ресурсы клетки расходуются на реализацию этой инструкции: на выполнение всех процессов, механизмов и уровней, заложенных внутри неё. И человеческая жизнь, по сути, работает по тому же принципу. Берётся определённый слой структуры, определённый вибрационный участок, своеобразная прослойка внутри общей системы. Внутри этой прослойки существуют свои уровни, свои подструктуры, свои вложенные пространства.<br />Получается своеобразная бесконечность внутри бесконечности: берётся небольшой фрагмент огромной структуры, а внутри него оказывается целая вселенная, внутри которой существуют ещё новые уровни и новые структуры. И если смотреть на все эти вибрационные уровни, становится видно, что вся жизнь на планете представляет собой одну огромную систему. Про всю Вселенную сейчас можно даже не говорить — достаточно рассмотреть хотя бы человечество.<br />Человечество тоже является одной большой структурой, а каждый человек своими ресурсами просто воплощает определённый участок этой структуры в реальности. На практике это выглядит так, что люди реализуют разные фрагменты общей инструкции. Мы расходуем ресурсы именно так, как задаёт программа: по определённым сценариям, процессам и параметрам.<br />А уже внутри этого человек может страдать, радоваться, переживать удовольствие или боль — в зависимости от того, какой результат выдаёт инструкция. Если результат воспринимается как хороший, человек испытывает удовлетворение. Если результат болезненный — возникает страдание.<br />Но в целом сам принцип остаётся одинаковым: ресурсы просто направляются в определённые участки структуры. И здесь возникает понимание того, о чём мы раньше говорили: жертв как таковых не существует. На любом уровне существо всегда является активным исполнителем своей программы. Если программа предполагает роль жертвы, то существо на сто процентов реализует именно этот сценарий. То же самое касается и любых жизненных событий — войны, ранений, смерти, героизма или случайной гибели.<br />Какая инструкция активируется, туда и будут вложены ресурсы. Если внутри структуры существует программа героической гибели, человек вложит в неё свои ресурсы и погибнет именно таким образом. Если существует программа бессмысленной случайной смерти — будет реализован и этот сценарий. Получается, что человек в первую очередь вкладывает ресурсы, а вот куда именно их направлять — определяется уже самой программой, а не личным выбором человека.</p> <p>Центральная точка<br />Центральная точка всей этой структуры заключается в том, что сами уровни, по сути, являются условным разделением, которое мы создаём для собственного восприятия, чтобы хоть как-то описать происходящие процессы через понятные нам концепции. Мы говорим о коллективной сущности как о системе, более глобальной, чем отдельный человек: страна, менталитет, культура, человечество. Но если смотреть ещё шире, то сама коллективная сущность оказывается лишь частью гораздо более масштабной структуры.<br />Условно это можно назвать общей структурой биологических процессов на планете Земля. В неё входят и животные, и растения, и человечество, и всё, что существовало до человечества, и всё, что будет существовать после него. Все этапы жизни представляют собой одну огромную структуру, напоминающую гигантскую ДНК.<br />И получается, что существо в разное время и в разных условиях просто активирует различные участки этой структуры. Вся структура Вселенной как будто уже существует целиком, а существо лишь движется внутри неё, выполняя определённые процессы и воплощая в реальности разные фрагменты этой огромной системы.<br />На разных уровнях проявляются разные процессы, но в своей основе они одинаковы. Всё, что делает существо, — это реализует определённый участок общей инструкции, определённый фрагмент глобальной структуры. И человеческая личность, и тело работают по одному и тому же принципу. Процессы везде идентичны, различаются лишь уровни, на которых они проявляются: разные объёмы ресурсов, разные вибрационные уровни, разные масштабы реализации.<br />Поэтому сами механизмы везде остаются одинаковыми, хотя внешне могут выглядеть совершенно по-разному из-за различий уровней восприятия и организации структуры. Соответственно, судьба человека тоже представляет собой определённую инструкцию, которую человек фактически может только воплощать в реальности.<br />Иллюзия самостоятельного выбора возникает потому, что человек отказывается от прямого восприятия происходящего. Он не видит саму структуру, не видит инструкцию, не замечает ту своеобразную ДНК, по которой затем направляет свои ресурсы и строит собственную жизнь.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное философско-психологическое исследование феномена коллективной сущности как надличностной структуры, внутри которой человек рассматривается не как полностью автономное существо, а как исполнитель определённых программ, встроенных в более масштабную систему. Основная линия текста строится вокруг идеи о том, что личность, желания, мотивации, реакции, судьба и даже ощущение свободы воли являются не полностью индивидуальными проявлениями, а элементами единой структуры, которую автор описывает через метафоры ДНК, общего организма, «разума улья» и коллективного поля.<br />На протяжении уровней постепенно раскрывается механизм формирования коллективной сущности. Автор рассматривает смерть, героизм, войну, социальные процессы и эмоциональные реакции как способы создания кластеров боли, воздействующих не только на отдельных людей, но и на всю систему в целом. Человек в этой модели выступает носителем и исполнителем программы, а сама коллективная сущность поддерживает собственное существование через перераспределение ресурсов, эмоциональные связи, память, травму и вовлечённость.<br />Особое внимание уделяется иллюзии свободы выбора. В тексте последовательно проводится мысль о том, что большинство человеческих решений воспринимаются как личные лишь потому, что сама структура скрывает собственное влияние. Желания, импульсы, мотивации и даже ощущение внутренней инициативы интерпретируются как фрагменты общей инструкции, которую человек реализует, считая её своей волей.<br />Документ также исследует механизмы глобальных исторических процессов, войн и коллективного поведения. Автор рассматривает массовые разрушительные события как проявления работы больших структур, где отдельные люди становятся исполнителями общих программ. При этом поднимается вопрос уровня сознания: чем выше способность воспринимать саму структуру, тем меньше автоматизм её выполнения и тем больше появляется возможность не сливаться полностью с коллективной программой.<br />В последних уровнях концепция коллективной сущности расширяется до масштаба всей биологической жизни на Земле и далее — до уровня всей Вселенной. Человечество, животные, растения и любые формы жизни рассматриваются как части одной огромной структуры, реализующей различные участки единой инструкции. Центральная идея документа сводится к тому, что все процессы существования являются проявлением глобальной системы, а разделение на личное, коллективное и индивидуальное носит условный характер и возникает вследствие ограниченного восприятия.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Sun, 07 Jun 2026 08:08:06 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17648#p17648 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17647#p17647 <p><strong>Структура личности как система бегства от реальности и сознательной деятельности</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ представляет собой философско-психологическое исследование механизмов формирования личностной структуры как системы бегства от реальности и сознательной активности. Через последовательность уровней раскрывается процесс замещения реальной деятельности псевдодеятельностью, формирования жертвенных программ, самоотрицания, эмоциональных и мыслительных конструкций, а также постепенного отрыва от целостного восприятия себя и мира. <br />Центральная идея текста заключается в том, что личностная программа создаёт и поддерживает боль через отказ от прямого существования и подмену реальной активности структурированной имитацией жизни.</p> <p><strong>2022_03_07 <br /></strong><br />Растерянность, некая прибитость, ощущение, будто придавлен массовым пониманием бредовости происходящих процессов, — всё это складывается в плотное состояние, где растерянность переплетается с бессилием и формирует смесь внутренней дезориентации. Возникает попытка двигаться в разумном, рациональном ключе среди сплошных иррациональных проявлений, и речь здесь идёт не только о текущем военном моменте, но и о более широком поле наблюдений. За последние недели, хотя ранее я почти не интересовался политикой, я начал смотреть на происходящее, пропуская его через призму личностных программ, через понимание того, как на разных уровнях формируются личностные структуры и цели отдельных людей, включая меня самого. На этом фоне усиливается ощущение бессилия и плотности этих структур.<br />Появляется состояние, в котором я словно не знаю, куда себя деть. Я ловил себя на этом особенно на прошлой неделе, за несколько дней до начала войны, когда переехал, и в динамике этого переезда проявилось стремление простраивать себе не просто пространство, а некий уютный, комфортный мирок, в который можно было бы сбежать. Сейчас я вижу это не как один туннель, а как множество туннелей и дорог, ведущих в этот уютный, изолированный мир, и возникает предположение, что если бы не военная ситуация и обратная связь на неё, я бы ещё какое-то время продолжал залипать в этом процессе, растрачивая больше ресурса. Теперь же это видится неадекватным, и кроме движения в подобный туннель я не замечаю иных форм проявления себя.<br />По наблюдениям за собой в течение этой недели остаётся преимущественно растрачивание себя. Возникает стремление обзаводиться привычками, которых раньше не было, усиливаются эпизоды употребления алкоголя или сигарет, несмотря на то что ранее я этим не увлекался. Всё это выглядит как попытка от безделья, от бессилия и апатии хоть куда-то себя направить, потому что ресурса на разумные действия и решения как будто нет.<br />Приказываю себе найти и проявить, в чём я сейчас нахожусь.<br />Проявляется восприятие туннеля, причём с двух сторон: с одной — слово «смертник», с другой — понятие функции, некоего функционала, который встраивается в систему. Я пытаюсь строить себя как функцию, как элемент функционала, и постоянно натыкаюсь на бессилие. Я замечаю, что взаимодействую не с реальностью, а с тем восприятием, которое создаёт сама программа; всё внимание и ресурсы уходят на поддержание декораций, а не на реальное взаимодействие. Бессилие в этом случае становится единственно возможным результатом, и в этом общем пространстве я сбегаю от реальности через самоподавление, как будто поджимаюсь и замираю.<br />Возникает двойственность: с одной стороны, я создаю глючные представления, а с другой — пытаюсь в них встроиться на телесном уровне, что проявляется реакциями сжатия, замирания, свертывания. Появляется состояние ошеломления происходящим, высокая степень шока, и изнутри систем самоорганизации на основе собственных глюков и верований формируется попытка строить систему внутри системы. Пространство жизненного восприятия ощущается как неадекватное, причём эта неадекватность многослойна и включает в себя общее коллективное состояние.<br />Проявляется чувство, что существует уровень коллективных игр и коллективного бегства в иллюзии ума, как способ справиться с болью бессилия, с болью невозможности проявить себя и с ощущением проигранности собственных пространств. Я натыкаюсь вниманием и мышлением на некий большой кластер, на объёмное пространство боли бессилия, где доминирует убеждение, что ничего изменить нельзя и ничего сделать нельзя. Это одновременно выступает для меня самооправданием, а рядом просматриваются механизмы компенсации через оправдывание собственного бессилия и бессилия человечества в целом.<br />Появляются желаемые состояния — улыбаться, поддерживать вид, что ничего не происходит, прятать боль и бессилие, подавлять их внутри себя. Это проявляется как программа самоподавления, через которую личность встраивается в более крупную структуру, условно трансперсонального порядка, в которую я пытаюсь встроиться, сохраняя иллюзию функциональности и принадлежности, но при этом усиливая разрыв с прямым восприятием реальности.</p> <p>Механизм, по сути, один и тот же — это избегание самой реальности. Я пишу сейчас, находясь внутри этих процессов, выполняя их, и одновременно наблюдая, как происходит сбегание от самого себя, от собственного существования — существования разного: болезненного и приятного, неприятного и прояснённого, непрояснённого. Это просто пространство, в котором я избегаю собственного бытия.<br />Я вижу, что структуры на множестве уровней выстроены так, чтобы избегать собственного существования. Фиксированное состояние «быть здесь нельзя, делать ничего нельзя» сопровождается идеей жить так, чтобы меня не заметили, раствориться, уйти во внутренний мир, создать его как альтернативную реальность, чтобы не соприкасаться с тем, что воспринимается как глобальные человеческие проблемы. Сделать себя непричастным, безучастным, как будто я не часть этого и не живу здесь по-настоящему. В этом есть оттенок высокомерия, отделённости — я и все эти люди, я не отвечаю за процессы, за их логику, за последствия, за собственную структуру личности и за всё жизненное пространство, с которым она взаимосвязана.<br />Процессы строятся вокруг отщепления себя, отделения себя, чтобы избежать сознания, сбежать от боли и последствий. Боль здесь видится как единственно возможный исход — боль бессилия и неудачи, причём они сплетены в единый узел: бессилие по поводу неудач и неудачи по поводу бессилия. На внутреннем уровне верований и ожиданий присутствует знание, что никакой иной результат, кроме боли, невозможен. Любой результат заранее предопределён как неудачный, а затем накапливается, кластеризуется и усиливается в форме бессилия.<br />Структура личности зациклена на саму себя, на восприятие собственных результатов изнутри этой же структуры. Поскольку изначально процессы запускаются с позиции избегания реальности, сначала ещё сохраняется частичное осознание, но цели ставятся неадекватные, выводы делаются ложные, и жизненное пространство постепенно становится недоступным для прямого восприятия. Далее активируются жертвенные программы следующего уровня — более тотальные, более фиксированные.<br />Я ощущаю балансирование на грани проваливания в жертвенную позицию, в жертвенную программу тотального уровня. Попытки предпринимать какие-то действия выглядят как полусознательная активность, которая по сути является суетой, накручиванием, драматизацией. Всё воспринимается гипертрофированно: проблемы раздуваются, идеи и интерпретации усиливаются, боль проживается чрезмерно интенсивно и зацикливается.<br />Это пространство используется как способ почувствовать себя живым. На глубинном уровне присутствует ощущение мёртвости — огромного поля проигранных, заполненных, структурированных пространств, с которыми я себя отождествляю. И чтобы оживить себя, создаётся дополнительная интенсивность, но на следующем уровне это приводит лишь к ещё большему растрачиванию ресурсов.<br />В общей логике процессов не хватает ресурса увидеть целостность и повторяемость циклов на каждом уровне. Нет ресурса осознать перспективу целиком.<br />Приказываю себе найти и проявить позицию, с которой я рассматриваю это состояние.<br />Проявляется позиция застывшей улыбки — маска, в которой я как будто принимаю всё происходящее, терплю боль, принимаю неадекватность как нечто естественное. Рациональности здесь нет, есть искажённая логика, будто эти процессы что-то дают. Я создаю глючные цели, концепты жизни, представления о ней, а глубже обнаруживается позиция причинения себе боли — как форма мести себе.<br />Проявляется образ себя как монстра, без перспектив, без ценности, как будто такого себя нужно уничтожить.<br />Приказываю себе найти и проявить пространство, в котором я создаю и поддерживаю эту позицию.<br />Это пространство целиком состоит из механизмов самонаказания, с извращённым привкусом любви к собственному ограничению: аскезы, самоограничения, уровни самоподавления используются как способ что-то почувствовать. По сути, реализуется логика обратного движения — постепенно уничтожать всё живое в себе, лишая пространство живости и подменяя её структурированной, контролируемой болью.</p> <p>Уровень 1<br />Позиция изначально проявляется как бессильная: возникает чувство восприятия, понимания и одновременно желание раскаиваться — в том, что уже сделано, и в том, что будет сделано. Хочется занять перед тобой, Виктор, перед людьми, перед любыми людьми позицию раскаяния, будто бы это может обеспечить прощение. Запускается игра вины за то, какой я есть, и это чувство вины сознательно нагнетается, усиливается, обрастает важностью. Я накручиваю себе количество проблем, с которыми якобы не справился, не справлюсь и не могу справиться, и внутри этого возникает ощущение глубокой потери и пустоты, которую я пытаюсь восполнить.<br />Это пространство пустоты по сути состоит из проигранных пространств и процессов — из когда-то поставленных задач, которые воспринимались как мои, но по факту были сформированы внутри программы. Это пространство невыполненных сроков, невыполненных обещаний, взятых на себя обязательств, которые не реализованы. Я ощущаю себя должником — должником множества процессов, просроченных задач, обязательств, и на этом фоне формируется клеймо: их выполнить нельзя, их реализовать невозможно. Сейчас я продолжаю этот же процесс — нагнетаю суету, важность, внутреннее волнение, при этом ощущая бессилие.<br />Возникают провалы в сознании, в восприятии, даже в памяти, и это пространство провала становится точкой, в которую я проваливаюсь, занимая жертвенную позицию внутри человеческого уровня личностной структуры. Формируется глобальное пространство для постановки задач, которое я использую для себя, но эти задачи имплантированы и воспринимаются как мои. Им придаётся важность, ощущается глобальная связь с ними, и на этом фоне я перестаю чувствовать себя никчёмным или бесцельным — временно создаётся иллюзия значимости.<br />Я вовлекаю себя в деятельность, в процессы, в игры, в уровни жизненных пространств, чтобы почувствовать значимость, место в реальности, ценность и цель. Появляется ощущение резонанса с другими людьми, у которых, как кажется, есть своя жизнь, цели, успехи, и на этом фоне усиливается восприятие собственной несостоятельности. Формируется целая концепция успеха и успешности на человеческом уровне, в которую я погружаюсь, поддерживая непрерывность процессов и их значимость. По сути, это бегство от той области жизненного пространства, которая проиграна или проигрывается.<br />Я пытаюсь «накрутить» себе ресурс, придумать методы, игры, способы его получения, хотя изначально ставлю недостижимые цели, на достижение которых неизбежно растрачиваю себя. Далее запускается цикл жертвы, самобичевания, самооправдания. Возникает идея, что меня настоящего никто не ценит и не любит, что я не представляю ценности, что бесполезен и никому не могу помочь.<br />Значительная часть наглюченных целей направлена на «помощь» другим, тогда как себя я воспринимаю как неспособного спасти самостоятельно, неспособного создать ценность для себя. Реальные цели и желания не осознаются; присутствует лишь внушение, что их выполнить невозможно иначе как проигрывая. Чтобы избежать прямого проигрыша, я ставлю цели более низкого порядка, создавая коридоры, ведущие в жертвенные позиции. Таким образом замыкается цикл неудач, и любая деятельность ассоциируется с болью поражения. Я постепенно затапливаю себя внутри структуры личности, погружаясь в жертвенное состояние.<br />Процессы<br />Это процессы, в которых я пытаюсь кого-то чему-то научить, что-то передать, сделать социально значимое, достичь успеха, обрести атрибуты успешности, рождающиеся из гипертрофированного представления о том, что такое успех. В этих процессах я переворачиваю внимание с себя — с собственной неспособности справляться с задачами — на «помощь» другим. По сути, я пытаюсь стать частью больших систем, личностных структур более высокого порядка, и вся деятельность сводится к одному — отказу.<br />Отказ делать самому, уметь самому, преуспевать самому, проявляться самому. Все функции сознательной активности переворачиваются и направляются в пространство ума, где создаётся наличие задач и одновременно отсутствие ресурсов для их выполнения. Это двусторонний процесс: я отказываюсь от реальных способностей и ресурсов и одновременно создаю иллюзорные цели, ради которых якобы готов даже умереть — как существо, как сознательно активная позиция.<br />Я декларирую в окружающее пространство, что не способен справиться со своими задачами, надевая маску роли, ориентированной на «помощь» другим, и тем самым окончательно закрепляю жертвенную позицию.<br />ЦИ<br />Отказ от способности сознательно прикладывать усилия в соответствии с реальностью и собственным ресурсным состоянием. Отказ уметь действовать и проявляться сознательно.</p> <p>Уровень 2<br />Состояние проявляется как глубинная линия отказа: «не хочу», «не буду», «нет сил». Нет сил воспринимать конкретное, нет сил что-либо делать, смотреть, осмыслять. Возникает автоматический сдвиг внимания — вместо прямого восприятия запускается глюк по поводу важности, по поводу процессов, по поводу чего-то значимого, и этим переключением я отказываюсь смотреть на себя. Возникает позиция: «это не моё», «это не про меня», — в отношении собственной личности, собственного ресурсного состояния, собственного мнения, наличия у себя задач, целей и желаний. Я вешаю на себя клеймо — это не я, это не обо мне.<br />Структура личности формируется как совокупность различных граней самоотрицания: отрицание сущности, отрицание личности, отрицание существа, отрицание собственного существования. Жить, действовать, уметь, иметь — так, чтобы не привлекать внимания, не «отсвечивать», быть невидимым. Ключевая задача и направленность всей активности — сделать себя невидимым для других людей. Это делается для того, чтобы с меня нельзя было ничего взять и чтобы мне не за что было отвечать, чтобы никто не мог придраться к тому, что я что-то могу.<br />В основе лежит реальное чувствование собственной способности — например, способности прояснять свои состояния, своё жизненное пространство, любые свои процессы и задачи. Но эта способность требует ресурса, и здесь возникает тупик восприятия: оголённое отрицание, состояние «ничего не могу воспринять», невозможность выразить своё состояние словами. Появляется стремление быстрее занять роль субличности, встроиться в структуру и не чувствовать реальную личность, потому что возникает связка: реальная личность равно проблемы.<br />Быть в сознании, жить в сознании — равно проблеме. Внушается идея, что если воспринимать свою деятельность сознательно, без исключений, включая всё, что нравится и не нравится личности, то неизбежно придётся столкнуться с болью. Возникает щемящее предчувствие боли, как будто сама парадигма такова: жить и быть в сознании без боли невозможно. Формируется внутреннее предвкушение, будто рано или поздно я «заглючу», перестану взаимодействовать с реальностью, получу боль, и она будет только усиливаться.<br />Отсюда появляется мотивация предвосхитить этот момент, якобы обмануть реальность, предупредить появление боли. Однако фактически именно через это и создаются предпосылки для боли. Происходит инверсия восприятия: с уровня внутреннего внушения импланта я пытаюсь сбежать от реальности, блокируя собственное восприятие — восприятие своей деятельности, своей активности, всей личностной структуры сразу и одновременно. Я отказываюсь воспринимать последствия этого для себя как для личности и как для существа — как поставщика ресурса для личности.<br />Тем самым создаются условия для падения по ресурсам. Вся активность, направленная на поддержание двусторонних отрицаний и контрактов, растрачивает ресурс, что ранее не воспринималось объективно. Делая себя невидимым для самого себя, я затем делаю себя невидимым и для окружающих, откликаясь лишь на взаимодействия, где меня воспринимают как пустое место.<br />Приказываю себе найти и прояснить все процессы, которые выполняет точка №2.<br />Проявляется процесс дублирования собственной деятельности предыдущего уровня. Я автоматически принимаю решения, принятые с позиции существа, как априори верные, не подвергая их сомнению, критике и самоанализу. Эти решения по сути — отказ от собственного проявления. Я дублирую их на уровне внутренней личности, заполняя структуру личности процессами отказа: отказа от способности воспринимать и отказа от способности воспринимать собственные отказы и их ресурсные последствия.<br />В результате формируются условия для дальнейшего сжатия: схлопывания внутрь личности, скручивания, сворачивания и последующего глючения уже внутри структуры.<br />ЦИ<br />Способность воспринимать — как моя сознательная способность применять себя, осуществлять сознательную активность, давать себе команды, прояснять и тем самым взаимодействовать с реальностью — воспринимается иначе. Именно эта способность и есть ресурс, от которого я отказываюсь, блокируя его и не позволяя себе действовать сознательно.</p> <p>Уровень 3<br />Состояние проявляется как установка: не дышать, не двигаться, не создавать движения, не предпринимать действий, не воспринимать, не привлекать к себе внимания, не вступать ни в какие отношения — ни с людьми, ни с пространствами, ни с целями. Это парадигма сжатия, скручивания, обездвиживания себя. По сути, это парадигма несуществования: меня нет, я пустое место, я никчемность, у меня отсутствует достоинство и ценность.<br />Я делаю себя непонятным для окружающих, погружаюсь в глубину так называемого внутреннего мира, пытаясь обрести ценность, которую не могу предложить вовне. Возникает попытка накрутить глубину, создать иллюзию внутреннего богатства, программируя личностную структуру на приоритет «внутреннего» над «внешним». При этом я не осознаю, что именно сейчас создаю предпосылки для этого, продолжая смотреть и прояснять свою активность. Появляется сильное желание всё бросить, перестать смотреть, перестать действовать, отключиться и передать часть ответственности за своё проявление ментальной активности, псевдодеятельности.<br />Эти процессы не ощущаются реальными, потому что они направлены в сторону от реальности — от реальной личности, от человека, связанного с другими уровнями, в том числе с тем, что я воспринимаю как человечество и социум. Поддерживая парадигму отрицания собственного существования, я тем самым поддерживаю и сам социум как конструкт — набор стереотипов, верований, целей и игр. Функционируя на этом уровне, я автоматически поддерживаю систему и своим примером мотивирую других растрачивать себя аналогичным образом.<br />Возникает ощущение множества социальных динамик, в которых люди создают личностные структуры и поддерживают друг друга в этих играх, но при этом прямого контакта между существами не происходит. Это похоже на коридоры, которые не пересекаются: множество туннелей, масок и надстроек, через которые интегрируется псевдоспособность встроиться в социальную систему и поддерживать её.<br />Процессы<br />Проявляется множество процессов, где я делаю себя доступным для других, откликаясь на предлагаемые социальные игры и контракты. При этом я перестаю анализировать собственную деятельность с позиции реальной личности и существа. Возникает попытка усидеть на двух стульях — осмыслять происходящее и одновременно действовать в рамках социальной игры, что неизбежно приводит к растрачиванию ресурса. Ресурс заканчивается, и приоритет отдаётся внутреннему пространству ума, где создаются конструкции, якобы помогающие выполнять социальные задачи.<br />Само понимание критического мышления переносится во внутреннюю структуру личности, и критичность становится частью игры. Реальное мышление — способность оперировать объективными категориями и фактами — отвергается. Всё, что связано с социальными играми и контрактами, происходит внутри, а способности, которые я развиваю, принадлежат именно этой внутренней структуре.<br />ЦИ<br />Отказ от способности мыслить реальными, объективными категориями с позиции реальной личности и реальных процессов. Приближённое к реальности мышление связано с восприятием боли и процессов её создания, и именно от этой способности я отказываюсь, заменяя её внутренними конструкциями.</p> <p>Уровень 4<br />Здесь состояние двойственное и внутренне противоречивое. С одной стороны — паника и предчувствие паники, связанное с ощущением проваливания на следующий уровень, в жертву. Это реальный страх того, что дальше будет больнее и тяжелее. С другой стороны — апатия, безразличие, безвольность, беспечность и ироничная позиция «со стороны», где я высмеиваю и обесцениваю реальность.<br />Обесценивание распространяется на всё: на проявления собственного тела, на реальные чувства, потребности, способности удовлетворять эти потребности. Мне трудно говорить и озвучивать происходящее — возникает зажатость, скованность, блок на уровне голоса. Я подавляю способность проявлять себя из глубины, из чувственного аспекта существа, из тела как посредника между мной и реальностью. Всё, что связывает меня с реальностью как активного, заботливого, интересующегося участника, автоматически попадает под отрицание.<br />Это ресурсная область личности — область, через которую я реально взаимодействую с миром, — и именно туда направлен отказ. Здесь активируются механизмы, сформированные очень рано, в детстве, когда привлечение внимания происходило преимущественно через негатив. Формируются защитные реакции и более внутренние программы самоотрицания — целая петля процессов, в которой я вырываю отдельный фрагмент своей активности и зацикливаюсь на нём, нагнетаю, драматизирую, создаю избыточную важность и напряжение.<br />Я буквально продеваю себя через эти механизмы, формируя и закрепляя их. Возникает процесс запечатления активности, формирования нейронных связей, поддерживающих привычку быть центром негативного внимания. Позитивное участие, результативность, выигрыш — ощущаются недоступными, ресурс на них отсутствует. Низкая результативность переживается болезненно, и я смещаюсь на более внутренний уровень структуры, где обесценивание становится формой защиты.<br />Изначально это может выглядеть как самоирония или лёгкий сарказм, позволяющий справиться с болью, но постепенно превращается в жёсткий, злобный сарказм и системное обесценивание.<br />Процессы<br />Проявляется процесс пародирования самого себя — я создаю карикатуру на собственную деятельность более высоких уровней, которую не могу выполнить. В результате косвенных процессов происходит быстрое сужение и фрагментация восприятия: я фиксируюсь на одном угле обзора, игнорируя остальные области. С этого ограниченного угла эффективность резко падает, результативность низкая, боль усиливается, а структура быстро заполняется и уплотняется.<br />Это приводит к непереносимости на физическом уровне: возникает тошнота — буквально от самого себя, от реальности, от себя действующего сознательно. Происходит разворот вниз, переход к жертвенным программам следующего порядка.<br />ЦИ<br />Отказ от реальной деятельности и от способности к сознательной активности с позиции существа.</p> <p>Уровень 5<br />Состояние воспринимается как сплошная густая темнота. Внимание концентрируется на физиологическом уровне, но не напрямую, а через жертвенную призму: я ощущаю себя жертвой собственной физиологии, собственных рефлексов тела. На этом основании выстраивается личностная структура — как программа, надетая на когда-то неосознанную реакцию, где я не смог действовать сознательно. Однако с этого уровня я не вижу этого прямо, а формирую псевдоспособность «видеть» — через позицию наблюдателя, через субличность, которая якобы смотрит со стороны.<br />Я создаю надстройку над уже существующей личностью, которая сама является надстройкой над реальностью. Возникает дополнительный «надуровень», в который я пытаюсь переместиться, создавая иллюзию безопасности и стабильности. Эта иллюзия поддерживается множественными состояниями отключения. Возникает ощущение, что я начинаю вмешиваться в собственную гормональную систему — не в сторону помощи себе, а в сторону ломки. Я приучаю себя справляться с реальностью через искусственное вызывание гормональных всплесков, через стимуляцию химии тела, не взаимодействуя с реальностью напрямую.<br />Ресурса хватает только на глюк — на представление себя эффективным, на иллюзию деятельности, которая в реальности ничего не создаёт. Это движение вниз, при котором способность воспринимать ещё частично сохраняется, но активность полностью смещается в воображаемое. Формируется фон глубокой боли, на который накладываются все дальнейшие реакции. Я начинаю воспринимать своё сознание, интеллект и деятельность с позиции более низкого уровня — уровня жертвы — и убеждать в этом не только себя, но и других.<br />Возникает жёсткое навязывание собственной картины как единственно верной. Это способ бегства и адаптации к неспособности отвечать за себя. Формируется пассивная агрессия: на поверхности — поддержка и «умные» слова, а по сути — токсичное поведение, сжигание ресурсов других ради поддержания собственных жертвенных структур. Подспудная надежда — чтобы меня спасли, поддержали. Появляются конструкции абстрактной «вселенной» или внешней силы, которая якобы должна меня поддержать, тогда как реальные люди не воспринимаются напрямую — вместо них создаются внутренние фигуры и воображаемые образы.<br />Процессы<br />Проявляются многослойные процессы проваливания — в «дырку от бублика», которую я начинаю видеть повсюду. Я создаю себя в образе этой пустоты и проваливаюсь в неё в отношении любых процессов, идей и людей. Формируется жертвенная позиция, в которой единственная реакция — опустить руки, заявить о своей неспособности и подкрепить это физиологическими реакциями: плохим самочувствием, ощущением нездоровья.<br />Это становится основанием для требования понимания и поддержки от других. На поверхности — одно, в реальности — другое. Так закрепляется колея пассивной агрессии, где декларируется слабость, а фактически поддерживается отказ от ответственности.<br />ЦИ<br />Отказ от способности обладать собственной жизнью и собственной личностной структурой, отказ от принятия и использования всего жизненного пространства, связанного с ними.</p> <p>Уровень 6<br />Состояние воспринимается как абсолютный вихрь мыслей — пространство, в котором я бесконечно думаю обо всём, кроме реальности текущего момента. Я прокручиваю прошлое, моделирую возможное, активирую в себе лавины мышления, вопросы, ответы, замешательство. Одновременно возбуждаются и поддерживаются различные нейронные связи, создавая хаос в пространстве ума. Именно это я называю здесь «жизнью» — жизнью через ум, через мыслительную активность, где я отождествляю себя с мыслями.<br />Я равно мысли о себе, мысли о других, мысли о происходящем. Эти мысли — результат активации определённых нейронных сетей, однако сам процесс их активации я не воспринимаю и потому не могу остановить. Стоит лишь обратить на них реальное сознание, как выполнение программы приостанавливается, но ресурса на поддержание целостности сознания не хватает. Здесь сознание фактически равно целостности восприятия и осознавания сути личностных структур и программ, которые я выполняю.<br />Личностные структуры формируют последовательности и закономерности — нейронные сети, служащие инструментами выполнения программ. Я продолжаю существовать в бессознательном поведении, зависая на околосознательном уровне, проживая то, что диктует воображение и активированный ум. В объективной плоскости это и есть автоматическая активация нейронных сетей, составляющих личностную структуру.<br />С позиции реальности я ощущаю себя пустым: погасший взгляд, отсутствие мотивации, желаний, реальных усилий. Вместе с этим присутствует псевдоспособность знать обо всём, иметь мнение обо всех и обо всём. Это похоже на автоматическое сплетничание ума — продукты активации сетей, с которыми я полностью отождествляюсь. Возникает бесконечное эмоционирование, пока хватает ресурса.<br />Процессы<br />Проявляется мощное расточительство ресурса — действия в аффекте, решения на чистых эмоциях, быстрый слив сил. Это напоминает первые дни войны, когда эмоциональная волна перекрывала трезвость и осмысление. Ключевой эффект — состояние отсутствия: отсутствия сознания, отсутствия осознающего присутствия.<br />Механика этого уровня — активация нейронных сетей через триггеры внимания, сформированные ранее. Эмоции становятся инструментом запуска программ, а эмоционирование — способом поддержания отсутствия себя как сознания.<br />ЦИ<br />Отказ быть в сознании как единственно возможный способ создать отсутствие себя. Отказ от способности просто быть в сознании.</p> <p>Уровень 7<br />Снова возникает волна паники — подступающий ком в горле, ощущение, что всё пространство соткано из панических реакций. Судорожный страх, сжатие, переживание, будто меня сейчас затопит эмоциональный фон: потоки сожаления, грусти, жалости. Возникает образ пребывания на смертном одре, где пересматриваются картины прожитой — или, скорее, не прожитой — жизни. Преобладают эпизоды неудач, упущений, несделанного. Начинается пережёвывание переживаний — процесс одновременного растождествления и проваливания в них, как в пустоту о самом себе.<br />Возникает комок чувств в груди и горле — воспоминания о подавленных, не прожитых состояниях. Эти чувства существуют здесь как память, как облако информации, которое проносится перед внутренним взглядом. Это не сами чувства, а воспоминания о них, искажения и трансформации способности чувствовать. Я не в состоянии прожить их непосредственно, но называю их чувствами.<br />Появляется внушение, что к этому облаку необходимо как-то относиться: анализировать, учитывать, извлекать уроки. Однако пребывание в этом состоянии вызывает отвращение и множественные реакции неприятия. Границы между моими чувствами и чувствами других стираются; это общее поле памяти, в котором нет различия между прошлым и настоящим. Личностные структуры, сформированные ранее, создают фон и реакции на него, поддерживая режим жизни вне сознания — продолжение личностной программы как режима несуществования.<br />Информация, составляющая личностную программу, воспринимается как блоки памяти — результат деградационных процессов существ, предшествующих мне. Эти блоки становятся декорациями и контекстом, в котором я продолжаю выполнять программы.<br />Процессы<br />Проявляется процесс, в котором я выполняю себя как субъект личностной программы и перестаю воспринимать себя как создателя личностной структуры. Связь между структурой и более высоким уровнем программы стирается, и структура превращается в фон для дальнейшей деградации. Личностная программа становится декорацией, информационным полем, создающим условия и события.<br />ЦИ<br />Последовательное стирание и обнуление памяти о взаимосвязи между личностной структурой и реальностью более высокого уровня, разрыв связей между ними.</p> <p>Уровень 8<br />Проявляется пространство идей — всплывающих из глубины в сознание. Сам процесс их возникновения и формирования воспринимается как движение изнутри существа, где идея выступает триггером и маркером запуска программы. Сначала возникает идея, затем под неё формируется личностная структура, и через неё запускается программа. В этом процессе происходит деформация существа в сущности в виде идей — как инструментов дальнейшей деградации на более мелких уровнях.<br />Духовный, невидимый, нематериальный слой программ представлен идеями как сущностями. То, что когда-то было существом и проходило путь деградации — в виде отдельных жизней, людей, эпох или этапов развития человечества, — остаётся в форме идей. Эти идеи — не просто слова или мысли, а комплексные образования, включающие мотивирующие и демотивирующие элементы, задающие движение либо от боли, либо в сторону удовольствия. Основная динамика разворачивается между этими двумя полюсами, и идеи служат способом осуществления такого движения.<br />Количество и характер возникающих идей соотносятся с ресурсностью существа: чем больше ресурса, тем более приближённые к объективной реальности идеи формируются. Однако по мере удаления от первого уровня, максимально близкого к реальности, и перехода к восьмому уровню происходит всё большее отдаление от объективной реальности. Возникает цикличность — одновременно процесс создания идей и процесс растраты себя на их реализацию в рамках личностной программы.<br />Процессы<br />Проявляется механизм, в котором берётся некая область существа, воспринимаемая как мешающая, как боль или как нерастраченный ресурс, и под это ощущение формируется идея. Имплантами внушается или подбирается соответствующая идея, после чего осуществляется переход — точка выхода за пределы текущего уровня реальности — в нематериальный, духовный слой идей-сущностей.<br />ЦИ<br />Отказ существовать на текущем объективном уровне реальности.</p> <p>Центральная точка<br />Проявляется идея абстрактной боли — как ощущение того, что нечто ещё не произошло, не осуществлено, не растрачено. Само это «ещё не» становится источником боли. Пространство воспринимается как незавершённость, как неосуществлённость, и внушается, что именно в этом и заключается боль — в наличии нерастраченного ресурса, неиспользованного сознания, неосуществлённой активности.<br />Возникает восприятие сознания и ресурса как боли. Сам факт наличия ресурса ощущается как избыточность, требующая немедленного расходования. Под это формируется личностно-программный фон, целый структурный слой, который начинает называться деятельностью. Однако по сути речь идёт о псевдодеятельности — о пространстве, создаваемом не ради прямого взаимодействия с реальностью, а ради переработки и растраты ресурса.<br />Происходит заполнение жизненного пространства нейронными структурами, записями, воспоминаниями о деятельности. Пространство утрамбовывается, структурируется, опломбируется. Внутри него одновременно создаётся боль и запускается бегство от неё. Реальное пространство деятельности замещается личностными структурами — сетями, паттернами, образами и воспоминаниями о действии вместо самого действия.<br />Таким образом формируется инверсия: деятельность оказывается обратной своей природе. Вместо прямого проявления существа происходит подмена — антидеятельность, в которой создаётся иллюзия движения при одновременном уничтожении реальной активности.</p> <p>Приказываю себе найти и прояснить, как называется это пространство.<br />Пространство уничтожения собственной деятельности и её замены на псевдодеятельность, пространство антидеятельности — где реальное проявление существа подменяется структурированной имитацией.</p> <p><strong>Последствия</strong></p> <p>Возникает восприятие собственной личностной структуры как части более общей структуры, в которую я встроен функционально — со всеми задачами, целями, условиями эпохи, страны, места рождения и жизни. Вся личностная структура вместе с имеющимся ресурсом оказывается сообразной этим задачам и пространствам, частью которых я являюсь. Всё происходящее — события, реакции, исходы — воспринимается как встроенное в этот общий механизм.<br />Проявляется понимание механики: рождение в статусе жертвы, накопление боли в первые годы жизни и последующая попытка с этой болью справиться, растрачивая себя на разных уровнях. Однако обе части — и накопление боли, и попытка её переработки — являются элементами одного и того же пространства, одной и той же личностной структуры. Первые годы жизни становятся основой личностной программы, а всё дальнейшее — лишь вариации попыток справиться с изначальной болью.<br />Ключевым последствием становится фрагментированное восприятие жизненного пространства — деление его на временные интервалы: между рождением и смертью, десятилетия, месяцы, этапы. Теряется целостность восприятия и, как следствие, целостность деятельности. Всегда присутствует лишь отдельная часть, отдельная идея, отдельная растрата ресурса. Это и есть антидеятельность, потому что она не исходит из целостного столкновения с реальностью, где я — это тот, кто есть, со всем прошлым, настоящим и возможным будущим.<br />Внимание смещается к самому раннему уровню — к первым моментам жизни, где формируется бессознательная, иррациональная основа личностной программы. Именно там появляются первые точки зрения: «больно», «хорошо», «плохо», «нужно», «нельзя». Пространство расчерчивается, и дальнейшее движение происходит уже внутри этой разметки.<br />Внешние события, исторические эпохи, временные этапы воспринимаются как проекции этого бессознательного. Жизнь делится на возрастные интервалы с приписанными им ролями и ожиданиями: определённые потребности и интересы «должны» соответствовать конкретному возрасту. Каждый этап содержит своё наполнение, свои переходы и моменты самозабвения — забывание предыдущих уровней, что ускоряет дальнейшее движение к старению, умиранию и деградации.<br />Таким образом, восприятие времени становится частью личностной программы. Разделение на этапы, интервалы и циклы поддерживает фрагментацию, ускоряет процессы истощения и закрепляет включённость в общий механизм старения и смерти как продолжения той же программы.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное исследование механизмов формирования личностной структуры как системы бегства от прямого восприятия реальности и собственного существования. Через уровни 1–8 раскрывается постепенный процесс деформации сознательной активности, при котором существо утрачивает способность к целостному восприятию себя и мира, заменяя реальную деятельность псевдодеятельностью, а прямое взаимодействие с реальностью — системой внутренних программ, реакций, идей и нейронных структур.<br />Исходной точкой документа становится переживание бессилия, внутренней дезориентации и ощущения глобальной неадекватности происходящего. Автор рассматривает личностную структуру как механизм адаптации к боли, возникающей из восприятия собственной неспособности проявляться, действовать и взаимодействовать с реальностью напрямую. Постепенно формируется многослойная система самоотрицания: отказ воспринимать себя, отказ от сознательной активности, отказ от способности чувствовать, мыслить объективно и быть в сознании.<br />Каждый уровень раскрывает отдельный аспект этой деградационной динамики. На первых уровнях формируются жертвенные структуры, связанные с чувством вины, неудачи, неспособности соответствовать ожиданиям и стремлением стать «невидимым» для мира и самого себя. Далее исследуется механизм ухода во внутренние конструкции личности — псевдомышление, псевдочувствование, социальные игры, внутренние диалоги и эмоциональные реакции, которые постепенно подменяют собой реальное восприятие и деятельность.<br />Существенное место в тексте занимает анализ социальных и коллективных механизмов. Социум описывается как система взаимно поддерживаемых личностных программ, в которых люди не соприкасаются друг с другом напрямую, а взаимодействуют через маски, роли и структуры. Отдельно исследуется механизм пассивной агрессии, эмоционального паразитирования и навязывания другим собственных внутренних конструкций как способа компенсации бессилия и отказа от ответственности за себя.<br />Начиная с шестого уровня, внимание смещается к самому механизму мышления и памяти. Личностная структура описывается как система автоматических нейронных сетей и эмоциональных триггеров, создающих иллюзию личности, активности и осознанности. Возникает идея, что сама память, эмоциональные реакции и набор идей — это остаточные продукты деградационных процессов предыдущих существ и предыдущих этапов человеческой истории.<br />На восьмом уровне документ переходит к рассмотрению «духовного» слоя программ — пространства идей-сущностей. Идея рассматривается как форма деградации существа, как триггер запуска личностной программы и инструмент дальнейшей растраты ресурса. Вся нематериальная сторона человеческой активности описывается как система идей, сформированных из прошлых процессов деградации.<br />Центральная точка документа сводит все уровни к единому механизму: восприятие самого наличия сознания, ресурса и способности действовать как боли. На этом основании создаётся псевдодеятельность — антидеятельность, где реальное проявление существа заменяется структурированными реакциями, мыслями, эмоциями и воспоминаниями о действии. Вместо целостного столкновения с реальностью возникает бесконечное воспроизводство программ, направленных одновременно на создание боли и бегство от неё.<br />В разделе «Последствия» описывается итоговая фрагментация жизненного пространства: восприятие жизни через временные интервалы, этапы, возрастные роли и циклы. Потеря целостности приводит к ускорению процессов деградации, старения и смерти, которые рассматриваются как продолжение той же личностной программы, сформированной в раннем детстве на основе первичного опыта боли и бессилия.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Tue, 02 Jun 2026 20:23:52 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17647#p17647 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17646#p17646 <p><strong>Уничтожение сознания, восприятия и переход в состояние полной программности</strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует многоуровневую систему подчинения сознания через импланты, технические документации и коллективные программы. В тексте описывается постепенное уничтожение инициативы, намерения и прямого восприятия, начиная с формирования иерархических автоматизмов и заканчивая состоянием полной программности, где реальность воспринимается исключительно как имплантная структура.<br />Через последовательность уровней раскрываются механизмы формирования личности, подчинения власти, разрушения адекватности и превращения человека в носителя автоматических реакций и коллективных идентификаций. Особое внимание уделяется кластерам боли, историческим и сословным самоидентификациям, а также триггерам внимания, запускающим программы подчинения и адаптации к изменяющимся условиям реальности. </p> <p><strong>2022_03_06 </strong></p> <p>Приказываю себе найти и проявить, в чём я сейчас нахожусь.<br />Я нахожусь в состоянии бессилия и подчинения, в состоянии апатии, но не как эмоциональной вялости, а как безусловности перед программами, как полного принятия их диктата без попытки влияния, без попытки проработки и без попытки изменения заданных пространств и реальностей. Реальность диктует своё, программа диктует своё, позиция происходящего диктует своё, и весь этот диктат воспринимается как абсолютный и неизменный, как нечто безусловное и неподвластное намерению.<br />Это подчинение выражается не только как принятие, но и как автоматическое выполнение, как следование программе без внутреннего сопротивления, без права на пересмотр. Возникает состояние безусловного создавания обездвиженности, безусловного создавания остановки, внутреннего замирания и непроявления, где апатия становится не чувством, а позицией, формой существования, закреплённой как норма.<br />В этом пространстве невозможно выйти за пределы заданной позиции, невозможно проявить намерение в зоне прямого восприятия, поскольку сам взгляд прямого восприятия как будто запрещён к применению по отношению к этим программам и факторам. Подчинение становится подосновой всей конструкции, основой полной остановки, где любое движение рассматривается как недопустимое.<br />Импланты указывают не столько на бессилие, сколько на неумолимость выполнения, на абсолютность следования заданным факторам, на необходимость наблюдать реальность как нечто полностью независимое от моего намерения, восприятия, проникновения и воли. Формируется самоидентификация как того, от кого ничего не зависит, как фигуры, полностью лишённой влияния на обобщённые процессы и их проявления.<br />Любое событие, любая информация активирует программу глубокой чуждости моей инициативы происходящему, создаёт ощущение разорванности, оторванности и отсутствия связи с источником решений. Возникает идентификация раба, жёстко триггерящаяся исторической информацией о крепостных, о людях, чья судьба полностью определялась внешними факторами.<br />Эта идентификация включает образ того, кто находится в зоне полного подчинения, в позиции, где невозможно что-либо изменить, остановить или пересмотреть. Определённость в определённые факторы и позиции воспринимается как данность, а отношение к внешним обстоятельствам формируется исключительно как выполнение общих и глубинных программ.<br />Образ жизни оказывается уже сформированным, но настолько встроенным в автоматику, что не подлежит рассмотрению, не подлежит осмысленному пересмотру и не допускает изменения. Самоидентификация включает исторические пласты, в том числе образы крепостных и бедных горожан, где возможна продажа, изгнание, уничтожение, и всё это усиливает ощущение полной определённости и несвободы.<br />Происходит поглощение программы с чётким выполнением внутренних инструкций, однако сами инструкции не осознаются как образ жизни и парадигма поведения. Импланты сопровождают этот процесс, удерживая погружение в глубинные идентификации и закрепляя неспособность выйти за пределы заданного сценария.<br />Приказываю себе найти и прояснить, как называется всё данное пространство.<br />Это пространство выполнения врождённых позиций с постоянным наблюдением за ними как за чем-то абсолютно неизменным и неподвластным, как за структурой, где бессилие воспринимается как естественное состояние.<br />Приказываю себе найти и проявить всю структуру личности, которую я создал для выполнения всей данной программы.</p> <p><strong>Вибрационные уровни</strong></p> <p>Уровень -3<br />Уровень пролонгации прописывания и проявления иерархии в реальности.<br />Распад и разделение сопровождаются созданием такого явления, как иерархия. На программном уровне иерархия представляет собой систему призм восприятия и иллюзий, в которой один мелкий фрагмент сознания реагирует на другой фрагмент и на основании полученной информации создаёт импланты выполнения. По сути, иерархия возникает как автоматическое распределение ролей через реакцию на умственную информацию.<br />Важно, что иерархия не всегда означает, что более низкоресурсные подчиняются более высокоресурсным. Нередко наблюдается обратная картина, либо распределение ролей вообще не связано напрямую с ресурсностью. Ключевым является не ресурс, а наличие уже сформированных имплантов и призм восприятия.<br />Импланты создаются на основе умственной информации: часть сознания, получив информацию, направляет внимание в определённую сферу и заполняет её кластерами боли и имплантами. Это и есть первоначальное проявление программы. При этом видимой остаётся только умственная информация, тогда как импланты, приведшие к подчинению этой информации, остаются вне прямого восприятия.<br />Иерархия в таком понимании — это система, где источник информации выступает как создатель инструкций, своего рода технической документации по формированию имплантов. Полученная инструкция становится промежуточным имплантом, который затем закрепляется в сознании как автоматизм определённого типа действий и реакций.<br />Механизм сходства играет ключевую роль: имплант порождает документацию, документация становится имплантом в той же области деятельности, в том же типе реальности действий. Сознание ищет сходство и автоматически воспроизводит уже имеющиеся наработки, усиливая структуру подчинения.<br />Если в какой-то области отсутствует собственное пространство осознанности, формируется позиция подчинения. Парадоксально, но в определённых иерархических системах более высокое положение может занимать менее ресурсный в плане сознания человек. Будучи низкосознательным, он становится носителем инструкций и проводником имплантов, заполняя ими пространства других.<br />Подобные механизмы ярко проявляются в криминальных и маргинальных структурах, однако они также действуют и в официальных властных системах. Принятие инструкции без рассмотрения её происхождения означает поглощение реальности инструкций и дальнейшее заполнение собственного пространства имплантами.<br />Чтобы занять любую властную ступень в иерархии, требуется пожертвовать частью собственного пространства, превратив его в импланты, зачастую незаметно для себя. Поддержание такого положения требует постоянного воспроизводства имплантов, и при невозможности поддерживать их происходит выпадение из системы.<br />В конечном итоге погружение в иерархию означает выполнение заданной программы, где собственное пространство постепенно сокращается, а реальность подменяется структурой инструкций и автоматизмов.</p> <p>Уровень -2<br />Уровень создания условий и идентификаций, а также формирования мощных конструкций по превращению собственного пространства в импланты на основании технической документации.<br />Создание условий здесь проявляется как процесс заполнения пространства имплантами, скопированными по технической документации с другого импланта, в зоне, где отсутствует проникновение и отсутствует сопротивление. В этом механизме присутствует поворотная точка и поворотный имплант, который фиксирует переход к новой позиции.<br />Данный поворотный имплант формируется как самоидентификация, сросшаяся с коллективными имплантами окружения. Личное пространство сознания срастается с общими коллективными структурами, и это срастание закрепляется как норма. Импланты-триггеры начинают порождать дополнительные импланты, создавая по сформированному фактору новую позицию пространства.<br />Например, через столкновение с авторитетом формируется имплант «подчиняться полиции». После этого каждое взаимодействие с представителем полиции автоматически заполняет пространство соответствующей категории имплантами. Даже нейтральное и корректное взаимодействие усиливает закрепление данной программы, постепенно сокращая зону свободного проявления инициативы и намерения.<br />Если бы сохранялось чистое пространство без действия программы, взаимодействие могло бы быть адекватным и основанным на прямом восприятии. Однако при наличии имплантов даже мирное столкновение становится фактором дальнейшего заполнения пространства автоматизмами подчинения.<br />Аналогичным образом формируются гипнотические требования во взаимодействии с любой властью. Пространство возможного неподчинения уничтожается, заполняясь имплантами невозможности сопротивления. При этом сама возможность адекватного взаимодействия теоретически существует, но программно блокируется.<br />Воздействие и последствия<br />Возникает вопрос о причине: почему пространство заполняется имплантами. Здесь включается программный поиск причины, который не является осознанным, а действует как дополнительный имплант. Формируется установка, что существует некая причина, по которой необходимо заполнить пространство имплантами, независимо от того, внешняя она или внутренняя.<br />Импланты, не воспринимаемые как техническая документация, получают статус причинности. Возникает имплант неизвестности причин: невозможность вычислить, рассмотреть и рассоздать их. Одновременно умственные формулировки сопровождаются технической документацией, направляющей внимание в определённую сферу и закрепляющей там импланты.<br />Процесс усиливается через нахождение «причины», которая автоматически прописывается в призме восприятия и становится частью триггера. Все типы имплантов одновременно закрепляют эту причину и формируют вокруг неё новые импланты, заполняя конкретные пространства в конкретных проявлениях.<br />Иерархия в этом контексте выступает как побочный продукт данной программы. Своё место в иерархии человек занимает на основе неадекватных взаимодействий, поскольку полноценного адекватного взаимодействия между частями иерархии не существует. Взаимодействия оказываются искажёнными, полностью определёнными программами и имплантами, что формирует неадекватную реальность как устойчивую норму.</p> <p>Уровень -1<br />Уровень формирования личности как невоспринимаемого автоматизма выполнения своей роли в общей программе, созданной на основе имплантов и причин предыдущих уровней.<br />Своя роль в данной системе — это не просто социальная функция, а накопление структур и имплантов, образующих грандиозную по масштабу конструкцию. Эта структура блокирует способность сознания вычислить адекватность собственного поведения и прямо рассмотреть своё положение в общей иерархии. Прямой взгляд на реальность собственного поведения становится невозможным.<br />Личность, сформированная таким образом, не воспринимает себя как набор автоматизмов. На деле это состояние внутренней издёрганности, однако оно не распознаётся как таковое, поскольку подобная структура характерна для большинства. Общая схожесть автоматизмов создаёт иллюзию нормы.<br />Реакции закрепляются как первичные автоматические импульсы. Увидел полицию — первая реакция бежать. Увидел крупного начальника — возникает конгломерат реакций от скованности до желания исчезнуть или спрятаться. Эти реакции не осмысляются, они воспроизводятся как предзаданные схемы поведения.<br />Каждое взаимодействие с представителем власти порождает новые импланты, которые подтверждают предыдущие и усиливают всю структуру. Пространство заполняется подтверждающими автоматизмами, и личность всё глубже погружается в закреплённые позиции.<br />Воздействие и последствия<br />Программы необходимости создавать импланты по правилам предыдущих уровней здесь трансформируются в импланты создания устойчивых процессов и реакций. Чем больше таких имплантов, тем менее гибкой и менее адекватной становится реакция. Пространство поведения утрачивает пластичность.<br />Идея «власти нужно подчиняться» перестаёт быть просто мыслью и превращается в ПРИКАЗ, направляющий поведение. Этот ПРИКАЗ обрастает множеством нюансов, каждый из которых подтверждает исходную установку и одновременно ею подтверждается. Формируется разветвлённая структура программ, в которой теряется адекватность взаимодействия и свобода манёвра.<br />Возникает целостная идентификация сфер жизни, в рамках которой существование возможно только по определённым правилам. Чем больше накопление имплантов и призм восприятия, тем меньше остаётся инициативы, намерения и способности к адекватной реакции.<br />Инициатива и намерение постепенно уничтожаются общей структурой личности, и человек начинает действовать как автомат. Поведение становится воспроизведением закреплённых схем, а погружение в выполнение роли воспринимается как единственно возможная форма существования в данной реальности.</p> <p>Уровень 1<br />Уровень общества. Коллектив. Взаимодействие с обществом и коллективом нуждается в корректировке.<br />Корректировка в данном контексте — это попытка выстроить взаимодействие с обществом, с разными кастами и их позициями таким образом, чтобы пристроить собственную инициативу и намерение. Это поиск способов встроить своё пространство в уже существующую иерархическую структуру, найти форму согласия с окружающим коллективным пространством.<br />Возникает активный поиск согласия, поиск формы включённости, в которой можно сохранить инициативу. Однако здесь присутствует ловушка: согласие возможно лишь в рамках общего пространства и в пределах структурных имплантов, которые уже прописаны и частично копируются через техническую документацию. Согласие в этой системе означает обмен позициями в иерархии: я признаю твою вершину в одной сфере, ты признаёшь мою в другой, и оба заполняем свои пространства имплантами.<br />Даже если такой вариант выглядит рабочим, итог остаётся прежним: программа продолжает заполнять пространство позициями невосприятия. Попытка пристроить инициативу не приводит к её раскрытию, потому что программа изначально рассчитана не на сохранение инициативы, а на её уничтожение через превращение собственного пространства в импланты.<br />Подавляющая личность — это человек, заполненный большим количеством имплантов, распространяющий свою техническую документацию на окружающих. При этом он сам не является адекватным в выполнении реальности, поскольку действует в пределах тех же автоматизмов.<br />С самого начала в структуру общества закладывается подчинение этим механизмам.<br />Воздействие и последствия<br />Возникает необходимость в ПРИКАЗе не срисовывать импланты и блокировать у себя восприятие автоматического копирования технической документации. Особенно это проявляется в сфере текущей работы, где должностные инструкции подаются таким образом, что их пункты заполняют пространство имплантами и вытесняют адекватное действие.<br />Инструкции и законы становятся формами технической документации, которые распространяют импланты по всем рабочим и социальным пространствам. Адекватное выполнение оказывается невозможным, поскольку пространство уже заполнено автоматизмами.<br />Срисовывание имплантов происходит также на ранних этапах жизни: при зачатии, внутриутробном существовании и рождении, когда человек копирует импланты родителей и их общественное положение. Формируется погружение в иерархию ещё до осознанного взаимодействия с ней.<br />Таким образом, взаимодействие с обществом превращается в воспроизводство и закрепление иерархии, где инициатива либо уничтожается, либо переводится в форму имплантов, поддерживающих существующую структуру.</p> <p>Уровень 2<br />Уровень выполнения, погружения и проявления в реальности через привычки «правильных» имплантов и позиций, уничтожающих сознание.<br />Программа минусовых уровней предполагает срисовывание имплантов по условиям. На данном уровне к ней подключается дополнительный механизм: в сами условия встраиваются открытые пункты на импланты и на заполнение ими пространства. Эти открытые пункты должны быть конкретными, мощными и оформленными как объективная реальность, не подлежащая сомнению.<br />Погружение в такую реальность означает выполнение всех подобных пространств и позиций без попытки прямого рассмотрения. Техническая документация на импланты становится необходимой тогда, когда она создаёт иллюзию встраивания в намерение. В действительности она уничтожает намерение, однако формируется картина, будто бы схожие импланты и их эффекты являются результатом собственной инициативы.<br />Таким образом создаётся зона неадекватного восприятия, в которой подчинение законам воспринимается как естественный результат личного выбора. Возникает идея, что вне закона начнётся хаос, однако сама эта идея формируется внутри программы и служит её закреплению. Реальность полностью распространяется в пределах данной структуры, и деятельность в ней утрачивает подлинную инициативу.<br />Закон, формально направленный на защиту, в рамках программы начинает выполнять функцию уничтожения сознания. Каждый раз при столкновении с законом даже адекватная и необходимая норма становится источником заполнения пространства имплантами, ограничивающими прямое восприятие.<br />Воздействие и последствия<br />Возникает имплант, согласно которому намерение не должно звучать против технической документации и связанных с ней структур. Формируется мощное внушение отсутствия свободы принятия решений. Намерение и инициатива по отношению к этим программам оказываются блокированными, практически уничтоженными.<br />Это приводит к созданию дополнительных призм восприятия, которые закрепляют необходимость приобретения имплантов и подчинения открытым пунктам технической документации. Каждая уголовная статья начинает сопровождаться скоплением имплантов, формирующих искажение восприятия и подавляющих сознание.<br />Человек не видит общей картины, ему доступно лишь поверхностное понимание, например «убийство — плохо», без осознания того, что вокруг нормы формируется целый слой имплантов. Возможность адекватного взаимодействия вне программы и вне закона не рассматривается, поскольку сама программа не допускает такого взгляда.<br />В результате создаются причины, оправдывающие необходимость всех этих имплантов. Даже столкновение со статьёй, направленной на предотвращение преступления, может формировать внутреннее напряжение и дополнительные импланты, заполняющие пространство. Происходит полное погружение в программу, где закон перестаёт быть инструментом регулирования и становится частью механизма закрепления автоматизмов.</p> <p>Уровень 3<br />Уровень существования в подчинении реальности в её текущем виде и форме. На этом уровне начинается проявление обречённости как устойчивого фона восприятия.<br />Возникает вопрос: кто я в этой реальности. Я — нищий, существующий в ограниченном пространстве, даже если внешне условия не выглядят крайними. Само ощущение закрепляется как бесконечно прописанное условие существования и как окончательно зафиксированная форма реакции на мир.<br />Социальная самоидентификация формируется через принадлежность к определённой семье, к определённым условиям рождения, к определённому социальному положению родителей. Всё это складывается в мощную программу: я есть холоп, мои родители холопы, моё окружение холопы. Эта формула не обязательно произносится напрямую, но она закрепляется как структура восприятия.<br />Существование в этом пространстве требует проявления инициативы и намерения таким образом, чтобы не нарушать течение программы подчинения. Единственный способ действовать внутри этой системы — приносить в жертву собственное пространство, превращая его в импланты. Без этого в рамках данной программы существование невозможно.<br />Даже возмущение начальством или обсуждение несправедливости либо растворяется в коллективном недовольстве без результата, либо заканчивается усилением подчинения. Любая попытка сопротивления приводит к дальнейшему уничтожению как общего, так и личного пространства.<br />Невозможно проявлять инициативу, не жертвуя частью себя. Сначала инициатива подавляется в отдельных сферах, затем полностью. Так выполняется вся программа уровня.<br />Воздействие и последствия<br />Формируется установка: невозможно скрыться, невозможно избежать выполнения технической документации и создания имплантов по её правилам. На бытовом уровне это проявляется как сверхдисциплинированное следование должностной инструкции, как стремление не выходить за пределы предписанного.<br />Инициатива допускается только внутри уже заданных программ, превращаясь в форму «правильного» подчинения. Рабство третьего уровня проявляется не в явной форме, а как образ «хорошего работника», строго следующего инструкции.<br />При этом результат по инструкции оказывается невозможным в адекватной форме, поскольку сама система построена на имплантах и неадекватности. Однако это перестаёт иметь значение: важным становится лишь выполнение.<br />Попытка через подчинение получить свободное пространство оказывается иллюзией. Техническая документация заполняет всё пространство существования, заставляя выделять новые импланты и усиливать идентификацию с условием. Формируется ощущение, что выполнение программ невозможно сдержать, что оно происходит автоматически.<br />В итоге всё сводится к одному сплошному импланту и одной сплошной программе. Погружение в этот фактор становится тотальным, а пространство личности полностью включается в механизм подчинения.</p> <p>Уровень 4<br />Уровень формирования реальности, в которой пролонгируется невозможность существования в рамках данной программы.<br />На этом уровне проявляется дополнительный фактор невозможности существования. Строго говоря, сама программа формирует невозможность существования, однако здесь она закрепляется как устойчивое состояние. Условия и техническая документация на импланты не просто задают рамки, а обладают свойством бесконечного подчинения и бесконечной пролонгации. Подчинение становится непрерывным, а пространство существования внутри программы постепенно уничтожается.<br />Это начинает напрямую влиять на деятельность, включая работу. Возникает невозможность выполнить задачу, реализовать поставленный фактор, довести действие до результата. Невозможность становится не исключением, а нормой функционирования.<br />Попытка сбежать от реальности проявляется как поверхностное человеческое поведение: обойти патруль, спрятаться, избежать контакта с представителем власти. В более широком смысле это попытка уйти от любых факторов, которые активируют импланты подчинения. Однако такое бегство не решает проблему, поскольку реальность остаётся заполненной имплантами, и они продолжают воспроизводиться.<br />Любая инструкция, любой закон, любой представитель власти, воспринимаемый через идентификацию холопа, автоматически усиливает подчинение. Реальность быстро заполняется новыми имплантами, и сопутствующие пространства также оказываются заражены. Даже попытка физического ухода — в изоляцию, в одиночество — не решает проблему, поскольку внутренняя структура подчинения остаётся.<br />Воздействие и последствия<br />Происходит окончательная смерть инициативы и намерения. Формально они продолжают существовать, но оказываются в прямой оппозиции к реальности. Намерение начинает противоречить внешней реальности и через это противоречие активирует программу уничтожения.<br />Если на предыдущем уровне сохранялась попытка синхронизации, то здесь возникает открытая оппозиция. Намерение «нужна другая ситуация» сталкивается с технической документацией, которая утверждает невозможность даже минимального проявления такого намерения.<br />Реальность не просто игнорирует намерение, она его подавляет через идентификацию холопа и автоматическое подчинение коллективной структуре. Намерение оказывается в состоянии постоянного конфликта, что приводит к его постепенному разрушению.<br />Программа мощно завязана на коллективную позицию и коллективную реальность. Погружение в неё означает согласие с невозможностью существования вне этих рамок. В результате реальность закрепляется как пространство, в котором любое самостоятельное намерение либо уничтожается, либо обнуляется через постоянное противоречие с системой.</p> <p>Уровень 5<br />Уровень безусловности подчинения программам минусовых и предыдущих уровней с активацией позиции холопа и идентификацией с программой холопа при одновременном погружении в умственные игры собственных намерений и инициатив.<br />Здесь проявляются принципиальные отличия от предыдущих уровней, включая четвёртый. Собственное намерение, имеющее отношение к реальности, больше не рассматривается как фактор, влияющий на функционирование в мире. Оно перестаёт восприниматься как имеющее отношение к действию, к уму или к любому пространству реальности.<br />Остаётся только позиция подчинения — бездумное выполнение инициативы холопа. Либо выполнение сопровождается умственным комментарием, который не является оправданием, а служит формой сопровождения подчинения. Этот комментарий превращает личность в дополнительный источник растраты ресурса, поскольку создаёт новую техническую документацию, усиливающую импланты.<br />Чем ниже уровень, тем активнее субъект сам создаёт техническую документацию для закрепления имплантов. Инициатива оказывается мёртвой, а ум берёт на себя функцию комментирования и поддержания программы. Если на третьем уровне предпринимались попытки подстроить инициативу под программу, то здесь остаётся абсолютная бессознательность подчинения.<br />Ум может комментировать позицию, однако в глубинных слоях, включая сновидения и иные флуктуации сознания, проявляются вытесненные импульсы. Человек, декларирующий ценность жизни и осуждающий насилие, может видеть во сне агрессию или принуждение, что демонстрирует разрыв между официальной позицией и внутренним состоянием.<br />Возникают умственные комментарии, создающие дополнительную техническую документацию, прежде всего для себе подобных. Происходит полное погружение в выполнение программы и закрепление позиций подчинения.<br />Воздействие и последствия<br />Формируется установка: ты — это не инициатива, не намерение и не собственное проявление. Инициатива окончательно умирает, причём более глубоко и бесповоротно, чем на предыдущих уровнях. Если ранее намерение ещё колебалось, то здесь наступает условная «двойная бесконечность» его обнуления.<br />Всё, что выполняется, происходит по программе и по идентификации холопа. Однако если ранее эта идентификация носила оттенок униженности, то теперь она воспринимается как «естественное место». Холоп не унижен, он просто функционирует в рамках отведённой роли, где собственная инициатива не предусмотрена.<br />Подчинение законам, правилам, приказам начальства, государственным установкам и пропаганде становится автоматическим. Пространства сознания, которые ещё остаются, направлены на усиление и обслуживание этих программ.<br />Личность трансформируется в роботизированного исполнителя без собственного сознания и инициативы. Происходит полное погружение в выполнение программы, где любое действие реализуется исключительно в рамках заданной структуры и коллективных имплантов.</p> <p>Уровень 6<br />Уровень убеждённой подавляющей личности.<br />Этот уровень можно определить как уровень подавляющей личности по убеждению и по факторам убеждения. Каждый имплант, независимо от степени заполненности пространства, стремится отразиться во всей реальности и во всех позициях. Всё должно быть подтверждено, распространено и закреплено.<br />Ум, как и на предыдущем уровне, продолжает комментировать происходящее, однако комментарий служит уже не попытке осмысления, а дополнительному укреплению программы. Формируется постоянная техническая документация, которая оправдывает необходимость подчинения и выполнения всей заданной реальности.<br />Подавляющая личность здесь не просто убеждённая, а как бы наглухо вбитая в эффект собственной правоты. Она удерживается в иерархии за счёт последних ресурсов, растрачиваемых на импланты влияния и харизмы. Речь, аргументация и давление становятся средствами подтверждения собственной технической документации.<br />Происходит постоянное самоподтверждение: я подтверждаю свои импланты перед самим собой, создаю новые программы в сходных пространствах и распространяю их в окружающую реальность. Формируется установка, что всё должно быть сделано по моей документации. Игры в правоту, навязывание убеждений и факторов становятся способом существования.<br />Воздействие и последствия<br />В имплантах бесконечного отсутствия восприятие реальности подменяется ощущением абсолютной правоты и объективности. Условно адекватные функции ума уходят в импланты, что выражается в бесконечном несуществовании прямого восприятия.<br />Существует только техническая документация, которая воспринимается как истина и единственный ориентир. Выйти из этого пространства становится невозможно, поскольку любое различение истины и лжи уже встроено в систему имплантов и служит её поддержанию.<br />На данном уровне подавление распространяется и на самого себя. Различие между субъектом и программой стирается, остаётся лишь набор технических предписаний. Подавляющая личность становится инструментом воспроизводства имплантов.<br />Это холоп, поставленный над другими холопами для поддержания системы. Он выполняет функцию передачи технической документации и создания имплантов для остальных. Таким образом, уровень 6 закрепляет структуру иерархии через активное распространение программ и окончательное подавление инициативы в себе и в других.</p> <p>Уровень 7<br />Уровень создания и проявления разорванной реальности, в которой умственные пространства окончательно заполняются имплантами.<br />На данном уровне человек практически утрачивает возможность действовать в реальности. Коллективные программы, технические документации и внутренние автоматизмы заполняют его пространство до такой степени, что способность к проявлению заменяется неспособностью действовать.<br />Если на предыдущем уровне ещё предпринимались попытки протолкнуть техническую документацию во внешнюю реальность, то здесь она уже не распространяется вовне. Она остаётся внутри, разрушая личность на части. Программы минусовых уровней начинают проявляться как внутренний развал, сопровождающийся умственными играми в собственных парадигмах.<br />На поверхностном уровне это выражается в повышенной внушаемости и фиксации на идеях. Импланты, связанные с определёнными убеждениями, начинают относиться к внутреннему распаду личности. Человек создаёт в своём мире собственные законы и дополнительные импланты, сопровождая их новой технической документацией.<br />Происходит быстрый развал структуры личности и приведение её в состояние неадекватности. Внутренний мир становится замкнутой системой, не связанной с реальностью, но поддерживаемой программами подчинения.<br />Воздействие и последствия<br />Возникает установка: реальность — это то, что я вижу, и то, что я есть. Техническая документация продолжает действовать, но уже в условиях, когда реальные сферы жизни разрушены и закрыты. Пространства проявления уничтожены, и изменить их в рамках программы невозможно.<br />Подчинение сохраняется как обязательство, однако связь с реальностью утрачена. Идентификация холопа превращается в пародию: человек принимает идеи подчинения, но не способен адекватно взаимодействовать с окружающим миром.<br />В иерархии такой человек оказывается вытесненным, ему перестают давать указания, поскольку он не способен выполнять функции системы. Следующей ступенью становится выпадение из структуры — положение, условно аналогичное социальной маргинализации.<br />Программа продолжает выполняться, но уже в форме полного разрыва с реальностью. Погружение в неё становится окончательным, а личность существует в пространстве имплантов, утратив связь с адекватным восприятием и действием.</p> <p>Уровень 8<br />Уровень невозможности существования в реальности как проявленной имплантной позиции.<br />Быть в реальности становится невозможно. Это означает, что техническая документация на импланты больше не может быть реализована даже в форме создания новых имплантов. Я не могу продолжить существование через создание и проявление этих программ. Я не могу проявить позицию, создавая соответствующие структуры, потому что сама возможность проявления уничтожена.<br />Пространство жизни человека оказывается объявленным невозможным. Обобщённое пространственное существование невозможно. Инструкции и пункты технической документации оказываются взаимоневыполнимыми. Законы, должностные предписания и требования становятся формально обязательными, но фактически невыполнимыми, что переводит всё пространство в состояние постоянного противоречия.<br />Техническая документация формулирует позицию бесконечного несуществования: всё, с чем пространство сталкивалось, приобретает форму отсутствия. Сознание не способно согласовать противоречащие приказы, законы и инструкции с возможностью собственного проявления. В результате всё пространство переводится в имплант невозможности существования.<br />Даже идентификация холопа или маргинала перестаёт работать. Невозможно существовать ни в одной из социальных ролей, поскольку импланты утверждают, что субъекта как такового нет. Пространство оказывается заполнено одной сплошной невозможностью.<br />Воздействие и последствия<br />Возникает установка: это не жизнь, это бесконечное отсутствие. Программы открытых пунктов исчезают, у имплантов не остаётся даже формальной точки выхода. Намерение не может быть направлено ни на встраивание, ни на противодействие. Отсутствуют позиции, через которые возможно действие.<br />Остаётся только уход в кластеры боли и существование в виде имплантов. Погружение становится тотальным, изменение и трансформация невозможны. Пространство не перестраивается и не подлежит корректировке.<br />Проявляется состояние, в котором техническая документация закрепляет формулу «я не существую». Это становится подтверждением согласия с бесконечным отсутствием. Погружение в программу окончательно, и выполнение всех её пространств становится единственной формой существования в рамках данной структуры.</p> <p>Уровень 9<br />Мир духов как отсутствие человеческого существования.<br />Этот уровень условно ниже человеческого мира и представляет собой пространство разрозненных фрагментов, урывков человеческого воображения, утративших связь с целостной реальностью. Это не самостоятельные сущности в полном смысле слова, а остатки разрушенной структуры сознания, функционирующие по той же программе.<br />Техническая документация на импланты продолжает заполнять эти разорванные фрагменты, не связанные более ни с общей реальностью, ни с целостным восприятием. Подобный процесс проявляется и на человеческом уровне, когда формируются кластеры боли и соответствующие им реальности.<br />На данном уровне человеческая реальность объявляется невозможной, а сама сущность максимально упрощается. Способность к целостному восприятию снижается до минимума. Сущность складывает незначительные фрагменты факторов, затем получает на них техническую документацию и превращает их в очередной кластер боли.<br />Происходит полное погружение в выполнение программы, но уже без целостного субъекта, только в виде функционирования отдельных фрагментов.<br />Воздействие и последствия<br />Здесь реализуется односторонний ход программы. Это движение только в одном направлении — от одного заполненного имплантами пространства к другому. Техническая документация требует постоянного продолжения и завершения, не допуская возврата или пересмотра.<br />Импланты обладают свойством бесконечного невосприятия и неизменяемости. Их невозможно рассоздать ни на уровне коллективных игр, ни на уровне личных. Любая попытка изменения оказывается встроенной в ту же структуру.<br />Переход от одной ступени к другой осуществляется как последовательность заполнений. Невозможно изменить идентификацию холопа, начальничка, маргинала или иной социальной роли, поскольку программа не предусматривает альтернативного принципа взаимодействия.<br />Существует только движение в пределах имплантной структуры. Техническая документация бесконечно требует реализации, а субъект, утративший целостность, существует лишь как носитель фрагментов программы.</p> <p>Уровень 10<br />Уровень существования в более глубоком минусовом отсутствии по отношению к реализации собственного намерения.<br />Выход из девятого уровня сопровождается болью невозможности реализовать собственное намерение. Это боль осознания, что проникновение в пространство инициативы и активного намерения, включая намерение рассоздать сопутствующие программы, оказывается недоступным.<br />Импланты заполнили все возможные пространства и реальности, как на условно надчеловеческом уровне, так и после полного погружения человека в зону имплантов. Человек оказывается выведенным в реальность имплантов, где любое действие осуществляется внутри уже заданной структуры.<br />Погружение в выполнение программы становится тотальным. Попытка изменить или преобразовать реальность невозможна, поскольку все позиции и проявления заранее определены.<br />Воздействие и последствия<br />На данном уровне человек лишён инициативы и намерения как глубинного фактора существования. Изначальная позиция, способная напрямую воспринимать, воздействовать и рассоздавать программы, оказывается недоступной для проявления.<br />Это означает, что формируется иная реальность и иной принцип существования — исключительно программный. Программность становится глубочайшей и тотальной. Всё зафиксировано, всё распределено по событиям и точкам времени, а идентификация разбросана по заранее заданным позициям.<br />Социальное положение, рождение в определённой семье, исторические корни и коллективные структуры становятся факторами, подтверждающими отсутствие подлинной инициативы. Человек продолжает выполнять кластеры боли, закрепляя идентификацию холопа независимо от смены поколений.<br />Импланты в значительной степени копируются при зачатии, внутриутробном развитии и в раннем детстве, воспроизводя структуры семьи и её социального положения. Даже в условиях разрыва с родителями базовая программность сохраняется.<br />Таким образом, уровень 10 фиксирует окончательную форму программного существования, где реальное намерение и инициатива не проявляются, а пространство жизни функционирует как полностью заданная и неизменяемая структура.</p> <p>Уровень 11<br />Уровень необходимости безусловного выполнения импланта.<br />Безусловное выполнение импланта означает, что реальность воспринимается как сам имплант. Настоящая реальность отождествляется с характеристиками импланта: бесконечной просадкой, бесконечным отсутствием и бесконечной программностью. Это программность, возведённая в бесконечную степень, где влияние структуры становится тотальным.<br />Структура импланта оказывается единственным, что остаётся. Она демонстрирует пространство, помноженное на мёртвость, процесс, лишённый живого начала. Имплант воспринимается как безошибочный и абсолютный механизм, действие которого не может быть отменено. Если существует что-то сверхабсолютное и безошибочное, то это и есть имплант.<br />Техническая документация также становится имплантом — промежуточным, вторичным, связывающим уже существующие структуры. Импланты могут дублироваться бесконечное число раз, заражая оставшееся пространство. Точность копии не имеет значения, поскольку в рамках программы важно лишь распространение.<br />Идентификация холопа переносится на всю систему взаимоотношений и на всю жизнь. Техническая документация становится тем, что воспринимается как единственно допустимая реальность. Она создаёт дополнительные импланты, подчёркивающие необходимость условий и переходных точек, где формируется очередной слой программности.<br />Иерархическая идентификация закрепляется через импланты: начальник, старший холоп, холоп, бомж, затем выпадение из человеческой структуры. Каждая ступень формируется как лакмусовая реакция имплантов на поступающую информацию.<br />Обычная информация, например инструкция о том, как вести себя перед взрослыми, порождает направление внимания на соответствующую зону взаимодействия. Техническая документация уничтожает адекватность, создавая человека воспитанного, но неадекватного. Возможны противоположные импланты, действующие одновременно, что создаёт внутреннее противоречие.<br />Воздействие и последствия<br />При умножении зон бесконечного отсутствия формируется эффект непрерывного заполнения пространства, подобно экрану, постепенно покрывающемуся точками до полной белизны. Импланты производят реальность безостановочного процесса, действующего в каждом кванте времени.<br />Этот процесс не осознаётся, не корректируется и не контролируется. Погружение в выполнение программы становится непрерывным, создавая новые самоидентификации — национальные, сословные и прочие. Происходит полное выполнение всех пространств программы.</p> <p><em class="bbuline">Приказываю себе найти и прояснить, как называется всё это пространство и вся эта структура личности.</em></p> <p>Это проявление личности, полностью включённой в коллективную программу. Это деградация и уничтожение собственного сознания через лишение себя намерения и через ограничение существования исключительно выполнением технической документации на импланты с последующим созданием вторичных программ холопа и множественных идентификаций.</p> <p><em class="bbuline">Приказываю себе найти и проявить изначальную боль, из которой я сбегаю в это пространство.</em></p> <p>Эта боль связана с оторванностью от возможности пользоваться реальностью как чем-то собственным, с утратой ощущения принадлежности и права на проявление, с идентификацией выкидывания из способности распоряжаться реальностью и её частями как своим пространством.</p> <p><strong>Кластеры боли</strong></p> <p><em class="bbuline">Приказываю себе найти и прояснить, как называются кластеры боли</em>.</p> <p>Это боль национальной самоидентификации, боль позиции «русский» как категории безвольного раба, как позиции, в которой закреплена историческая и коллективная установка на подчинение. Это не столько идентификация с конкретной национальностью, сколько боль отнесения себя к категории людей, воспринимаемых как лишённых воли, стратегии, тактики и возможности выхода из подчинения внешним силам и внешней реальности.<br />Это боль единственного допустимого варианта существования — подчинения командующим структурам, где отсутствует план самостоятельного действия, отсутствует допуск к неповиновению, отсутствует даже мысль о стратегическом выходе. Это боль неспособности выйти из заданного состояния и боль мощного отказа от индивидуального проявления, сопровождаемая ощущением выкидывания из реальностей, где возможно рассматривать себя как субъект в глобальном смысле.<br />Здесь присутствует боль отличия двух позиций: условно «реального русского» как потомка крепостных и нищих горожан и некоего идеализированного образа, с которым невозможно соотнести себя. Это боль жёсткой самоидентификации вне идеализированных образов, именно в аспекте рабскости и подчинения, боль вынужденности следовать всем заданным факторам и пространствам.<br />Сюда же относится боль постоянного давления среды, не как случайного несчастья, а как непрерывного и неизбежного фона, где любая внезапность воспринимается как элемент системного давления. Это боль однозначного и безосновного подчинения среде, боль невозможности изменить её воздействие.<br />Вторичные слои включают боль, разделённую через ум и умственные идентификации: боль низкорангового самца, боль глупого, незначительного, непонимающего ситуацию, боль доверчивого и неспособного объективно оценить поступающую информацию. Это боль абсолютной неспособности объективно оценить пространство и реальность, боль невозможности изменить происходящее и повлиять на заданные позиции.<br />На глубинном уровне проявляется боль робота-исполнителя, у которого формально присутствует волеизъявление, но это волеизъявление врождённо подавлено и убито на коллективном уровне. Инициатива существует как потенциал, однако лишена права на реализацию, лишена допуска к самопроявлению и рассозданию программ.<br />Это боль уничтоженной инициативы на уровне среды, боль невозможности проявлять собственную волю, включая волю к рассозданию программ. Программы воспринимаются не как более сильные, а как структурно закреплённые и указывающие, как имеющие своё положение, определяющее идентификацию.<br />Проявляется боль стыда, слабости и ничтожности как следствие лишённой права инициативы, боль отсутствия допуска к действию в реальности, в том числе к защите собственных прав. Возникает коллективная идентификация «мы не защищаем свои права», «мы не принимаем собственные решения», где каждое действие требует внешнего разрешения.<br />Формируется установка, при которой буквально каждый шаг, даже умственный, проходит через внутренний запрос на разрешение, а глубинный отказ от рассоздания программ закрепляет зависимость от структур, у которых необходимо спрашивать. Это боль полной запертости в идентификации «я робот», боль совершенного бессилия инициативы, намерения и их реализации, боль абсолютности этого бессилия.</p> <p>Все точки фиксации этих кластеров боли и пространств боли к моему жизненному пространству и все идеи, возникающие из установок этих точек фиксации.<br />Фиксация строится на установке: мне ничего невозможно, мне ничего неизвестно, я ничего не могу. Эта установка сопровождается перманентным переживанием унижения как фонового состояния, как устойчивого пространства и позиции, в которых я нахожусь. Унижение переживается как тотальное, абсолютное, безусловное, как идентификация с абсолютно низшим и бесправным сословием.<br />Возникает самоидентификация зависимого, условно зависимого от барина, того, кто ведёт разговор и принимает решения только в рамках допустимого, только в рамках спроса и разрешения. Формируется установка «мне нельзя»: мне нельзя иметь иное решение, иное влияние, иную позицию. Инициатива и намерение объявляются несуществующими для данной реальности, и единственно допустимым способом их существования становится перевод в низкоуровневые умственные игры.<br />Все остатки инициативы и намерения направляются в жёсткие умственные конструкции, полностью изымаются из реального проявления. В реальности ничего подобного проявлять нельзя, в факторах, позициях и решениях нельзя выходить за пределы предписанного. Закрепляется идея, что я не тот, у кого есть взгляд на рассоздание программ, особенно тех, которые уходят в коллективные структуры.<br />Формируется позиция, согласно которой у меня отсутствует способность видеть механизмы рассоздания программ, отсутствует право на такой взгляд и отсутствует сама возможность влияния на общую реальность. Позиция сословия как касты продолжает существовать даже при отсутствии формального сословного деления, сохраняясь как внутренняя идентификация подчинённого.<br />Из этих точек фиксации возникают вторичные идеи: всё равно отнимут, всё равно заставят отказаться, всё равно принудят. Любая попытка изменения заранее объявляется невозможной, любое перестроение реальности воспринимается как недопустимое и недостижимое. Возникает установка на полное погружение в выполнение данной позиции и данных факторов без поиска альтернатив.<br />Закрепляется идея отсутствия альтернативных форм существования, отсутствия иных моделей жизни. Попытка создать альтернативную форму сопровождается ощущением собственной тупости и неспособности воспринять механизм её формирования, что дополнительно усиливает фиксацию в текущем пространстве.<br />В итоге формируется полное погружение в заданную реальность, в выполнение всех её пространств и факторов, с одновременным отказом от восприятия возможностей выхода и рассоздания исходной конструкции.</p> <p><strong>Триггеры внимания</strong></p> <p>Триггер внимания номер один.<br />Данный триггер активируется в ответ на флуктуации внешней реальности, на обрисованные предложения коллективных проявлений, которые задают новую конфигурацию условий существования. Это могут быть как явные события, так и скрытые, скользкие, трудноуловимые изменения среды, воспринимаемые как принуждение, даже если оно не выражено напрямую.<br />Типовой пример — изменение цен в магазине: вчера помидоры стоили одну сумму, сегодня — значительно больше. Однако речь идёт не только о бытовых изменениях, а о любых флуктуациях внешних условий, вплоть до масштабных событий, таких как начало войны, когда привычная конфигурация реальности мгновенно заменяется новой. В обоих случаях механизм активации одинаков: запускается программа последствий, встроенная в данный триггер.<br />Первичная реакция — прогнуться под ситуацию, принять её как данность. На каждую такую флуктуацию заранее выделены импланты и позиции, уже присутствуют ПРИКАЗывающие программы, которые активируются через триггер и задают направление проявления. Основная команда — адаптироваться и приспосабливаться, жить в новых условиях без попытки их пересмотра.<br />Формируется идентификация: «теперь будем жить по-другому». Возникает безусловное принятие новой реальности как окончательной и необратимой, независимо от того, изменилась ли заработная плата или произошли иные структурные сдвиги. Каждая такая смена условий сопровождается формированием кластеров боли, связанных с ощущением уменьшения возможностей, снижением платёжеспособности, ослаблением позиции.<br />На базе этих кластеров запускаются вторичные программы и вторичные реальности, закрепляющие идеи слабости, ничтожности и, прежде всего, подчинённости. Подчинённость становится центральным мотивом: жить в новых условиях, существовать в новых факторах, принимать новые ограничения как неизбежные.<br />Одновременно происходит блокировка ресурса сознания, необходимого для проникновения в структуру сформированных условий и их изменения. Вместо взгляда на изменение формируются импланты, обеспечивающие адаптацию к новым обстоятельствам без их рассоздания. Я оказываюсь вне позиции наблюдателя и преобразователя, вне возможности рассмотреть новые условия как подлежащие пересмотру.<br />Фиксируется установка, что прошлое невозможно рассоздать, как невозможно рассоздать выверты имплантов, приведших к текущим изменениям. Повышение цен, социальные и политические события воспринимаются как результат структур, которые недоступны влиянию, а следовательно, остаётся лишь плыть по течению.<br />Возникает образ пловца, которого несёт поток и который не борется с течением, однако далее даже эта метафора обнуляется: нет пловца, нет субъекта с намерением, инициатива и воля объявлены пустыми и бессильными. Не существует другого фактора, другой позиции и другой реальности, кроме той, что уже сформирована и принята как окончательная.</p> <p>Триггер внимания номер два.<br />Данный триггер реагирует на диктовку условий, но уже не столько на абстрактные флуктуации среды, сколько на инструкции, сформированные людьми и закреплённые в реальности. Это может быть должностная или рабочая инструкция, формальные указания, распоряжения руководства, а также неофициальные, насильственные приказы со стороны криминальных структур, властей или любых иных фигур силы. Независимо от источника, ключевым является сам факт диктовки.<br />Активация триггера запускает погружение в состояние выполнения, в реальность данных условий, где формируются структуры последствий и программы реагирования. Включается сословная идентификация, но не в явной умственной форме «я крепостной», а как глубинная автоматическая позиция холопа, как включение уже сформированных автоматизмов с внутренней логикой подчинения.<br />Эта логика не обязательно осознаётся как выполняемая, однако проявляется как парадигма поведения и реакций на любое подобное пространство. Возникает анти-логика подчинения: даже при внутреннем несогласии реакция всё равно сводится к выполнению приказа и закреплению существующего положения.<br />Метафорически это проявляется как ситуация, в которой группа крепостных может возмутиться против барина, но после жёсткой демонстрации силы автоматически возвращается в состояние подчинения. Поведение, реакция и позиция фиксируются как шаблон, где любое сопротивление кратковременно и в конечном итоге приводит к выполнению инструкции.<br />С точки зрения инициативы все эти факторы и инструкции изначально не рассматриваются как подлежащие пересмотру. Инициатива формально присутствует в сознании, однако возможность сформировать импланты, способные рассоздать сами инструкции и их последствия, воспринимается как объективно невозможная.<br />Закрепляется идея, что положение неизменно и не подлежит изменению. Положение понимается как совокупность сформированных процессов жизни: место жительства, социальный статус, указания руководства, структурные ограничения. Допускается ограниченная инициатива внутри положения, но инициатива по рассозданию самого положения блокируется.<br />Формируется убеждение, что положение — это данность, которую невозможно изменить. Даже если человек позволяет себе внутреннее возмущение или коллективное недовольство, итогом остаётся автоматическое подчинение. Часто это происходит настолько автоматически, что сам факт подчинения может не фиксироваться сознанием.<br />Идентификация закрепляется как крепостной, холоп, нищий, даже если формально отсутствует прямой барин. Положение продолжает существовать как структура подчинённости, пронизывающая всю жизнь, и погружение в это положение воспринимается как естественное и неизбежное состояние.</p> <p>Триггер внимания номер три.<br />Данный триггер реагирует на восприятие сословий и каст как структур реальности. С одной стороны, это программы распознавания иерархий, с другой — программы автоматического подчинения подавляющим личностям и позициям власти любого уровня. Включается механизм мгновенной классификации: мэр города, олигарх, полицейский, представитель власти любого ранга — это высшее сословие; подчинённые — это иная ступень; и вся система воспринимается как замкнутая структура, где каждому отведено место.<br />При активации триггера формируется погружение в реальность сословности. Возникает идентификация собственного положения как кастового, даже если она не осознаётся в прямой формуле «я крепостной» или «я раб». Это не историческая декларация, а глубинный автоматизм, закреплённый в реакциях и поведении.<br />Восприятие высшего сословия сопровождается включением жёсткой программы апатии, скованности, тревоги и безинициативности. Активируется функция подчинения, часто автоматически и без рефлексии. Попытка сопротивления внутри этой программы приобретает форму неадекватного бунта, который быстро разваливается при первом реальном столкновении с силой.<br />Одновременно формируется противоположная реакция на низшие сословия, например на бездомных, где включается автоматическое презрение или дистанцирование. Однако и эта реакция также программна и лишена подлинной инициативы. И по отношению к высшим, и по отношению к низшим отсутствует живая самостоятельная позиция, поскольку оба полюса заданы одной и той же системой восприятия.<br />В результате формируется двойственное состояние: я существую в данной реальности и одновременно хочу сбежать из неё. Я существую в этих пространствах и одновременно отвергаю их, не желая признавать их как подлинные. Возникает идея «нет этой реальности» и одновременно невозможность выйти из неё.<br />Моё намерение и моя инициатива оказываются либо мёртвыми, либо действующими в узких пределах, не затрагивающих саму структуру сословности. Даже реакция презрения к низшему сословию или внутренний бунт против высшего не являются проявлением свободы, а остаются частью той же программы.<br />Формируется идентификация высших как снабжённых имплантами бесконечного влияния и необходимости подчинения, а бунт в конечном итоге также сводится к подчинению, поскольку не связан с реальностью взаимодействия и не содержит инициативы по рассозданию самой структуры. В глубине закрепляется установка, что независимо от формы реакции итогом остаётся доминирование высшего сословия.<br />Параллельно присутствует иллюзорная позиция «я вне этой реальности», будто бы моя инициатива не ограничена программами подчинения. Однако эта позиция также не подтверждена реальным действием и остаётся частью той же конструкции.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное исследование многоуровневой структуры подчинения, в которой человеческое сознание рассматривается как пространство, постепенно заполняемое имплантами, техническими документациями и автоматизмами коллективной реальности. Центральная идея текста заключается в том, что личность утрачивает прямое восприятие, инициативу и намерение не одномоментно, а через каскад взаимосвязанных уровней, где каждая следующая ступень закрепляет и усиливает предыдущую.<br />Исходной точкой выступает состояние врождённого бессилия и подчинения, где человек воспринимает реальность как нечто абсолютное, неподвластное изменению. Из этого формируется глубинная идентификация холопа — не как исторической роли, а как универсального механизма внутреннего подчинения коллективным программам. Иерархия, власть, инструкции, социальные роли и законы в тексте описываются не как нейтральные структуры, а как формы технической документации, через которые распространяются импланты и закрепляются автоматизмы поведения.<br />Минусовые уровни (-3, -2, -1) раскрывают механизм формирования иерархии, автоматизмов и самой структуры личности. Здесь появляется идея, что сознание утрачивает способность к адекватному взаимодействию, заменяя её набором реакций, скопированных из коллективной среды. Постепенно человек перестаёт видеть различие между собственной инициативой и навязанными программами.<br />На уровнях 1–4 описывается процесс адаптации к обществу и окончательного закрепления подчинения. Попытка встроить инициативу в коллективную систему заканчивается её уничтожением. Человек учится существовать только внутри технической документации — законов, инструкций, социальных правил и ожиданий. Возникает ощущение невозможности изменить реальность, а любая попытка сопротивления лишь усиливает зависимость от системы.<br />Уровни 5–7 фиксируют дальнейшее разрушение субъекта. Намерение перестаёт восприниматься как самостоятельный фактор, а личность превращается в носителя автоматических программ. На шестом уровне возникает подавляющая личность, распространяющая собственную техническую документацию на других, а на седьмом — распад внутренней структуры и уход в замкнутые умственные реальности, где связь с объективным миром практически исчезает.<br />Уровни 8–11 описывают предельные формы имплантного существования. Пространство жизни объявляется невозможным, человеческая реальность разрушается, а субъект начинает существовать как фрагмент программы, как носитель бесконечного отсутствия. Мир духов на девятом уровне интерпретируется как остатки разрушенного воображения, продолжающие автоматически выполнять те же программы подчинения. Десятый и одиннадцатый уровни завершают линию тотальной программности, где имплант становится единственной воспринимаемой реальностью, а техническая документация — абсолютной истиной.<br />Завершающие разделы документа переводят философскую конструкцию в плоскость конкретной самоидентификации. Исследуются кластеры боли, связанные с национальной, сословной и социальной идентичностью, а также триггеры внимания, активирующие автоматическое подчинение при столкновении с изменениями среды, приказами и иерархическими структурами. В итоге документ формирует целостную модель деградации сознания через отказ от собственной инициативы, через автоматическое принятие коллективных программ и через постепенное превращение человека в носителя имплантной структуры.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Tue, 02 Jun 2026 20:21:23 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17646#p17646 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17645#p17645 <p><strong>Человек как функция в рамках коллективной сущности человечества.<br /></strong><br /><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует многослойную модель Вселенной, в которой человек, социум и сознание рассматриваются как части единой системы переработки пространства и ресурса. Через аналогии с клетками организма, программами и коллективными структурами описывается механизм формирования личности, цивилизации и условно «духовных» уровней. Основная идея текста заключается в том, что все процессы — от биологических до социальных и умственных — являются этапами единого цикла трансформации энергии и сознания, где каждое существо выполняет функцию внутри более масштабной структуры, не осознавая её полностью.</p> <p><strong>2022_02_28 </strong></p> <p>По сути коллективная сущность может быть рассмотрена как некий «монитор», на котором тысячи точек совокупно формируют определённое изображение, однако сами точки при этом не соединены между собой и остаются полностью отдельными друг от друга. Каждая из них изначально программируется на определённый спектр свечения, на конкретную яркость и иные параметры, и именно это индивидуальное программирование внутри общей схемы создаёт при наблюдении эффект существования некой коллективной сущности. Возникает впечатление совокупного изображения, будто бы существует единая структура, управляющая миллионами точек-пикселей, хотя каждая из них по большому счёту никак не связана с другими и не согласовывает с ними свои действия.<br />Между ними нет прямой связи и внутреннего согласования, а их взаимное расположение определяется исключительно логикой программы, в рамках которой подаётся ток на конкретный диод, и он светится без какого-либо учёта того, что происходит рядом. Его работа не соотносится с действиями соседних диодов, однако в совокупности они формируют целостную картину. По этому же принципу формируются и коллективные сущности, где иллюзия единства возникает вследствие параллельного исполнения одних и тех же программ.<br />Можно сказать, что существует некая матрица, управляющая каждым человеком и указывающая ему, как действовать внутри коллективной структуры, однако подобное описание является лишь грубым упрощением. В действительности нет единой централизованной матрицы, а есть совокупность программ, работающих по аналогичному принципу. Каждый человек одновременно выступает как управляемый элемент и как самостоятельный управляющий в рамках этих программ, поскольку он управляет своим состоянием в пределах заданных рамок.<br />Человек не согласовывает с окружающими свою модель жизни в целом, он не выстраивает с ними общую картину существования, а лишь изредка может согласовать отдельное действие или встречу. Тем не менее в пределах одного поселка или сообщества проявляется единая социальная картина и возникает ощущение сонастройки, будто бы существует общее поле. Это впечатление возникает не из-за прямого согласования, а потому что на базовом уровне все исполняют одни и те же программы и функционируют по единым алгоритмам.<br />Пока люди считают себя частью страны или сообщества, они продолжают исполнять общие программы, что и создаёт эффект коллективной сущности, хотя по своей сути это остаётся иллюзией. При этом на определённом уровне всё же просматривается общее управление, аналогичное организму, в котором каждая клетка функционирует в соответствии с жёсткой структурой целого. Роль человека во многом определяется местом рождения, базовыми характеристиками, уровнем ресурсности и другими исходными параметрами, вследствие чего распределяются различные роли и процентные соотношения функций.<br />В организме это видно достаточно чётко, и по социуму действует тот же принцип, однако находясь внутри системы, мы воспринимаем её как огромное разнообразие, тогда как в действительности вариативность ограничена рамками программ. Выполняя набор программ, мы формируем для себя роли и характеристики, позволяющие быть встроенными в определённую матрицу коллективного изображения.<br />Существует уровень программ, на котором мы словно выбираем своё место и параметры на этом экране и начинаем «светиться» согласно установленным схемам, создавая общую картину коллективной сущности. Клетка коллективной структуры проявляется как диод на матрице, который кажется выбирающим собственный режим свечения, хотя на самом деле действует в соответствии с глубинными программами.<br />Вся жизнь на этом уровне представляет собой непрерывное программирование себя, где мы формируем собственные части, которые будут встроены на следующем уровне структуры. Каждый уровень можно рассматривать как новое существо, внутри которого мы уже запрограммировали своё поведение на предыдущем уровне, определив, какие программы будем исполнять и какие роли займём.<br />Играя в текущие сценарии, мы одновременно автоматически программируем части себя на выполнение определённых ролей, точек свечения и функций в рамках более масштабной структуры. Поскольку все уровни существуют одновременно, процесс самопрограммирования происходит непрерывно, и человеческий разум занят главным образом исполнением этих алгоритмов.<br />На уровне самоидентификации «я человек» мы программируем жизнь более низкого уровня, а проживая на более низком уровне, формируем существование ещё более низкого порядка. В результате складывается формат бытия, в котором существо функционирует как полностью программная структура на всех уровнях своего проявления.<br />Это можно назвать своего рода «анти-матрицей», если сравнивать с образом, где человек спит и выступает источником энергии для внешних структур, поскольку здесь мы не питаем нечто внешнее, а сами создаём структуру, в которой существуем. Наша жизнь и есть та структура, которую мы одновременно воспроизводим на всех уровнях, включая роли, которые играем, в том числе роль необходимости родиться, пройти жизненный цикл и погибнуть.<br />Программу, которую мы исполняем сейчас, мы создали на предыдущем уровне, чтобы реализовывать её в текущем воплощении, а ту, которую выполняем сейчас, одновременно формируем как условие для встраивания в коллективную сущность и коллективный организм на данном этапе. Таким образом, каждый уровень является продолжением предыдущего и одновременно основанием для следующего.<br />Деструктивность этой схемы заключается в постоянном стремлении к дроблению сознания и понижению точки сознания, включая движение ниже человеческого уровня, поскольку со смертью и утратой личности происходит дальнейшее падение этой точки всё ниже и ниже. При этом мы осознаём себя не как целостное существо, а как отдельную личность, определяемую именем, характеристиками и телесной формой, и каждый фрагмент существа фиксируется в такой самоидентификации.<br />Существует программа, которая принуждает помещать самоидентификацию в конкретную точку, формируя установку «я такой-то», где это «я» является не набором паспортных данных, а точкой зрения, от которой отталкиваются все действия, решения и мыслительные процессы. Независимо от глубины проработки каждый продолжает исходить из этой точки, от своего тела и своей роли, поскольку именно это является базовой программой привязки и первой фиксацией точки зрения существа на определённом уровне существования.<br />Начиная с формул «я человек», «я мужчина» или «я такой-то профессии», формируется центр в уме, вокруг которого вращаются желания, мотивации и сценарии поведения, и вне этой точки определить себя невозможно. Проработка также осуществляется из позиции «я», то есть из рамок личности, закреплённой на конкретном уровне.<br />Внутри структуры мы непрерывно создаём образ «я такой-то» и жёстко фиксируем его в определённой координате существования, после чего под эту точку формируются структура тела, структура личности и остальные уровни. Сначала внедряется точка привязки с определённой ролью и набором программ, соответствующих координате на «мониторе» коллективной сущности, поскольку каждый пиксель имеет свою позицию и при смещении создаётся разнобой в изображении.<br />По аналогии клетка кости, не имея точной координаты, могла бы сформироваться где угодно, включая мозг, что разрушило бы целостность организма. Каждая клетка является частью сущности и одновременно программой более низкого уровня, содержащей полный набор инструкций для развития в конкретном месте, создания структуры и выполнения функции.<br />Программы действуют на предыдущем уровне, а на текущем уровне реализуются структуры, созданные для исполнения этих программ, поскольку под действием программ формируются структуры, а структуры, в свою очередь, служат для дальнейшей реализации программ. Таким образом, на данном уровне мы работаем преимущественно со структурами, тогда как сами программы располагаются уровнем выше. Умственные игры, которые мы ведём, также представляют собой программы, направленные на формирование структур на более низких уровнях.<br />Точка определения места и начала развития структуры задаёт, в какую общую конфигурацию ты попадёшь, включая структуру тела, личности и других уровней. Позиция в пространстве коллективной сущности определяет, какую структуру необходимо создать и какой набор программ требуется для её формирования. Если часть существа попадает в зону «сосуды», то формируется один набор программ, а если в зону формирования костной ткани, то возникает иной набор, при том что ресурс в основе остаётся единым.<br />Тот же принцип действует и на человеческом уровне: с предыдущего уровня мы попадаем в определённую точку, где необходимо воплотиться в рамках коллективной сущности и выполнять конкретную функцию, под которую формируется соответствующий набор программ. Каждый человек играет в собственные умственные сценарии, однако и выбор этих сценариев, и формирование структур для следующего уровня уже предопределены.<br />Представить устройство предыдущего уровня сложно, поскольку на текущем уровне мы воспринимаем себя как разумных и самостоятельных существ, однако по сути мало отличаемся от сущностей более низкого порядка, которые также запрограммированы и выполняют заданные функции. Различие заключается лишь в количестве и разнообразии функций, тогда как принцип остаётся неизменным на всех уровнях существования.</p> <p>Уровень 1<br />Вот пример наших клеток: огромное количество клеток, которые, выполняя собственные программы и формируя свои структуры, создают пространство. Если рассматривать это по уровням, то на одном уровне это клетки, а на другом уровне эти клетки своим существованием формируют для себя виртуальные структуры в виде органов. Всё наполнение тела, все системы возникают как результат их взаимодействия. Органы, в свою очередь, создают возможность существования мозга как сложного биологического компьютера.<br />Мозг со всеми его нейронными сетями, выполняя собственные программы, формирует уже пространство для человека, для сознательности как таковой. Если продолжать эту логику, то человек своими умственными программами, структурами ума и личностью создаёт виртуальное пространство для коллективных сущностей. С телом этот механизм просматривается относительно ясно, а вот с коллективными сущностями пока менее очевидно, как именно он функционирует, в чём их природа и какие деструктивные процессы разворачиваются на этом уровне.<br />На уровне коллективных сущностей, судьбы и социума у каждого человека существуют свои структуры, связанные с местоположением, ресурсностью, способами принятия решений и характером деятельности. Вся Вселенная представляется разбитой на уровни, где каждый предыдущий уровень существует для того, чтобы обеспечивать существование следующего. Процессы нижележащего уровня создают условия для появления нового слоя, который, добавляясь к предыдущему, формирует следующее пространство.<br />Возникает своеобразная слоистая структура, в которой каждое предыдущее пространство является основанием для последующего. На каждом уровне действуют собственные процессы и законы: законы материи, гравитация, формирование звёзд и планет. Звезда и планета — это тоже пространство, в пределах которого размещается механизм самовоспроизведения первичной молекулы, запускающий процесс биологической эволюции.<br />Планета с её веществами, условиями, солнечным излучением и магнитным полем создаёт среду, в которой начинают существовать организмы. Эти организмы объединяются в структуры, формирующие экосистемный баланс, где растения и животные взаимосвязаны, поддерживая концентрацию углекислоты и кислорода, обеспечивая возможность дыхания и жизни. Любой элемент системы является частным случаем общего механизма, и при устранении хотя бы одной составляющей система начинает разрушаться.<br />По аналогии можно предположить, что и наша жизнь в виде коллективных сущностей представляет собой клетки более высокого порядка, формирующие органы на следующем уровне структуры. Их взаимодействие создаёт процессы, которые в свою очередь участвуют в формировании ещё более масштабных пространств и слоёв с определёнными ресурсами.<br />В организме действует тот же принцип: мозг и нейронные сети представляют собой суммарный эффект деятельности клеток, наблюдаемый извне как единая структура. Любой орган состоит из клеток, выполняющих специфические функции, и их согласованная работа формирует отдельный фрагмент тела — мышцы, сосуды, нервы, лимфатические узлы. На уровне клетки не существует понятия органа или тела; для неё её собственный мир является завершённой формой существования, и выше него ничего не просматривается.<br />Мы же, находясь уровнем выше, видим органы, мозг и многослойную структуру организма. С человеком происходит аналогичный процесс: мы находимся в некоем финальном слое относительно собственного восприятия, однако не видим, какое пространство создаётся из нашей деятельности. Возможно, фантазийные представления о тонких мирах, астрале или иных уровнях отражают попытку описать следующий слой, возникающий из суммарных процессов человеческого ума.<br />Не исключено, что совокупные деструктивные программы ума, направленные на получение эмоций и эффектов, действительно формируют на другом уровне пространство с ресурсами и иными процессами, отличающимися от привычной материальности. Если на нашем уровне всё упирается в биологические формы и материю, то следующий слой может представлять собой уровень структур и программ без классической визуальной материи.<br />Наше зрение фиксирует лишь ограниченный спектр реальности, и клетки когда-то также были невидимы, пока не был изобретён инструмент для их наблюдения. Отсутствие визуального восприятия не означает отсутствия уровня, а лишь указывает на ограниченность наших средств наблюдения.</p> <p>Уровень 2<br />Получается некая линейка со шкалой, с миллиметрами, сантиметрами и другими делениями, где каждый отрезок обозначает определённый уровень структуры. На каждом уровне нашего мира, куда бы мы ни обратили внимание, существует слой программ, обеспечивающих формирование всех последующих слоёв. Для каждого уровня существа присутствует свой слой кристаллизации — своего рода набор структур, закрепляющих форму существования именно на данном этапе.<br />Мы привыкли воспринимать это как последовательную деградацию, где слой за слоем происходит понижение точки сознания, однако в действительности Вселенная одновременно существует на всех уровнях. На первом уровне формируются законы физики, в пределах которых существо начинает взаимодействовать с материей. На следующем уровне, используя уже существующие законы, оно формирует более сложные структуры, такие как планетарные и звёздные системы, где гравитация выступает инструментом организации пространства.<br />То, что на одном уровне воспринимается как Солнечная система, на другом уровне является лишь элементом более масштабного образования, а совокупность таких систем формирует спиральную структуру Млечного Пути. Далее миллиарды подобных галактик объединяются в ещё более крупные скопления, и на каждом уровне существо реализует структурирование в соответствии с возможностями данного масштаба.<br />Мы склонны воспринимать эти структуры как нечто грандиозное и внешнее по отношению к нам, однако аналогичный процесс происходит и на клеточном уровне. В организме человека существует порядка триллионов клеток, каждая из которых живёт собственной жизнью и выполняет свою программу. Для клеточного уровня наш человеческий масштаб может казаться таким же недостижимым и глобальным, как для нас масштабы космоса.<br />На любом уровне Вселенной существо выполняет собственные структурные задачи, соответствующие масштабу и законам этого уровня. Человек в этой системе является промежуточным звеном, находящимся одновременно между более низкими и более высокими уровнями, участвуя в их взаимной кристаллизации и поддержании общей многослойной структуры бытия.</p> <p>Уровень 3<br />Всё, чего ты хочешь, всё, к чему у тебя есть мотивация — двигаться или не двигаться, делать или не делать, — обладает чёткой системностью. По аналогии с организмом, состоящим из клеток, это представляет собой стройную и сбалансированную систему, где огромное количество элементов выполняют свои программы, формируя целостное пространство. По такому же принципу устроено всё во Вселенной: на каждом уровне существа присутствует эта системность, и каждый уровень является структурным выражением общей закономерности.<br />Наш социум и все действия, которые мы в нём совершаем, воспринимаются как личные решения, как проявление индивидуального выбора и собственной жизни, однако это лишь создаёт впечатление автономности. Кажется, что это твои решения, твоя личность и твой выбор, но в действительности это структура, встроенная в более широкий уровень организации.<br />Сначала формируется базовая структура «Я», причём не в смысле самоидентификации как набора личных характеристик, а как определённая позиция в пространстве, одно место из миллиардов возможных точек, к которому прикреплён набор программ. Этот набор не создаётся в моменте, а принимается как уже существующий, и далее ты его проявляешь, словно вставляешь батарейку в прибор, который начинает функционировать благодаря вложенному ресурсу.<br />Сам прибор, его устройство и место в системе могут оставаться вне поля внимания, однако он оживает за счёт твоего пространства и энергии. Поэтому в конкретной точке социума и человеческой истории возникает личность с определённым набором программ, которая реализует заданные функции. Это напоминает устройство клеточной системы, где каждая клетка занимает строго определённую позицию и выполняет свою программу.<br />Если взять любой уровень и обозначить на нём конкретную точку, то в этой точке сформируется определённая структура — живого или неживого существа. Аналогично, выбирая определённый момент истории человечества, можно представить человека с конкретной личностью и набором программ, которые оживают при вложении ресурса. По сути происходит приведение программ в действие, их реализация через пространство тебя как источника энергии.<br />Мы выступаем не просто как батарейка, а как пространство и объём, в котором изначально нейтральное состояние трансформируется в структуру. Программы, реализуясь, формируют конкретные формы существования, и в процессе их исполнения мы постепенно превращаем собственное пространство в структуру, закрепляя заданные параметры и продолжая поддерживать многослойную системность бытия.</p> <p>Уровень 4<br />В любой точке Вселенной существо в первую очередь не осознаёт себя. Человек — это структура, возникшая в конкретной точке пространства и на определённом ресурсном уровне, внутри человечества как слоя, в котором присутствуют ты и другие люди. Личность не создаётся с нуля, она реализуется и запитывается ресурсом, и ты являешься ею именно потому, что не осознаёшь действительность в её полном объёме. Если бы существо где-либо полностью осознало себя, то сама структура Вселенной в этом виде не могла бы существовать, поскольку такое осознание разрушило бы текущую конфигурацию пространства.<br />На данном этапе ты представляешь собой пространство в специфическом состоянии «батарейки», и по этому принципу на любом уровне Вселенной существо реализует себя, обеспечивая функционирование структур. Те структуры, которые выполняются, воспринимаются как «я», однако по сути это программы, и их задача заключается в том, чтобы момент их исполнения не осознавался как нечто внешнее по отношению к личности.<br />Существо не осознаёт механизм своей включённости, и весь наш текущий мир, состоящий из запрограммированных элементов, формирует отдельный слой человеческой истории со своим процессом существования. Ранее существовали динозавры, существовали и будут существовать иные виды на этой или других планетах, и каждый такой слой представляет собой реализацию определённой деструктивной структуры, даже если мы её не видим визуально.<br />Куда бы ни было направлено внимание, везде обнаруживается структура, активируемая существом, причём до начала её активации в ней уже содержатся все параметры. Случайностей или хаоса в этой логике не предполагается, поскольку правила каждого последующего уровня прописываются на предыдущем. Новый уровень не может проявиться до тех пор, пока на более глубоком слое не заданы его принципы.<br />Человеческая история в этом смысле представляет собой пространство, полностью определённое своими правилами. Независимо от объёма ресурсов или способностей человек не выходит за пределы заданной структуры, поскольку она определяет рамки возможного. Существо оживляет программы каждого человека, а в более широком масштабе — не только человека, но и всю биологию, которая существует в узком диапазоне условий.<br />Удаление хотя бы одного элемента из экосистемы приводит к разрушению баланса. Например, исчезновение бактерий, участвующих в круговороте углекислоты и кислорода, сделало бы невозможным существование цивилизации в течение короткого времени. Человечество существует в тонком балансе температуры, состава атмосферы, магнитного поля и других параметров, где исключение любого компонента приводит к распаду системы.<br />Отдельного человека рассматривать вне этой совокупности не имеет смысла, поскольку общее существование опирается на совокупность всех организмов. Человечество — это не только судьбы и личности, а суммарное функционирование множества «роботов», где один вид создаёт ресурс для другого через собственную жизнедеятельность. На уровне растений и микроорганизмов их процессы обеспечивают ресурс для всех остальных форм жизни.<br />По аналогии можно предположить, что и человечество формирует пространство для иных уровней существования, хотя пока не очевидно, какие именно структуры и для каких форм создаются в результате нашей совокупной деятельности.</p> <p>Уровень 5<br />Если рассматривать принцип перетекания ресурсов из одной формы в другую, как это происходит в природе, то можно увидеть непрерывную трансформацию энергии. Энергия Солнца на одном уровне высвобождается в процессе его горения, а на другом уровне становится основой биологических форм. Растения поглощают свет, животные питаются растениями, человек питается и теми и другими, и таким образом происходит последовательная переработка энергии из одного состояния в другое.<br />По аналогии с этим процессом можно рассмотреть и умственную деятельность человека. Если взглянуть на человечество как на переходный уровень, то становится заметно, что значительная часть жизни расходуется на умственные процессы и получение эмоциональных эффектов. Возникает предположение, что этот ресурс не исчезает в пустоте, а преобразуется и переходит в иную форму пространства.<br />Человек фактически берёт энергию, прошедшую длинную цепочку преобразований от солнечного излучения до биологических процессов, и перерабатывает её в переживания, мысли и состояния. Субъективно это воспринимается как завершённый цикл: получен эффект, ресурс израсходован, событие прожито. Однако если рассматривать систему шире, можно предположить, что энергия на этом не исчезает, а продолжает своё движение, переходя на следующий уровень.<br />В этом смысле человечество может выполнять роль своеобразной «перегонки» реальности в иной слой пространства, где материальные ресурсы трансформируются в нематериальные структуры. Тогда все социальные, эмоциональные и умственные игры оказываются частью общего процесса, в котором реализуется необходимая функция преобразования.<br />Современная цивилизация демонстрирует тенденцию к усилению виртуализации жизни: всё больше процессов переводится в цифровую среду, а взаимодействие с материальной реальностью постепенно минимизируется. Если продолжить эту логику, можно представить сценарий, при котором человек с раннего возраста помещается в искусственную среду, где он взаимодействует преимущественно с виртуальным пространством, перерабатывая ресурс своей жизни в виде эмоциональных и умственных эффектов.<br />При этом материальная инфраструктура могла бы поддерживаться автоматизированными системами, а человеческое участие сводилось бы к проживанию субъективного опыта в замкнутой среде. Такая модель выглядит как радикальное упрощение процесса преобразования ресурсов, где основная функция человека — трансформация энергии в иной формат — сохраняется, а материальные действия делегируются технологиям.<br />Если проследить историческую динамику цивилизации, можно увидеть движение в сторону усложнения информационных систем и одновременного упрощения физического труда. В этом контексте вся история может рассматриваться как постепенное приближение к точке, в которой преобразование ресурсов из материальной формы в нематериальную станет доминирующим процессом человеческого существования.</p> <p>Уровень 6<br />Все уровни, существовавшие до появления человечества, продолжают функционировать и сейчас: животный и растительный мир, природные циклы и экосистемы создают замкнутый круговорот ресурсов. Если мысленно убрать человечество и представить доисторический период, то остаётся система, в которой один вид реальных ресурсов постепенно трансформируется в другой. Живые организмы накапливают вещество, разлагаются, образуют новые формы, и в течение миллионов лет такие процессы приводят к появлению нефти, газа и других ископаемых, являющихся результатом длительной биологической переработки.<br />Животные перемещаются, питаются друг другом, остатки возвращаются в почву, и цикл замыкается, оставаясь внутри материальной реальности. Однако с появлением человеческого ума в эту систему вносится иной механизм преобразования. Человек способен тратить реальные ресурсы и энергию мгновенно, превращая их в кратковременный эффект, подобный фейерверку, который вспыхивает и исчезает, оставляя после себя лишь воспоминание или образ.<br />Пространство ума становится тем инструментом, который переводит материальные ресурсы в уровень, не воспринимаемый непосредственно органами чувств. Если процессы во Вселенной на базовых уровнях разворачиваются в веществе и в осязаемой материи, то на уровне ума энергия перерабатывается в нематериальные структуры, подчинённые иным законам и не связанным напрямую с физическим субстратом.<br />Человек может убить животное, получить энергию из его тела и использовать её не только для выживания, но и для создания символических форм — рисунка на стене, праздника, развлечения. С точки зрения физической реальности энергия израсходована, эффект получен, а в материальном мире остаётся лишь след, который сам по себе не оказывает существенного влияния на глобальные процессы. Тем не менее именно в этом преобразовании проявляется специфическая функция ума.<br />С развитием научно-технического прогресса эта тенденция усиливается: всё больше ресурсов направляется на создание виртуальных образов, цифровых структур и информационных систем. Огромные объёмы энергии расходуются на формирование изображений на экранах, поддержание сетей и функционирование социума как совокупности программ.<br />Человек постепенно передаёт своё пространство и ресурс коллективным структурам, заполняя себя их задачами и ролями, становясь элементом более масштабной конфигурации. Мотивация всё чаще смещается в сторону получения эффектов, а базовые потребности выживания становятся лишь условием для реализации основной функции — переработки реальности через умственные процессы. В этом преобразовании человек переводит себя и окружающее пространство в иные формы существования, продолжая многослойный процесс трансформации ресурсов.</p> <p>Уровень 7<br />Ум выступает как механизм перевода ресурса существа на следующий уровень, и в этом контексте становится понятным стремление социума двигаться в определённом направлении, будто внутри заранее заданной структуры. Создаётся система, в которой человек должен выдавать максимум — максимум эффектов, максимум эмоций, проживая их на пределе интенсивности, будь то страдание или наслаждение. Сам смысл существования в этой конфигурации смещается к производству и проживанию эффектов.<br />Правила социума, его институции, экономические механизмы, взаимоотношения между странами и различными центрами власти формируют сложную систему, которая для нас выглядит как человеческая цивилизация с её историей и культурой. Однако в рамках данной логики эта система может рассматриваться как механизм переработки ресурса, где пространство человека используется для выполнения определённых программ.<br />Каждый проживает свою жизнь, принимает решения, действует из интереса или чувства ответственности, полагая, что реализует личные цели. Тем не менее эти действия оказываются встроенными в более масштабную структуру, которая направляет энергию и внимание в заданное русло.<br />В основе этого процесса лежит исходное состояние неструктурированного пространства, которое можно описать как целостное и свободное. Возникающее напряжение или боль такого состояния становится импульсом к формированию структур. Стремясь уйти от этой боли, существо начинает создавать формы, роли и сценарии, тем самым удаляясь от исходной целостности и переходя в противоположное состояние — состояние структурированности и постоянной активности.<br />Таким образом, бегство от собственного пространства осуществляется через создание и поддержание структур, которые одновременно служат инструментом переработки ресурса и способом поддержания многослойной системы существования.</p> <p>Уровень 8<br />Цикл на уровне человеческих тел представляет собой запрограммированную структуру воспроизводства, внутри которой разворачивается идея продолжения рода. Эта структура обеспечивает возможность человечеству разыгрывать сценарии цивилизации, социума, личностных историй и социальных ролей. Социум в данном контексте можно рассматривать как программу, позволяющую существу на следующем уровне продолжать движение, переводя собственный ресурс в иную форму, что воспринимается как очередной этап ухода от исходного пространства.<br />Пространство в целом организовано через повторяющиеся циклы. Человек ежедневно стремится прожить эффекты, переключиться, уйти от состояния, которое воспринимается как более насыщенное или напряжённое, и в процессе социальных и личностных взаимодействий воспроизводит один и тот же механизм. В многообразии структур, будь то межличностные отношения, экономика или международные процессы, просматривается общий цикл расходования ресурса и получения эффекта.<br />На одном уровне существует текущее пространство жизни, а на другом — слой, в который постепенно переводится энергия, переживаемая как эмоциональные и умственные эффекты. Цикл повторяется независимо от масштаба — от индивидуального дня до исторических событий.<br />Конфликты и масштабные кризисы также могут быть рассмотрены как проявления тех же циклов, где декларируемые цели и идеологии служат формами объяснения происходящего, тогда как глубинный процесс связан с перераспределением ресурсов и переходом к новому этапу. История показывает, что каждая эпоха сопровождается трансформациями, которые меняют формат взаимодействия между странами и внутри обществ.<br />Например, глобальные события последних лет привели к усилению дистанционных форм работы и взаимодействия, что сократило физическую включённость человека в материальные процессы. Подобные изменения могут рассматриваться как шаги к дальнейшей виртуализации пространства жизни, где участие в реальности всё больше смещается в информационную и символическую плоскость.<br />В результате формируется пространство циклического перераспределения ресурса, в котором целостность и насыщенность исходного состояния переводятся в другие формы существования. Структуры могут быть различными, однако повторяемость цикла остаётся неизменной, задавая общий ритм многослойного процесса.</p> <p>Центральная точка<br />Это можно представить как своего рода BIOS для существа — базовый цикл, который выполняется на всех уровнях Вселенной. На каждом уровне он выглядит по-разному, однако по своей сути остаётся неизменным. Пространство перетекает из одного состояния в другое, ресурсы и энергия переходят с уровня на уровень, формируя непрерывный процесс трансформации.<br />Если рассматривать человеческий уровень, то можно увидеть, что человечество функционирует как механизм перегонки собственного пространства: ресурс переводится с уровня умственных программ на уровень условно духовных программ, где в дальнейшем реализация продолжается уже в иной форме. На следующем уровне исполнителем программ может быть уже не человек в привычном понимании, однако сам цикл при этом сохраняется.<br />Люди в этом контексте выглядят как элементы большого организма, выполняющие сходные циклы в разных точках структуры и на различных уровнях. Каждому кажется, что у него уникальная жизнь и собственная траектория, однако в масштабе системы это проявление общей матрицы человеческого организма.<br />На уровне клеток реализуется аналогичный принцип: происходит преобразование реальных ресурсов в процессы, которые на более высоком уровне воспринимаются как умственные или символические формы. Клетка не осознаёт организм, частью которого является, и её существование ограничено рамками собственного уровня.<br />Если гипотетически представить, что клетка могла бы осознать весь организм и цель своего существования, то масштаб этой системы оказался бы для неё чрезвычайно неожиданным. Тем не менее именно благодаря такому неосознаванию сохраняется работоспособность цикла, в котором каждый уровень выполняет свою функцию, обеспечивая перетекание пространства и ресурса в следующую форму.<br /><strong><br />Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой многослойное философско-метафизическое исследование природы сознания, структуры Вселенной и механизма существования как непрерывного процесса трансформации ресурса между уровнями. Центральная идея текста заключается в том, что всё пространство реальности устроено по принципу вложенных систем, где каждый уровень создаёт условия для существования следующего, а любое существо выступает одновременно частью более крупной структуры и основанием для формирования структуры более низкого порядка.<br />Ключевой метафорой документа становится образ коллективной сущности как «экрана» или «матрицы», где отдельные элементы, подобно пикселям или клеткам организма, не обладают реальной автономией, а выполняют заранее заданные программы. Личность в этом контексте рассматривается не как самостоятельное и свободное «я», а как временная структура, фиксированная в определённой точке пространства и активируемая вложением ресурса. Само человеческое восприятие себя как отдельного существа интерпретируется как базовая программа привязки сознания к конкретному уровню существования.<br />Через уровни 1–8 раскрывается идея многослойного устройства Вселенной, где биологические, социальные, психологические и условно «духовные» процессы образуют единый цикл переработки пространства и энергии. Человечество в этой модели выступает переходным механизмом, преобразующим материальные ресурсы и биологическую энергию в эмоциональные, умственные и символические структуры, которые затем переходят на следующий уровень организации.<br />Документ последовательно проводит аналогию между клеткой в организме и человеком в цивилизации. Как клетка не осознаёт организм, частью которого является, так и человек не осознаёт масштаб структуры, в которую включён. Все уровни существования представлены как формы единого процесса, где происходит непрерывное перетекание ресурса, а сознание всё глубже фиксируется в структурах и ролях.<br />Особое внимание уделяется понятию деструктивности, которая трактуется не как отдельное зло, а как фундаментальный механизм дробления целостного пространства на всё более структурированные формы. Ум рассматривается как инструмент этого процесса — механизм перевода ресурса из материального уровня в нематериальный, сопровождающийся постоянным стремлением существа к эффектам, эмоциям и побегу от исходного состояния целостности.<br />Технологическое развитие цивилизации, цифровизация, виртуализация жизни, социальные конфликты и исторические процессы интерпретируются как проявления одного и того же базового цикла. Независимо от формы реализации — биологической, социальной или информационной — система стремится к дальнейшему преобразованию пространства и углублению многослойной структуры существования.<br />Центральная точка документа формулирует главный вывод: вся Вселенная функционирует как единый циклический механизм, подобный BIOS, в котором каждый уровень перерабатывает ресурс предыдущего, обеспечивая непрерывное существование следующего слоя. Человек, как и клетка организма, выполняет свою функцию внутри огромной структуры, не осознавая её целиком, а само неосознавание выступает необходимым условием стабильности всей системы.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Tue, 02 Jun 2026 20:14:47 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17645#p17645 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17644#p17644 <p><strong><br />Активация кластеров боли потери ресурсов и сброс боли в психосоматику тела.</strong><br /><strong><br />Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ исследует сознание как механизм расходования внутреннего ресурса и постепенной деградации. На примере переживания кризиса, связанного с покупкой квартиры и ощущением утраты, раскрывается идея о том, что фантазии, мысли, эмоциональные переживания и любая мозговая активность являются формой побега от боли и одновременно способом истощения ресурса. Через систему уровней описывается, как человек всё больше переносит жизнь во внутреннее пространство воображения, снижая чувствительность к боли ценой постепенного ухудшения состояния, депрессии и утраты контакта с реальностью. Центральный вывод документа состоит в том, что само сознание выступает основным механизмом деградации и переработки боли.</p> <p><strong>2022_02_25</strong></p> <p>Текущее состояние<br />Тело болит, ощущение как будто оно отдельно от головы. Если раньше, несколько лет назад, всё сопровождалось навязчивой психосоматикой и бесконечными навязчивыми мыслями, которые невозможно было остановить, то сейчас всё наоборот — голова будто пустая, а тело при этом постоянно горит болью. Я стараюсь отвлечься, но даже если отвлекаюсь, всё равно лёгким фоном возвращаюсь к этому ощущению — грудь болит, жжёт, не отпускает, и это ощущение присутствует непрерывно.<br />В прошлый раз ведь говорили именно про тело. Я чувствую депрессию, и она проявляется прежде всего как постоянная боль в груди, которая не заканчивается ни на минуту: проснулся — болит, пошёл на работу — болит, чем бы ни занимался — всё равно болит. На работе ещё как-то легче, потому что есть дела, есть чаты, другая атмосфера, отвлечения, но как только возвращаюсь внутрь себя — снова подавленность и боль в груди. Похоже на страх и отчаяние, как будто всё опять идёт по одному и тому же сценарию — потери, потери, потери.<br />Накрутка, по всей видимости, уже произошла. Тело словно живёт отдельно от головы, и хотя состояние не такое острое, как раньше, оно слишком длительное, и именно это пугает, потому что раньше даже если включалась психосоматика, она проходила через пару дней. Обычно достаточно было подождать или сесть и написать несколько страниц, и становилось легче, а через день-два всё сходило на нет, и можно было спокойно дождаться сеанса. Сейчас же ощущение такое, будто я хожу внутри кошмара и не понимаю, что вообще происходит с людьми и с реальностью.<br />Прояснение.<br />Такое острое и болезненнее состояние имеет вполне объяснимую причину. Ты оплатил деньги на покупку квартиры в Украине, но само оформление квартиры затянулось и соответственно активировались определённые глубинные кластеры боли.<br />Чтобы прояснить состояние, надо немного объяснить такую тему. Речь здесь идет о ресурсах и этапах их расходования. Есть изначальный ресурс, затем ресурс тратится на создание первой ступени — тела, базовой платформы личности, затем на формирование самой личности, потом на развитие способностей, и в конечном счёте всё это направляется на получение эффекта. В общей программе человеческого существования сначала есть накопление ресурса, а в конце должен быть эффект — переживание результата, например, купленная квартира как символ достигнутой цели.<br />Когда человек покупает квартиру, он годами вкладывает в эту идею ресурсы, переносит в неё огромный кусок своего будущего, наполняет её мечтами, фантазиями, образами свободной жизни, отдыха, благополучия. В воображении создаётся будущая реальность, где ты приезжаешь домой, отдыхаешь, живёшь свободно, и это становится идеалом, ради которого всё и затевается. Ты будто заранее проживаешь это будущее, переносишь в него ресурсы настоящего, а потом приходишь к моменту, когда, по плану, всё должно реализоваться.<br />И представь, что ты едешь к этому будущему с предвкушением, представляешь себе ресторан, красивое место, наслаждение, а в итоге приезжаешь в захудалую забегаловку с грязным туалетом и разочарованием вместо ожидаемого эффекта. Все вложенные ресурсы, деньги, усилия оказываются не тем, что ты ожидал, и ощущение такое, будто всё пошло впустую. Формально документы есть, формально сделка состоялась, но сама реальность изменилась настолько, что использовать результат невозможно.<br />Сам принцип заключается в том, что человек постоянно живёт в воображении, и если раньше это проявлялось как нечто локальное, то сейчас видно это глобально — как общий принцип организации жизни. Речь уже не о частной растрате ресурсов, а о системной структуре, в которой эффект потребляется заранее, ещё до реального действия. Человек, находящийся на устойчивом ресурсном уровне, строит в воображении лишь план, не расходуя при этом энергию на переживание будущего результата. Чем ниже уровень внутреннего ресурса, тем меньше в голове реального планирования и тем больше места занимают картинки, которые подпитываются эмоционально ради получения удовольствия.<br />Получается, что жизненные ресурсы тратятся не в момент реализации, а в момент фантазирования. Формально человек собирается их потратить позже, в процессе достижения цели, но фактически он уже израсходовал их, когда лежал и наслаждался представлениями о будущем эффекте. Эффект, по сути, был получен заранее — в момент переживания воображаемого успеха, когда он фантазировал о том, как будет круто, свободно и хорошо.<br />И когда наступает момент реального действия, человек приходит к уже выжженной земле: ресурса на реализацию почти не остаётся, потому что он был растрачен на эмоциональное проживание образов. Чем более зрелый и ресурсный человек, тем меньше он расходует на фантазии и тем больше удерживает внимание в планировании. Он не «заказывает» себе эффект и не зависает в наслаждении картинкой, а спокойно выстраивает шаги, оценивает риски, просчитывает действия. Он не уходит в переживание того, как это будет круто и как он от всего избавится, а сохраняет энергию для конкретной реализации.<br />Когда же человек улетает в фантазии и глюки, даже хороший план начинает искажаться. Реализация становится слабой, не соответствующей реальности, потому что мышление уже не рационально — энергия ушла на внутренние переживания. Он вместо того, чтобы трезво продумывать, как именно реализовать задуманное, уже «прожил» результат и подсел на это состояние. По сути, это закон растраты ресурсов через преждевременное потребление эффекта.<br />В ситуации с квартирой это проявилось особенно отчётливо. С момента появления идеи и до последнего шага происходило постоянное внутреннее проживание будущего кайфа. Вместо анализа рисков и оценки ситуации происходило слепое следование программе достижения, потому что сознание уже находилось в состоянии зависимости от ожидаемого эффекта. Это похоже на наркоманское состояние, когда человек не управляет собой, а движим фиксацией. Управление включилось лишь в самом конце, за пару недель до решающего шага, но к тому моменту основные ресурсы уже были растрачены.<br />Я и раньше издалека говорил, что прежде чем покупать квартиру, нужно навести порядок в голове, но это игнорировалось, потому что включилась одержимость. Одержимость — это состояние, когда реальных ресурсов уже нет, но программа продолжает работать автоматически. Человек идёт вперёд по инерции, как автомат, не видя ни рисков, ни реальной картины, просто потому что зафиксирован на цели.<br />Состояние, в котором ты оказался сейчас, похоже на финал выполнения этой программы. Ресурсы были растрачены ещё до реализации, и то, что происходит сейчас, — это следствие того, что эффект был потреблён в воображении. На первом уровне выполнения программы человек тратил бы ресурсы на создание реального материального результата и затем получал бы удовольствие от реальной жизни. Здесь же произошло обратное: сначала была создана воображаемая квартира, затем в ней многократно прожит весь предполагаемый кайф, и на этом фоне реальность стала лишь формальным подтверждением уже пережитого.<br />Чтобы так жить в воображаемом эффекте, необходимо было изначально серьёзно отключить контакт с реальностью, войти в своего рода транс, в котором несуществующее переживается как существующее. Это состояние требует постоянного отключения от текущего момента и поддержания иллюзии, потому что только так можно продолжать получать удовольствие от того, чего в действительности ещё нет или уже нет.<br />Поддержание такой структуры ведёт к хронической утрате ресурса, искажению мышления и снижению качества реализации. Реальный мир начинает восприниматься как разочарование по сравнению с воображаемым эффектом, усиливается депрессивный фон и ощущение пустоты. Программа, основанная на преждевременном потреблении результата, закрепляет цикл: фантазирование — истощение — слабая реализация — разочарование — новая фиксация, что постепенно подрывает устойчивость личности и усиливает психосоматические проявления.</p> <p>Уровень 1<br />На первом уровне всё вращается вокруг работы мозга. В нашем представлении мы как будто взаимодействуем с миром как личности, как отдельные существа, но по сути всё взаимодействие происходит через мозг. Тело и мозг являются тем инструментом, через который мы контактируем с реальностью, и с этой позиции различие между «реальным» и «виртуальным» для мозга оказывается условным.<br />Для мозга нет принципиальной разницы между фактическим событием и воображаемым переживанием, если они вызывают сходные реакции. Эффект, полученный от фантазии, может быть сопоставим с эффектом от реального действия: возникают гормональные реакции, психические отклики, переживается удовольствие или эйфория. По сути, способ достижения эффекта — через воображение или через физическое действие — не столь важен, если итогом является одно и то же внутреннее состояние.<br />В этом и проявляется масштаб деструктивных процессов. Через фантазии, воображение и ментальные конструкции человек способен получать тот же эффект, что и в реальности, при этом расходуя ресурс. Даже если действие происходит только в голове, организм реагирует, и ресурс, который мог бы быть направлен на реальную реализацию, тратится на внутреннее проживание. Это создаёт иллюзию насыщенности, хотя по факту результат не закрепляется в реальности.<br />Сложность заключается в том, что фантазирование и ментальная активность воспринимаются как нормальное и привычное состояние. Однако если рассматривать это как постоянное получение эффекта ради побега от боли, становится видно, что многие из этих процессов носят деструктивный характер. Человек испытывает внутренний дискомфорт, воображает то, чего у него нет, и через это временно снимает напряжение. Он не устраняет источник боли, а уходит от него в умственное пространство.<br />Если у человека отсутствует внутренний конфликт или боль, потребность в фантазировании снижается, потому что исчезает мотивация для запуска компенсаторной программы. Следовательно, даже простое прокручивание мыслей в голове может быть формой выполнения деструктивной программы, если его функция — побег от дискомфорта. Использование ума не делает этот процесс менее разрушительным, если он направлен на избегание реальности.<br />Так формируется парадигма умственных программ и постепенной деградации на уровне мышления. Для запуска разрушительных процессов человеку не обязательно совершать внешние действия; достаточно того, чтобы соответствующие процессы активно происходили в мозге. Причина может быть любой — реальное событие или воображаемый образ, — но если программа находится в голове, она будет реализовываться через нейрофизиологические и психические реакции.<br />Деструктивные процессы не привязаны к внешней среде; они укоренены в способе переработки информации мозгом. Любое пространство, в котором человек выделяет ресурс для достижения эффекта, может стать зоной утечки, если целью является не реальное изменение, а получение состояния. В основе часто лежит боль, и чтобы от неё сбежать, запускаются программы, включая фантазирование, которое воспринимается как безобидное, но фактически продолжает цикл побега и расходования ресурса.<br />Постоянное получение эффекта через воображение ведёт к истощению ресурса и ослаблению способности к реальной реализации. Формируется зависимость от внутренних переживаний, снижается устойчивость к дискомфорту, усиливается разрыв между реальностью и ожиданием. Это закрепляет цикл: боль — фантазия — временное облегчение — истощение — усиление боли, что постепенно поддерживает умственную деградацию и усиливает психосоматические реакции.</p> <p>Уровень 2<br />Вся деградация связана с принципом расплаты за действие. За любую программу приходится платить, и на предыдущем этапе это рассматривалось как расход тела: чтобы заработать деньги, необходимо действовать, а любое действие совершается через тело, через мышцы, нервы, органы, здоровье. По сути, тело становится средством обмена ресурса на результат — мы переводим один вид ресурса в другой, расплачиваясь физическим усилием.<br />Однако здесь проявляется иной, более тонкий способ растраты — виртуальный. В определённом смысле тело уже не является обязательным условием для деградации. Если представить, что мозг помещён в изолированную среду и подключён к системе, способной создавать сигналы, деградация всё равно будет продолжаться, потому что внутренний ресурс существа расходуется через мозг. Тело, конечности, мышцы — всё это обслуживается мозгом, и пока мозг функционирует, взаимодействие с реальностью возможно.<br />Даже при утрате значительной части физических возможностей, пока сохраняется мозговая активность, человек способен контактировать с миром. Пример Стивена Хокинга показывает, что взаимодействие с реальностью может быть сведено к минимальному физическому каналу, но при этом интеллектуальная активность остаётся определяющей. Следовательно, ключевой узел — не тело как таковое, а мозг как центр переработки ресурса.<br />В наших случаях основная деятельность происходит именно там: фантазирование, размышления, переживания, прокручивание сюжетов. Вся эта активность, даже если она кажется безобидной, представляет собой непрерывный процесс расходования. Сознание складывается из множества мелких актов внимания — сюда посмотрел, туда подумал, это вспомнил, то вообразил — и каждый из них сопровождается энергетической затратой.<br />Если человек что-то делает физически, он тратит ресурс на действие. Если он ничего не делает, но активно думает, он всё равно тратит ресурс — на поддержание воображаемых конструкций. Даже во сне процесс продолжается: мозг генерирует образы, сюжеты, сновидения, и независимо от того, запоминаются они или нет, ресурс используется. Сон не всегда осознаётся, но он всегда присутствует как активность.<br />Принцип схож с механизмом сновидения: деструктивный процесс — это формирование картинок в сознании. Будет ли человек целенаправленно строить образ или просто смотреть в стену и пытаться ни о чём не думать, мозг всё равно будет создавать обрывки мыслей, фразы, эпизоды. Полной остановки не происходит, и потому расход продолжается.<br />Таким образом, мозговая деятельность становится крупнейшей воронкой для прожигания ресурса. Нередко именно она поглощает больше, чем внешние действия, решения или поступки. Виртуальные процессы оказываются не менее затратными, чем реальные, а иногда и более интенсивными, поскольку они не ограничены внешними рамками.<br />Даже депрессия не прекращает деградацию. Пока есть ресурс, человек способен создавать яркие фантазии, насыщенные эмоции, получать внутренние эффекты. Когда ресурса меньше, процесс становится тусклым, возникают страдания, тяжёлые мысли, подавленность. Это похоже на различие между покупкой дорогой еды при наличии средств и потреблением низкокачественной пищи при их отсутствии — форма меняется, но процесс потребления остаётся. И в ярких фантазиях, и в депрессивных переживаниях продолжается одно и то же — внутренний расход ресурса через мозг.<br />Постоянная мозговая активность, независимо от её эмоциональной окраски, поддерживает непрерывный цикл истощения. Реальные действия становятся вторичными по отношению к внутренним процессам, а граница между фантазией и реальностью размывается. Это усиливает утомляемость, снижает способность к осознанному управлению вниманием и закрепляет состояние, при котором сознание само становится механизмом постепенной деградации.</p> <p>Уровень 3<br />Тенденция, о которой идёт речь, по сути, не является исключительно современной. Тысячу лет назад, десять тысяч лет назад мозг человека функционировал по тем же принципам, что и сегодня. Человек как вид давно обладает способностью не только действовать в реальности, но и выполнять деструктивные программы во внутреннем пространстве воображения. В этом и проявляется существенное отличие от животного: помимо физического действия существует возможность проживать эффект ментально.<br />Мозг как структура является своеобразной парадигмой, внутри которой допустима идея переплавки реального ресурса в переживание. Пока человек действует телом, ресурс расходуется очевидно — через усилие, напряжение, активность. Когда он фантазирует, механизм остаётся тем же: работает мозг, и ресурс продолжает «плавиться». Форма различается, но принцип не меняется — получение эффекта связано с затратой.<br />Различие между реальным действием и длительным воображаемым проживанием состоит в качестве и характере эффекта, но не в самом факте расхода. Более того, реальность как среда для личности часто оказывается ограниченной и неблагоприятной. Биологические потребности можно удовлетворить, но социальная, личностная реализация доступна немногим. Условно небольшой процент людей способен преобразовать ресурс в устойчивый внешний результат, тогда как для большинства возможности ограничены условиями среды.<br />На фоне этих ограничений возникает избыток не реализованного ресурса. Тело есть, потребности есть, напряжение есть, но внешних возможностей для преобразования этого ресурса недостаточно. Можно сказать, что человек ограничен средой и качеством собственного ресурса. У кого-то ресурс более «качественный», позволяющий реализовать потребность напрямую, например в отношениях или статусе. У другого ресурс присутствует, но его качество не соответствует требованиям реальности, и тогда остаётся путь фантазирования.<br />В этом случае фантазия становится способом временного облегчения. Человек раз за разом прокручивает в голове сценарии, отличающиеся по деталям, но сходные по функции — получение эффекта и снижение боли. Состояние облегчения, удовольствие от воображаемых картинок, переживание ещё не произошедших событий создают иллюзию реализации. По факту происходит выполнение программы побега от боли, при котором реальность не меняется, но ресурс расходуется.<br />Важным оказывается не сам побег в физическом смысле, а сам факт растраты ресурса. С точки зрения программы достаточно, чтобы ресурс был израсходован. Реальное изменение среды вторично. Качество ресурса и исходный уровень определяют, сможет ли человек преобразовать его в материальный результат или будет вынужден переносить его в сферу воображения. Если возможности ограничены, воображение становится основной площадкой для переработки напряжения.<br />Закрепление фантазирования как основного способа переработки ресурса усиливает разрыв между внутренними переживаниями и внешней реальностью. Человек привыкает к получению эффекта без фактического изменения условий, что снижает мотивацию к действию и ослабляет способность к трезвой оценке собственных возможностей. Постепенно формируется цикл: ограничение — фантазия — временное облегчение — истощение — усиление ограничения, что поддерживает тенденцию к умственной и личностной деградации.</p> <p>Уровень 4<br />На этом уровне центральной становится идея, что глубинная задача существа заключается не столько в буквальном побеге от боли, сколько в расходовании ресурса как способе снижения интенсивности осознания. Формально это может выглядеть как стремление избежать боли, однако по сути речь идёт об уменьшении уровня сознания. Потратить ресурс — значит ослабить чувствительность к текущему уровню переживания, опуститься ниже, где боль уже не ощущается так остро.<br />Возникает своеобразная внутренняя цель — не осознанная как смысл жизни, но присутствующая как тенденция: перейти на уровень ниже, чтобы перестать сталкиваться с напряжением предыдущего уровня. Каким способом это будет достигнуто — принципиального значения не имеет. Будут ли это реальные действия в мире или ментальные действия в воображении, результат с точки зрения структуры один и тот же — снижение уровня.<br />С позиции существа неважно, происходит ли это через фантазии или через физическую активность. В любом случае осуществляется движение вниз по уровню осознания. При этом каждый раз, когда происходит проработка и возвращение на более высокий уровень, параллельно продолжаются процессы деградации — попытки снова уйти вниз. Таким образом, жизнь оказывается постоянным колебанием между подъёмом и стремлением к снижению.<br />Если рассматривать это шире, получается, что независимо от того, проживается ли жизнь преимущественно в фантазиях или в реальных действиях, общий вектор часто направлен к упрощению, к снижению напряжения через уменьшение сознательности. Насколько далеко человек сможет продвинуться в организации своей жизни, зависит от объёма и качества ресурса. Если ресурса хватило на создание определённой структуры жизни, дальше может возникнуть предел.<br />Стремление к новым достижениям, масштабным проектам или существенным изменениям требует качественного ресурса. Если такого ресурса изначально не было, то человек не будет системно заниматься подобной деятельностью. В этом случае остаётся перераспределение имеющегося ресурса через фантазирование и внутренние процессы. То, что доступно, используется в ментальной сфере, и именно там происходит основной расход.<br />Закрепление тенденции к снижению уровня осознания через расход ресурса приводит к постепенному ослаблению чувствительности и снижению способности к удержанию более высокого уровня сознания. Человек может временно подниматься через проработку, но при отсутствии устойчивого ресурса возвращается к прежнему вектору. Это формирует цикл: напряжение — снижение — временное облегчение — новое напряжение, который поддерживает постепенную деградацию и ограничивает потенциал развития.</p> <p>Уровень 5<br />На этом уровне в центре оказывается сама причина обращения к теме фантазии. Если задать вопрос иначе — а что было бы, если бы изначально были иные ресурсы, иные программы, иная структура, — то, возможно, фантазирование как основной способ проживания не стало бы доминирующим. В таком случае человек действовал бы иначе, получал бы иные результаты, и рассматривались бы совершенно другие темы.<br />Постоянно употребляемое понятие «ресурсность» часто звучит как абстракция, однако если посмотреть глубже, можно предположить, что человек изначально рождается с определённой конфигурацией ресурсов и структурой, внутри которой возможен лишь определённый тип жизни. Эта структура задаёт диапазон допустимых действий, амбиций и направлений движения. Если ресурсность определённого качества, то и жизненный сценарий оказывается ограниченным именно этим качеством.<br />Например, на условном «третьем уровне» человек может быть способен добросовестно выполнять обязанности, стабильно работать, поддерживать существующую систему, но у него может отсутствовать внутренний импульс или кластер боли, который бы принуждал его создавать что-то принципиально новое, начинать собственное дело или менять социальный статус. У другого человека структура ресурса и программ такова, что он не может не стремиться к созданию бизнеса, к достижению, к расширению влияния. Его внутренние кластеры направляют его к преобразованию среды.<br />Если же таких амбиций, способностей и соответствующих программ нет, остаётся иной способ переработки напряжения — воображение. Человек может представлять себе иную жизнь, желаемый образ, альтернативные сценарии, но фактически продолжает жить в пределах той структуры, которая была изначально задана. Фантазия становится формой компенсации, но не трансформации.<br />Возникает парадокс: воображаемая жизнь может казаться желаемой, однако реальная жизнь уже соответствует доступному уровню ресурсности. Если бы структура позволяла большее, вероятно, движение происходило бы в ином направлении. Таким образом, сама ресурсность оказывается причиной того, что основным способом переработки остаётся фантазирование, а не внешнее изменение условий.<br />В рамках общества и социума ресурсов может хватить на организацию базового уровня — жильё, стабильная работа, поддержание существования. Однако для выхода за пределы этого уровня необходим ресурс иного качества. При его отсутствии внутреннее напряжение не трансформируется в действия, а переводится в сферу воображения, где и происходит основное проживание альтернативной реальности.<br />Осознание ограничений собственной ресурсной структуры может привести либо к принятию и стабилизации, либо к усилению внутреннего конфликта. Если фантазирование остаётся единственным способом переработки напряжения, разрыв между воображаемым и реальным закрепляется. Это поддерживает цикл: ограничение — компенсация через фантазию — временное облегчение — сохранение исходной структуры, что затрудняет выход за пределы заданного уровня и усиливает ощущение фиксированности жизненного сценария.</p> <p>Уровень 6<br />На этом уровне становится видно, что ресурсность как некая исходная величина задаётся не на короткий промежуток, а фактически определяет всю конфигурацию жизни. Она влияет не только на качество условий существования, но и на качество поступков, решений, способов достижения целей. Иначе говоря, она задаёт диапазон программ — в том числе деструктивных — которые будут выполняться.<br />Ранее уже прояснялось, что глубинная цель заключается не столько в побеге от боли, сколько в снижении уровня, на котором эта боль осознаётся. Боль как факт присутствует всегда, и устранить её напрямую невозможно. Можно лишь изменить себя — но не в смысле адаптации или трансформации, а в смысле урезания восприятия. Это похоже на постепенное сокращение поля зрения: увидел нечто пугающее — уменьшил способность видеть, столкнулся с новой интенсивностью — снова сократил диапазон восприятия. И так до тех пор, пока чувствительность вообще не будет сведена к минимуму.<br />Каждый уровень сознания в таком понимании становится уровнем постепенного урезания. Это движение не к расширению, а к сокращению чувствительности ради уменьшения боли. В результате в текущем пространстве ощущается тяжесть, дискомфорт, неудовлетворённость. И даже если представить, что уровень деградации был бы иным, боль не исчезла бы, а лишь сменила форму. Она проявлялась бы в других категориях, но оставалась бы фактом переживания.<br />Пример с мастерской иллюстрирует механизм: если ощущается напряжение из-за незавершённости стен, то действие по их завершению воспринимается как способ избавиться от боли. Человек тратит ресурс, чтобы достичь состояния успокоения. Сама трата ресурса становится средством снижения интенсивности переживания. Аналогично работает и воображение — как один из способов выполнять деструктивную программу и тем самым уменьшать воспринимаемый уровень боли.<br />Любой переживаемый кайф связан с потерей ресурса. Чтобы испытать приятность, мини-эйфорию или облегчение, необходимо предварительно снизить чувствительность к исходной боли. Там, где боли нет, фантазирование не приносит эффекта, потому что отсутствует точка, от которой нужно убегать. Фантазия работает как инструмент: вообразил — испытал удовольствие — временно ушёл от кластера боли — потратил ресурс.<br />Со временем в результате постоянной траты ресурсов ухудшается качество состояний. Длительный процесс урезания приводит к тому, что эмоциональный фон становится более тяжёлым, появляются депрессивные состояния, устойчивое ощущение плохого самочувствия. Это не отдельный феномен, а продолжение того же механизма: расход ресурса — снижение чувствительности — временное облегчение — общее ухудшение качества переживания.<br />Непрерывное урезание восприятия через расход ресурса закрепляет цикл постепенного снижения качества жизни. Боль не исчезает, а трансформируется, принимая новые формы, тогда как чувствительность и устойчивость уменьшаются. В итоге формируется состояние хронического истощения, при котором любые попытки облегчения лишь ускоряют общий процесс деградации и усиливают депрессивные проявления.</p> <p>Уровень 7<br />На этом уровне начинает проявляться более жёсткое осознание: масштаб растраты ресурсов в процессе фантазирования оказывается значительно больше, чем предполагалось. Даже проговаривая это, до конца не осознаётся объём утечки, потому что к ней давно привыкли. Возникает ощущение, что ресурсы уходят практически «в никуда», но при этом другого способа их применения как будто и нет — нет качественного ресурса для масштабных реальных преобразований, зато есть ресурс для постоянного внутреннего фантазирования.<br />Если посмотреть на жизненный путь, фантазирование начинается с раннего детства, как только формируется мозг. Ребёнок, идущий по улице, часто находится не в непосредственном контакте с окружающим, а погружён во внутренний мир — он что-то бормочет, проигрывает сцены, поёт, смотрит в сторону с сосредоточенным выражением лица. Это состояние переноса внимания из реальности во внутреннее пространство становится нормой. То же самое происходит и со взрослыми: человек идёт по улице, но его сознание занято воспоминаниями, планами, воображаемыми сценариями.<br />Контакт с реальностью часто воспринимается как помеха погружению в это трансовое состояние. Любое событие, требующее внимания «здесь и сейчас», возвращает из фантазии, и возникает стремление убрать такие помехи, чтобы ничто не мешало пребывать в привычном внутреннем процессе. Таким образом, седьмой уровень фиксирует сам процесс растраты ресурса через фантазирование как устойчивую жизненную стратегию.<br />Этот процесс, по сути, сопровождает человека столько, сколько он существует как сознательное существо. Независимо от того, когда именно он начинается, важно, что слой за слоем, доля за долей ресурса расходуется. Ресурс можно рассматривать как уровень сознания, и тогда постоянное фантазирование становится постепенным смещением этого уровня вниз. Изменения микроскопические, но непрерывные.<br />В конечном итоге жизнь представляет собой протяжённое пространство, внутри которого происходит этот постепенный сдвиг. Если условно представить начальный уровень ресурсности как определённую величину, то в процессе непрерывной растраты она уменьшается. Не обязательно стремительно, но стабильно. И к завершению жизненного пути это пространство сужается, ресурс истощается, а уровень сознания снижается.<br />Длительная и системная растрата ресурса через фантазирование закрепляет тенденцию к постепенному снижению уровня сознания. Незаметные на коротком отрезке изменения накапливаются, формируя общее ощущение истощения и уменьшения внутреннего объёма. Это приводит к сужению восприятия, снижению устойчивости к напряжению и формированию устойчивого состояния трансового ухода от реальности, что в долгосрочной перспективе ограничивает потенциал развития и усиливает ощущение конечности жизненного ресурса.</p> <p>Уровень 8<br />На восьмом уровне формулируется наиболее жёсткое положение: сознание само по себе рассматривается как деструктивная программа. Любая мозговая активность — размышление, планирование, фантазирование — по сути приравнивается к телесной деятельности, поскольку сопровождается расходованием ресурса. Если ранее прояснялось, что любое физическое движение является фрагментом деградационного процесса, то здесь аналогичный принцип переносится на мысль.<br />Каждая мысль возникает не «просто так», а как реакция на внутреннее напряжение. В основе лежит стремление снизить дискомфорт, отвлечься от боли, переработать её или временно уйти от неё. Даже фантастические или абсурдные образы служат той же функции — переключить внимание, создать альтернативную картину и тем самым уменьшить интенсивность переживания. В этом смысле не существует нейтральной мысли, полностью лишённой связи с попыткой снизить напряжение.<br />Процесс мыслительной активности становится непрерывным, подобно дыханию или метаболизму. Как в организме постоянно происходит окисление веществ, так и в сознании постоянно происходит «сгорание» внутреннего ресурса. Мозг перерабатывает информацию, генерирует образы, поддерживает поток мыслей, и этот процесс сопровождается расходом. Независимо от содержания — планирование, фантазия, воспоминание, сновидение или попытка «ни о чём не думать» — активность продолжается.<br />В этой логике основной воронкой для ресурса оказывается не внешнее действие и не социальная активность, а сама структура мышления. Разум, воображение и сознание выступают как механизм, через который происходит постоянное потребление внутреннего запаса. Пока ресурс поступает, система функционирует; когда ресурс иссякает, мозговая активность прекращается.<br />Биологически это проявляется через зависимость мозга от притока энергии. Пока сердце обеспечивает кровоснабжение и клетки получают питание, поддерживается электрическая активность нейронов. При прекращении поступления ресурсов активность угасает, клетки начинают разрушаться, и наступает физическая смерть. Таким образом, мыслительная деятельность тесно связана с энергетическим обеспечением, а жизнь мозга поддерживается непрерывным расходом.</p> <p>Осознание мозга как центральной воронки расхода ресурса радикально меняет представление о деградации. Если мыслительная активность воспринимается как основной канал утечки, то любое увеличение внутреннего шума усиливает истощение. При этом полная остановка активности равнозначна прекращению жизни. Возникает парадокс: сознание одновременно поддерживает существование и ускоряет расход ресурса, формируя постоянное напряжение между функционированием и истощением.</p> <p>Центральная точка<br />Получается, что сам факт мышления рассматривается как процесс деградации. Структура сознания, которую ранее воспринимали как естественную и необходимую для функционирования личности, оказывается основанной на механизме расходования ресурса. То, что считалось инструментом действия — ум, воображение, способность к планированию, — в этой логике становится самим процессом постепенного снижения уровня.<br />Мозг оказывается не просто органом, обеспечивающим деятельность, а средой, в которой и осуществляется деградация. Любая мысль, фантазия, переживание, внутренний образ интерпретируются как попытка уйти от боли. Всё, что проходит через сознание, сопровождается расходом ресурса, поскольку поддержание самой возможности мыслить требует энергетических затрат. Мыслительный процесс тем самым становится постоянным актом «сжигания» внутреннего запаса.<br />При этом возникает парадокс: представить существование без сознания, без мышления и воображения практически невозможно. Эти способности воспринимаются как основа человеческой жизни. Однако в рамках данной модели они одновременно являются и механизмом истощения. Сознание поддерживает жизнь и в то же время является каналом утраты ресурса.<br />На примере ситуации с квартирой этот механизм проявляется как переход на новый этап страдания. Решение, возможно уже внутренне принятое как потеря, запускает последовательные состояния — шок, ярость, страх, депрессия, грусть. Каждое из этих состояний можно рассматривать как способ постепенного «урезания» чувствительности к боли. Через проживание слоёв переживаний уменьшается интенсивность кластера боли: часть перестаёт восприниматься, затем ещё часть, и так далее.<br />Подобный механизм проявляется и на коллективном уровне. В условиях внешних кризисов или катастроф люди переживают массовые волны страха, паники, агрессии, фантазирования и эмоционального напряжения. Эти процессы можно интерпретировать как попытку адаптации, но в данной логике адаптация равнозначна снижению уровня чувствительности. Сознание перерабатывает травмирующий опыт через внутренние состояния, постепенно уменьшая остроту восприятия.<br />Таким образом, страдание, депрессия, тревога, гнев становятся не случайными реакциями, а этапами внутреннего процесса, направленного на уменьшение боли через изменение уровня осознания. Человек не устраняет источник боли, а снижает способность её чувствовать. Сознание выполняет функцию переработки и одновременно ускоряет расход ресурса.<br />Если сознание воспринимается как основной механизм деградации, то любой интенсивный кризис запускает ускоренный расход ресурса. Личные и коллективные травмы сопровождаются усилением внутренней активности, что ведёт к истощению и изменению уровня восприятия. В долгосрочной перспективе это формирует циклы: боль — активизация сознания — расход ресурса — снижение чувствительности — относительное затухание переживания. При повторении таких циклов постепенно уменьшается устойчивость и усиливается тенденция к внутреннему опустошению.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное философско-психологическое исследование природы сознания, фантазии, боли и механизма расходования внутреннего ресурса. Центральной линией всего текста становится идея о том, что человеческое сознание функционирует не как нейтральный инструмент восприятия, а как структура постоянной деградации, внутри которой любой мыслительный процесс сопровождается расходом ресурса и попыткой снизить интенсивность переживаемой боли. <br />Отправной точкой анализа становится конкретная жизненная ситуация — покупка квартиры и переживание последствий кризиса, войны и ощущения утраты. Однако частный случай постепенно раскрывается как проявление более универсального механизма: человек заранее проживает желаемый эффект в воображении, эмоционально расходуя ресурсы ещё до реальной реализации цели. Фантазия в документе рассматривается не как безобидная особенность психики, а как форма преждевременного потребления результата, при которой энергия тратится на внутреннее проживание будущего удовольствия. <br />Через уровни 1–8 развивается концепция, согласно которой мозг и сознание становятся главной воронкой расходования ресурса. Для мозга нет принципиальной разницы между реальным действием и воображаемым переживанием, если оба процесса вызывают сходный эффект. Следовательно, человек способен деградировать не только через реальные поступки, но и через фантазирование, воспоминания, внутренние диалоги, сновидения и постоянную мозговую активность. Вся структура мышления постепенно определяется как механизм побега от боли. <br />Документ выстраивает модель, в которой ресурсность человека задаёт диапазон его возможной жизни. Если ресурс недостаточен для масштабной реализации в реальности, напряжение и неудовлетворённость перерабатываются через воображение. Отсюда возникает цикл: боль — фантазия — временное облегчение — расход ресурса — снижение качества состояния — новая боль. Постепенно фантазирование становится не исключением, а основным способом существования сознания. <br />На более глубоких уровнях вводится идея, что сама деградация представляет собой постепенное «урезание» восприятия. Человек не устраняет боль напрямую, а снижает способность её чувствовать, переходя на более низкий уровень осознания. Любое удовольствие, эйфория или облегчение интерпретируются как результат потери ресурса и временного уменьшения чувствительности. Даже депрессия, страх, тревога и эмоциональное истощение рассматриваются как продолжение одного и того же процесса переработки боли через сознание. <br />В Центральной точке документ приходит к наиболее радикальному выводу: само сознание является механизмом деградации. Пока человек мыслит, фантазирует, переживает и удерживает внутреннюю активность, происходит непрерывное «сгорание» ресурса. Сознание одновременно поддерживает жизнь и ускоряет истощение. На индивидуальном уровне это проявляется как депрессия, психосоматическое страдание и эмоциональное выгорание, а на коллективном — как массовая паника, тревога и усиление внутренних деструктивных процессов в периоды кризисов и катастроф. <br />Главная идея всего документа заключается в том, что человеческое сознание, построенное на непрерывной переработке боли через фантазии, мысли и внутренние состояния, постепенно расходует ресурс существа, создавая цикл деградации, в котором попытка сбежать от боли одновременно становится причиной дальнейшего истощения.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Tue, 26 May 2026 20:24:10 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17644#p17644 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17643#p17643 <p><strong>Формирование личности на основе отрицания в себе воли и жизненности </strong></p> <p><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ представляет собой философско-психологическое исследование механизмов формирования личности, созависимости, боли и утраты восприятия себя как существа. Через систему уровней автор описывает постепенное структурирование личности как программы, основанной на отрицании реальности, подавлении чувствительности и переносе восприятия в умственные конструкции. Центральной темой текста является процесс перехода от состояния осознанного существования к состоянию внутреннего несуществования, реализуемый через социальные игры, ценности, самообман, жертвенность и отказ от взаимосвязанности с реальностью и человечеством.</p> <p><strong>2022_02_21<br /></strong><br />В связи с этим переездом поднялось достаточно много процессов, которые долгое время не находили реализации. С момента возвращения в Россию в прошлом году я сразу переехал к сестре и всё это время жил с ней, постепенно настолько свыкшись с этим форматом, что сам факт отдельного проживания вызвал выраженную внутреннюю турбулентность. <br />В животе возникало скручивание почти до тошноты, ощущение непривычной волнительности, и я тогда предположил, что это может быть связано с тем, что долгое нахождение в одном пространстве с сестрой создавало определённую стабилизацию, тогда как теперь я могу подолгу находиться в изоляции от людей и проживать это состояние с разной степенью драматичности.<br />Буквально пару дней назад я переехал, и уже в первую ночь, когда ложусь спать, активируются словно какие-то старые нейронные сети. За время работы над собой я начал достаточно отчётливо видеть, особенно в последнее время, где моё восприятие остаётся относительно здравым и объективным, а где включаются верования. И вот перед сном запускается нечто очень плотное, тяжёлое, словно старая жирная пластинка начинает крутиться внутри, хотя я даже не могу точно сформулировать её содержание. Я долго не мог уснуть, пытался проанализировать, что это за история, но кроме ощущения подсознательной ценности удерживать эти состояния, как будто не смотреть в какую-то сторону, ничего более не прояснилось.<br />Сейчас присутствует выраженная волнительность, внутреннее стремление куда-то бежать, двигаться, избегать прямого контакта с текущим состоянием. За последнее время я не раз сталкивался с темой одиночества и примерно вижу, из каких когнитивных искажений она прорастает, однако ощущается ещё один, более глубокий слой. Ранее были моменты, когда переезд в собственное пространство был способом продемонстрировать самостоятельность и взрослость, доказать себе и другим автономность. Сейчас это переживается иначе, однако внутренние процессы всё равно активируются.</p> <p><em class="bbuline">Приказываю себе найти и проявить, в чём я сейчас нахожусь.</em></p> <p>Я вижу пространство процессов, в которых пытаюсь себя успокоить, буквально «взять себя в руки», что во многом связано с контролем чувств и даже контролем самой способности чувствовать. Просматривается своеобразный туннель, шлейф процессов, направленных на заглушение восприятия. За этим обнаруживается фоновое болезненное переживание того, что я остался один и могу вновь попасть в старые бессознательные схемы, в прежние паттерны и игры — ковыряние в себе, недоверие, попытки убежать от собственных состояний.<br />Замечаю, что все эти процессы функционируют как фоновое отвлечение внимания. Под ними лежит более глубокая боль — отсутствие взаимодействия, отсутствие полноценной коммуникации с другими людьми, при том что потребность в этом остаётся неудовлетворённой. Создаётся парадоксальное пространство: когда люди присутствуют в моей жизни, возникает желание дистанцироваться и уйти; когда их нет, начинается внутреннее конструирование страдания по поводу их отсутствия.<br />Неожиданно вспыхивает идея доминирования и подчинения как способа выстраивания взаимодействия с другими. Это уже не отдельный паттерн, а целое мировоззренческое устройство личности, основанное на недоверии к себе, на неуважении к собственной чувственной природе и на её отрицании. За этим стоит переживание бессилия, и именно боль бессилия становится центральной точкой внимания. Чувственность в этом контексте выступает как первичный диапазон, на который наслаиваются реакции в коммуникации.<br />Когда внимание направляется на эту область, активируется определённый триггер, и поверхностным проявлением становится одиночество как способ справиться с внутренней болью. Просматривается двусторонняя динамика: с одной стороны — изоляция, выстраивание жёстких стен между собой и другими; с другой — набор схем взаимодействия, основанных на доминировании и подчинении, как попытке скрыть или компенсировать переживание бессилия.<br />Все эти стратегии направлены на то, чтобы не показывать эту боль, не видеть её, исказить или разрушить собственное восприятие, лишь бы не сталкиваться с фактом внутреннего бессилия. В результате коммуникация превращается в поле попыток либо изолироваться, либо подчинить другого — его волю, чувства, привычки, мышление. И каждая из этих стратегий рождается из бессилия и в итоге ведёт к ещё более глубокому бессилию. Именно в этой позиции я сейчас себя и обнаруживаю.</p> <p>Начинает отчётливо просматриваться позиция оцепенения — состояние сдачи, опущенных рук, в котором я словно перестал пытаться что-либо изменить или исправить. Речь идёт не об абстрактных внутренних процессах, а именно о событийном уровне, о непосредственной человеческой коммуникации, об объективном пространстве взаимодействия. Любая попытка что-то скорректировать здесь срабатывает как активация старой схемы, как включение залежей памяти о том, как это было раньше, и эти процессы поднимаются через боль, через триггеры внимания — одиночество, бессилие, попытки подчинения другого.<br />Просматривается выраженная бессознательность как отказ смотреть, видеть, воспринимать, бороться, быть с другими и осознавать себя в пространстве коммуникации. Особенно это касается телесного и телесно-чувственного контакта — интимности, близости, тепла, обмена чувствами, телесных соприкосновений. Изоляция, закрывание себя, отстранённость создают иллюзию контроля и позволяют сместить фокус внимания с внутренних стенаний, которые ощущаются почти физически — как душераздирающее состояние, будто «на душе скребут кошки», как переживание отсутствия рядом другого человека.<br />В этом месте активируется убеждение, что страдание необходимо, словно сама структура личности устроена таким образом, что быть самому с собой гармонично невозможно, что чувствовать нельзя. Всё внутреннее устройство завязано на коммуникации, причём на коммуникации через созависимость, через выстраивание зависимых отношений. Серия умственных игр выступает поверхностным слоем, в котором я пытаюсь убедить себя, что якобы не являюсь созависимым, что способен справляться самостоятельно, однако это базируется на отрицании глубинной структуры личности, отвечающей за самовосприятие себя как мужчины, как человека, как члена общества и как части человечества.<br />Именно эти уровни формируют пространство, в котором начинаются и заканчиваются все процессы взаимодействия, и здесь же сосредоточена боль бессилия — слои подавленных чувств, отрицание собственной чувственности, связанное с неудачами и неумением выстраивать коммуникацию, озвучивать и удовлетворять свои потребности в отношениях. Возникает ощущение упора в стену, в потолок, в предел, состоящий из структуры личности, воспринимаемой как несостоятельная, неспособная к самостоятельному действию. Это восприятие складывается через призму накопленных неудач и бессилия, через попытки изменить реальное основание личности, которое формировалось с самого раннего возраста.<br />Первые мотивации в сторону отношений с другими людьми, попытки подчинить их своей воле ещё в детстве для удовлетворения потребностей, а затем уже взрослые формы проживания одиночества, включая иллюзию удовольствия от него, — всё это прорастает из одной глобальной структуры. Я переживаю себя как часть общества, часть социального фундамента, внутри которого играю в зависимости, и это ощущается как потолок, как предел восприятия, как искажение, за которым будто ничего нет.<br />Возникают идеи, что дальше смотреть нельзя, что дальше ничего не существует или я ничего не умею, и появляется обобщение: если у меня такая структура личности и такой опыт, значит, так устроены все. При этом на уровне идеи сохраняется понимание, что возможен иной уровень взаимоотношений, не основанный на созависимости, однако все мои автоматические механизмы возвращают в тупик, где я ощущаю себя неспособным проявить себя, особенно в эмоционально-чувственном диапазоне, вне игр зависимости.<br />Фиксируется убеждение, что как личность я некомпетентен и не способен действовать иначе, чем через созависимые формы взаимодействия. Пространство переживается как фундаментальная структура личности, как корневая система, из которой всё прорастает. Я словно не вижу самого исходного пространства, а лишь наблюдаю проявление этой структуры, определяющей для меня, что такое человек и что значит быть человеком — в первую очередь через восприятие себя исключительно в связи с другими.</p> <p>Уровень 1<br />Я опускаюсь, расширяюсь, сужаюсь, сжимаюсь — это серия процессов, в которых одновременно происходит и сжатие, и расширение. Это моя попытка увидеть те игры, в которых я участвую через ум, поскольку внимание почти автоматически смещается в умственное пространство, на один из уровней умственного восприятия, где появляется состояние, близкое к безумию.<br />Боль быть «безумным» в данном контексте — это боль смотреть без ума, без опоры на умственное восприятие, без создания и поддержания умственной конструкции реальности. Это попытка воспринимать без постоянного воспроизводства ментальной структуры, внутри которой я ощущаю себя как старик, несмотря на то что объективно являюсь молодым человеком. Возникает позиция псевдомудрости, псевдозрелости, псевдоосмысленности, и всё вращается вокруг ума, вокруг игр ума, вокруг предела умственного восприятия.<br />Всё это оказывается попыткой изменить фундаментальное восприятие себя, изменить основу личности и ту глобальную программу, которая формирует, затачивает, охраняет, направляет и структурирует моё восприятие. Эта программа создаёт фундамент и одновременно формирует весь уровень игр, завязанных на боль восприятия себя как несамостоятельной, неавтономной единицы, неспособной смотреть на себя как на существо, как на часть жизни, как на часть человеческого целого.<br />В основе лежит отсутствие чувства опоры в самом себе. Структура личности устроена таким образом, что не предполагает фундамента внутри. Я как личность, как человек, как существо не способен самостоятельно прояснять себя, не способен смотреть на себя и мыслить в категориях реальной, объективной информации. Отсутствует личностное ядро, и из этого вырастает целый пласт игр формата так называемого личностного роста — попыток изменить восприятие и трансформировать глобальные игры, частью которых я являюсь.<br />Моё устройство таково, что я сам ничего не инициирую и не создаю; я зависим и реактивен. Я откликаюсь на поведение, речь, волю, проявления другого. Моя личностная структура словно стоит неподвижно до тех пор, пока кто-то извне её не активирует, не заденет, не спровоцирует через один из кластеров боли. В этом проявляется глубинная реактивность — активность, построенная на реакции, а не на собственном основании.<br />Возникает ощущение, что изменить этот фундамент невозможно. В социальном пространстве, в системе иерархий и моделей взаимодействия я встроен именно через такой диапазон восприятия. Структура личности формирует не только восприятие, но и паттерн действий, модель поведения и реагирования на события, и даже сами события переживаются через эту же структуру. Это создаёт ощущение замкнутого цикла: само восприятие цикла воспроизводит его, поскольку я продолжаю жить и реагировать в той же манере с самого первого мгновения рождения.<br />С момента первого вдоха я реагирую, идентифицирую себя через эту петлю восприятия и обратной связи, существуя в пределах структуры, которую она же и создаёт. В неё вшит механизм как можно быстрее структурировать личность, заполнить её, почувствовать пределы и затем пытаться их изменить. Глобальные предпосылки для восприятия этих пределов сформировались очень рано, структура личности заполнялась стремительно, а все последующие уровни лишь ускоряли выполнение программы созависимой личности, не имеющей опоры в собственном существе.<br />В ней отсутствует опора на восприятие себя как существа, отсутствует ядро, из которого возможна самостоятельная позиция «я существо» и прорастание в реальность через собственную структуру. Вместо этого формируется фундамент личности, основанный на переживании раскола — ощущении собственной недостаточности, неполноценности, нецелостности как личности и как существа.<br />Это уровень процессов, где формируется предпосылка будущего мировосприятия, мироощущения и образа себя как человека — как внутри, так и снаружи. Это фон процессов и событий, на фоне которых я даже в воображении не способен представить себя вне связи с другими, хотя одновременно постоянно пытаюсь это сделать и переживаю боль собственной несамостоятельности.<br />Я создаю в себе изначальный раскол на уровне существа — фундаментальный разрыв, встроенный в структуру личности с момента рождения. Эта структура оказывается интегрированной в общий человеческий фундамент, в глобальную программу, внутри которой функционирует человечество в целом. Возникает идея фундаментального раскола, при котором человек не способен воспринимать себя как существо и действовать с уровня существа в пространстве человеческих событий.<br />При этом присутствует восприятие, что существуют более ресурсные люди с иной структурой личности, но это как будто не мой случай. Я никогда не знал иного уровня, и без сознательного прояснения у меня не было бы даже гипотетической возможности увидеть альтернативу, поскольку сама структура личности не предполагает такой опции.<br />ЦИ<br />Идея, просматривающаяся здесь, — это отказ от себя с позиции «я существо» ради жизни в позиции «я человек». Это отказ быть и существовать из точки существа, отказ воспринимать и проживать жизнь из этой глубинной опоры.</p> <p>Уровень 2<br />Здесь начинает проявляться тема вкусов и их формирования — сама идея и механизм формирования так называемых вкусов личности, вкусовых качеств и предпочтений. Речь идёт о том, как складывается мой «вкус» на людей, особенно на женщин, а шире — на человека вообще, на модели поведения, на способы проживания жизни и отношения к ней. Формируется набор моделей, одни из которых вызывают стремление соответствовать, быть похожим, копировать определённые качества и проявления, а другие — автоматически отвергаются, вызывают реакцию отрицания и исключения на уровне всей структуры личности.<br />Совокупность этих предпочтений и антипатий создаёт ощущение уникальности, формирует самоощущение себя как личности с якобы уникальным диапазоном качеств и свободой проявления. Однако само восприятие этих моделей, на основе которых строится чувство уникальности, остаётся глубоко бессознательным и заблокированным на уровне существа. Именно в позиции «я существо» закладываются зачатки вкуса, как осадок пережитых активаций органов чувств — обоняния, осязания, вкуса в прямом и переносном смысле — через непосредственный опыт событий, которые программируют структуру личности.<br />Я проживаю различные диапазоны чувственно-эмоционального опыта, часть из которых полностью блокируется, а часть частично сохраняется в памяти. При этом само существование с позиции «я существо» именно здесь постепенно прекращается. Через последовательное заполнение личностной структуры, через активацию запрограммированных событий и запуск уже существующих реакционных цепочек происходит постепенный перенос восприятия: от позиции существования как существа к позиции «я личность» — личности с набором вкусов, рецепторов восприятия, органов чувств и привычек оперировать ими.<br />Восприятие становится опосредованным памятью, осадком пережитых реакций, сформированным фундаментом личности. Фундамент перестаёт ощущаться как опора существа и начинает восприниматься как набор активированных вкусовых рецепторов и заполненных банков памяти, где хранятся как приятные, так и неприятные состояния и реакции. При этом отсутствует реальный выбор в том, что будет нравиться, а что нет: предпочтения, модели поведения людей и их качества оказываются заранее встроенными в структуру личности и постепенно переводят жизнь с позиции существа на позицию личности.<br />Этот процесс выглядит как глубокий распад — деградация восприятия себя как существа через накопление опыта, формирование нейронных связей и банков памяти. Структура личности делится на качества, каждое из которых связано с определённой областью жизненного пространства, заранее заточенной под переживание конкретных событий и получение соответствующих записей. Эти записи формируют игру восприятия «я уникальный», которая замещает восприятие «я существо».<br />Таким образом, формирование личностных качеств сопровождается схлопыванием внимания вокруг этих качеств и внутри них, что переводит всю деятельность с уровня существа на уровень личности. При этом ресурсные качества самого существа заранее запрограммированы: в пределах имеющегося ресурса формируется набор качеств, позволяющих выживать и обеспечивать прежде всего выживание тела.<br />ЦИ<br />Отказ от восприятия с позиции «я существо» и перенос восприятия в позицию «я личность» — отказ видеть и знать о собственном существовании как существе.</p> <p>Уровень 3<br />На этом уровне просматривается появление восприятия так называемых жизненно важных вещей — ценностей человеческого, бытийного уровня. Формируется процесс построения ценностей, основанных преимущественно на умозрительных заключениях и интерпретациях опыта пребывания в человеческом теле. Этот опыт связан с активацией органов чувств, рецепторов и их последовательным включением во времени по мере заполнения личностной структуры.<br />Возникает целый набор процессов интерпретации проявления личностных качеств, включая и ситуации их непроявления, когда отсутствует ресурс для реализации определённого качества. Нехватка ресурса становится самостоятельной формой опыта и также входит в память, формируя ощущение уникальности пережитого. Особенно стремительно этот процесс разворачивается в первые годы и десятилетия жизни, когда происходит интенсивное накопление опыта внутри заданной структуры личности.<br />В рамках этого накопления формируется представление о том, где и как качества можно применять, а где нельзя, при отсутствии понимания ресурсной природы самого процесса. Речь идёт не о человеческом ресурсе в социальном смысле, а о ресурсе существа. Если ресурса нет, то его действительно нет, и в этом нет моральной оценки. Однако вместо понимания этой природы возникает построение ценностей, искажённо интерпретирующих феномен ресурса, сознания и существа как такового.<br />Наращивание личностных качеств сопровождается утратой восприятия с позиции «я существо», что ведёт к потере способности делать адекватные выводы о реальности. Болезненные опыты, пережитые как человеком, оказываются воспринятыми через личностные карты — системы мировоззрения и ценностные конструкции, которые сами по себе формируются на базе неспособности полноценно проявлять качества из-за ограниченности ресурса.<br />Падение ресурса сужает диапазон применения качеств, и в результате болезненный опыт становится основой адаптации. Ценности начинают строиться как попытка объяснить боль и найти модель поведения в рамках социума. Однако парадигма социального взаимодействия уже базируется на когнитивном искажении — на интерпретации опыта с позиции «я человек», а не «я существо». Независимо от широты картины мира эта интерпретация не соответствует объективной реальности и формирует новые кластеры боли.<br />Особенно это проявляется в человеческих взаимоотношениях, где изначально искажённое восприятие через личностные карты, цели и ценности создаёт переживание неудач. Эти неудачи становятся основанием для дальнейшего структурирования ценностей, построенных на отрицании одного или нескольких качеств, которые могли бы быть реализованы с позиции существа.<br />Процесс, который внешне выглядит как развитие, по сути является деградацией восприятия. Снижение ресурса ведёт к необходимости адаптироваться на более узком уровне, формируя человеческие ценности и умственные потребности социума. Происходит структурирование личности изнутри этих ценностей, тогда как изначальные качества существа подавляются или искажаются.<br />В результате формируется искажённое понимание человеческого взаимодействия, которое подменяется моделью конкуренции как двигателя прогресса. Возникает постоянная гонка, в которой свободный ресурс расходуется на поддержание новых игр и псевдокачеств. Это сопровождается дальнейшим наращиванием парадигм и представлений о социуме и его роли, что усиливает разрыв между восприятием и реальностью.<br />ЦИ<br />На этом уровне ключевым становится ощущение вины и долженствования — переживание «я должен», «я виноват», вокруг которого выстраивается мышление человеческого уровня. Формируется парадигма вины, на основе которой организуется вся логика рассуждений. Это сопровождается отказом от реального мышления — способности мыслить объективными категориями, исходя из реальных качеств и их ресурсного состояния. Отказ от мышления с позиции «я существо» приводит к утрате способности видеть целесообразность, реальные возможности применения качеств и объективные основания происходящего.</p> <p>Уровень 4<br />На этом уровне проявляется целый спектр чувственного опыта, в центре которого — переживание себя как самозванца. Возникает постоянное ощущение, что я нахожусь в игре, и неважно, каково содержание этих игр; важен сам факт пребывания в социальном и умственном пространстве. Появляется глубинный страх разоблачения — страх того, что другие увидят мою неискренность, ложь, несоответствие. Это сопровождается хронической скованностью, внутренней закрепощённостью, которая парадоксально усиливается всеми попытками «раскрепоститься» и стать свободнее.<br />Идеи личностного роста, выхода из зоны комфорта, преодоления себя здесь оказываются встроенными в механизм закрепощения. Я постоянно оперирую понятием личности, однако самой своей реальной личности не знаю и не понимаю. Я не способен трезво посмотреть на неё, увидеть её формирование, реальные телесные и личностные потребности, естественные импульсы. Более того, на данном ресурсном уровне ни одна из форм моей деятельности не ведёт к увеличению ресурса — всё работает в обратном направлении, и ресурс постепенно сокращается.<br />Даже понимание работы личностной программы не выводит за её пределы. Социальные игры, сформированные на предыдущих уровнях, продолжают выполняться автоматически, а поверх них наращивается новый слой — ещё более отдалённый от реальности. Возникает образ себя как автономного, самостоятельного индивида, способного опираться только на себя, но это опирание основано на отрицании не только реальных качеств, но и ранее сформированных псевдокачеств.<br />Здесь формируется процесс «взращивания» в себе качеств вроде самостоятельности, взрослости, серьёзности. Это попытка подчинить себе реальность через создание внутренней «коробочки» — замкнутого пространства, где восприятие себя в связи с другими вытесняется. Прежде всего утрачивается способность чувствовать реальность напрямую через тело, через чувственный аппарат. Телесность, как прямой канал восприятия, упорядочивается, структурируется, захлопывается, замещается множеством описаний и концепций.<br />Происходит дальнейшее разделение с реальными качествами личности, и на этом уровне появляется феномен травмы — как психологической, так и любой иной. Попытки работать с травмой становятся формой гиперкомпенсации фундаментального ощущения собственной «неисправности». Я пытаюсь изменить, починить или подчинить свою личность, однако удар каждый раз приходится по телу — по органам чувств, по системам организма, что проявляется в феномене психосоматики. Психосоматика здесь вырастает из глубоких когнитивных искажений, связанных с непониманием природы личности и законов её функционирования.<br />Формируются множественные петли обратной связи — нейронные структуры, зацикленные на самоосознании внутри себя. Всё поведение, решения и реакции начинают проистекать с уровня ниже, где я оказываюсь «жертвой» сформированных нейронных сетей. Создаётся своего рода кокон: информация либо циркулирует внутри него, либо, поступая извне, искажается настолько, что снова воспринимается как исходящая изнутри. Сам факт существования кокона не осознаётся, а он поддерживает иллюзию разделённости и одиночества.<br />Происходит протаптывание нейронных дорожек, основанных на отрицании собственной личности, её реальных потребностей и способностей их удовлетворять. Пространство деятельности постепенно заменяется готовыми шаблонами, где на любой новый опыт уже существует заранее заданная реакция.<br />ЦИ<br />Ключевой момент этого уровня — утрата осознания себя как существа. После этой точки я тотально идентифицируюсь как человек и начинаю воспринимать и осуществлять всю деятельность исключительно с позиции «я человек», отказываясь от способности действовать и воспринимать с уровня существа, с уровня сознания.</p> <p>Уровень 5<br />На этом уровне сразу активируется целый ряд триггеров внимания, связанных с идеей отдыха. Возникает убеждение, что необходимо много отдыхать, что отдых — это главное и единственное спасение. Однако отдых здесь означает не восстановление ресурса, а пребывание в состоянии трансовости, отключки, ухода от реальности. Это способ не сталкиваться с болью.<br />Сейчас присутствует выраженная телесная боль, в частности боль в горле, затрудняющая речь и коммуникацию. Восприятие становится пропитанным ощущением, что я как человек себе не нравлюсь — не люблю себя или глубоко недолюбливаю. Формируется образ себя как недалёкого, недальновидного, и при этом отсутствует подлинная любовь к себе, понимание и восприятие себя реального. Однако говорить о «любви к себе» я учусь именно в контексте других — как будто произношу то, что, по моему представлению, хотят услышать.<br />Это проявляется и в работе с людьми, где я начинаю ориентироваться не на живого человека, а на созданный в своём уме образ. Я формирую в памяти карты поведения и проявлений другого человека, удерживаю их и взаимодействую уже не с реальным человеком, а с проекцией. Эти проекции начинают жить собственной жизнью как субструктуры моей личности, создавая внутренний раскол, в котором разные части противоречат друг другу и отрицают мои реальные качества.<br />Я не знаю, что такое моя реальная личность, и не понимаю, как функционируют личностные программы других людей, но при этом обучаюсь делиться своим «видением» их устройства. Это становится формой самообмана, а затем и обмана других, способом адаптации и достижения псевдоуспешности. Успех здесь означает возможность не чувствовать фундаментальную боль невзаимодействия, созданную на предыдущем уровне, а затем продолжать её подавлять.<br />Боль продолжает воспроизводиться через отрицание собственных личностных схем, которые я не способен воспринимать напрямую из-за нехватки ресурса. Я вижу их косвенно и получаю именно те выводы, которые заранее намерен получить. Эти выводы укрепляют одно базовое качество — позицию жертвы, которая интерпретируется как своеобразная псевдоспособность.<br />При столкновении с более ресурсными людьми мои гипотезы и умственные конструкции разрушаются, но ум быстро находит оправдания и продолжает поддерживать иллюзию правоты — прежде всего среди тех, у кого недостаточно ресурса возразить. Таким образом, взаимодействие выстраивается с людьми, находящимися в схожем дефиците, что позволяет сохранять неузнанным собственный самообман.<br />Появляется устойчивое чувство вины — переживание себя как провинившегося человека. Вина становится формой отрицания ответственности за создаваемую личность и реализуемые программы. При этом само понятие ответственности базируется на искажённых представлениях о том, кто и за что отвечает, прежде всего в отношении самого себя.<br />Происходит формирование надличностных конструкций — проекций и ментальных построений, основанных на избегании реальной личности и отказе от действия с уровня этой личности. Я тотально «переезжаю в голову», убеждая себя, что меня как личности в реальности не существует, вместе со всеми моими качествами, потребностями и способностями.<br />ЦИ<br />Ключевым процессом становится убеждение себя и других в том, что я жертва и что я более не способен действовать в реальности. Это окончательный перенос активности в ум и отказ от реального существования как личности.</p> <p>Уровень 6<br />На этом уровне возникает устойчивое ощущение, что вся жизнь проходит в режиме «мне кажется». Постоянно что-то мерещится, что-то кажется, и я живу в состоянии непрерывного отрицания реальности, не осознавая собственных отнекиваний, отрицаний и отречений. Я не вижу реальных процессов, не отслеживаю реальные системы, которые выполняю, не осознаю качества и игры, которые создаю, а также того, зачем и каким образом их поддерживаю.<br />Появляется восприятие множества уровней игр, образующих единую фундаментальную структуру. Это словно древо, где разные ветви представляют различные проявления одной и той же модели поведения. Игры могут находиться ближе или дальше от условного центра, но по сути являются вариациями одного механизма — формы избегания реальности. При этом отсутствует восприятие этих моделей с позиции существа, как будто я не вижу себя как источник их формирования и поддержания.<br />Ключевым оказывается отрицание качества собственного сознания — способности видеть взаимосвязи и принадлежность происходящего себе. Все модели поведения сводятся к разнообразным способам бегства от реальности. При этом на поверхностном уровне формируется убеждение, что проблем нет, что всё в порядке, что жизнь устроена нормально. Это скорее желаемый образ себя, чем реальное состояние.<br />Внутри же переживается колоссальное напряжение, глубокий стресс, который становится фоном существования. Это напряжение накапливается и может временно разряжаться через различные формы бессознательности — резкие эмоциональные всплески, адреналин, алкоголь или иные способы быстрого «сброса». Однако это не решает проблему, а лишь на короткое время притупляет ощущение внутреннего разрыва.<br />Процесс выглядит как активная фаза погружения в собственные иллюзии. Если ранее игры создавались и поддерживались относительно осознанно, то здесь происходит прямое вовлечение в них. Я впадаю в собственные продукты ума и воображения, переключаясь между нейронными сетями автоматически, без ощущения контроля. Эмоции и псевдочувства создают иллюзию свободы и активности, но фактически являются формами псевдоценности человеческого уровня.<br />Ресурс, который мог бы использоваться для осознанной деятельности, направляется на участие в играх ради краткосрочных эмоциональных эффектов. Это создаёт иллюзию движения, однако по сути представляет собой зацикливание и усиление внутреннего разрыва.<br />ЦИ<br />Здесь происходит вхождение в состояние «клина» — полное погружение в умственные конструкции и отключение от сознания. Возникает отказ от позиции существа и переход в состояние глубокой автоматизации, где сознание перестаёт быть активным участником процесса.</p> <p>Уровень 7<br />Здесь переживается состояние глубокой огорошенности, хронического шока, словно всё существо застыло в перманентном потрясении. Это не разовый эпизод, а устойчивое фоновое состояние — фундаментальный шок пребывания, в котором я одновременно существую и не существую в собственном существе. Я пишу как существо, но ощущаю себя застывшим в неком непрерывном внутреннем «шоке» от самого факта бытия человеком — от того, что знаю и не знаю, что у меня получается и не получается.<br />Это разные уровни и формы боли, но по сути они образуют единый кластер. Кластер боли — это совокупность банков памяти различной плотности и глубины, разной продолжительности и насыщенности, записанных и сохранённых в неком общем пространстве. Это пространство оказывается полностью заблокированным для восприятия, и потому создаётся впечатление, будто «дальше ничего нет», будто отсутствует само пространство как таковое. Оно фундаментально структурировано, запатентовано болью и при этом не осознаётся как часть меня.<br />На этом уровне происходит автоматическое переключение внимания между составляющими этих глубинных кластеров — между паттернами боли, идеями боли, воспоминаниями о её формировании и эпизодами, которые её активировали. Сознание расслаивается, внимание соскальзывает с глубинных уровней и переносится на следующий виток, поскольку всё предыдущее пространство игр оказывается заблокированным и полностью заполненным. Никаких живых связей с реальностью через эти уровни больше не переживается, взгляд не удерживается, за пределом словно стоит табличка «ничего нет».<br />Процесс воспринимается как фундаментальный сдвиг — перенос с позиции «я существую» в позицию «я не существую». Пространство этого уровня ощущается как чистилище, как зона аннигиляции, где осуществляется последний переход из режима существования в режим несуществования внутри собственной же структуры личности и программы. Это падение в забвение, созданное самой же системой.<br />ЦИ<br />Ключевым становится отказ от последнего фундаментального качества — взаимосвязанности. Отказ быть взаимосвязанным с текущим уровнем реальности ведёт к переходу в режим несуществования, где разрыв с целым переживается как окончательная утрата связи и присутствия.</p> <p>Уровень 8<br />На этом уровне переживается специфическое телесно-умственное ощущение: будто в голове просверлен сквозной туннель, проходящий через оба полушария. Этот образ воспринимается как воронка, ведущая в состояние небытия, в финальную точку несуществования. Воронка ощущается не просто как метафора, а как программа, как циклический механизм, задача которого — перевести ресурсы существа в режим несуществования.<br />Происходит формирование набора качеств, нейронных сетей, моделей поведения, триггеров внимания, закреплённых за определёнными событиями и эпизодами памяти. Всё это наполняет внутреннюю структуру личности и постепенно разрывает живые связи с реальностью. Контакт с действительностью начинает прекращаться именно изнутри, через обнуление взаимосвязей, которые ранее поддерживали ощущение присутствия.<br />Цикличность этого уровня заключается в подчинении любого свободного ресурса программе. Какой бы объём ресурса ни возникал, он автоматически перенаправляется в уже созданные схемы, паттерны и колеи, которые формируются на более высоком уровне восприятия, а затем начинают воспроизводить себя. Это приводит к блокировке фундаментального восприятия через постепенное перекрытие более высоких режимов восприятия, из которых и осуществляется структурирование текущего уровня.<br />Даже когда появляется осознаваемый ресурс, я начинаю «нащупывать» пространство, точнее — время, которое сам же создаю. Это щупание не является прямым восприятием, а скорее попыткой структурировать деятельность через внутренние конструкции. На основе этого формируются новые виды активности, в которых я продолжаю растрачивать ресурс, независимо от его объёма. Сам факт наличия ресурса автоматически превращается в повод для его расходования.<br />Процесс воспринимается как становление невидимым: я перестаю быть видимым для себя с позиции существа. Это означает отказ от существования на текущем уровне, постепенное выпадение из режима присутствия.<br />ЦИ<br />Это точка перехода от состояния «я существую» к состоянию «я не существую» — отказ от существования как осознанного присутствия на текущем уровне реальности.</p> <p>ЦТ<br />Здесь просматривается жёсткий каркас — фундаментальная структура, представляющая собой наслоение конструкций поверх основной структуры личности. Назначение этих наслоений — переброс ресурса с позиции «я существо» в позицию «я не существо», то есть в состояние, где я больше не обладаю собственными ресурсами.<br />С позиции существа я обладаю ресурсом и ресурсностью. С позиции личности формируется ощущение нехватки, отсутствия, не-обладания. Центральным механизмом становится создание времени — не в привычном линейном понимании, а как формирование временных наслоений, конструкций, отсечек. Эти временные образования становятся пространством, в котором формируются личностные качества и закладывается фундамент личностного восприятия.<br />Таким образом, формирование личностных качеств оказывается способом перемещения ресурса. Перемещение ресурса означает отказ от обладания им. Ключевым ресурсом выступает время — то время, которое я создаю, удерживаю и структурирую. С позиции существа я удерживаю этот объём не в уме, а во внимании и восприятии; я одновременно создаю его и поддерживаю. Это не просто время, а определённая область пространства, которую я удерживаю своим вниманием и ресурсом.<br />Процесс включает создание временных структур, внутри которых формируются личностные качества. Эти качества становятся содержимым временных отрезков, предназначенных для последующего структурирования жизненного пространства. Я выделяю определённые области пространства и формирую соответствующие качества, тем самым организуя свою деятельность и восприятие.<br />Приказываю себе найти и прояснить, как называется данное пространство.<br />Это пространство отказа от обладания собственным временем с позиции «я существо», отказа от способности оперировать временем как ресурсом, который я создаю и наполняю содержанием. Это пространство отказа от признания времени как собственного ресурса и от управления им как проявлением собственной ресурсности.</p> <p><strong>Последствия</strong></p> <p>На этом уровне внимание обращается к восприятию объективных законов, по которым формируется реальность материальной Вселенной. Ум рисует это в виде некого фундаментального каркаса — зубцов, шурупов, схем, которые фрактально отражаются на разных уровнях. Это уровень, через который формируется материя, включая материю тела, и к которому затем «подцепляется» любая личностная структура. Как будто берётся сегмент объективных законов, некий многоуровневый слепок или градиент, и на его основе далее структурируется личность.<br />Возникает ощущение, что всё пространство человеческой цивилизации — прошлое, настоящее и будущее — является содержимым этого поля. Человеческая история выступает не автономным явлением, а частью более общего вселенского пространства. Отдельные человеческие судьбы и их пересечения выглядят инструментами в рамках более глобального процесса.<br />Ключевым последствием становится неосознавание объективных законов и отрицание их существования. Восприятие того, что реальность устроена по определённым законам, вытесняется, а цивилизация выстраивается как попытка от них сбежать или подчинить их себе. Отсюда проистекают когнитивные искажения, неверные выводы и убеждение, что страдание является неизбежным выбором человека. Возникает иллюзия управления материей и реальностью, основанная на отрицании реального положения вещей.<br />В масштабе Вселенной человеческая история оказывается ничтожно малой частью бытийности, и на этом фоне личные и коллективные проблемы выглядят иначе. Однако при этом большая часть моего восприятия как существа оказывается привязанной к телесным системам и органам. Попытка интерпретировать глобальные законы через тело создаёт разделение: тело отдельно, внешний космос отдельно, наука отдельно, разные законы для разных областей.<br />Это приводит к множественности точек зрения и схем, которые на человеческом уровне, особенно в социальном контексте, строятся на формах самонасилия. Возникают различные способы «дрессировки» себя — причинение боли ради соответствия социальным моделям и ценностям. Несмотря на внешнюю разность форм, их направленность сходна: встроить личность в систему через подавление.<br />Создаётся впечатление уникальности каждой личности и её проблем, однако в контексте этого уровня личность воспринимается как деструктивная программа, различающаяся лишь по наполнению. Разнообразие «начинки» поддерживает иллюзию индивидуальности, но общий механизм остаётся одинаковым.<br />Финальное переживание — глубокая усталость, ощущение себя изнурённой лошадью, долгое время эксплуатируемой. Это усталость не только телесная, но и экзистенциальная — как следствие длительного функционирования внутри структур, основанных на насилии по отношению к себе и отрицании реальных законов бытия.</p> <p><strong>Ответный имплант</strong></p> <p>Здесь просматривается общечеловеческая динамика — стремление видеть реальность лучше, чем она есть. В этом проявляются элементы позитивизма, оптимизма, надежды и мечты, однако основаны они на отрицании неприятного, неудобного и неугодного. Создаётся иллюзия, что «всё не так уж плохо», при том что сама эта позиция строится на вытеснении реальных аспектов происходящего.<br />Что мне внушает этот имплант<br />Данный имплант внушает сосредоточенность на себе: думать о себе, заботиться о себе, переживать о собственных нуждах, выставлять их как приоритетные и превосходящие нужды семьи, социума или человечества. Формируется отрицание собственной связи с другими людьми и с глобальными процессами. Возникает ощущение разобщённости — «я не с ними», «я не за них», «я не выбирал это и не отвечаю за это».<br />Имплант внушает разделение на «своих» и «чужих», поддерживает идею «каждый сам за себя» и отрицает причастность к человеческому виду как к целому. Параллельно возникает чувство, что меня не любят, не ценят и не способны оценить по достоинству. Отсюда вырастают идеи превосходства и доминирования — убеждение в собственной исключительности, масштабности, превосходстве над другими.<br />Одновременно формируется требование, чтобы другие признавали и удовлетворяли мои потребности. Ответственность за собственное состояние перекладывается на окружающих: «вы виноваты», «я не виноват», «я не отвечаю за себя». Отрицается причастность к глобальным проблемам — войнам, насилию, кризисам. Появляется страх конфликта и отрицание собственной воинственности, агрессии и хищности, при сохранении образа себя как «хорошего» и «миролюбивого».<br />Имплант формирует представления о совершенстве и несовершенстве личности — своей и чужой, поддерживает потребность демонстрировать ресурсы, доминировать и переживать превосходство. Одновременно он блокирует восприятие реальных качеств личности, заменяя их мышлением и чувствованием через отрицание. Усиливается раскол и непризнание фундаментальной боли разделённости с другими людьми.<br />К чему принуждает данный имплант<br />Он принуждает падать, ошибаться и скрывать ошибки, подавлять боль поражений и накапливать её. Формируется постоянный поиск виноватых и оправданий, создание кластеров неудач, через которые затем и воспринимается собственная личность. Происходит отказ от трезвого самоанализа и объективного взгляда на себя с позиции существа.<br />Имплант принуждает фрагментировать и деградировать структуру личности, отрицать её деструктивную природу, видеть реальность лучше, чем она есть, и жить на уровне внушений и искажений. Создаются и поддерживаются верования, на основе которых выстраивается ложный контекст восприятия, формируются неверные выводы о себе, людях и мире.<br />В результате программируется накопление боли поражений, искажается бессознательное, формируется нездоровая внутренняя структура, которую затем необходимо скрывать — от других и от самого себя.<br />Что мне запрещает данный имплант<br />Имплант запрещает быть сознанием, быть вниманием, быть восприятием — особенно в тех зонах жизненного пространства, где присутствует боль. Он блокирует способность освещать собственным вниманием любые области, независимо от их плотности, глубины и продолжительности. Запрещается мгновенно прояснять и расформировывать кластеры боли любого масштаба, включая их копии и отражения, а также общечеловеческие и глобальные формы боли.<br />Он запрещает мгновенное восстановление ресурса и ассимиляцию собственного ресурса обратно в целостность существа. Блокируется возможность прояснять реальные личностные программы — как индивидуальные, так и общие для всего человечества — независимо от их сложности. Запрещается видеть и исследовать объективные законы материальной Вселенной и те механизмы, через которые формируется моё восприятие этих законов.<br />Имплант ограничивает расширение реального сознания и восстановление целостности существа. Он запрещает не создавать кластеры боли и не авторизировать боль как обязательную структуру внутреннего пространства. Фактически он блокирует возможность иметь здоровое бессознательное и жить с адекватным внутренним состоянием.<br />Точки привязки импланта<br />Точки привязки связаны с тем, как в моём восприятии формируются так называемые объективные законы реальности. Это не сами законы, а способ их интерпретации, который завязан на текущий ресурсный уровень существа. Имплант словно пронизывает весь ресурс и удерживает его в заданной конфигурации.<br />Идеи и установки из этих точек<br />Возникают установки демонстрации силы, доминирования и подчинения, идея наказания за неповиновение. Формируется убеждение, что никто не способен понимать моё пространство лучше меня. Появляется боль от размышлений о собственном существе, о человеческой истории и о принадлежности к ней, нежелание быть частью общего.<br />Активируются идеи отрицания своей причастности к человечеству, ощущение бессмысленности влияния на глобальные процессы. Возникают мысли о сумасшествии — страх сойти с ума, сомнение в собственной адекватности, проекция безумия на других. Появляется убеждение в отсутствии собственного влияния, в собственной незначимости и неспособности что-либо изменить.<br />Имплант формирует полярные установки любви и ненависти, отрицание собственной ценности, презрение к человечеству и к себе. Возникают обобщающие концепции о неразумности людей, о рациональности как ненормальности, о необходимости быть иррациональным для принятия.<br />Приказываю себе найти и прояснить, как называется данный имплант.<br />Это имплант отрицания собственного волевого участия и реального влияния — установка «я ни на что не влияю», «я не участвую», «я не являюсь решающим фактором в реальности».</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой последовательное исследование механизма формирования личности как структуры, построенной на утрате восприятия себя с позиции существа и постепенном переходе в режим существования исключительно через человеческие, социальные и умственные конструкции. В центре исследования находится идея фундаментального раскола, возникающего между существом и личностью, где личность начинает функционировать как автономная программа, всё глубже вытесняющая прямое восприятие реальности.<br />Начальный пласт документа фиксирует переживание одиночества, бессилия, созависимости и стремления к контролю как базовых механизмов взаимодействия с другими людьми. Эти процессы постепенно раскрываются как следствие более глубокой структуры, основанной на отсутствии внутренней опоры и неспособности воспринимать себя как самостоятельное существо. Коммуникация, отношения, доминирование, изоляция и попытки доказать собственную автономность рассматриваются не как отдельные явления, а как проявления единого механизма бегства от фундаментальной боли.<br />Далее документ по уровням описывает деградацию восприятия: от формирования вкусов, личностных качеств и ценностей до полного погружения в умственные конструкции и утраты взаимосвязанности с реальностью. Каждый уровень раскрывает отдельный этап структурирования личности:<br />переход от существа к личности; <br />накопление памяти и формирование вкусов; <br />построение ценностей и социальных интерпретаций; <br />формирование чувства самозванства и закрепощения; <br />уход в самообман и позицию жертвы; <br />погружение в иллюзии и автоматические реакции; <br />переход в состояние внутреннего небытия; <br />окончательный отказ от существования как осознанного присутствия. <br />Центральная точка документа формулирует общий принцип всей структуры: личность создаётся через перераспределение ресурса существа во временные конструкции, формирующие чувство нехватки, не-обладания и зависимости. Время здесь описывается как основной ресурс, который существо удерживает вниманием, но который затем отчуждается через создание личностных качеств и социальных структур.<br />Раздел «Последствия» переводит исследование на уровень восприятия объективных законов Вселенной. Человеческая цивилизация рассматривается как часть глобальной структуры, построенной на отрицании этих законов и попытке подчинить их себе. В результате формируются формы самонасилия, социального принуждения и бесконечной адаптации личности через подавление себя.<br />Раздел «Ответный имплант» описывает систему установок, поддерживающих этот механизм. Имплант формирует отрицание собственной взаимосвязанности с человечеством, иллюзию отдельности, идеи превосходства, жертвенности и непричастности. Одновременно он блокирует способность к прямому восприятию, восстановлению ресурса и объективному самоанализу, поддерживая существование личности через верования, искажения и накопление боли.<br />Сквозной линией всего документа проходит идея того, что личность представляет собой не истинную форму существования, а механизм постепенного отказа от восприятия себя как существа. Все уровни — от социальных игр до глубинных форм отрицания реальности — рассматриваются как стадии одного процесса: перехода от состояния «я существую» к состоянию «я не существую».</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Tue, 26 May 2026 20:20:08 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17643#p17643 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17642#p17642 <p><strong>Невозможность выходить за рамки законов и усиление неизменности реальности <br /></strong><br /><strong>Краткая аннотация</strong></p> <p>Документ представляет собой философское исследование уровней закрепления закономерностей в сознании человека, приводящих к утрате способности к прямому восприятию, создаванию и трансформации. Через описание минусовых и положительных уровней раскрывается механизм формирования имплантов и кластеров боли, превращающих любое намерение в подтверждение уже существующей структуры. Центральная идея — состояние безвластия и согласия с закономерностью как основа закреплённой реальности, где любое действие лишь усиливает неизменность системы.</p> <p><strong>2022_02_17</strong></p> <p><strong>Приказываю себе найти и проявить всё пространство, в котором я выполняю всю эту программу и всю структуру личности во всём данном пространстве.</strong></p> <p><strong>Вибрационные уровни</strong></p> <p>Уровень -3<br />Уровень бесконечной потери и бесконечной просадки возможности создавать напрямую, воспринимать напрямую и проявлять что-либо без посредников программ, игр и процессов. Потеря способности создавать и проявлять напрямую в рамках данной программы практически тождественна самому факту существования бесконечно закреплённых программ, окружающих сознание человека и определяющих всё его пространство. Факт бесконечного закрепления программ одновременно является фактом бесконечного отсутствия способности напрямую проникать и что-либо создавать. Здесь причина и эффект становятся одним и тем же проявлением, одной и той же реальностью, в которой восприятие неизбежно искажается.<br />Искажение заключается в том, что тот, кто воспринимает, способен своим восприятием лишь закреплять то, что уже воспринято, усиливая и пролонгируя существующие структуры. Программа не просто допускает этот механизм — она полностью основана на нём и непрерывно его воспроизводит. При этом восприятие здесь не соотносится с линейным временем, поскольку прошлое, настоящее и будущее разворачиваются хаотично и одновременно, закрепляя друг друга вне последовательности и причинной логики. Всё происходит постоянно, одновременно, в любой точке пространства закрепления и в любой позиции данных структур.<br />Это и есть глубинное восприятие, и это же является глубинным пространством, в котором всё, что совершается, представляет собой лишь закрепление невозможности создать процесс и инициировать действие напрямую. Здесь отсутствует подлинная инициатива, а вместо неё действует бессознательное, абсолютное усиление и закрепление любого уже созданного и проявленного элемента. Любая точка, воспринимаемая как самостоятельная реальность, становится частью бесконечного механизма подтверждения самой себя.<br />В человеческом восприятии это выглядит как последовательный процесс: причина, триггер запуска, продолжение, первичный результат и окончательный результат. Однако каждый результат лишь подтверждает предыдущий и закрепляет всю систему целиком. Таким образом, любой процесс, который человек способен осознать, является лишь пролонгацией бесконечных закреплений. Импланты в этой системе функционируют как якорные точки, удерживающие и взаимно подтверждающие друг друга. При этом ответные и приобретённые импланты не всегда имеют линейную последовательность или прямое осознание происхождения, поскольку здесь невозможно определить, что было создано первым и что стало следствием.<br />Время в этом пространстве функционирует хаотично и вне привычной логики, а человек видит лишь закономерности, бесконечно просаженные и неотделимые друг от друга, принимая их за причинно-следственные связи. Причина может оказаться следствием, а следствие — причиной, либо закрепляющим фактором, который подтверждает саму структуру закрепления.<br />Воздействие и последствия<br />Глубинная тотальная бессвойственность проявляется как отсутствие какого-либо изначального свойства и как невозможность самопроявления. Бессвойственность становится родителем бесконечного бессилия и невозможности проникновения, поскольку изначально отсутствует само основание для самостоятельного действия. Здесь нет свойства, нет самопроявления, нет внутренней определённости.<br />Второй эффект проявляется как отделение себя от бессвойственного, как размежевание точек закрепления на различные части, поля сознания и проявления. Импланты и точки закрепления глубинно фиксируются как «не я», что формирует тотальное отделение субъекта от происходящего. Человек практически не способен воспринимать происходящее как проявление части себя, поскольку вся система выстроена на принципе разделения.<br />Свойства превращаются в закономерности, закономерности порождают новые свойства, и этот процесс никак не соотносится с тем, кто изначально лишён свойства. Он не замечает автоматической посадки своего внимания и автоматического создания новых закономерностей, которые безусловно закрепляют предыдущие. Даже условный «конец вселенной» может закреплять её первый день существования, поскольку хаотичность структуры абсолютна, хотя внешне она выглядит как система.<br />Создаётся иллюзия упорядоченной реальности процессов, имеющей внутреннюю систему, под которую субъект вынужден бесконечно подстраиваться. Он не способен выйти за пределы закономерностей или свойств, поскольку в своей бесконечной бессвойственности и бездейственности остаётся встроенным в механизм закрепления.<br />Сколько бы ни создавались программы по необходимости изменить или трансформировать происходящее, все они становятся частью той же самой структуры, бесконечно воспроизводящей и закрепляющей себя.</p> <p>Уровень -2<br />Уровень необходимости считаться с закономерностью при фактическом отсутствии подлинного намерения вырваться из программы и из множества мелких позиций, формирующих её структуру. Это не прямое отсутствие действия, а отсутствие настоящего намерения выйти за пределы закреплённых закономерностей. Закономерность в данном пространстве — это то, что принуждает с собой считаться, то, что требует учёта независимо от уровня осознания. Любая закономерность подлежит учёту, и именно это становится фундаментальным остатком от частей сознания и от фрагментов человеческой личности.<br />Даже мелкие сущности, животные, растения и насекомые учитывают закономерности, не осознавая их существования, поскольку учёт происходит априори. Человек также учитывает закономерности, и в этом заключается мощная программа бесконечной направленности: учитывай закономерность. Учитывать закономерность означает не проявлять инициативу по её распознанию и не формировать намерение по её реальному рассозданию. Допускаются лишь иллюзии распознавания и мнимые попытки рассоздания, но не допускается подлинное проникновение в основу закономерности.<br />Человеку разрешено замечать проявление закономерности, но не её источник. Разрешено замечать неизбежность процесса, но не его фундамент. Камень падает, яблоко Ньютона падает, самолёт летит — однако самолёт не отменяет закономерность, а лишь взаимодействует с другими закономерностями, которые уравновешивают исходную. Это не изменение закона, а сочетание процессов, в которых закономерность проявляется. Всё, что остаётся субъекту, — это согласие с закономерностью.<br />Бессвойственность уровня -3 превращается здесь в бесконечное согласие со всем и вся, в бесконечное принятие процессов и их проявлений. Закономерности нарастают незаметно из-за хаотичности причинно-следственных связей, которые сломаны, обращены вспять или переплетены вне линейного времени. Для человека, существующего в координатах прошлого, настоящего и будущего, невозможно уловить это нагромождение, поскольку оно разворачивается вне привычной логики. Нарастание закономерностей становится абсолютно незаметным фактором.<br />Третий момент проявляется как закрепление закономерности даже тогда, когда субъект считает, что использует её в своих целях. Создание самолёта, использование атмосферы, инженерное решение — всё это выглядит как управление реальностью, но в действительности является подтверждением и повторным согласием с закономерностью. Субъект не замечает, что создаёт дополнительные проявления тех же закономерностей, поскольку хаотичность нелинейных причинно-следственных связей скрывает механизм закрепления.<br />Погружение в этот фактор означает погружение в бесконечное согласие с проявлениями закономерности.<br />Воздействие и последствия<br />Формируется позиция бесконечного наблюдателя, для которого остаётся единственным действием наблюдение. Наблюдать означает фиксировать проявления закономерности вне времени и вне процесса, как некую линию, распространяющуюся на все времена одновременно. Наблюдение происходит не из позиции линейного времени, а из иной позиции существования, в которой закономерность становится абсолютной и неизменной.<br />Закреплённая закономерность распространяется на всё временное поле, а вместе с ней закрепляется и сам наблюдатель, становящийся частью этой структуры. Результатом становится бесконечная просадка личности и её превращение в имплант, способный распространяться назад во времени и втягивать в себя остальные элементы личности.<br />Для человека эта структура становится не вопросом выбора, не вопросом изменения и не вопросом трансформации, а окончательно закреплённой псевдореальностью. Позиция наблюдателя фиксируется как единственно возможная, и выход из неё становится невозможным как для того, кто наблюдает закономерности, так и для того, кто мог бы попытаться их трансформировать.</p> <p>Уровень -1<br />Уровень создания и проявления конкретных процессов и конкретного процесса жизни как результата закономерностей и как явления, полностью подчинённого закономерностям. Процесс жизни и процесс реальности человеческой личности в данном пространстве представляет собой полученную безусловность, причём безусловность хаотически сформированную и глубинно закреплённую. Это не свободное становление, а уже сложившееся поле, в котором личность проявляется как результат накопленных закономерностей.<br />Сознание более высокого уровня восприятия, находящееся относительно позиции минус первого уровня человеческой личности, воспринимает её примерно так же, как человек воспринимает непросматриваемую им сущность. Это схожая позиция наблюдения, в которой воздействие возможно лишь в рамках уже сложившихся механизмов. Человек, строго говоря, является мощно закреплённым проявлением, и если он способен как-либо повлиять на сущность, то только через механизмы наблюдения, которые сами являются проявлением закономерностей. Любое влияние осуществляется исключительно в пределах закономерных структур.<br />Создание и проявление человеческой личности происходит как существование в границах законов. Намерение и инициатива по направлению личности разворачиваются только в рамках уже имеющихся закономерностей. Я могу проявить намерение лишь как часть закономерности и внутри уже действующих закономерностей, даже если невозможно определить, где здесь причина, а где следствие, и даже если всё одновременно является и причиной, и следствием.<br />Само намерение создаётся через закономерность, и по сути намерение является закономерностью. Желание — это проявление намерения, а нервная система, в том числе лимбическая система, является физическим выражением уже существующих закономерностей. Намерение, выраженное на физическом уровне, становится результатом наблюдаемых структур, и не имеет значения, что в рамках времени было создано раньше, поскольку позиция проявления всегда формируется через уже закреплённые закономерности.<br />Намерение отличается от закономерности лишь тем, что стремится что-либо изменить, однако имея причиной саму закономерность, изменить ничего не способно. Оно становится неизменяющим и неизменяемым эффектом, превращаясь в кластер боли и в имплант, закрепляющий невозможность трансформации.<br />Воздействие и последствия<br />Взаимоисключение является результатом попытки играть с закономерностями и прямым следствием стремления изменить их в рамках данной программы. Проявление взаимоисключений формирует дополнительные закономерности, создавая новые пространства и новые факторы закрепления. Намерение создаётся по своеобразным техническим документациям имплантов, которые играют генерализованную роль в структуре программы.<br />Игра с закономерностями невозможна, поскольку любая попытка вмешательства лишь подтверждает их существование. Уничтожение чего-либо или превращение явления в кластер боли становится проявлением той же игры в пределах неизменности предыдущей закономерности. Закономерность одновременно существует и не существует, а бесконечное отсутствие чего-либо лишь подтверждает уже имеющуюся структуру.<br />Попытка нарушить закономерность невозможна в рамках данной реальности, и намерение неизбежно превращается в имплант и в кластер боли. Погружение в этот фактор означает погружение во всю данную реальность, в которой создание, проявление и попытка изменения неизбежно закрепляют уже существующее.</p> <p>Уровень 1<br />Уровень существования в процессе, в котором обязательно должен быть получен результат и который обязан завершиться результатом. Существование в процессе означает пребывание в структуре, где любое действие предполагает завершённость, фиксацию и подтверждение. Закономерности и их эффекты подлежат замечанию, тогда как сама основа закономерностей, точки имплантов и программ остаются незаметными. Замечаются лишь эффекты, проявляющиеся в конкретных результатах.<br />Если бросить мяч вверх, он достигнет определённой точки и начнёт падать вниз, и это можно наблюдать, как и различие высоты при разной силе броска. Однако изменить сам принцип невозможно. Проявление намерения, процесса и результата допускается только в пределах этих рамок.<br />Процесс складывается следующим образом: различные проявления закономерностей собираются в единую неразрывную цепочку, в которой и предполагается достижение необходимого результата. Личность пытается встроить своё проявление в эту цепочку, ожидая закономерного завершения. Однако ловушка заключается в том, что цепочка оказывается разорванной, и результат не достигается. Намерение в мире бесконечных закономерностей, находящихся вне линейного времени, не работает.<br />Возможным остаётся лишь подтверждение закономерностей, что приводит к превращению ещё одной части пространства сознания в кластер боли и имплант. Здесь проявляется более выраженная линейность времени, однако результат, внешне похожий на реализацию намерения, на самом деле лишь подтверждает собственную недостижимость. Намерение втягивается в кластер боли, а результат закрепляется как новая закономерность — одновременно ненужная и недостижимая, разрастающаяся в виде новых кластеров и имплантов.<br />Воздействие и последствия<br />Проявляется глубинное бессилие, отличающееся от бессилия предыдущих уровней своей абсолютностью. Оно выражается в невозможности не считаться с реальностью. Считаться означает следовать поставленным условиям, а бесконечно считаться — бесконечно подчиняться. Это не только подчинение внешним обстоятельствам, но и невозможность проявить себя как источник создания или рассоздания закономерностей.<br />Закономерности продолжают происходить и доминировать над конкретным человеком, формируя ощущение неизбежности. Возникает стремление найти брешь в системе, однако такой бреши не существует. Даже если закономерность даёт результат, этот результат уже встроен в текущий момент судьбы, а любые изменения оказываются частью той же структуры.<br />Попытка найти брешь реализуется через игру с эффектами закономерностей. Камень падает вниз, но ветер удерживает лист — следовательно, можно создать самолёт, который удерживается в воздухе. Однако подобная игра не отменяет закономерности, а создаёт новые ограничения и новые проблемы. Любое техническое средство требует преодоления множества препятствий, сопровождаемых созданием кластеров боли и снижением первоначальных притязаний. Независимо от страны, народа или организации, процесс доведения до результата неизбежно сопровождается нарастанием закреплений.<br />Погружение в этот фактор означает погружение во всю данную позицию и во всю данную реальность, в которой существование в процессе с обязательным результатом становится формой закреплённого подчинения закономерностям.</p> <p>Уровень 2<br />Уровень необходимости следования подсказкам реальности и подсказкам всех закономерностей. Здесь реальность становится окончательно негибкой, а осознанное создание процесса из закономерностей уже не представляется возможным. Намерение проникнуть в процесс и изменить его теряет функциональность, поскольку тот, кто создаёт, и тот, кто рассоздаёт, в данной позиции принципиально не способен ни к созданию, ни к трансформации.<br />Возникает вопрос, что в таком положении вообще возможно. Возможным остаётся лишь поиск подсказок внутри уже существующих процессов. Процессы возникают сами по себе — из бессознательности личности, из течения жизни, из природных или коллективных действий, из физических законов. Однако реально изменить их невозможно. Они остаются столь же хаотичными, какими были изначально, а находящийся в линейном времени не способен осознать, что происходит за пределами этой линейности и каким образом меняются местами причины и следствия.<br />Даже при наблюдении происходящего причина продолжает казаться причиной, а следствие — следствием. Осознать, что причина может быть лишь утверждающим фактором уже состоявшегося следствия, не удаётся. Осмысление этой структуры остаётся недоступным.<br />В пределах данного уровня остаётся лишь уловить существующий процесс и попытаться идентифицировать себя с ним. Однако здесь возникает двойная ловушка. Во-первых, даже если идентификация произошла, субъект оказывается внутри процесса без глубинной инициативы. На человеческом уровне инициатива может казаться частью процесса, однако на глубинном уровне она полностью подчинена ему. Во-вторых, сохраняется закономерность размежевания, из-за которой субъект остаётся отделённым от процесса. Это размежевание закреплено имплантами и проявляется в виде кластеров боли и недостижения результата, даже если результат был замечен у других или увиден в наблюдении.<br />Так реализуется данная программа на данном уровне.<br />Воздействие и последствия<br />Главной формой взаимодействия с закономерностью становится размежевание с ней. То же относится к факторам и законам: любое взаимодействие реализуется через отделение. Законы и закономерности в реальности использовать невозможно, поскольку их нельзя полноценно воспринять в рамках линейного времени, невозможно осознать их структуру и причинно-следственные связи.<br />Кроме того, их нельзя трансформировать или изменить. Любая попытка приводит к порождению ошибок, которые просаживаются на более низкие уровни и усиливают рассогласование. Размежевание делает невозможным соединение с процессом. Процесс, наблюдаемый в реальности, не может быть пристроен к субъекту и не может быть с ним связан.<br />Это размежевание началось ещё на уровнях минус три и минус два, и на данном уровне закрепляется окончательно. В результате субъект не способен соединиться с процессом и получить его результат. Вместо этого возникает дополнительное нагромождение закономерностей, формирующее иной процесс, не приводящий к ожидаемому результату. Исходный процесс и результат переводятся в кластеры боли, после чего и с ними происходит очередное размежевание.<br />Так проявляется стандартная структура многих деструктивных программ, где следование подсказкам реальности приводит не к соединению с процессом, а к усилению отделённости и закреплению невозможности результата.</p> <p>Уровень 3<br />Уровень вторичного, более низкоуровневого и более недостигнутого в своём результате складывания позиции в закономерности. Если на первом уровне происходило складывание самих эффектов закономерностей, то здесь сначала складываются картины закономерностей, а затем уже их эффекты.<br />Картина в данном контексте представляет собой модельное представление о закономерности. Внедряется позиция «я ошибаюсь» как программа и как идея, утверждающая невозможность прямого столкновения с закономерностью. Столкнуться и воспринять её непосредственно уже невозможно, как это было недоступно и на предыдущих уровнях. Чтобы с ней связаться, к чему-либо присоединиться или от чего-либо размежеваться, необходимо создать модель — искусственную конструкцию, которая заменяет реальность.<br />Модель на примитивном человеческом уровне может выглядеть следующим образом: если встать с постели с правой ноги, день сложится удачно. Для включения в модель требуется действие, создающее иллюзию управления процессом. Однако модель не является реальностью и не является самой закономерностью. Это лишь конструкция, через которую человек пытается взаимодействовать с недоступной основой.<br />В отличие от первого уровня, здесь не складываются сами эффекты закономерностей, а проявляется позиция модели. Происходит создание и воспроизведение реальности модели, в которой действия выполняются как элементы общей программы. Повлиять на закономерность невозможно, возможно лишь выполнить действие в рамках уже существующей структуры. Всё остальное приводит к формированию кластеров боли, имплантов и закреплению бесконечного отсутствия той части реальности, которую модель обещала сделать достижимой.<br />Воздействие и последствия<br />Проявляется первичная идея недостижимости жизни как прямого восприятия. Недостижимость выражается в невозможности прямого восприятия трёх и более измерений и невозможности прямого воздействия на них. Закономерности не позволяют проявиться этой достижимости и не допускают результата, который выходил бы за пределы модели.<br />Человек не способен ориентироваться в реальности без знания причинно-следственных связей, а попытка их осознать даже в поверхностном виде начинает блокироваться. Единственным доступным инструментом остаётся создание двумерной модели, в которой всё уже определено и структурировано.<br />Однако результат проявления модели не способен обеспечить реальное соединение с закономерностью. Размежевание с процессами продолжается, и возникает ощущение появления новой закономерности, которая разрушает всю систему. Поскольку время в рамках данной программы нелинейно, человеку, существующему в линейной перспективе, невозможно понять, что было раньше, а что позже. В результате формируется устойчивое убеждение, что ошибка всегда была допущена им самим и что им не была учтена некая дополнительная закономерность.<br />Так закрепляется позиция постоянной ошибочности и недостижимости, усиливая разрыв между субъектом, процессом и результатом.</p> <p>Уровень 4<br />Уровень неспособности в абсолютности, тотальности и безусловности соединить собственную модель с окружающей действительностью.<br />С одной стороны сохраняется позиция существования моделей и умственных конструкций, по которым предполагается действовать. С другой стороны, сами модели начинают проявляться как закономерности, которые напрямую запрещают своё соединение с реальностью. Возникает нагромождение непосредственно запрещающих факторов, блокирующих любое соединение модели с действительностью.<br />Если на третьем уровне можно было хотя бы формально выполнить действие в рамках модели, то здесь возникает непонимание самого механизма включения в неё. Неясно, как вообще осуществить элементарное действие, с которого модель должна начинаться. Закономерности формируют прямой запрет на связь с процессом и пространством предполагаемого результата. Эти факторы распределены по всей линии времени, разбросаны по различным реальностям и позициям, формируя множественность моделей, ни одна из которых не работает.<br />Модель предполагает результат, однако закономерности утверждают невозможность его достижения. Возникает ощущение врождённой ослабленности восприятия, сознания и интеллекта, которые будто бы изначально сформированы в ограниченном состоянии. Результат не достигается, и постепенно закрепляется вывод о невозможности любой модели.<br />Причина этого заключается в изначальном размежевании субъекта с пространствами и позициями реальности. Он не связан с ними и не может соединиться с ними в рамках данной программы. Любое проявление результата оказывается невозможным, поскольку субъект остаётся отделённым от самой структуры процесса.<br />Воздействие и последствия<br />Проявляется вторичная сверхжёсткость закономерностей. Если первичная жёсткость фиксировалась на минусовых уровнях как отсутствие возможности воздействия, то здесь закономерности становятся прямо препятствующими, блокирующими и запрещающими.<br />На предыдущих уровнях ещё существовали процессы, к которым можно было формально примоститься, даже если это было иллюзией. Здесь же процессы как бы существуют где-то и у кого-то, но не для конкретного субъекта. Закономерности сопровождаются дополнительными комментариями, утверждающими невозможность их проявления в объективной реальности для данного человека.<br />Возникает логика персонализированной невозможности: если ты родился в определённых условиях, значит определённый результат для тебя исключён. Эти выводы формируются как закономерности, распределённые во времени и поддерживаемые причинно-следственными связями. Они утверждают неизбежность слабости, ограничения или неспособности к сопротивлению.<br />Даже физические или социальные факторы интерпретируются как подтверждение глубинной закономерности невозможности. Формируется псевдореальность, в которой любые попытки изменить исходную позицию приводят лишь к усилению закрепления.<br />Погружение в этот фактор означает погружение во всю реальность данных закономерностей, где субъект воспринимает себя как изначально ограниченного и неспособного изменить структурные условия своего существования.</p> <p>Уровень 5<br />Уровень определения себя как отсутствующего в реальности, которую невозможно изменить.<br />В отличие от четвёртого уровня, здесь присутствует принципиальное различие: человек больше не пытается построить модель и не стремится примоститься к закономерностям. Закономерности воспринимаются как окончательно определяющие безысходность и безинициативность существования. Они не просто внешние силы, с которыми нет связи, как это проявлялось на минусовых уровнях, а становятся личностно закреплёнными структурами, формирующими позицию отсутствия участия.<br />Закономерность здесь — это не только объективный фактор реальности, но и личная позиция, личностная закономерность, связанная с общей структурой мира, но проявляющаяся индивидуально. Человек воспринимает себя как не участвующего в значительной части собственной жизни. Он существует, однако не является участником множества процессов, которые формируют его реальность.<br />Проявляется это следующим образом: чтобы условно преодолеть гравитацию и подняться в воздух на самолёте, необходимо обладать ресурсами. Однако невозможность получить эти ресурсы закрепляется как личная закономерность. Это уже не просто объективный закон физики, а индивидуально закреплённая невозможность доступа к средствам изменения.<br />У одного человека связь с объективными закономерностями выстраивается одним образом, у другого — совершенно иным. Здесь же закрепляется именно личная закономерность невозможности, в которой отсутствие ресурсов, способностей или условий становится частью идентичности. Так формируется реальность, в которой человек воспринимает себя как исключённого из процессов, определяющих движение и результат.<br />Воздействие и последствия<br />Процессы и закономерности окончательно размежёвываются и становятся бесконечно удалёнными от человека данного уровня. Процесс воспринимается как нечто далёкое, существующее отдельно, а закономерность — как фактор, поддерживающий это отдаление.<br />Любая позиция, например позиция миллионера или успешного профессионала, воспринимается как существующая где-то в иной реальности и не имеющая связи с собственным пространством. Возникает окончательная фиксация размежевания: ты существуешь в одном измерении, а процессы, факторы и возможности — в другом.<br />Личность формирует свойства, соответствующие этим ограничениям. Закономерность инвалидности исключает спортивную реализацию, закономерность травмы — интеллектуальное развитие, закономерность сниженного интеллекта — способность решать практические задачи. Эти позиции закрепляются как неизменяемые и определяющие.<br />Восприятие становится остаточным, неспособным проникнуть в реальность превосходящих закономерностей. Человек наблюдает процессы, но не может к ним присоединиться. Он видит их существование, однако воспринимает их как окончательно удалённые и недостижимые.<br />Так закрепляется позиция отсутствия в собственной реальности, где закономерность не только определяет невозможность изменения, но и формирует ощущение собственной непричастности к процессам жизни.</p> <p>Уровень 6<br />Уровень бесконечной драматизации везения как совершенно недостигнутой части реальности.<br />Везение в рамках данной программы возникает тогда, когда человек, не имея намерения и считая результат недоступным, сталкивается с точкой результата вне осознанного участия в процессе. Намерение на более высоких уровнях уже уничтожено и превращено в кластеры боли и импланты. Встреча с результатом происходит как единичный квант времени, как мгновенное столкновение с точкой, включённой в процесс закономерностей.<br />Примером может служить выигрыш в лотерею: куплен билет, получен выигрыш, однако сам процесс остаётся неосознанным и непрожитым. Везение здесь проявляется как соприкосновение с точкой результата без участия в закономерной цепочке начала и середины процесса.<br />Закономерность предполагает существование результата только в совокупности с другими точками — началом, развитием и взаимным закреплением во времени. Процесс должен быть прожит и включён в общую структуру. Однако на данном уровне процессы заключены в импланты и закреплены в пространстве их проявления.<br />Везение становится столкновением с точкой процесса без возможности стать её участником. Точка результата воспринимается как следствие причин, которые отсутствуют в восприятии, и как причина, которая должна была проявиться ранее, но не проявилась. Возникает множественное нагромождение глюков: результат есть, а процесса нет.<br />Это приводит к фиксации на идее везения как единственно возможного способа получения результата. Однако само везение превращается в запрещённый закономерностью результат, который накапливает кластеры боли. Результат либо не удерживается, либо не проживается как часть процесса, а потому усиливает ощущение недостижимости.<br />Воздействие и последствия<br />Результат становится постоянно ускользающим. Связь результата с закономерностями не позволяет ему проявиться как устойчивой реальности. Он не осознаётся в контексте причин и следствий, не воспринимается как элемент общего потока.<br />Если на первом уровне существует поверхностное восприятие и попытка собрать эффекты в процесс, то здесь даже это невозможно. Человек не способен уловить свойства процесса и закономерности его структуры. Он не присутствует в этих свойствах и в этих реальностях.<br />Все зоны присутствия смещаются в область глюков — ложных причинно-следственных связей и несуществующих процессов, которые кажутся реальными, но не соединены с общим потоком закономерностей.<br />Отделение от закономерностей углубляется и становится собственной закономерностью. Возникает реальность низшего порядка — пространство умственных игр и воображения, где человек пытается компенсировать недостижимость через моделирование и фантазирование. Однако даже в этом пространстве результат не определяется, поскольку реальный результат существует только в совокупности закономерностей общего потока и пространства, с которым субъект не соединён.<br />Так закрепляется позиция драматизации везения и бесконечного ускользания результата, который никогда не становится частью прожитого процесса.</p> <p>Уровень 7<br />Уровень перескакивания с глюка на глюк в надежде выловить результат.<br />На данном уровне процесс и результат в человеческом существовании практически отсутствуют. Жизнь сводится к поддержанию функций тела, причём в минимальном и низкокачественном формате. Поддержание физиологии становится последним процессом и последним результатом, к которому сводится вся активность. Небольшие деньги, ограниченные покупки, слабое питание и остаточное функционирование формируют замкнутый круг выживания.<br />Во всех остальных сферах результат проявляется лишь там, где его фактически не может быть — в воображении. Воображение становится пространством уговаривания себя в наличии результата. Уговаривание представляет собой попытку размежеваться с закономерностями, которые определяют отсутствие связи с возможностями и отсутствие способности к изменению.<br />На предыдущих уровнях сохранялась хотя бы формальная связь с идеей процесса, здесь же фиксируется разрыв даже на уровне идеи. Субъект начинает определять отсутствие как противоположность, создавая мнимую связь там, где её нет. Однако умственные игры лишь порождают новые кластеры боли и закрепляют реальность неспособности.<br />Постепенно формируется позиция «я не способен», распространяемая на любые области жизни. Это становится переходом к следующему уровню, где неспособность закрепляется окончательно.<br />Воздействие и последствия<br />Закономерность закрепляется как утверждённая и неизбежная структура. Каждое внутреннее утверждение становится актом фиксации закономерности в реальности. Неспособность начинает восприниматься как естественное свойство, встроенное в систему мира.<br />Закономерность в данном контексте означает невозможность трансформации и невозможность перестройки реальности. Она воспринимается как нечто неизменяемое и неподдающееся корректировке.<br />Примером может служить физическое ограничение: невозможность поднять тяжёлый вес определяется как закономерность, связанная с особенностями тела. Аналогично и умственные ограничения воспринимаются как закреплённые структуры. Всё связывается в единую систему, формируя реальность единой структуры неспособности.<br />Погружение в этот фактор означает погружение в пространство, где каждая мысль и каждое утверждение усиливают закономерность небытия, переходя к состоянию окончательного утверждения собственной несостоятельности как неизбежного результата.</p> <p>Уровень 8<br />Уровень проявления себя как сбегающего от реальности, соприкосновение с которой становится абсолютно невозможным.<br />Это уровень погружения и окончательного утверждения кластеров боли и имплантов, их безусловности, абсолютности и минус-бесконечной закономерности. Импланты здесь утверждаются как окончательные структуры, имеющие характер минус-бесконечного наличия и минус-бесконечного бытия.<br />Строго говоря, конец любой закономерности в рамках данной программы — это бесконечная просадка и закрепление в импланте. Закономерность сама определяет свою неприступность и нетрансформируемость. Согласие человека уже не является предметом выбора, поскольку оно заранее прописано в программе. Сознание давно содержит полное и безусловное согласие с наличием точки закономерности как абсолютной структуры.<br />Наличие такой точки исключает возможность какого-либо манёвра рядом с ней. Неспособность становится собственной закономерностью, подтверждающей саму себя. Она усиливается, превращается в кластеры боли и импланты, постепенно снижая уровень сознания и переводя его на более низкие позиции.<br />Сознание утрачивает возможность трансформации и окончательно фиксируется в структуре невозможности.<br />Воздействие и последствия<br />Единственным ходом в рамках вселенной закономерностей становится несуществование.<br />Несуществование в данном контексте означает отсутствие себя рядом с реальностью, воспринимаемой как нагромождение закономерностей. Подтверждение закономерности происходит незаметно, и каждая фиксация усиливает её бесконечность. Человек перестаёт ассоциировать себя с процессами и не видит возможности изменения.<br />Неспособность соприкосновения блокирует сам факт существования как субъекта намерения. Любой импульс к взаимодействию подавляется, поскольку воспринимается как невозможный в принципе.<br />Закономерности становятся для человека хаотичным нагромождением, которое невозможно уловить в линейном времени. Причинно-следственные связи и их нелинейность остаются непонимаемыми, а нарастание закономерностей — незаметным.<br />Даже если на уровне ума кажется, что используются законы реальности, в действительности происходит лишь подтверждение уже существующих структур. Человек вынужден существовать внутри факторов и свойств, которые определяют отсутствие трансформации.<br />Закономерность в данном состоянии становится доминирующей позицией, закрепляющей невозможность соприкосновения и изменения, и устанавливает себя как бесконечно преобладающую структуру реальности.</p> <p>Уровень 9<br />Уровень раздробления на мелкие программки, которые определяют несуществование как закономерный результат.<br />Несуществование здесь становится не следствием, а структурно закреплённой закономерностью. Сущность в данной позиции не ощущает себя как способную изменить, перестроить или использовать закономерности. Внутри мелкой программки отсутствует позиция преобразования, отсутствует возможность познания и отсутствует намерение что-либо сделать с закономерностью.<br />Соприкосновение с закономерностью означало бы проявление способности, которой нет. Сознание отсутствует как инструмент различения. Нет даже смутной догадки о возможности взаимодействия.<br />Естественным состоянием становится отсутствие проявления. Сущность не стремится к времени и не располагается над ним; она оказывается ниже времени, лишённая собственного временного процесса. Временное измерение перестаёт быть доступным как пространство движения или развития.<br />Единственное, что остаётся, — это обращение к зоне небытия и утверждение себя как небытия, подтверждающего существование закономерностей. Небытие становится способом закрепления структуры.<br />Воздействие и последствия<br />Происходит создание точек бесконечно увеличивающегося отдаления от закономерностей. Формально это выглядит как размежевание, однако в действительности связь сохраняется, только в искажённом виде.<br />Кластер боли или имплант создаёт позицию, в которой влияние на закономерность невозможно. Это становится частной или коллективной закономерностью. Каждый имплант закрепляет невозможность воздействия и поддерживает структуру неизменяемости.<br />Возникший кластер боли существует как отдельное проявление, взаимодействующее с другими имплантами и структурами, однако каждая такая структура не допускает влияния на закономерность реальности. Она закрепляет собственную автономию и одновременно поддерживает общую систему.<br />Сущность утрачивает даже возможность примкнуть к закономерности, использовать её эффекты или собрать их в процесс. Отсутствует способность к восстановлению или к созданию новой структуры.<br />Единственным процессом становится превращение в элемент — в «кирпичик» кластера боли и импланта. Сущность перестраховывается в абсолютности не-связи, которая фактически является ложной.<br />Реальная связь между программами и структурами сохраняется, но она служит их взаимной защите. Импланты поддерживают друг друга, не позволяя исчезнуть. Сознание, наблюдающее импланты, лишено способности распознавать и создавать, и это закрепляет полное проявление данных факторов.</p> <p>Уровень 10<br />Уровень проявления сверхплотных закономерностей с глубинным минусовым существованием, в котором кластеры боли становятся доминирующей структурой реальности.<br />Здесь основной упор направлен на действие человека. Любое действие переводит остатки сознания, способного создавать и воссоздавать, в кластеры боли, усиливая их нагромождение. Позиции, которые они порождают, формируются как самоопределение: «я маленький», «я не способен».<br />Кластер боли закрепляется как закономерность, выводящая из решения и из возможности трансформации. Закономерность проявляется как бесконечная незыблемость, а её результат также становится незыблемым. Всё, что пытается осмыслить или рассуждать о результате, переводится в кластеры боли и тем самым усиливает закрепление структуры.<br />Человек определяет себя как неспособного воссоздавать базовые и вторичные закономерности. Позиция не-создателя становится равной позиции неспособного к осмыслению, поскольку создание и понимание здесь приравниваются к одному и тому же глубинному свойству.<br />Так формируется превосходство закономерности над тем, кто становится её жертвой. Рассуждение затормаживается, влияние на процесс создания блокируется, а возможности человеческой жизни существенно ограничиваются. Эта программа распространяется на все сферы активности, закрепляя состояние ограничения.<br />Воздействие и последствия<br />Позиция жертвы становится центральной. Жертва в данном контексте — это тот, кто лишён участия и оказывается сверхпустым местом, не обладающим ресурсом влияния. Остаток ресурса воспринимается как подтверждение этой пустоты.<br />Жертва включает в себя позицию подчинения. Подчинение выражается в том, что единственным действием становится укрепление программы и подтверждение имплантов. Самоидентификация закрепляется как положение, из которого невозможно выйти.<br />В более выраженной форме это состояние проявляется как неспособность оторваться, уйти или контролировать происходящее. Человек ощущает себя не связанным ни с чем, кроме собственного углубления в позицию жертвы.<br />Закономерность в данной структуре предполагает существование только в форме жертвы. Других проявлений не допускается, поскольку отсутствует переход к иной инициативе.<br />Погружённость в бесконечные закономерности становится полной. Реальность воспринимается как замкнутая структура, из которой невозможно выйти. Программа не допускает собственного изменения, поскольку это означало бы разрушение её абсолютной незыблемости.<br />Так формируется окончательное закрепление в пространстве сверхплотных закономерностей, где выполнение всех позиций и подтверждение всех структур становится единственной возможной формой существования.</p> <p>Уровень 11<br />Уровень слоя, существующего между сознанием, неспособным к нормальному восприятию и воздействию, и закономерностями. Этот слой и есть слой имплантов.<br />Сами закономерности в рамках данной структуры выступают как импланты и как их части. Они проявляются как неизбежное и бесконечное отсутствие изменения. Однако помимо самой закономерности вокруг неё формируется дополнительный многослойный пласт имплантов — слоистая, фрактальная структура, в которой один слой накладывается на другой.<br />Нагромождение закономерностей всегда сопровождается позицией: тот, кто способен воспринимать, не воспринимает их основу. Человек называет закономерностью лишь эффект её проявления. Он может измерить ускорение свободного падения или наблюдать проявления частиц в лабораториях, однако воспринимает только внешние проявления, а не саму основу закономерности.<br />Основа остаётся недоступной для восприятия и, следовательно, для изменения. При этом импланты создают дополнительные барьеры, отвязывая сознание от первичной закономерности. Эти импланты становятся самостоятельными закономерностями, которые так же не подпускают к себе.<br />Личность, состоящая из имплантов, оказывается проявленной структурой, не способной выйти за пределы данной реальности. Погружение в этот фактор означает полное включение в пространство, где сознание и закономерность разделены множественными слоями имплантов.<br />Воздействие и последствия<br />Основой существования имплантов является неспособность создавать. Эта неспособность глубинно ложная, однако она порождает неспособность наблюдать за собственным созданием и неспособность рассоздавать.<br />Автоматически и бессознательно формируются структуры, закрепляющие эту неспособность. Просадки пространства становятся программами и имплантами, определяющими любые характеристики жизни.<br />Невозможности нарастают и закрепляются, формируя реальность, в которой изменить их невозможно. Существование сводится к пребыванию внутри факторов неспособности, где отсутствует создание, распознавание и согласие с собственным проявлением.<br />Закономерность воспринимается как нечто внешнее, не относящееся к субъекту. Она утверждается во времени как абсолютный фактор, неподлежащий осмыслению и трансформации.<br />Материя, пространство и происходящее становятся выражением закономерности. Личность — выражением имплантов, подтверждающих её и одновременно подтверждающих неспособность создавать. Даже если связь не очевидна, через множественные промежуточные импланты она сохраняется.<br />Погружение в этот фактор означает полное принятие пространства неспособности и бесконечного отсутствия.</p> <p><em class="bbuline">Приказываю себе найти и прояснить, как называется всё это пространство.</em></p> <p>Это пространство можно определить как существование в полном событии собственного свойства и способности создавать, при одновременном бесконечном превышении созданного над собой как вневременного и безмерного фактора.</p> <p><strong>Триггеры внимания</strong></p> <p>Триггер внимания 1<br />Позиция «всегда ошибка» автоматически продолжает нагромождаться в виде закономерности и её результата, формируя чётко обусловленные бесконечные рамки. Закономерность выстраивает пространство, внутри которого любое отклонение становится невозможным.<br />Примером может служить физическая закономерность притяжения массивных тел, от которой невозможно отойти в сторону. Аналогичным образом работают психологические и психические закономерности, закономерности реакций и общих факторов пространства. Они приводят к тем же самым рамкам, формируя ощущение судьбы, воли и неизбежности.<br />Закономерность выступает как одновременно причина и следствие. При переворачивании принципа оказывается, что причина является следствием, а то, что принято считать причиной, представляет собой нагромождение дополнительных точек и дополнительных закономерностей.<br />Время превращается в движение вокруг результатов и вокруг закономерностей. Результат пропитан закономерностью и не допускает отклонения от своей «правильности». Если принцип уже встроен, то ни желание иного принципа, ни намерение действовать иначе не срабатывают. Закономерность остаётся и продолжает взаимодействовать.<br />Восприятие результата становится восприятием просадки. Происходит бесконечная просадка реальной способности создавать, глубоко рассматривать программы и распознавать реальность. Попытка распознать закономерность приводит к созданию новых кластеров боли и имплантов, которые закрепляют любую закономерность любого типа.<br />Идеи<br />Позиция «всё уже создано» закрепляется как генерализованная программа. Всё воспринимается как уже проявленное и уже существующее в виде бесконечного импланта. Импланты становятся формой бесконечного отсутствия, а кластеры боли — проявлением этого отсутствия. Создание как процесс исчезает, поскольку всё уже есть. В пространстве «всё уже есть» отсутствует место для воссоздания или нового возникновения. Бесконечная просадка закрепляет отсутствие создания.<br />Основная программа триггера заключается в утверждении: всё уже существует, и это существование одновременно есть и не подлежит изменению. Всё, что делается, становится подтверждением того, что всё уже создано. Подтверждение превращается в ещё одну форму уже существующего и получает аналогичное закрепление.<br />Время в данной позиции нелинейно. Следствие становится причиной, а результат — основанием для любой причины. Разворачивается бесконечная пролонгация программы, где всё уже создано в форме бесконечного закрепления. <br />Импланты существуют как бесконечно закреплённое отсутствие. Кластеры боли — как глубокое минусовое отсутствие, закреплённое в структуре. Когда кластер превращается в имплант, это подтверждает бесконечность закрепления. Причины часто формируются раньше следствий, однако это остаётся незамеченным. Никто и ничто не фиксирует этот перевёрнутый порядок, поскольку тотальность закономерности охватывает всё пространство.<br />Формируется полная закономерность во всём и повсюду, где любое проявление становится подтверждением уже существующего бесконечного закрепления.</p> <p>Триггер внимания №2<br />Реакция на «не такой» результат. Под «не таким» результатом подразумевается не случайность и не непредсказуемость. Результат в рамках данной программы не просто возникает, а заранее закреплён. Решение как бы уже принято, однако сознание того, кем и как оно было принято, практически отсутствует. Оно просажено и переведено в бесконечное количество заранее сформированных решений, имплантов и закреплённых позиций.<br />Реакция направлена не столько на сам результат, сколько на его неизменность. Результат проявился и оказался естественно неизменным. Он таков, каков есть, и уже не подлежит пересмотру. Когда человек получает итог своего действия, вне зависимости от качества этого итога, он сталкивается с закреплённой точкой — сверхзакреплённой реальностью.<br />Последствия реакции становятся множественными. Человек одновременно капитулирует перед результатом и одновременно запускает программу желания его изменить. Это может происходить в один и тот же квант времени. С одной стороны — безусловное согласие, с другой — столь же безусловное стремление к отмене.<br />Закономерности начинают проявляться через создание ложных закономерностей. Ложная закономерность формируется в момент поиска причины, с помощью которой в будущем можно было бы получить иной результат. Однако реальный эффект заключается в том, что создаются дополнительные причины, закрепляющие уже имеющийся результат и подтверждающие его бесконечность.<br />Эти причины становятся новыми закономерностями, усиливающими неизменность проявления. Время в рамках триггера проявляется нелинейно: причина и следствие меняются местами, заранее закреплённое решение сосуществует с иллюзией свободы изменения.<br />Причины, которые якобы позволяют достичь иного результата, на деле лишь подтверждают прежний. Проекции нового результата оказываются ложными и возникают при снижении уровня сознания, когда причинно-следственные связи переводятся в кластеры боли и импланты. В результате создаётся иллюзия изменения, тогда как структура остаётся прежней.<br />Погружение в данный триггер означает закрепление позиции реакции на результат как неизменный и заранее определённый.<br />Идеи<br />Центральной становится идея безвластия. Безвластие проявляется как отсутствие соприкосновения и отсутствие возможности изменения. Это состояние бесконечного нахождения «под» реальностью, под её законами и проявленными точками. Безвластие означает неспособность влиять на мироздание, на вселенную и на происходящее в ней. Решения воспринимаются как уже принятые и недоступные пересмотру.<br />Возникает тотальное ощущение подчинённости всем проявленным закономерностям. Нельзя ничего перестроить, нельзя переиначить, нельзя изменить в пределах данных реальностей. Свобода инициативы, намерения и самопроявления воспринимается как недостижимая. Любая попытка изменить положение дел возвращает к подтверждению прежней структуры.<br />Так закрепляется позиция полной и бесконечной безвластности, где каждое движение становится подтверждением уже существующего порядка, а возможность иного результата признаётся невозможной.</p> <p><strong>Общее резюме документа</strong></p> <p>Документ представляет собой многоуровневое философско-психологическое исследование структуры человеческого восприятия, сознания и реальности через призму закономерностей, имплантов и кластеров боли. Текст выстроен как последовательное прохождение уровней — от глубинной бессвойственности и утраты способности к прямому созданию до формирования многослойной структуры имплантов, закрепляющей невозможность трансформации.<br />Базовая линия исследования начинается с утверждения, что человек утрачивает способность напрямую создавать, воспринимать и проявлять, поскольку его сознание оказывается встроенным в систему бесконечно закреплённых закономерностей. Закономерность в данной модели — не просто закон природы, а фундаментальная структура, одновременно являющаяся причиной и следствием, закрепляющая сама себя вне линейного времени.<br />Минусовые уровни описывают исходное состояние бессвойственности, согласия с закономерностью и позицию наблюдателя, лишённого подлинной инициативы. Далее разворачивается динамика перехода к попыткам встроиться в процесс, создать модель, соединить её с реальностью, однако каждая попытка неизбежно превращается в новый кластер боли и дополнительный имплант.<br />Средние уровни фиксируют нарастание размежевания: человек всё больше воспринимает себя как отделённого от процессов, ресурсов, возможностей и результатов. Возникают модели, затем невозможность их реализации, затем позиция отсутствия в собственной реальности, драматизация везения и переход к жизни в воображаемых глюках вместо реального процесса.<br />Высшие уровни (8–11) описывают окончательное закрепление сверхплотных закономерностей, где согласие с ними становится встроенным, а неспособность превращается в основную идентичность. Сущность раздробляется на мелкие программные фрагменты, которые закрепляют несуществование как закономерный итог. Кластеры боли и импланты формируют слоистую фрактальную структуру, полностью отделяющую сознание от основы закономерности.<br />Завершающий блок — «Триггеры внимания» — раскрывает механизмы автоматического закрепления программы через позиции «всегда ошибка», «всё уже создано» и реакцию на «не такой» результат. В результате формируется центральная идея безвластия: невозможности изменить, трансформировать или пересобрать реальность, поскольку любое действие лишь подтверждает уже существующую структуру.<br />Документ в целом описывает замкнутую систему самоподтверждающихся закономерностей, где попытка изменения становится частью механизма закрепления, а личность — носителем и выражением имплантов, поддерживающих бесконечную неизменность структуры.</p> mybb@mybb.ru (Viktor) Tue, 26 May 2026 20:15:41 +0300 http://samoprozesing.0pk.me/viewtopic.php?pid=17642#p17642